Часть 11

Агнесса прожила с Кэтрин десять лет, и за все это время их отношения стали необычайно глубокими и доверительными. Фея не испытывала страха перед прикосновениями вампирши, а наоборот, реагировала на них с тихой радостью и спокойствием, чувствуя себя в абсолютной безопасности. Кэтрин, обладая непревзойденными чарами и обаянием, нежно гладила её по голове, нежно целуя в шею, руки и затылок, что заставляло Агнессу краснеть и покоряться её желаниям. Каждый поцелуй, каждое прикосновение были полны тепла и любви, что создавали ощущение бесконечной идиллии, которой восхищалась фея. Когда Агнесса, полная искренних вопросов, задавала Кэтрин вопрос о запрете уходить за пределы сада, Пирс мягко, но настойчиво отвечала: «Там опасно, мой милый ангел, припрятываются плохие люди, которые могут навредить и тебе, и мне. Ты хочешь, чтобы я пострадала?» Агнесса, чувствуя гордость за собственную преданность, отрицательно кивала, и Кэтрин с любовью поцеловала её в губы, тем самым укрепляя эту связь доверия. «Вот и молодец, но если тебе скучно, можешь почитать книги», — предложила она, наблюдая, как блондинка с радостью и невижимой легкостью ускакала в библиотеку, где книги с их множеством историй и приключений вдобавок к собственному воображению всегда вызывали у неё восторг. Кэтрин наблюдала за этой детской наивностью своей возлюбленной, радостно осознавая, как Агнесса, слушая каждое её слово, проявляла открытость и готовность следовать за ней, словно глина, из которой Пирс лепила свой шедевр отношений. Эта идиллия, однако, была под угрозой из-за вмешательства Майклсонов — их присутствие в мире просто не могло не беспокоить. Единственным утешением для Кэтрин было то, что дом и участок, где они жили, были надежно защищены мощным барьером, созданным ведьмой из крови Кэтрин, так что никто не мог попасть внутрь. Но в то же время ей придавали сил и то, что Майклсоны были заняты борьбой с ведьмами и оборотнями, вызывая у неё легкое удовлетворение от осознания, что они сталкиваются с трудностями. Сейчас же ей предстояло получить свой сладкий десерт — нежную и бархатистую кровь своей милой девочки. Зайдя в библиотеку, она с улыбкой наблюдала, как Агнесса погружена в чтение книги, остановив взгляд на её сосредоточенном лице. «Катя, ты быстро вернулась», — радостно произнесла блондинка, закрывая книгу и поднимая к ней свои светлые глаза. Брюнетка хитро улыбнулась и начала целовать её в шею, вдыхая сладкий аромат, исходивший от феи. «Соскучилась, я начинаю страдать без тебя», — ответила она, аккуратно прижимая руку Агнессы к своим губам и чуть касаясь её кожи, едва кусая её запястье. Острые клыки прокололи кожу, и бывшая Карин, очарованная всем происходящим, завороженно следила за тем, как глаза её девушки темнели, пока Кэтрин неторопливо пила её кровь, наслаждаясь каждым мгновением. После этого вампирша поцеловала Агнессу в губы, страстно и искренне, а блондинка немного смутилась от её нежных прикосновений. Петрова с феей быстро перенеслись в спальню, и Кэтрин уложила её на кровать, бережно снимая платье, корсет и все лишнее, так же как и себя. Вампирша с трепетом покрывала ноги Агнессы поцелуями, нежно кусая их, пока не спустилась к самому сокровенному, заставляя фею тихо стонать и теряться в своих собственных ощущениях. Когда Кэтрин коснулась её лона языком, начав при этом ласкать клитор пальцами, Агнесса стонала от удовольствия, едва сдерживая свои восторг: «Катя, пожалуйста, ещё, мне очень приятно». Екатерина, с довольной улыбкой на губах, усилила свои действия, в то время как её «ангелочек», погружаясь в неописуемое наслаждение, стонал всё громче, хватая её за волосы, словно искал ещё большей близости и утешения. Затем, поцелуй за поцелуем, они вновь пересеклись губами, и Агнесса, почувствовав это доверие, открывала свои чувства, а Кэтрин играла с её сосками, ласково дразня её. Блондинка старалась повторять за вампиршей, и когда она начала целовать и ласкать, используя свой язык, это вызвало у Кэтрин волнующие ощущения, которые она не могла сдержать. Фея, хотя и смущенная, сосредоточенно пыталась делать всё лучше, её возбуждение усиливалось с каждой секундой, когда Пирс касалась её затылка и хвалила её за старания. Кэтрин, полная страсти, перевернула Агнессу на живот, нежно целуя её спину и спускаясь всё ниже к ягодицам, вызывая при этом громкий и предвкушающий вздох. Агнесса, чувствуя язык Кэтрин, который дразнил её кожу, не могла сдержать свою реакцию. Вампирша, обижая её немного, аккуратно укусила за ягодицу, что вызвало новый вздох удовольствия, и она, собравшись с силами, перевернула её обратно на спину, посмотрела в глаза и вошла в неё пальцами. Агнесса зажмурилась и прикусила губу, ощущая, как возбуждение нарастает, словно волны прибоя, накатывающиеся и отступающие. Кэтрин, увеличив темп, заставила Агнессу стонать громче, ненадолго погружая её в забвение. Вампирша наклонилась и снова начала нежно целовать её, одновременно продолжая двигать пальцами, что вскоре привело Агнессу к величайшему наслаждению. Она закричала, сжимая простыни в своих руках, как если бы пыталась захватить свой мир вокруг, в то время как Кэтрин продолжала, словно магия, целовать её, не отпуская, пока судороги не прекратились. Обе тяжело дышали, лежа рядом друг с другом, а Кэтрин, нежно погладив её по волосам, произнесла: "Ты была великолепна, мой ангел", - шепча слова восхищения. Агнесса, с улыбкой на лице, прижалась к ней, ощущая тепло и защиту. Спустя некоторое время, когда их дыхание стало более размеренным, Кэтрин вдруг встала с кровати, что вызвало легкий трепет в душе Агнессы. "Я должна уйти ненадолго", - произнесла она, чувствуя необходимость быть честной и открытой. Агнесса нахмурилась в ответ на это заявление. "Куда?" - спросила она, проявляя еще больше беспокойства. "У меня есть дела, которые нужно закончить", - ответила Кэтрин, целуя её в лоб с нежностью, которая передавала поддержку и уверенность. "Я скоро вернусь", - добавила она, стараясь успокоить Агнессу, хотя внутри её самой росло беспокойство. Агнесса кивнула, хотя и чувствовала легкую тревогу, ведь в глубине её души что-то не давало покоя. Кэтрин, облачившись в лёгкие одежды, вышла из комнаты и направилась в лес. Ей необходимо было найти ведьму, поддерживавшую барьер, её инстинкты подсказывали, что нечто было не так. Барьер, защищавший их, стал слабеть, и она подозревала, что ведьма скрывает что-то очень важное, что может угрожать их безопасности. Кэтрин понимала, что должна быть осторожна; Майклсоны могли использовать этот момент в своих интересах, и она не могла позволить этому случиться. Прошло несколько минут, и она наконец нашла ведьму, стоявшую посреди леса и читавшую заклинание. "Что ты делаешь?" - строго спросила Кэтрин. Ведьма вздрогнула и обернулась, её лицо исказилось от страха. "Я поддерживаю барьер", - ответила она, едва сдерживая дрожь в голосе. "Не ври мне", - прорычала Кэтрин, чувствуя, как гнев и предательство начинают охватывать её душу. "Я чувствую, что он ослабевает. Что ты скрываешь?" Ведьма, словно попавшая в ловушку, замолчала, и тишина, царящая вокруг, напрягала атмосферу. "Я… я работаю с Майклсонами", - наконец призналась она, её слова прозвучали как удар в сердце. В этот момент Кэтрин пришла в бешенство, недоумение и предательство накрыли её, как волна. "Ты предала меня!" - закричала она, бросаясь на ведьму с яростью, которая переполняла её. Кэтрин схватила ведьму за горло, сжимая его с нечеловеческой силой, глаза её горели лютой ненавистью. "Как ты могла? Я тебе доверяла!" — крикнула она, её гнев никак не знал границ. Ведьма задыхалась, отчаянно пытаясь вырваться из хватки вампирши, но тщетно. "Они… они предложили мне больше", - прохрипела она, теряя надежду. Кэтрин, не в силах сдержать свою ярость, сжала горло ведьмы еще сильнее. Внутри неё бушевал ураган эмоций. "Больше, чем что? Чем безопасность, которую я тебе обеспечивала? Чем жизнь, которую я тебе подарила?" — её голос был полон осуждения. Она чувствовала, как предательство проникает в каждую клеточку её тела. Ведьма в отчаянии хрипела, её глаза налились кровью, и, только мгновение поколебавшись, Кэтрин нанесла финальный удар, сломав ей шею. Тело безвольно упало на землю, и вампирша тяжело дышала, стараясь унять свой гнев, который бушевал внутри. Пробежавшись глазами по окружению, она убеждалась, что никто не видел того, что произошло. Предательство никогда не оставалось не наказанным, и она знала, что Майклсоны не остановятся на одной ведьме — они будут искать другие способы ослабить барьер и прорваться в её мирный уголок, который она так бережно защищала. Ей нужно было быть готовой, и она понимала, что это связано с защитой Агнессы любой ценой. С этими мыслями вампирша вернулась домой с пострадавшей душой, стараясь скрыть свое волнение, чтобы не пугать Агнессу. Она вошла в спальню и увидела девушку, сидящую на кровати, обеспокоенно глядящую на неё своими нежными глазами. "Что случилось?" - спросила она, а в голосе её звучало беспокойство. Кэтрин подошла ближе, чувствуя мягкость её рук, и взяла их в свои. "У нас проблемы", — произнесла вампирша, её голос был полон серьезности и настороженности. "Агнесса, нам нужно уходить. Наши враги скоро будут здесь", - выпалила Кэтрин, не желая скрывать правду. Агнесса испугалась, её сердце забилось быстрее от паники. "Что? Что ты говоришь?" — вырвалось у неё. Кэтрин, понимая, что времени чтобы объяснить не осталось, схватила Агнессу за руку и потащила её к двери. "Доверься мне. Я защищу тебя", - произнесла она, испытывая нежность к своей девушке и страх за её безопасность. Каждое слово Кэтрин звучало как обещание, и Агнесса, несмотря на свои страхи, почувствовала, как внутри её что-то затеплилось .