ч.II. Сломанные копья | гл.5.1. Игра вслепую

      Крешет,       Сопляки снова понавешали своих веников по всему Корпусу, ещё листья пожелтеть не успели. Скоро праздновать начнут, не дожидаясь конца месяца. У нас тактические учения на носу, а они ведут себя хуже бездельников из Гарнизона и бутылки под койками прячут. Почему никто ничего с этим не делал никогда? Праздновали бы уже, когда экспедиции кончатся. Бестолочи.       Та пискля из Военной Полиции во время боевой подготовки обходит и твоего старшего лейтенанта, и Четырёхглазую, и, похоже, составит конкуренцию Майку Захариусу, если ещё несколько экспедиций потянет. Вот только не затыкается ни на минуту, и любую фразу начинает с «я» или «у меня». А если попытаться сбить с неё спесь — огрызается, что не в куклы играть сюда перевелась.       Бернер сказал, что чтобы попасть в Военную Полицию, нужно войти в десятку лучших сопляков в кадетском училище. Ты тоже могла пойти в Военную Полицию, верно? Как и Эрвин с Четырёхглазой и Майк Захариус.       Л.

⊱༻ ♞ ༺⊰

      Эрвин сказал: «чтобы добиться результатов и снизить количество жертв за Стенами, Разведкорпус должен двигаться, как единый организм». Леви цокнул языком. Его отряд можно было назвать чем угодно, но не «единым организмом». Лучшие, кого только удалось собрать, могли нарубить фанерных титанов в щепки за считаные секунды, мгновенно преодолеть сложный участок леса, не израсходовав и трети баллона УПМ, даже на открытой местности цепляться гарпунами чуть ли не за воздух, но стоило выехать на тактические учения с остальным Разведкорпусом — всё разваливалось. По одному только нестройному стуку копыт за спиной было ясно — опять бардак. Даже те ребята, которых подобрал Захариус в первый тактический отряд, не сработавшись толком, вели себя слаженнее.       «Ну и задачку ты мне подкинул, Эрвин», зло подумал Леви и помотал головой. Его звено двигалось следом за первым разведотрядом; позади боевое подразделение выстраивалось полумесяцем вокруг командования и снабжения, но даже так Леви почему-то чувствовал, как холодный взгляд Командующего через десятки метров сверлит ему затылок. Капитан сосредоточился на небе: два красных столба дыма справа — руки машинально сжали удила — не их сигнал. Их дело реагировать только на чёрный и продвигаться вперёд, как в бумажках. Когда он выезжал за Стены в отряде Захариуса, всё было проще: один вытаскивает из-под плаща ракетницу, остальные уводят или зачищают титанов. Если Майк был поблизости, можно положиться на его нюх, если нет — действовать по обстоятельствам. Никто не мешал ему бросаться в бой, остальные подстраивались, а теперь Эрвину понадобилось сменить тактику. Или он с самого начала так и задумывал…       «Капитан, впереди лес», сообщил Рем, подначив лошадь приблизиться. Леви кивнул:       «Держи строй.»       Чуйка его не подвела — стоило поравняться со стеной деревьев, из глубины над кронами тут же выросла чёрная полоса. Тело напряглось само собой, захотелось сразу сорваться на быстрый галоп, но Леви заставил себя замедлиться и сначала отдать приказ:       «Назо, левый фланг. Рей, командуешь. В лесу переходим на УПМ.»       «Есть, сэр», тут же отреагировала Рей и наклонилась к холке, пришпорив лошадь. Ив, ехавшая следом за ней, отчётливо фыркнула. Леви думал, они хорошо друг друга дополнят, но вместо этого, как только бывшая сержантка получила назначение, оказалось, что у Рей тоже есть характер. Рем трижды, сопровождая слова активной жестикуляцией, пересказывал, как Ив взобралась на лавку перед штабом, чтобы, глядя на Рей сверху вниз, предложить ей «дружбу», раз они теперь в одном отряде. На что Рей холодно ответила: «Чтобы что?» и «Если мне прикажут, то ладно». Разведчики ещё неделю подкалывали Ив на эту тему, пока во время обеда она не отбрила Рема словами: «Знаешь, в чём разница между тобой и Рей? Она говорит, только когда ей прикажут, а ты пиздишь без остановки, потому что пока молчишь ты — никто и ничто… Разве что, подземная крыса, которая научилась высоко прыгать». После этого её на всякий случай оставили в покое.       Леви отделился от группы, ушёл на правый фланг, чтобы понаблюдать со стороны. Лошадь Ив рвалась вперёд, едва не равняясь с Рей, Рем сжимал рукоятку сигнальной ракетницы так, что костяшки пальцев побелели, Назо гулял взглядом по сторонам, иногда подолгу задерживаясь на капитане. Хуже новобранцев. Леви никогда бы не подумал, что разлад между элитными разведчиками может быть очевиднее, чем фальшь в пении Изабель.       Отряды Эрвина, Ханжи и Крешет отрабатывали построение на бумаге десятки раз перед тем, как выехать в поле. Леви сделал также, заставил вызубрить карту и формацию — бесполезно. По отдельности они всё схватывали, собираясь вместе — тянули в разные стороны. Его звено должно было быть сильнейшим в Корпусе, а получалась пока только шайка болванов.       Визг тросов УПМ и хруст коры под наконечником гарпуна — до места, откуда выпустили чёрный сигнал, оставалось несколько квадратов.       «Семиметровый на десять, пятиметровый на двенадцать», раздался голос Назо. В этот же момент Леви услышал шум поднимающегося манекена по правую руку. Внизу двое разведчиков притворялись, что попали в западню со сломанными УПМ и утерянными лошадьми. Капитан нырнул под ближайшую ветку, разогнался и чисто срезал мешок с сеном на спине «титана». Осмотрелся и, спустившись ниже, свистнул лошадей — минутная заминка за Стенами спасла бы жизни двоим. Но не успел он вернуться на исходную, как слева раздался лязг, вскрик и звук удара о землю.       «Что ещё…?» На секунду внутри похолодело. Это были учения, но если бы такое произошло в экспедиции… Леви в три приёма добрался до места, чтобы увидеть, как Рей поднимается с земли, рядом с Ив. Судя по всему, они столкнулись в воздухе и свалились вниз, не добив манекена и повредив УПМ бывшей сержантки.       «Ты должна слушаться приказов и выполнять свою функцию», сухо сказала Рей, не глядя в сторону Ив. По лейтенантке невозможно было определить, раздражена ли она или ей всё равно. Но Ив тут же вскочила на ноги.       «Ты считаешь, что это моя вина?!» Взвилась она, тряхнув рыжими хвостиками. «Да если бы это случилось за Стенами, меня бы уже сожрал титан из-за вашей нерасторопности!»       «Это была твоя задача», также бесцветно ответила Рей. Назо и Рем спустились с деревьев поблизости и растерянно замерли на расстоянии, а Ив продолжила вопить:       «Сдохнуть, ничего не добившись?! Отличная задача для того, кто сражается за Человечество! Вы все тут так считаете, да?! Просто ждёте, пока Сильнейший Солдат Человечества бросится вас спасать! Да вы не лучше, чем игрушечные солдатики, которых по карте двигают! Просто бесполезный корм для титанов!»       Леви почувствовал, как его тело стало в несколько раз тяжелее, а ремни УПМ сдавили плечи. Почему-то на месте гнева или раздражения образовалось липкая пустота. Он выдохнул и собрался спуститься, как Ив выпалила следующее:       «Я думала, это ещё ничего, что капитан Леви мной командует, но когда это делает глупая кукла вроде тебя, я обречена!»       Рей вдруг напряглась, глядя прямо перед собой — движение почти незаметное, но Леви впервые увидел хоть какую-то эмоциональную реакцию от неё:       «Я не кукла…»       «Ты именно что кукла!» Крикнула Ив, сделав шаг к лейтенантке. Нужно было отдать ей должное, чужую слабость она распознавала быстро и не стеснялась на неё давить. «Делаешь только то, что тебе прикажут! Если капитан прикажет убить себя, ты и это сделаешь!»       «Сделаю.»       Голос Рей был таким ровным, будто она действительно имела в виду то, что говорила. Колючий спазм сковал пальцы Леви, ему стоило вмешаться и остановить это дерьмовое шоу.       «Значит, всё так и есть! Ты всего лишь марионетка! Пустая, бесчувственная кукла! Я тебя ненавижу! Да я всех вас тут ненавижу!»       Подзатыльник оставил после себя глухой звук, а Ив согнулась и прикрыла голову руками, застонав от боли.       «Вернёмся, будешь драить казарму вне очереди три наряда подряд», мрачно сообщил Леви и, не меняя интонации, добавил: «Марш к снабжению, пусть придумают, что делать с твоим УПМ.»       «Слушаюсь, капитан», сквозь зубы проговорила она, потирая затылок, и, бросив на всех злой взгляд, пешком направилась к лошадям.       «Я не кукла», повторила Рей также тихо и как будто рассеянно. Несмотря на с виду невозмутимую наружность, Леви внезапно стало её жалко.       «Не кукла», подтвердил он и дотянулся до её плеча. «Пойдём.»       Она вздрогнула, повернулась к Леви, и он заметил, как её глаза заблестели, а лицо немного расслабилось, и поспешил отвернуться. Недобитый манекен семиметрового так и стоял над ними, неподвижно нависший и отбрасывающий тень.       «Рем, Назо, на позиции. За Стенами вы уже стали титаньим дерьмом.»       Лучшие бойцы Разведкорпуса… Позорище. И что с этим делать, Леви не имел ни малейшего понятия.       В ранних сумерках свою палатку ему пришлось искать почти на ощупь. А когда-то он в темноте подземелий ориентировался и без фонаря — совсем отвык. Керосинка тускло осветила узкий ящик и низкий, треугольный полог. Леви скинул сапоги, аккуратно поставил их у входа и устало рухнул на спальник.       Крайнюю экспедицию перед заморозками назначили на первую неделю октября. А Эрвин так и не сказал ничего дельного: бойцы сильные, отряд перспективный, но недостаточно организованный. Это Леви и сам понимал. Брать за пример штабные отряды он не мог — их задачи не совпадали — и разведотряд тоже, и боевые… Тактический отряд не походил ни на один из них, потому что сразу попадал в самую мясорубку, потому что не имел чёткой цели, должен был самостоятельно определять, что делать в первую очередь: убивать титанов, уводить их или спасать людей. Нельзя было подводить Эрвина.       Леви потёр переносицу.       «…Мои люди всегда знали, за что и в каком порядке жертвовать собой.»       Ткнул пальцем карман куртки на груди с внешней стороны — под тканью отчетливо хрустнула бумага. Достань он портрет Крешет сейчас, всё равно ничего бы не разобрал, для этого пришлось бы сделать лампу поярче и потратить керосин.       Дурь.       Не могло же всё быть так. Должно быть, Эрвин и Крешет придерживались одинакового мнения. Но какой это будет отряд, если каждый раз его придётся собирать заново? И какой он капитан, если его люди дохнут как мухи? Ещё целую зиму он будет их тренировать, чтобы что? Скормить титанам следующей же весной?       В чём-то визгливая Ив Цвай была права. «Сдохнуть, ничего не добившись» и быть не лучше «игрушечных солдатиков» — неприятная правда о Разведкорпусе, в которую Леви старался не вникать. Он-то сам, что мог сделать? Только защищать тех, кто выбрал бесконечно жертвовать собой ради свободы Человечества… Ценой чужих жертв, судя по всему.       Рядом с палаткой послышались тихие шаги. Леви едва различил их, увязнув в собственных мыслях. Полог дёрнулся и отодвинулся, а в образовавшуюся щель пролезло круглое лицо Рей. Капитан нахмурился — вот что-что, а на задушевные беседы после отбоя его люди могли не рассчитывать. Но лейтенантка, ничего не сказав, просто влезла в палатку на четвереньках и остановилась у его спальника. На ней была тонкая рубашка, застёгнутая на две пуговицы, под которой ничего больше не было. Леви нахмурился ещё сильнее, а Рей, не встретив сопротивления, подползла ближе, села на колени, неестественно выгнувшись, и, похлопав ресницами, посмотрела на капитана. В этот момент в его голове что-то щёлкнуло, и воздух встал поперёк горла, такое выражение лица он уже видел… в Подземном городе у девушек, которые торговали собой.       «Выйди», Леви едва сдержался, чтобы не крикнуть, но его тон говорил сам за себя. На лице Рей появилось неуверенное выражение, сменившееся внезапно мягкой полуулыбкой. У Леви зашевелились волосы на затылке. Эта полуулыбка выглядела как приклеенная.       «Я сказал: выйди», повторил он настолько угрожающе, что сам на секунду поверил, что может выволочь лейтенантку из палатки за волосы. Но её улыбка стала ещё более неестественной и широкой, будто её намалевали краской прямо по лицу. Она потянула за край рубашки, и та сползла с плеча.       «Лейтенант Разведкорпуса Рашель А.», Леви слышал свой голос как со стороны, и он был совсем не его. «Пошла вон.»       Она вздрогнула, втянула голову в плечи и приняла вид напуганного оленёнка. Её до этого бледные щёки тут же покраснели. Леви подумал, что она сейчас расплачется. Но Рей быстро накинула рубашку обратно на плечо и отступила.       «Простите», пискнула она и спешно попятилась назад, запнулась о его сапоги, чуть не запуталась в пологе, перед тем как исчезнуть за ним.       Леви зажмурился и снова открыл глаза. Если это был сон, то — самый дрянной сон, который он видел за последнее время. Сжал и разжал кулак. Нет, не сон. Заставил себя глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть. В грудь как будто насыпали острую крошку. Мышцы плеч задеревенели.       «Дерьмо. Конченое дерьмо.»       Воспоминание о спёртом запахе врезалось в ноздри. Леви попытался опять вдохнуть, но почувствовал тошноту. Потряс головой. Нужно было сейчас же выйти на воздух.       Он обулся и вылез из палатки.       Рядом между деревьями оказалось едва видимое в темноте белое пятно. Леви понял, что лейтенантка не ушла далеко, а уселась тут же на бревно, согнувшись и опустив голову.       «Объяснись», приказал он. Что-то подсказывало ему, что она может просидеть так всю ночь, если не скомандовать ей идти в свою палатку.       «Да, сэр.»       «Нет. Ещё раз назовёшь меня "сэр" и…» Он оборвал себя. Ему нечем было её напугать. Но она вдруг подтянула колени к груди и обняла их руками, съёжилась, как животное, приготовившееся к удару, но неспособное дать отпор.       «Хорошо, капитан», едва слышно выдавила она. Леви запустил пальцы в волосы. Хуже некуда. Хотя в её случае он бы не удивился, если бы она нашла способ испоганить ситуацию сильнее.       Вместо скорчившейся фигуры лейтенантки он видел другую такую же, сидящую на деревянном полу в порванном платье и прикрывающую голову руками, и её подрагивающие плечи. Тогда та девочка ему показалась взрослой, но сейчас он понимал, что ей не могло быть больше двенадцати лет. И отстранённое поведение лейтенантки, и беспрекословное следование приказам просто дополнили этот образ. Как отмычка, идеально подошедшая к замку, и щелчок открывшейся двери, ведущей прямиком в его личный ад.       Леви перешагнул через бревно и сел рядом. Уставился в темноту леса впереди. Здесь хотя бы не пахло затхлостью и человеческими жидкостями. Но по этой лестнице вниз всё равно уже придётся пройтись.       «Что ты делаешь в Разведке?» Спросил он спустя некоторое время. Рей не пошевелилась и, кажется, даже дышать перестала. «Отвечай давай.»       «А? Я?»       «Да ты.»       Она сглотнула и ровным голосом заученно произнесла:       «Я должна быть благодарной и помочь Человечеству. Только так я смогу быть полезной.»       Конечно. Он почувствовал усталость, тяжело опустившуюся на плечи, стук собственного сердца где-то в глотке. Стоило отказаться от мыслей о том, что «хуже быть не может», потому что эта девица каждым следующим своим словом доказывала, что спуститься в Подземный город можно и не выезжая в сторону Митры.       «А ко мне зачем пришла?»       «Я…» Она снова втянула голову в плечи. «Хотела поблагодарить Вас.»       «Побла… Чёрт», Леви схватился за переносицу и сжал так, что она чуть не хрустнула. В голове образовалась, сплющивающая череп изнутри, пустота. Он молчал, пытаясь справиться с тянущим ощущением.       «Вы меня теперь прогоните, капитан?» Осторожно спросила Рей. Её голос не дрожал и не срывался, ничего не выражал, как на плацу и во время построения.       «Нет», Леви посмотрел на неё и понял, что она также тупо смотрела вперёд, как он несколько минут назад. «Но никогда больше этого не делай. Ни для кого. Ясно?»       «Да, сэ… Капитан.»       Он заметил, как её губы надулись и задрожали. «Точно расплачется.» Но Леви недооценил её выдержку. Рей быстро собралась и отстранилась. И лучше бы она разрыдалась.       Никому не было дела. До неё. До него. До чужой боли. Все выживали как могли. И выживание было важнее, чем остаться в своём уме.       «Капитан, можно спросить?»       «Спроси.»       «Я… Как я могу Вас поблагодарить?»       Он покачал головой, сжал зубы, резко выдохнул через нос, а потом пожал плечами:       «Не знаю. Можешь просто сказать “спасибо”.»       Рей нервно заломила пальцы на собственной руке, покачнулась из стороны в сторону и, наконец, недоверчиво сказала:       «Спасибо.»       Досада и злость испарились, осталась только горечь. Обида на что-то несуществующее за себя и за неё. Леви поднял руку, на секунду задержался, когда Рей напряглась, а потом потрепал её по коротким, выгоревшим волосам на затылке.

⊱༻ ♞ ༺⊰

      Леви,       Праздник урожая, возможно, последний, который некоторым из них удастся отпраздновать вместе. И прячут они не только бутылки. Разве ты не замечал раньше?       Так, ты всё-таки взял в отряд ту заносчивую полицейскую. Нравится же тебе мучиться с людьми, у которых гонора больше, чем разумности. Полицейские все одинаковые: думают, если выбрали тёплое место, значит сразу умнее всех. Но для эгоизма много ума не нужно. Им никогда нас не понять. Заведи лучше домашнее животное, может быть, тогда ты оценишь, когда твои подчинённые тебе подчиняются. Даже от кошки будет больше пользы, чем от этой девицы, пусть она хоть сотню титанов одолеет.       Что касается Военной Полиции… Я провалила свой экзамен в училище. Намеренно. Это отдалило меня от возможности вступить в Военную Полицию по результатам обучения. И поссорилась с отцом накануне объявления результатов, чтобы он "наказал" меня тем, что не использовал связи, чтобы запихнуть в Гвардию или ККВП. Думаю, он предполагал, что я всё-таки выберу Гарнизон. Тогда он бы отправил меня служить куда-нибудь на восток, на земли клана, а уже потом подтащил поближе к Митре и элитным войскам. Ты же понимаешь, почему в Королевскую Гвардию предпочитают отбирать тех, кто отслужил несколько лет на востоке? Если бы птичка хорошо пела, ей бы были положены зёрнышки из королевских хранилищ.       Но птичка предпочла сомнительное угощение из летучего мяса титанов. А я оказалась в Разведке и в опале у “великого” дома Крешет.       А твой Командующий, между прочим, был всего лишь на восьмом месте в списке кадетов.       Т.