Глава 2. Жёлтый «Фольксваген Битл»

Цель: Помочь феям подготовить монастырь к завтрашней службе. Не умереть от смеха или от слишком пристального внимания одного очаровательного, но чертовски опасного антиквара. Монастырь Монахинь. Какое говорящее название, а? Ирония так и плескалась в воздухе, как вода в старом ведре. С другой стороны, здание, несмотря на свою несколько обветшалую внешность, дышало уютом. Или, по крайней мере, пыталось. Голубая фея, или, как она представилась, Мать Настоятельница, встретила меня с таким выражением лица, будто я только что предложила ей продать душу за скидочный купон на чистку ковров. Холодная вежливость сочилась из нее, как роса с ледяной розы. Кажется, я слегка задела ее нимб своим невидимым крылом. — Ты новенькая? — процедила она, сканируя меня взглядом, словно я была подозреваемой в краже печенья из общей кухни. Серьезно, я же не воровка, а просто… временно нуждающаяся в убежище. И, может быть, обладающая тайным заданием, но это детали. — Да, — ответила я, стараясь излучать как можно больше невинности, — но не волнуйтесь, я не собираюсь красть священные реликвии. Или, по крайней мере, не сразу. Все зависит от того, насколько ценными окажутся эти реликвии. Шучу! Опять. Зелёная фея, фыркнула в свой кружевной платок, пытаясь скрыть смех. Судя по всему, юмор у этих святых дев был… своеобразным. Или, может быть, это просто я обладала слишком циничным взглядом на мир. — О, мне уже нравится эта девчонка! — проскрипела Зеленая, игриво толкнув меня в бок. Ее глаза искрились весельем, контрастируя с надменным видом Матери Настоятельницы. Кажется, у меня появился союзник. Голубая закатила глаза, явно не разделяя энтузиазма Зелёной. Она кивнула в сторону груды картонных коробок, забитых цветочными гирляндами и прочими украшениями. — Если хочешь помочь, — отрезала она, — разбирай гирлянды. И постарайся не перепутать. В прошлом году был небольшой… инцидент. Инцидент, говорите? Интересно, насколько небольшим он был? Наверное, не таким уж и маленьким, если Мать Настоятельница до сих пор об этом помнит. Я вздохнула и принялась за дело. Гирлянды оказались на удивление запутанными. Кажется, кто-то действительно постарался, чтобы превратить их в неразрешимый клубок проволки и блестящих украшений. Первые полчаса я молча распутывала гирлянды, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Однако, тишина в монастыре была удручающей. Даже тиканье часов казалось оглушительным. А уж моя неуклюжесть… Я постоянно роняла блестки, натыкалась на коробки и умудрилась запутаться в одной из гирлянд так, что чуть не упала. — Тебе нужна помощь? — спросила Зеленая, наблюдая за моими мучениями. — Да, пожалуй, не откажусь, — ответила я, с облегчением. — Я, кажется, больше ломаю, чем собираю. Зеленая подошла ко мне и ловким движением пальцев распутала очередную гирлянду. — У тебя, я вижу, не очень хорошо получается, — заметила она, с улыбкой. — Но ничего, у всех есть свои таланты. Может, ты хорошо поешь? Или играешь на каком-нибудь инструменте? — Пою я ужасно, — призналась я. — А вот играть… могу на нервах. Особенно у тех, кто слишком серьезен. Зеленая рассмеялась. — А вот это мне нравится! — воскликнула она. — Ты, кажется, именно та, кто нам была нужна. А то Мать Настоятельница совсем загрустила со своими правилами и предписаниями. Следующие два с половиной часа пролетели незаметно. Мы с феями разобрали все гирлянды, украсили алтарь и даже успели повесить несколько новых икон. Храм преобразился. Он сверкал чистотой и светом, готовясь к завтрашней службе. А мы с Зелёной тем временем перешли на очень вольные шутки. Атмосфера разрядилась, и даже Мать Настоятельница, казалось, немного оттаяла. Или это просто мне так показалось? — Значит, священник и монахиня заходят в бар… — начала я, пытаясь придумать что-нибудь действительно непристойное. — И он говорит: «Сестра, а вы точно в Бога верите?» — подхватила Зелёная, заливаясь смехом. Ее щеки покраснели от смеха, а глаза наполнились слезами. Мери Маргарет, которая помогала нам с цветами, покраснела, как её знаменитое яблоко. Кажется, мои шутки заходили слишком далеко даже для ее невинной души. — Может, вам парня найти? — подмигнула я Мери Маргарет. — Чтобы не так стеснялась. А то, знаете ли, краснеете, как помидор. — О да! — Зелёная хлопнула в ладоши. — Как насчет шерифа? Он явно поглядывает в твою сторону! Он же такой… мужественный! — Или мистера Голда? — добавила я с наигранной мечтательностью, приподняв бровь. — Тёмный, загадочный, с такой тростью… Уверена, у него есть много интересных историй, которые он мог бы рассказать. И не только историй о старинных вещах. Мери Маргарет чуть не уронила вазу с цветами. Ее лицо стало пунцовым. — Вы ужасные! — пролепетала она, пытаясь восстановить равновесие. Мы с Зелёной переглянулись и рассмеялись. Кажется, нам удалось немного расшевелить эту тихую обитель. Ну, или, по крайней мере, смутить одну очень наивную девушку. — Не принимай все так близко к сердцу, дорогая, — сказала я, похлопав Мери Маргарет по плечу. — Мы просто развлекаемся. А если ты действительно хочешь узнать что-то интересное, то лучше спроси у мистера Голда. Он наверняка знает много всяких секретов. К вечеру дождь застучал по крыше монастыря. Небо заволокло серыми тучами, и казалось, что весь мир погрузился в меланхоличное настроение. Я натянула капюшон своего плаща и вышла на пустынную улицу. Дождь барабанил по тротуару, отражая тусклый свет фонарей. Атмосфера была… жутковатой. И тут я увидела его. Жёлтый «Фольксваген Битл» медленно ехал по мокрой дороге, рассекая темноту своим ярким цветом. Он выделялся на фоне серости, словно солнечный луч в пасмурный день. Сердце бешено заколотилось в моей груди. Каждый удар отдавался эхом в ушах. Я узнала эту машину. Я ждала ее. Эмма. Значит, завтра всё начнётся по-настоящему. Игра началась. И ставки, похоже, будут очень высокими. Я застыла под дождём, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Холод пронизывал меня насквозь, но я не могла пошевелиться. Я была словно парализована. — Интересно, — раздался знакомый голос за моей спиной, — что может так увлечь мою помощницу в такую погоду? Дождь, конечно, романтичен, но не настолько, чтобы стоять под ним, как истукан. Я обернулась. Мистер Голд стоял под большим чёрным зонтом, ухмыляясь, как кот, поймавший мышку. Его глаза, как всегда, горели каким-то недобрым огнем. Он выглядел… довольным. Слишком довольным. Словно он знал что-то, чего не знала я. — Просто люблю дождь, — соврала я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. Хотя внутри меня бушевала настоящая буря. Он посмотрел на удаляющуюся машину, потом снова на меня. Его взгляд был пронзительным, словно он пытался заглянуть мне в душу. — И жёлтые автомобили, видимо, тоже, — добавил он с насмешливой интонацией. — Я заметил, как ты на него смотрела. С таким… интересом. Чёрт. Он все видел. И, скорее всего, уже что-то подозревал. Нужно было срочно придумать правдоподобное объяснение. — У всех есть слабости, — пожала я плечами, стараясь выглядеть непринужденно. — Кто-то любит шоколад, кто-то — старые книги, а я… неравнодушна к жёлтым «Фольксвагенам». Ничего особенного. Он шагнул ближе, накрывая меня своим зонтом. Запах старой кожи и чего-то неуловимо мистического окутал меня. Сердце забилось еще сильнее. — Тогда будем надеяться, — прошептал он, наклоняясь ко мне так близко, что я почувствовала его дыхание на своей щеке, — что твоя слабость не станет для тебя роковой. Ведь слабости, как известно, могут быть очень опасными. Особенно в нашем городе. Капли дождя стекали по его трости, сверкая в свете фонарей. Она выглядела зловеще и элегантно одновременно. Словно оружие, скрытое под маской аристократизма. А я поняла, что игра только что стала намного опаснее. Мистер Голд не был просто безобидным антикваром. — Неужели вы считаете, что маленький желтый автомобиль может быть настолько опасным? — спросила я, стараясь сохранить иронию в голосе. — Мне казалось, что в этом городе есть вещи пострашнее. Например, просроченный сыр в вашей лавке. Мистер Голд усмехнулся. — О, поверь мне, дорогая, — ответил он. — Сыр — это самое безобидное, что ты можешь встретить в Сторибруке. А вот жёлтые «Фольксвагены»… они могут привести тебя к очень неприятным последствиям. — И вы, конечно же, знаете, о каких последствиях идет речь? — поддразнила я. — Может быть, — уклончиво ответил он. — А может быть, и нет. Но я бы на твоем месте был осторожнее. Интерес — это хорошо, но любопытство, как известно, сгубило кошку. — Я не кошка, — возразила я. — И я не боюсь быть любопытной. — Это мы еще посмотрим, — прошептал он, глядя мне прямо в глаза. — А пока… до свидания. Береги себя. И избегай жёлтых автомобилей. Он отступил назад и, развернувшись, направился в сторону своей лавки, оставив меня стоять под дождем, в полном недоумении.