28. Вес их имен

=========================

Гермиона

=========================

      Гермиона поняла, что что-то не так, как только прилетела сова.       Она сожгла пергамент с большей агрессивностью, чем нужно, стряхнула пепел с перьев и исчезла в сером небе над атриумом Министерства.       Гермиона прочитала следующий конверт. Её желудок скрутило.       Департамент магического надзора и правопорядка.       Как официально. Как вовремя.       Она открыла письмо уверенными пальцами.       Вас вызывают на личный прием по поводу ваших недавних политических пристрастий и их возможного влияния на принятие вами профессиональных решений.       Имён не было. Никаких обвинений. Только предположения и подозрения, замаскированные официальностью и красивыми чернилами.       Она сложила письмо и сжала челюсти.       И направилась прямо в кабинет Драко.       Когда она вошла, он стоял за своим столом и перелистывал папку с выражением скучающего, но смертельно опасного лица.       Он поднял голову. Мгновенно насторожился.       — Что такое?       Она бросила перед ним письмо.       Драко молча прочитал его, разинув рот.       — Ублюдки.       — Это «прощение» — сказала она, — ничего серьезного.       Он поднял голову и резко посмотрел на неё.       — Ничего серьезного? Они проверяют тебя.       — Потому что я вышла замуж за тебя.       — Потому что они боятся тебя.       Она не ответила.       Потому что он был прав.       Они спорили. Тихо, но яростно.       Она не хотела, чтобы он приходил.       — Они подумают, что я прячусь за тебя, — сказала она, вышагивая, — что ты манипулируешь ситуацией.       Драко сел в кресло, стиснув руки.       — Они уже так думают.       — Я смогу с этим справиться.       — Я знаю, что сможешь, — жестко сказал он, — дело не в этом.       — Тогда в чём же?       Он встал. Пересёк кабинет.       — Дело в том, что ты не должна этого делать. Ты не должна проходить через это в одиночку.       Гермиона уставилась на него, сжимая грудь.       — Но я всегда так делаю, — прошептала она.

=========================

Драко

=========================

      Он не мог уснуть.       Не из-за письма Министерства.       А из-за её выражения лица, когда Гермиона произнесла эти слова — тихого, пустого и чертовски знакомого.       Но я всегда так делаю.       На следующее утро она ушла рано. Одна.       Он позволил ей уйти.       Но только для того, чтобы прийти позже, точно к началу заседания, и без предупреждения занять место в задней части.       Головы повернулись. Начались перешёптывания.       Гермиона подняла голову и увидела его. Не вздрогнула.       Но то, как смягчился её рот, сказало ему всё.       Она была рада его присутствию.       Даже если бы Гермиона этого не признала, он увидел всё в её глазах.       Допрос был вежливым.       Целенаправленным.       Но Гермиона держалась, как сталь, обтянутая бархатом.       — Нет, мои отношения с семьёй Малфой не влияют на мою профессиональную деятельность.       — Нет, я не принимала взяток, одолжений или обещаний.       — Нет, я не наивна. Я прекрасно знаю, за кого вышла замуж.       Это вызвало несколько поднятых бровей.       Но она и глазом не моргнула.       Драко никогда в жизни так сильно не хотел поцеловать кого-то посреди слушаний.

=========================

Гермиона

=========================

      Вопросы закончились.       Зал потихонечку начал пустеть.       Драко остался сидеть на месте.       Гермиона направилась к нему, каблуки гулко стучали по полу.       — Тебе не следовало приходить, — пробормотала она.       — Извини.       Она долго смотрела на него.       А потом её голос надломился. Совсем чуть-чуть.       — Ненавижу, когда мне приходится доказывать, что я не скомпрометирована. Как будто, выйдя за тебя замуж, я отказалась от своего мнения.       Челюсть Драко сжалась.       — Они глупцы.       — Они боятся.       — Так пусть боятся.       Она покачала головой.       — Дело не только в них. Дело во мне. В том, каково это — продолжать завоевывать пространство, которое я уже вырезала кровью и блеском.       Драко медленно встал, его голос стал ниже, чем прежде.       — А что, если я откажусь от этого?       Гермиона моргнула.       — Что?       — Имя. Наследие. Империю. Деньги. Всё это, — его тон не дрогнул, — тебе будет легче жить, если я больше не буду Малфоем?       Сердце заколотилось.       — Ты действительно готов сделать это?       — Я бы сжёг всё дотла, если бы это означало, что тебе не придётся защищать себя за то, что ты любишь меня.       Молчание.       Дыхание.       Потом её рука потянулась вверх, обхватывая его воротник.       — Не надо, — прошептала она, — потому что не ты должен подстраиваться, а она.       Драко уставился на неё так, словно она только что вновь зажгла в нём что-то.       — Ты ужасающая, — мягко сказал он.       — И тебе это нравится.       — Я люблю тебя, — ухмыльнулся он.       — Я знаю, — улыбнулась она.

***

      Тем же вечером, вернувшись в поместье, он застал её у зеркала, когда она перебирала пальцами изумруд на ожерелье.       Гермиона повернулась, глаза усталые, но ясные.       Он медленно подошел к ней и обнял сзади.       Они так и стояли перед зеркалом — вместе. Единый фронт. Будущее.       — Что, если никогда не станет легче? — тихо спросила она.       Драко прижался поцелуем к её виску.       — Тогда мы станем сильнее.