Глава 8. Призраки прошлого

Стыд и неловкое молчание обрушились на Лору, словно тяжелый занавес. Каждый день в лавке мистера Голда превращался в пытку, в бесконечную череду мучительных моментов, наполненных невысказанными словами и подавленными эмоциями. Она не могла смотреть Голду в глаза. Просто не могла. После той ночи, после того пьяного откровения, между ними образовалась пропасть, зияющая бездной смущения и раскаяния. Каждый раз, когда их взгляды случайно пересекались, она чувствовала, как ее щеки заливает краска. Ей казалось, что он все знает, все помнит. Он слегка приподнимал бровь, словно поддразнивая ее, и уголок его губ дрожал от едва сдерживаемой усмешки. Она же, наоборот, готова была провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться в воздухе, лишь бы избежать его взгляда. Она пыталась избегать его, пряталась за прилавком, перебирала книги и артефакты, лишь бы не видеть его лица. Но он всегда был рядом, словно тень, наблюдающая за каждым ее движением. Он не говорил ничего, не упрекал, не напоминал о случившемся. Но его молчание было гораздо хуже любых слов. Она чувствовала себя глупо, нелепо, жалко. Она была готова поклясться, что видела насмешку в глазах других жителей Сторибрука, когда проходила мимо них на улице. Все знали, что она работает в лавке Голда, и, наверняка, все знали о ее чувствах к нему. И, конечно же, все знали о Бель. Лора пыталась убедить себя, что это просто алкоголь виноват во всем. Что она просто перебрала с коньяком и наговорила глупостей. Но в глубине души она знала, что это не так. Алкоголь лишь выпустил наружу то, что она так долго скрывала, то, что терзало ее сердце изнутри. Она действительно любила Голда. Любила его мрачную харизму, его острый ум, его загадочность. Любила его, несмотря ни на что. Но он любил Бель. И это было единственное, что имело значение. Чтобы хоть как-то отвлечься от мучительных мыслей, Лора старалась быть полезной в лавке. Она переставляла книги, протирала пыль с полок, раскладывала товары. Она делала все, чтобы занять свои руки и голову, чтобы не думать о Голде и о том, что произошло между ними. — Может, переставим эти вазы? — пробормотала она, хватая первую попавшуюся вещь, лишь бы занять руки. Она не знала, зачем она это делает, но ей просто нужно было что-то делать, чтобы не сойти с ума. — Если хочешь. — Его голос звучал слишком спокойно. Слишком… нормально. Как будто прошлой ночи не было. Как будто она не целовала его, не признавалась ему в любви, не унижалась перед ним. Лора так сильно сжала вазу, что та чуть не треснула. Она чувствовала, как ее пальцы немеют от напряжения. Ей хотелось разбить эту вазу о стену, разнести всю лавку в щепки, выплеснуть свою ярость и разочарование. Но она сдержалась. Она не могла позволить себе потерять контроль. Она медленно выдохнула и поставила вазу на место. Ее руки дрожали. — Я просто… пытаюсь быть полезной, — пробормотала она, избегая его взгляда. — Я ценю это, — ответил Голд, но в его голосе не было ни капли искренности. Она снова принялась переставлять вазы, пытаясь не думать о том, что он сейчас думает о ней. Она чувствовала его взгляд на себе, ощущала его присутствие в комнате. Это было невыносимо. Звонок колокольчика прозвенел, разрывая тишину лавки. Лора вздрогнула от неожиданности и обернулась к двери. В этот момент все ее мысли и чувства отступили на второй план, уступая место шоку и изумлению. Дверь лавки распахнулась, и в проеме появилась она. Бель. Лора замерла, словно громом пораженная. Ее сердце бешено заколотилось в груди. Она не могла поверить своим глазам. Бель вернулась? Но как? Девушка стояла, озираясь по сторонам, будто не понимала, где находится. Ее пальцы дрожали, а глаза были полны смятения и растерянности. Она выглядела потерянной и испуганной. Лора почувствовала прилив сочувствия к ней. Бель всегда была доброй и нежной, она не заслуживала всего того, что с ней произошло. — Бель… — прошептала Лора, не в силах оторвать от нее взгляд. Ее голос прозвучал тихо и неуверенно. Она не знала, что сказать, что сделать. В этот момент из глубины лавки вышел Голд. Он шел медленно и уверенно, как всегда. Но когда он увидел Бель, его походка изменилась. Он замер на месте, словно окаменев. И увидел ее. Весь воздух будто вытянуло из комнаты. Тишина стала оглушительной. Он застыл, словно перед ним стоял призрак из прошлого. В его глазах отразились удивление, шок, восторг, и… надежда? — Бель? — Его голос звучал так, будто он видел призрак. В нем слышалась дрожь, которую Лора никогда раньше не замечала. Бель медленно повернулась к нему. Ее взгляд скользнул по Лоре, словно оценивая ее, и потом снова вернулся к Голду. Она смотрела на него с недоумением и любопытством. — Я… я не знаю, как я здесь оказалась, — проговорила она тихо. Ее голос звучал неуверенно и смущенно. — Я помню… только обрывки. Какую-то башню… и… вас. Ее взгляд скользнул по Лоре, потом снова вернулся к Голду. — Вы… вы меня знаете? — В ее глазах читалось отчаянное желание узнать правду.

***

Три сердца. Три удара. Три разных судьбы, переплетенные в сложный и запутанный узел. Лора понимала — проклятие треснуло, и Бель начала вспоминать. Она почувствовала прилив надежды. Может быть, теперь все наладится. Может быть, Бель вернется к Голду, и он будет счастлив. А она… она просто уйдет, исчезнет из их жизни, оставит их в покое. Голд стоял, сжав трость так, что костяшки пальцев побелели. Он боялся поверить в то, что видел. Он ждал этого момента так долго, и теперь, когда он наконец-то настал, он не знал, как себя вести. Он боялся спугнуть ее, боялся, что она снова исчезнет. Бель смотрела на них обоих, как на разгадку своей тайны. Она чувствовала, что они знают ее, что они связаны с ней какой-то невидимой нитью. Она жаждала узнать, кто она такая, откуда она пришла, и почему она ничего не помнит. — Да, — наконец произнёс Голд, нарушая тишину. Его голос звучал тихо, но уверенно. — Я знаю тебя. Я знаю тебя очень хорошо. Бель шагнула к нему. Она смотрела на него с надеждой и отчаянием. — Кто я? — прошептала она. — Что со мной случилось? Лора тихо отступила назад, давая им пространство. Она чувствовала себя лишней, ненужной. Она понимала, что сейчас не ее время. Но Голд вдруг резко обернулся к ней. Его взгляд был полон решимости. — Лора. Она вздрогнула от неожиданности. Она не ожидала, что он заговорит с ней. — Иди домой. Его слова прозвучали как приказ. Он не смотрел на нее, он смотрел на Бель. Лора почувствовала, как ее сердце сжимается от боли. Он выгоняет ее. Он хочет остаться наедине с Бель. Он больше не нуждается в ней. Она ничего не сказала. Она просто кивнула и медленно пошла к выходу. Когда она проходила мимо Бель, та посмотрела на нее с любопытством. — Кто она? — спросила Бель у Голда. Лора не услышала его ответа. Она вышла из лавки и направилась домой. На улице шел дождь. Капли стекали по ее лицу, смешиваясь со слезами. Она не знала, куда идет, что будет делать дальше. Она просто шла вперед, пытаясь убежать от боли, которая разрывала ее сердце на части.

***

Позже, когда Лора уже ушла, Бель начала вспоминать. Воспоминания приходили к ней обрывками, как осколки разбитого зеркала. Она вспомнила темное, сырое помещение, больше похожее на тюремную камеру, чем на комнату. Вспомнила одиночество и отчаяние, которые терзали ее душу. Вспомнила, как Реджина, с ледяной улыбкой на лице, навещала ее, чтобы напомнить о ее беспомощности. Она вспомнила, что Реджина заперла ее где-то, держала там против ее воли, в полной изоляции. Все это время Голд был в отчаянии, он считал ее мертвой. Эта мысль пронзила ее, словно ледяной кинжал. Он страдал, а она не могла ему помочь. Вспомнив все это, Бель почувствовала прилив ярости и ненависти к Реджине. Как она могла быть такой жестокой? Как она могла лишить ее жизни, лишить Голда любви? Эмма, которая в этот момент зашла в лавку, чтобы найти Лору, была потрясена услышанным. Голд в бешенстве вышел на улицу. Эмма сразу же повела Бель в мэрию, чтобы та официально заявила о случившемся. Когда Эмма и Бель вошли в мэрию, там уже находился Голд. Он был взбешен и готов разорвать всех на части. — Я убью ее! — кричал Голд, его глаза метали молнии. — Я заставлю ее заплатить за все, что она сделала! Эмма попыталась успокоить его, но это было бесполезно. Голд был вне себя от ярости. Бель подошла к нему и взяла его за руку. — Румпель, пожалуйста, успокойся, — сказала она. — Я знаю, что ты чувствуешь, но мы не можем позволить тебе совершить ошибку. Голд посмотрел на нее, и его гнев немного утих. Он обнял ее крепко, словно боялся, что она снова исчезнет. — Я думал, что потерял тебя навсегда, — прошептал он. — Я не знаю, что бы я делал без тебя. Бель прижалась к нему и поцеловала его.