Часть 9

— Эстер, молю, позови Айану! Она же тоже ведьма, вдруг у неё найдется заклинание, чтобы вернуть Карин к жизни? А я пока займусь телами, — голос Микаэля дрожал от отчаяния. Женщина, всхлипывая, выбежала во двор, словно спасаясь от кошмара. Микаэль, с нежностью, достойной величайшей святыни, опустил бездыханное тело дочери на чистый, не оскверненный кровью участок пола. Старшие дети, словно тени, помогали отцу вынести из дома мёртвое тело мерзкой женщины и её преданного ручного оборотня .Ребекка, Кол и Хенрик, с содроганием отмывали пол от багровых следов, чувствуя фантомную боль чужих ран, словно кровь хлестала из их собственных тел. Когда страшная работа была закончена, в дом ворвалась Эстер, её лицо пылало гневом, глаза метали молнии. Микаэль, схватив её за плечи, впился взглядом в её лицо, ища надежду: — Что сказала Айана? Она сможет помочь? Эстер презрительно скривила губы в отвратительной усмешке. — Нет. Она даже слушать не захотела. Мы, видите ли, теперь – мерзость, извращение природы. Мы должны были умереть, но не умерли. Духи предков проклинают нас, мы нарушили баланс! А когда её собственную дочь, еле живую, надо вылечить, так она к нам бежит, лицемерная тварь! Дети и муж обняли рыдающую женщину, пытаясь унять её безутешное горе и ярость. Микаэль отстранился от семьи, его лицо исказилось гримасой отчаяния, переходящего в ярость. Он сжал кулаки, глядя в одну точку, словно пытаясь прожечь дыру в самой реальности. "Нарушили баланс…" – эхом отдавались в голове слова Эстер. Он думал, они боролись за жизнь, за будущее своих детей. А теперь выясняется, что они стали изгоями, проклятыми всем миром духов. Но он не позволит этому сломить их. Он найдет способ, он вырвет Карин из лап смерти, даже если придется перевернуть этот мир. — Мы сами создадим свой баланс, — прорычал Микаэль, оттолкнув от себя обнимающих его детей. — Раз духи предков против нас, мы найдем другие силы! Ребекка, достань все книги и наброски твоей сестры, какие только найдешь. Кол, обыщи дом Карин, там должны быть артефакты, которые она скрывала. Хенрик, присмотри за сестрой. Эстер, успокойся. Твои рыдания нам сейчас не помогут. Нам нужна сила, чтобы вернуть Карин! Эстер вытерла слезы. В её глазах вспыхнул знакомый огонь решимости. Она всегда была сильной женщиной, и сейчас, когда мир обернулся против них, эта сила была нужна как никогда. — Ты прав, Микаэль. Рыданиями горю не поможешь. Все занялись делом. Эстер поместила тело Карин в стазис, чтобы сохранить его в первозданном виде. В их дом несколько раз приходила Татия, умоляя позволить ей увидеть Карин, но Элайджа каждый раз выгонял её. Изучая дневники и наброски, они обнаружили ритуалы, позволяющие спать бессмертным. Почти все условия были выполнены, оставалось лишь выпить кровь для закрепления результата. Они решили выпить кровь друг друга, чтобы усилить эффект. Однако, они так и не нашли способ помочь Карин, или вернуть её к жизни. Прошёл тяжёлый период адаптации к новым силам и возможностям. Их мучила жажда крови, но, к счастью, они научились её контролировать. Магия осталась при них. Однако, цветы вербены вызывали у них дискомфорт, словно навязчивый зуд. Эстер и Микаэль нашли ведьму, которая дала им возможность воскресить человека. И вот настал день "икс". Ночью, под убывающей луной, мужчина и его дети стали вырезать деревню. Местные жители кричали, убегали, сопротивлялись, но их ждала неминуемая смерть. Ребекка тащила сопротивляющуюся Татию: — Отпусти меня, монстр! Я знаю, это вы убили Карин! Из-за вас она мертва! Мерзкие твари! Она не успела договорить, как Ребекка принялась её избивать. — Заткнись! Заткнись! Это ты виновата! Когда Ребекка принесла свою жертву к месту ритуала, Татия стонала и плакала, пока не увидела иссохшее тело Карин. Она подползла к нему: — Карин, солнышко, что они с тобой сделали? Они изуродовали тебя… — Дочь моя, держи двойника, — приказала Эстер и начала читать ритуал. После его завершения Татию надо будет убить и напоить Карин её кровью. Блондинка кивнула матери и с серьёзным лицом пошла забирать девушку. Пока Эстер читала заклинание, тела мёртвых стали светиться. Такой же свет появился у Карин и у Татии. Но двойник, обезумев, набросилась на младшую сестру Майклсонов и ткнула её в глаз веткой. Блондинка закричала, пытаясь вытащить проклятую занозу. Ник и Хенрик, услышав крик сестры, побежали к ней. В то время Татия, выхватив у Ребекки меч, пошла к Карин. — Ты не достанешься им! Ты моя! И она заколола её мечом, снова и снова, всё сильнее и яростнее. Тело Карин, с каждым словом магического заклинания, стало приходить в норму, обретать свой живой блеск. Алая кровь хлынула из её груди, окрашивая голубое платье. Татия любовалась Карин, пока Финн не отрубил ей голову. Однако ритуал был испорчен, и душа не вернулась, восстановилось только тело. В полнолуние все узнали, что Никлаус – оборотень. Микаэль был в ярости, он хотел убить этого выродка и свою неверную жену. Но он знал, что Карин слишком любила его детей. И что он скажет своей потерянной дочери, если убьет их? Она отдала себя, чтобы они жили. Ему было обидно и больно от этой ситуации. — Эстер, скажи мне правду. Фрея, она мертва или нет? Его жена отвернулась и заплакала, а Микаэль хотел её ударить. — Эстер говори! Не беси меня! И тогда его жена призналась, что её забрала Далия, и у них был уговор, а детям она запретила говорить. Мужчина выгнал их и сам сел возле гроба, где лежало тело Карин. — Как же мне тебя не хватает, солнышко. Ты сейчас похожа на спящую деву из своих рассказов… Отец стал расчёсывать её волосы и гладить по голове. — Спи, солнышко, твой папа рядом, — и он поцеловал её в лоб и вышел из дома. Ему нужно было обдумать происходящее. Микаэль бродил по лесу, словно неприкаянный дух. Ярость клокотала в нем, смешиваясь с отчаянием и виной. Он, глава семьи, должен был защищать своих близких, а в итоге привел их к такому ужасному исходу. Предательство жены, проклятие оборотня в сыне, потеря Карин… Все это казалось непосильной ношей. Он чувствовал себя сломленным, но знал, что не имеет права сдаваться. Ради Карин, ради остальных детей, он должен найти в себе силы двигаться дальше. Вернувшись домой, Микаэль застал Эстер, сидящую у тела Карин. Она больше не плакала, но ее взгляд был полон скорби. Он сел рядом с ней, и они долго молчали, каждый погруженный в свои мысли. Наконец, Микаэль нарушил тишину: «Мы должны найти способ вернуть ее, Эстер. Я не могу смириться с ее потерей». Эстер кивнула, не отрывая взгляда от лица дочери. «Я знаю, Микаэль. Я тоже не могу. Мы найдем способ, чего бы это ни стоило». Микаэль высился над юным волком, своим сыном, словно древний утес над молодым побегом. В его обычно немигающих, ледяных глазах плескалось мутное сожаление, словно осколки разбитого льда. Он жаждал запереть зверя, навеки усмирить проклятие, терзающее плоть сына. Но искра человечности, тлеющая в глубине звериной сущности, подсказала иной путь. "Ты дашь клятву, сын мой," – пророкотал Микаэль, и голос его звучал как скрежет гранитных глыб, перемалываемых вечностью. "Клятву, что ни единым клыком не коснешься крови семьи своей." Эстер, чье лицо застыло маской непроницаемой силы, начала ритуал. Кол, с кривой усмешкой, скрывавшей бурю подлинных чувств, следил за каждым ее движением, бережно вливая в чашу алый отвар, настоянный на тайнах и грехах. Слова заклинания, словно темные нити, сплетались в кокон, опутывая волка, уже наполовину человека, невидимыми, но нерушимыми узами. Магия древняя, жестокая в своей необходимости. Столетия осыпались прахом, просачиваясь сквозь пальцы времени. Вечность, брошенная к ногам алтаря поисков. Они искали двойника. Ключ, способный отпереть врата их личного ада. Тело любимой дочери, сестры, покоилось в хрупком коконе стазиса, оберегаемое от тлена. И вот, забрезжил рассвет надежды – они нашли ее. Двойника. Девушку, в чьих жилах текла искра утраченной магии, столь необходимой для спасения Карин. Но Катерина ускользнула, словно дым, унося с собой не только призрачную надежду, но и хрупкое, словно лепесток, тело обожаемой Карин. Похитила бесценное сокровище. Мир семьи Майклсон, и без того трещавший по швам, содрогнулся в предсмертной агонии. Ярость, дремавшая веками, пробудилась, готовая вырваться на свободу и затопить мир потоками мести. Поиск Катерины станет кровавой вендеттой, разрывающей ткань реальности на лоскуты.