Longe sub sole alieno

"Один шаг — и ты уже не гость, а часть этой истории...

Но история редко бывает доброй."

Тениер. А.

Комната Абитейн была просторной и удивительно строгой, но в этом и кроилась особая притягательность. Потолок был высоким, с лепниной, уходящей в тень. Книги, выстроенные в идеальном порядке, ни одного бесполезного украшения. Занавеси из тяжёлой ткани почти полностью скрывали солнечный свет, и редкие, пробивавшиеся лучи скользили по отполированному полу, отражаясь в чернёном металле стола и гладком стекле тёмных книжных шкафов. Вдоль стены стоял длинный низкий комод, на котором покоились странные вещи, которые девушка успела рассмотреть еще в первые дни. В дальнем углу – массивное кресло с высокой спинкой, в котором сейчас сидела Абитейн, с книгой на коленях, неспешно переворачивая ее страницы, в то время как Агнис растянулась на кровати, болтая ногой в воздухе и рассматривала узор на потолке. Внезапно, дверь распахнулась с громким щелчком, настолько резким, что от него задрожали стеклянные грани на ближайшем шкафу, а тишина рассыпалась, будто тонкий лёд. Поток света хлынул внутрь вместе с входящим. – Красавицы! – почти выкрикнул Кейн, влетая в комнату. Его глаза сверкали, волосы растрепались от скорости, а лицо было полно возбуждения, – Быстро одевайтесь! Сказали, что Реген согласен! Мы будем смотреть миры! Агнис с испуганным воплем подскочила, инстинктивно отшатнувшись, едва не сбросив подушку на пол, а Абитейн, резко повернула голову в его сторону. Книга упала на пол. – Твою же... Кейна на тебе нет, – прошипела Агнис, хватаясь за сердце. – Тебе когда-нибудь рассказывали о стуке? Нет? Может, кто-нибудь покажет? – В следующий раз просто выбей дверь и крикни, что всё горит, – тихо, но отчётливо произнесла Абитейн. – Поверь, времени у нас на это не было, – усмехнулся Кейн, отступая на шаг назад. – Одевайтесь удобно. Платья, каблуки, всё это – не сегодня. Путь будет не самый гладкий. Не успел он договорить, как раздался стук, и услышав от девушки разрешение войти, почти столь же стремительно в комнату вошел Гатиаран. Его тёмная мантия задела косяк, и он быстро скользнул взглядом по комнате, останавливаясь на Абитейн. – Ты серьёзно? – голос Гатиарана прозвучал глухо, но с нарастающим раздражением. Он шагнул в комнату, обвёл Кейна холодным взглядом и продолжил с сухой неприязнью, – Так ты теперь ещё и "красавицами" разбрасываешься? Это тебе не трактир и не балаган. И уж точно не повод врываться в женскую комнату без предупреждения. – У нас авантюра на горизонте, Гатиаран! Прекрасная, масштабная авантюра! Ты же понимаешь... - Кейн развёл руками, совершенно не раскаиваясь. – Понимаю, – отрезал тот, – Но это не оправдание. Я не успел его остановить, он сорвался раньше, чем мы успели напомнить, что в этом доме всё ещё существуют грани дозволенного. Прошу прощения, – он бросил короткий взгляд в сторону девушек, – Мы с ним обязательно обсудим правила поведения чуть позже. И прежде чем кто-то успел вставить хоть слово, Гатиаран без слов подошёл ближе, схватил Кейна за плечо и вытащил его из комнаты, при этом пробормотав не то себе под нос, не то вслух: – Когда-нибудь они точно тебя проклянут. И, пожалуй, будут правы. Как только они скрылись, комната словно выдохнула, тишина снова воцарилась, но теперь она была ино, чуть более нервной, с привкусом хаоса. Абитейн молча наклонилась и подняла с пола упавшую книгу. Щелчок её ногтей по обложке прозвучал громче, чем следовало бы. Она аккуратно сдула с переплёта невидимую пыль и положила том на стол с тем выражением лица, которое ясно говорило, что если кто-нибудь ещё войдёт без стука, то девушка научиться телепортировать людей прямиком в стены. Агнис, всё ещё слегка ошарашенная, уселась обратно на кровать, провожая взглядом дверь. – Ты только посмотри на этого Гатиарана... – пробормотала она, многозначительно посмотрев на Абитейн. – Вечно к тебе заглядывается. Говорю же, он тебе дышать спокойно не даёт. – Я не чувствую к нему ничего, - Абитейн не изменилась в лице, ответив равнодушным голосом, - Он мне интересен, как человек из другого мира, максимум, как приятель или товарищ. – Но он всё время смотрит на тебя так, будто ты единственная глава в его очень занятой повестке дня. Притом такая, которую он перечитывает по ночам. Ты это не видишь? – не унималась Агнис, подаваясь вперёд, – Или он тебе всё-таки нравится, но ты отрицаешь? А может, ты к таким и не равнодушна? Такие, знаешь, опасные, с манерами аристократов и глазами, как сам океан? Тут же, приподняв подбородок и прижав руку к груди, она с преувеличенной надменностью изобразила пафосный тон. – Вы, конечно, не обязаны меня слушать... Но если не сделаете этого, последствия будут исключительно на вашей совести, – Агнис закатила глаза и снова хмыкнула, – Примерно так звучит каждый его второй взгляд. – Агнис. Хватит, - Абитейн наконец посмотрела на неё. Как врач, настаивающий на таблетке. Она выдержала паузу и, чуть склонив голову, добавила, – Если я когда-нибудь влюблюсь в хранителя какого-то там рода с вечно недовольным лицом, уверенного, что его мнение – это откровение для всех, то ты узнаешь об этом последней. Очень громко. – Всё-всё, я поняла. Сарказм принят. Дальше молчу, – Агнис на секунду зависла, а потом прыснула от смеха, махнув рукой. Некоторое время они молчали, переваривая произошедшее. Потом синхронно встали, переглянувшись. – Только не говори, что мы действительно это делаем, – пробормотала Агнис, уже роясь в комоде, – и что мне снова придётся выбирать между удобством и приличием. – Если ты вообще когда-либо выбирала приличие, – заметила Абитейн, доставая свёрток одежды с верхней полки. Следующие двадцать минут прошли в суете, шуршании ткани и громком перебирании всего содержимого гардеробной. Агнис успела перемерить три разных жилета, одну нелепо строгую рубашку и тунику, в которой почувствовала себя младшим инквизитором. – Помоги мне разодрать это, – скомандовала она, усевшись перед Абитейн и подставляя спину. – Кудри сами не вылезут из этой ловушки. Абитейн, привычно закатив глаза, всё же взяла расчёску и принялась методично прочёсывать густую огненную копну волос. Агнис поморщилась, но не жаловалась. – Ты слишком спокойна, – заметила она. – Словно каждый день собираешься срываться в другой мир. – Просто я не делаю из этого шоу, – с ухмылкой отозвалась Абитейн, завязывая огненную ленту в конце косы. В конце концов, они остановились на вариантах, которые действительно подходили для путешествия, удобных, но красивых. Абитейн надела узкие брюки из тёмной гибкой ткани, плотно облегающие и не стесняющие движений, с изящной вышивкой вдоль боковых швов. Поверх – короткую тунику с поясом и высокой шнуровкой, оттенка угля, а сверху лёгкий кожаный плащ. Агнис выбрала укороченный жилет насыщенного бордового цвета с множеством ремешков и потайных карманов, плотные штаны, облегающие сапоги и перчатки без пальцев. В этом наряде она невольно напоминала самого Кейна, разве что с чуть большим безумием в глазах. – Ну что ж, – сказала Агнис, оглядывая себя в зеркало с прищуром. – Можем и не покорить вселенную, но, по крайней мере, оставим после себя стильное посмертие. Спустя пару минут, Абитейн и Агнис уже спускались по лестнице. Каменные ступени гулко отзывались на каждый шаг, будто провожали их вниз собственным эхом. Через пару коридоров, они остановились перед массивной дверью кабинета. Не успев и переглянуться, она бесшумно приоткрылась сама. В глубине комнаты Реген чуть склонил голову, не поднимаясь с кресла, и лениво, почти небрежно взмахнул рукой. Он почувствовал их приближение задолго до того, как шаги достигли порога. Первым их заметил Кейн. Он стоял у окна, впившись взглядом в серое небо за стеклом, и нетерпеливо переступал с ноги на ногу, словно кот, поджидающий, когда ему откроют дверь. В его позе чувствовалась нервозность, нехарактерная для него, с ожиданием, перемешанным с предвкушением, как перед стартом чего-то безумного и заманчивого. – Прекрасно, просто прекрасно! – Воскликнул он, заметив их, – Все пришли. Ну… почти все, – Он бросил выразительный взгляд на пустующее место на диване, – Осталась только Изабель. Кто бы сомневался. – А ты разве не знал? – С усмешкой отозвалась Агнис, делая шаг внутрь, Абитейн последовала за ней. Как только обе оказались по ту сторону порога, дверь за их спинами закрылась сама собой. На этот раз Регену даже не пришлось шевелить рукой, – Изабель опаздывает всегда. Но особенно, когда речь идёт о выборе наряда. Думаю, она меняет одежду с той же скоростью, с какой ты моргаешь. – С такой скоростью? – Кейн изобразил искреннее потрясение, – Это же невероятно медленно! Я теряю годы жизни в ожидании ваших шёлковых революций! На этот выпад вмешались сразу двое. – Некрасиво торопить девушек, – с ленивой строгостью протянул Реген. Он оторвался от документов, которые листал, и бросил на Кейна взгляд, в котором читалась полная уверенность в собственной правоте. – Особенно таких, – добавил Гатиаран, не отрываясь от наблюдения за плывущими в окне облаками, – Они выглядят довольно неплохо. Агнис, проходя мимо, с самодовольной улыбкой подмигнула им. Абитейн ничего не сказала, её взгляд лишь скользнул по Гатиарану, не выражая ни благодарности, ни иронии. – Где Тениер? – Негромко спросила Люмен, наконец оторвавшись от окна. В её голосе скользнула невольная нотка надежды, которой она и сама не заметила. – Он останется в резиденции, – спокойно ответил Реген, поднимаясь, – Один из нас должен быть здесь. Тениер предложил это сам. Люмен чуть опустила взгляд. Её тонкие пальцы на мгновение переплелись, будто замерли в разочаровании. Абитейн, стоявшая рядом, заметила это. К ней пришло неожиданное понимание ее жестов. В этот момент дверь хлопнула, и в комнату ворвалась вихревая смесь духов, шагов и хлопающей ткани. – Извините за опоздание! – Изабель, как всегда, блистала. Её светлые волосы были заплетены, а наряд, лёгкий комбинезон с накидкой, хоть и сдержанный, был продуман до мелочей,  – Я пыталась выбрать между двумя парами серёг, не могла же я надеть обе. – Могла, – пробормотала Агнис. – Ты бы всё равно как-то это сделала. – Просунула бы, – согласился Кейн с лёгкой усмешкой, – И заставила бы потерять всех дар речи на месте. Изабель одарила его сияющей улыбкой. Реген кашлянул и, взмахом руки, указал на одну из стен кабинета. Та, до этого казавшаяся сплошной, начала медленно растворяться. Иллюзия исчезала, и взорам открылся проём, ведущий в длинную, полутёмную комнату. – Это вход в транзитную комнату, – сказал Реген, оборачиваясь. – Здесь не действует энергетический барьер, принадлежащий этому миру, поэтому и перемещаться отсюда может любой, а не только члены нашего рода. Гатиаран. Кейн. Союзники, но не родные. Он знал: стоит им однажды разойтись во взглядах и это место может стать слабым звеном. Задержал взгляд на каждом из них. – Но есть одно условие. Всё, что вы здесь видите… Остаётся между нами. Это место – тайна. В этом доме о нём знали лишь двое. И теперь знают семеро. – А теперь нас семеро, – сказал Кейн, подняв бровь, и заглянув в темноту прохода. Реген шагнул первым. Он прекрасно понимал, на что шёл. Показать им портал: значило допустить их ближе, чем следовало бы. Но выбора не было. Его силуэт на секунду дрогнул. Он не обернулся, зная, что они пойдут за ним. Он стал главой недавно. И если сейчас упустить момент, то потом будет поздно. Доверие – всегда риск. Но не укрепив союз, не построить опоры. А если появление Люмен всплывет раньше срока, то тайна этой комнаты покажется пылью, по сравнению с тем, что обрушится тогда. Он взмахнул рукой, и воздух перед ним разорвался. Искры вспыхнули по краям, и поток ветра хлынул из ниоткуда, подхватив края одежды и волосы. В проходе мелькнули образы, один за другим: горные пики, затопленные улицы, гигантские кроны деревьев, светящиеся города – всё и сразу, слишком быстро, чтобы можно было заметить что-то определенное, пока разрез не залился чистым белым светом, ослепительным, как заря. Кейн задержался у разрыва. Он прищурился, оценивая поток магии и сделал приглашающий жест рукой. – Думаю, что вам стоит сделать, вы уже знаете, – Произнёс он с полушутливой серьёзностью. – Этот проход не закреплён на один конкретный мир. Шаг в сторону, и вы можете оказаться где угодно. Изабель и Люмен, стоявшие чуть позади, переглянулись. У Изабель, несмотря на внешнюю собранность, в глазах метнулось беспокойство. Люмен казалась спокойнее, но её пальцы машинально сжались в складках накидки. Но все же, девушки сомкнули пальцы с Кейном, и шагнули. Мир исчез под ногами. Вместо него – переливчатая пустота, не совсем свет, не совсем тьма. Они будто падали и поднимались одновременно, не ощущая гравитации, только движение, тянущее, водоворотное, странно ритмичное. Вскоре пространство открылось. Перед ними десятки, сотни миров, висящих в сияющей энергии. Они были как окна, где каждое было неповторимым. Некоторые дрожали, а другие дышали, как живые. Изабель прижала руку к груди, в ее глазах мелькали восхищение и лёгкий страх. Люмен, затаив дыхание, сделала шаг вперёд, не отрывая взгляда от ближайшего портала, в котором медленно кружились золотые листья, падающие в бескрайний храм из света. Когда их фигуры окончательно показались сквозь сияние, Гатиаран и Реген переглянулись. Удивление, редкое и потому особенно заметное, промелькнуло в их взглядах. Абитейн и Агнис шли в разломе, не держась ни за чью руку, в отличие от остальных. – Они уже проходили со мной, – небрежно пояснил Кейн, заметив их выражения лиц, – Не впервой. Гатиаран хмыкнул и метнул в его сторону взгляд, в котором сквозила не то досада, не то укор. Абитейн отошла чуть в сторону, наблюдая за тем, как течёт магия между мирами, как нити, обвивающие их, связывая воедино. Агнис присела на корточки рядом с парящим порталом, в котором плавали острова, идущие цепью по небесам, который она уже видела. Оттуда веяло прохладой и ароматом водопадов. – Выбирайте мир с умом, – прозвучал за их спинами голос Регена. Выбор сделала Люмен. Она молча приблизилась к одному из порталов. За прозрачной плёнкой мерцал мир без дорог, без камня, без огня, нетронутый, зелёный, распластанный под широким небом, где по воздуху медленно плыли громоздкие облака, а ветер перебирал листву. Почувствовав напряжение в пальцах девушек, Кейн мягко шагнул вперёд, и повёл их за собой. Он вошёл первым, увлекая остальных. Абитейн и Агнис взглянули друг на друга, и взявшись за руки, пошли за ними. Свет портала обволок их, затянул внутрь, и в следующий миг они исчезли. х Они очутились посреди зелёного простора. Воздух был густой, наполненный запахами сырой травы, прохладных листьев и пыльцы. Вокруг простирались холмы, где цветы распускались без порядка, следуя капризам ветра. Струились ручьи, сверкая на солнце. Под ногами была мягкая почва, влажная, но не грязная, усыпанная мхом, старыми лепестками и шелушащейся корой. Между деревьями, едва различимыми вспышками, мелькали крошечные существа, тонкие, как веточки, с крылышками, переливающимися всеми оттенками утреннего неба. Они не говорили, не пели, но кружили в вихрях пыльцы, играли друг с другом, а иногда застывали в воздухе, прислушиваясь к чему-то. Неразумные, но не чуждые этому месту. Их присутствие не нарушало покоя, напротив, дополняло его, как шелест листвы. Люмен открыла глаза. Её зрачки сузились от обилия дневного света, но на лице мелькнула почти детская лёгкость. Она сделала шаг вперёд, беззвучно, боясь потревожить природу. Изабель, стоявшая рядом, сделала глубокий вдох. Ветер, проносящийся сквозь крону деревьев, запутал её волосы и принёс с собой аромат чего-то незнакомого, дикого, свежего, как утро перед бурей. – Неплохо. Если тут нас что-то и съест, хотя бы будет красиво, – Оглянувшись, хмыкнула Агнис. Абитейн не ответила. Её взгляд скользил по горизонту, по кронам, над которыми медленно летели тени от облаков. Здесь не было ни дорог, ни домов. Только бескрайняя свобода. Только лёгкость. Только ветер. Позади них с лёгким треском захлопнулся разлом. В следующее мгновение рядом возникли Реген и Гатиаран. – Предлагаю подняться вон на ту вершину. С неё будет видно всё, даже горизонт, – Кейн повернулся к девушкам, протягивая обе руки, к Абитейн и Агнис. Агнис протянула руку без раздумий, в её глазах уже загорался азарт. Абитейн сделала шаг, собираясь вложить свою ладонь, но прежде чем их пальцы соприкоснулись, кто-то другой перехватил её. – Это будет ваша первая телепортация, – раздался рядом голос Гатиарана. Он стоял вплотную, его ладонь обвила запястье Абитейн. – Лучше, чтобы её провёл кто-то с опытом. С настоящим опытом. Кейн резко выдохнул сквозь нос, приподняв бровь. – О, конечно. Я всего лишь дважды водил их сквозь разлом, а не обычные врата. Но кто я такой рядом с тобой, Гатиаран? Тот ничего не ответил. Только посмотрел на него холодно, почти лениво, как человек, уверенный, что спор выигран заранее. Агнис метнула взгляд на Абитейн, выразительный и многозначительный. Незаметно для других, она попыталась выдернуть руку. Быстро, коротко, как от ожога. Но пальцы Гатиарана сжались крепче. – Всегда берёшь силой, когда не можешь убедить? – Абитейн не повернулась, только склонилась ближе, прошептав почти неслышно, чтобы услышал лишь он – Позвольте, я обеспечу вам всем стабильность перехода, – Гатиаран чуть склонил голову, принимая ее выпад. Но его глаза оставались спокойны. Ледяные, как и всегда. И в следующее мгновение, не дожидаясь комментариев других, перенёс их всех. Они оказались на вершине холма, покрытого мягкой травой и усыпанного тонкими стеблями с прозрачными семенами, похожими на крошечные ампулы с росой. Ветер здесь был сильнее, насыщенный ароматами тёплого мха и чего-то еще, едва уловимого. Волосы развевались свободно, а одежда колыхалась. Леса внизу текли, как зелёные реки, и местами между ними сияли пятна загадочного света. В низинах клубились туманы, в которых порой мелькали странные фигуры, возможно, звери. А вдали вспыхивала радуга, настоящая, влажная, будто только что пролившийся дождь смыл пыль с неба. Несколько существ, как выразилась Изабель – феечки, вылетели из травы, с трепещущими крылышками, и замерли перед ее лицом, кружа в подобии танца. Одна из них опустилась на ладонь Люмен, дрожа и переливаясь, как стеклянная капля. Она не испугалась, только затаила дыхание, и феечка, уловив это, полетела вокруг ладони, оставляя за собой лёгкое, золотистое свечение. – Это средний мир. Без цивилизации, без искусственных законов. Энергии здесь мало, но её хватило, чтобы породить кое-что новое, - Гатиаран медленно провёл рукой по воздуху. Его голос звучал ровно, но в нём не было и легкой заинтересованности. Он кивнул в сторону фей, кружащих вокруг Люмен. Самая смелая фея дотронулась до её пальца, оставив на коже мерцающий след.  – Они неразумны, но чувствительны к потокам магии, – продолжил Гатиаран. – Как мило, – пробормотала Агнис, прищурившись, – Только вот, они не собираются нас, скажем, съесть?  – Нет, – ответил Гатиаран, и в его голосе впервые прозвучала едва уловимая усмешка, – Но если ты начнёшь размахивать руками, как обычно, то они могут испугаться. Агнис фыркнула, но не стала возражать. Вместо этого она осторожно протянула палец к ближайшей фее, та, однако, тут же отпрянула, вспорхнув вверх с лёгким звоном. Но что-то в ней, видимо, все-таки привлекало крошечных существ. Несколько фей замерли в воздухе, кружа вокруг неё на почтительном расстоянии, их крылья трепетали, переливаясь на солнце. Их крошечные головки склонялись то в одну, то в другую сторону. Одна осмелилась приблизиться почти вплотную, но в последний момент отпрянула, обожигаясь невидимым жаром. – Ну и ладно, – проворчала Агнис, но в её голосе прокралась досада. – Я и без них обойдусь. Тем временем феи, порхавшие рядом с Абитейн, вели себя иначе. Они не кружили вокруг, не задерживались в её поле зрения. Стоило ей сделать шаг вперёд и все тут же отлетали. Феечка, случайно оказавшись слишком близко, резко взмыла вверх, и её крылья задрожали, как у испуганной птицы. – Видимо, я им не нравлюсь, – сказала она, глядя, как последняя фея исчезает в листве. Гатиаран бросил на неё быстрый взгляд, но ничего не ответил. Агнис же, напротив, не могла удержаться от комментария. – На их месте, я бы тоже держалась подальше от нас двоих. Абитейн лишь слегка приподняла бровь, но не стала оправдываться. Ветер подхватил тёмные волосы, и на мгновение её силуэт показался ещё более отстранённым. Феи же, подтверждая её слова, теперь и вовсе избегали подлетать к той стороне холма, где она стояла. Со временем ритм замедлился, и компания начала рассыпаться по округе: кто-то ушёл вперёд, кто-то задержался в стороне, каждый увлечённый чем-то своим. Пространство вдруг расширилось, и тишина легла на мир, будто прикрывая его лёгким прозрачным покрывалом. Именно в эту мягкую, нерушимую тишину Изабель и ступила, отделившись от остальных. Она думала, что осталась одна. И, если быть честной, была этому даже рада. Пространство у озера манило тишиной, и она позволила себе остановиться на большом плоском камне у самой воды. Нащупывая первую ноту, девушка тихо запела. Это всегда было её тихим увлечением, не чем-то тайным, просто личным. Она не стремилась делиться им со всеми подряд, но сейчас момент был слишком живым, чтобы молчать. Голос был чистым, глубоким, почти нереальным, скользил по воздуху, струясь сквозь листву. Феечки, суетливые и любопытные, опустились на землю, чтобы не перебивать её тонкими крылышками. Они замерли, будто зачарованные. Звук её голоса был не просто красивым, и не касался воздуха, а проходил сквозь него, оставляя лёгкие круги на воде. Мелодия плавно перетекала из ноты в ноту, словно принадлежала не человеку, а самому этому странному месту. – Ты поёшь... Проговорил Реген, появившийся рядом, и, кажется, на миг забывший, как дышать. – Невероятно красиво. Будто пение самого океана, – Он на мгновение замолчал, пытаясь подобрать слова и добавил чуть тише. – Я не ожидал, что кто-то из нас так может... Это было по-настоящему волшебно. Изабель смущённо отвела взгляд, но улыбнулась, тихо, с благодарностью, и чуть дрожащими пальцами сжала легкую ткань рукава, боясь, что слишком раскраснеется от его слов. – А я не думала, что кто-то услышит… Спасибо, мне приятно слышать. Девочки знают, но, пожалуйста, не спеши рассказывать об этом остальным. Ладно? – Конечно. Они не узнают. Ненадолго между ними появилась тишина. Ветер тронул гладь воды, в воздухе повис тихий перелив её мелодии. Изабель медленно поднялась с камня и пошла к тропинке, краем глаза замечая, что Реген идёт рядом, не нарушая тишины, но и не оставляя её одну. Тем временем, чуть в стороне от озера, среди деревьев шагала Люмен. Она неспешно ступала по мху, вглядываясь в свет, просачивающийся сквозь листву, и стараясь не споткнуться о корни. Только лёгкое жужжание странных насекомых и шелест листьев создавали ощущение присутствия чего-то живого. Внезапно сверху раздался шорох, и Люмен подняла голову, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Агнис, свесившись с толстой ветки высокого дерева, вытягивается вперёд и резко заглядывает ей прямо в лицо. – Бу! – Раздалось с характерным весельем в голосе. Люмен вздрогнула, отшатнулась и споткнулась о корень, едва не сев на землю. – Агнис, чтоб тебя! – Выдохнула она, потрясённая и одновременно не понимающая, как та вообще добралась до такой высоты. Чуть поодаль, прогуливаясь между деревьев, шел Кейн, рыжие волосы которого опять растрепались, и вровень за ним следовал Гатиаран. Услышав возгласы, они подошли ближе, и парень, задрав голову, заметил, что на соседней ветке, почти сливаясь с тенью, сидит Абитейн. Гатиаран уже собирался сказать что-то, но его опередил Кейн: – Как вы вообще туда залезли? – Удивлённо спросил он, глядя то на одну, то на другую. Агнис свесилась чуть ниже, повиснув на руках, и весело фыркнула. Её алые кудри свободно свисали вниз, цепляясь за воздух и слегка касаясь коры. Одежда местами была с зацепками, где ткань явно протестовала против столь акробатических манёвров, но сама девушка выглядела совершенно довольной. – А как ты думаешь? По веткам, как нормальные дикари. Руки, ноги, азарт и чуть-чуть здравого безумия, это и весь секрет. – Не ожидал увидеть там и тебя. Это не совсем похоже на твоё обычное поведение, –Гатиаран прищурился, оглядывая ветки. Он задержал взгляд на Абитейн дольше, чем на остальных, с явным удивлением. – Возможно, ты просто слишком ограниченно представляешь моё обычное поведение, – Откликнулась Абитейн с лёгкой усмешкой, не двигаясь с места, – Попробуй раскрыть глаза. Гатиаран фыркнул, но больше ничего не сказал, вновь переводя взгляд на листву. – Если бы вы умели скрывать свою энергию, – Сказал он сухо, – Мы бы, возможно, даже не заметили вас. Он задержал взгляд на девушке, которую почти полностью скрывала густая тень кроны. Её силуэт был едва различим, и в этот момент она действительно казалась частью самого дерева. В отличие от Агнис, чьи волосы спутались, а одежда пострадала от весёлого безумия, Абитейн выглядела безупречно: прядки её тёмных волос были собраны, одежда сидела все также, только плаща на ней уже не было. Позже, солнца-сферы начали опускаться ниже, и лес погрузился в мягкое вечернее свечение, компания собралась на одной из полян. Воздух был наполнен ароматом влажной листвы и лёгкой сладостью диковинных цветов. Они раскинулись кто где, кто в траве, кто на корнях деревьев, кто просто растянулся под кустом, издающим странные звуки при каждом движении. Кейн лежал, закинув руки за голову, и болтал что-то весёлое Агнис, которая время от времени отвечала ленивыми смешками, подбрасывая вверх пучки травы. Люмен устроилась рядом, скрестив ноги, и безмолвно наблюдала за светлячками, кружащими в воздухе. Только двое не позволили себе откинуться в траву: Гатиаран стоял на краю поляны, скрестив руки и наблюдал за горизонтом, а Реген присел на одно колено у камня. – Вы двое, – лениво заметил Кейн, не открывая глаз, – Разве не чувствуете, как расслабляется тело? Или у вас иммунитет к удовольствию? – Я не доверяю Кейну, когда он выглядит настолько довольным, – Отозвался Гатиаран. – Справедливо, – вставила Агнис и потянулась всем телом, – Но мы всё равно не отпустим вас, пока не научитесь отдыхать. Абитейн, лежащая в тени дерева, тихо усмехнулась, не открывая глаз. – Возможно, это и будет их главным подвигом за сегодня. И в этой ленивой, расслабленной тишине, среди трав и звуков дышащего леса, где-то в стороне Реген снова поправил рукав, а Гатиаран переводил взгляд с одного движения травы на другое. Но даже они, несмотря на сопротивление, выглядели чуть менее собранными, чем обычно. Все остальные, раскиданные по поляне, тихо переговаривались или просто молча наслаждались прохладой. После этого мира они отправились в нескольких других, столь же непохожих на их родной. Первый встретил их бескрайними степями, где вместо деревьев росли кристаллы, мерцающие в свете двух лун. Там жили кочевники, чьи шатры складывались в ладонь, а стада состояли из необычных зверей, блуждающих по равнинам. Магия здесь была дикой, неукротимой. Другой оказался царством тишины. Города там парили над водой, соединённые ажурными мостами. Ветер не шумел в узких улочках, а светильники горели голубым пламенем. Этот мир казался прекрасным сном, но слишком хрупким, словно одно неосторожное слово могло разбить его на тысячи осколков. Оба мира остались позади, как и несколько других. И каждый раз, уходя, они оставляли за собой лишь лёгкий след, да несколько удивлённых взглядов тех, кто так и не понял, откуда пришли эти странные путники. Свет очередного портала рассеялся, и перед ними раскинулся совсем другой пейзаж. Их встретил город – не сверкающий огнями и не грохочущий шумом карет, но живой, наполненный магией, пропитанный запахом пекарен и кузниц. Это был еще один средний мир, не древний, но и не современный, с черепичными крышами, булыжными улицами и круглыми башнями. По улицам пролетали металлические шарики – доставщики писем, покрытые светившимися рунами. Над фонарями парили хрустальные светлячки, удерживаемые потоками зачарованного ветра. Где-то на углу играли музыканты, дирижируя струнами подобно дождю. Дома были покосившимися, но тёплыми. Окна светились ярким светом кристаллов. Скрипели повозки, дети бегали с чудными игрушками. Изабель, любопытная как всегда, задержалась у одной из лавок, где старуха со светящимися глазами продавала музыку. Крохотные магические сферы, внутри которых звучал чей-то голос. Люмен всё чаще задерживалась позади, вглядываясь в лица прохожих, что-то выискивая. Иногда она просто исчезала из виду, но спустя пару минут появлялась. Гатиаран, как всегда, шёл сзади, хмурясь на местных фокусников, один из которых пытался заставить его улыбнуться бесплатным заклинанием. Через пару минут, у мага в руке заискрился амулет, а Гатиаран сделал нечто, отчего с полки торговца слетел весь товар. Реген, увидев это, только покачал головой. – Где бы ты ни был, ты всегда найдёшь способ кого-то испугать. – Или кто-то найдёт способ мне надоесть, – отозвался Гатиаран. Кейн, в отличие от них, чувствовал себя как дома. Он уже успел обзавестись палочкой с жареным фруктом, беседовал с уличными иллюзионистами и даже выиграл спор у местной гадалки, вызвав лёгкое столпотворение. Он вернулся к группе с победной улыбкой. Агнис шла впереди, подпрыгивая на каждом шагу. Алые волосы развевались, и каждый прохожий оборачивался на нее. – Мам, смотри, у той тети волосы как огонь! – прошептал мальчишка, тыча пальцем в Агнис. Женщина с затаённым испугом прикрыла его глаза и отвернулась, опасаясь проклятия за излишнее любопытство. – Привлекаем внимание, все как обычно, – с заметной иронией заметила Абитейн. Агнис усмехнулась, не сбавляя шаг. – Ну, уж извини, я старалась выглядеть скромнее. Компания заходила в лавки, пробовала напитки, рассматривала витрины с артефактами. Улица, по которой они шли, медленно оживала. Люди, занятые своими делами, сначала лишь косились в сторону необычной компании, но с каждым новым взглядом их интерес становился всё настойчивее. Кто-то шептался, прикрывая рот ладонью, кто-то просто останавливался посреди дороги, не в силах оторвать взгляд. Они прошли мимо лавки, где старик с бородой чуть не уронил пучок сухих трав, и мимо фонтана, на камнях которого сидели подростки. Один из них, видимо смельчак, стремительно поднялся и направился к ним. – Простите... – начал он, переминаясь с ноги на ногу, – а откуда вы? У вас одежда не  здешних. Не в плохом смысле, просто... – Мы просто путешественники, - Изабель задержала взгляд на нём и мягко ответила. Юноша кивнул, запоминая эти слова, и поспешно вернулся к друзьям, которые уже перешёптывались между собой. – Вот почему я не люблю путешествовать между мирами, – негромко сказал Реген, подойдя ближе. В его голосе прозвучала усталость, – Каждый раз одно и то же. Вопросы. Подозрения. Пытливые взгляды. Эти миры не знают, что мы вообще существуем. – А ты попробуй не выглядеть, как ходячая загадка, – фыркнула Агнис. – Может, и внимания будет меньше. – Учитывая, что половина смотрела на тебя, как на мираж, не думаю, что проблема во мне, – парировал Реген, поправляя манжеты. – Думаю, вы успели заметить, что магия у них не является чем-то невероятным, – начал Гатиаран, – но им ее хватает только на подобные фокусы, либо, как исключение, для чего-то большего. Их прогулка продолжалась, пока город не начал утомлять. Люди двигались толпами, шептались, оглядывались, и всё чаще задавали вопросы. Тогда Реген указал на южную часть города, где улицы были тише, и здания встречались все реже. – Нам пора возвращаться, – сказал он. – Этот мир забавный. Но он не для нас. Сумерки ложились на Де Розентейматис, как шелковый покров. Они вернулись из прошлого мира. Компания молчала, каждый занятый мыслями. Реген распорядился разойтись, когда к нему зашел Тениер. Они остались в кабинете, вглядываясь в пульсирующий свет врат, медленно закрывающегося в воздухе. Разговор Аби и Гатиарана. «Отказ» Коридоры вновь наполнились тишиной. Абитейн сняла плащ, проведя рукой по гладкому подоконнику. В окне уже горели первые звёзды, но ей было не до неба. Она знала, что он придёт. Чувствовала это с той самой секунды, как осталась одна. Он не мог не прийти. Девушка стояла, когда за её спиной раздался стук, и почти неслышно открылась дверь. Гатиаран вошёл бесшумно, но вместе с ним вернулась и тяжесть. Появился здесь с видом того, кого ждали. Еще до того, как заговорить, он уже смотрел на нее, стоящую в лунном свете. Бледная кожа казалась совсем фарфоровой, почти что белой, на фоне темных, слегка волнистых, струящихся волос. Она не хотела его видеть. Не хотела слышать ни его голос, ни объяснений, ни оправданий. Едва он вошёл, внутри всё сжалось от злости. Холодной, ровной, как лезвие. Он остановился у двери, не подходя ближе. Тишина натянулась между ними, как тонкая нить. Она терпеть не могла его. – Все в порядке? – Разве кто-то бывает полностью в порядке? Спрашивал тот, кто считал, что имеет над ней власть, что может схватить за руку и командовать, как хозяин. Мужчина хмыкнул, закрыв за собой дверь и сделал пару шагов вперёд. Абитейн наконец обернулась. Он раздражал её своим видом, своей выверенной неспешностью, своей непоколебимой уверенностью, которой хотелось противопоставить лишь лед и отчуждение. Гатиаран вновь увидел взгляд, которым она когда-то смотрела на него. – Ты не должен был приходить. – Но если бы ты не ждала, не оставила бы дверь незапертой. Слишком собранный. Слишком спокойный. Слишком поздно. Его каштановые волосы отливали тяжелым блеском, движения лишены спешки. Её рука продолжала сжимать подоконник, пока пальцы не побелели. Ветер за окном качнул шторы, и свет заиграл на их лицах. В этих мирах у него было влияние, и Абитейн слишком хорошо это понимала. Он мог быть опасен. Потому она стояла, слушала, отвечала. Не потому, что хотела говорить. А потому, что должна была. – Для чего ты здесь? – Ее ледяной, стальной голос начинал эхом отзываться в голове. Гатиаран смотрел на неё с той самой усталой серьёзностью, не нуждавшейся в оправданиях. – Мы так и не поговорили, – признавал не столько ей, сколько самому себе. – О той встрече. О том, что произошло. Если бы только она могла разорвать эту цепь, раздавить его амбиции в пыль, сделать так, чтобы он навсегда исчез из её жизни… – Нам еще есть, о чем разговаривать? – Абитейн чуть склонила голову набок, всматриваясь в его синие, как ей казалось, туманные глаза. – Как не взгляни, но ты не торопился. – Мы неправильно поняли друг друга. Я хотел бы все прояснить, прежде чем наше недопонимание перерастет в нечто большее. – Ты объявился и исчез. Ничего не объяснив. Оставив меня разбираться во всем самой. – Я исполнял свой долг, Абитейн. Я должен был так поступить. Его слова – ничто для неё, и пусть он ошибается, думая иначе. – Обязанность не требует такой жестокости, – она перебила его, не дав договорить. – Твоя грубость была твоим выбором, а не приказом. Она вздохнула, глядя на него. И в её взгляде появилось что-то еще, что он не мог понять. Гатиаран чуть нахмурился, ему не дали времени для ответа. – Тогда скажи мне, Гатиаран, – она подошла ближе. – Что ты забыл рядом со мной? Пусть думает, что это диалог. – Я считал, что все давно расставлено: цели, люди... Границы. И вдруг появился человек, чьё присутствие оказалось... Неудобным. Нарушающим мой привычный порядок, – у нее создавалось впечатление, что эти фразы не раз прокручивались в его голове, – Я хотел понять, действительно ли ты перевернула мои взгляды, или сам не заметил, как начал сомневаться во всем. А сомнения, Абитейн, это роскошь, которую я никогда не мог себе позволить. Пусть верит, что ещё можно что-то исправить. – Это не причины. Это слабость, – в её голосе не дрогнуло ни одной ноты, но в глазах вспыхнуло что-то острое. Просто жалкая слабость. – Возможно. Но и они могут быть настоящими, – мужчина шагнул ближе, но остановился, заметив, как она напряглась. – Даже сейчас, я не могу понять, чего ты хочешь, и зачем продолжаешь появляться, – изумрудный цвет потемнел, налившись ледяным блеском. Она даст ему понять. Ни близости, ни доверия. Ни второй попытки. – Иногда, – сказал он негромко, – даже тот, кто не нужен, всё равно возвращается. Она ни на шаг не приблизилась. Её голос стал тише, обретя странные, шипящие ноты. – Я не прошу тебя уходить, но не заблуждайся. Твое присутствие здесь – не более, чем случайность. Они оба знали: нужных слов между ними не было. Все то, что должно было быть сказанным, так и осталось невысказанным, как и многое между ними. Слова застряли где-то на границе его сознания. Она не стала их требовать, не нуждаясь в них. А он не смог заставить себя говорить. Гатиаран кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Абитейн ещё долго стояла у окна, но её взгляд скользил мимо звёзд – туда, где между ними зреет тьма. Лучше бы он заткнулся навсегда. И в её жизни не осталось бы ни тени его жалкой значимости.