Глава 5. Добро пожаловать

Тишина в квартире была какой-то странной, будто застывшей. В воздухе висел лёгкий аромат чая в смеси с  мужским парфюмом. За окном уже сгущались толпы людей, а яркий свет лениво пробирался сквозь занавески, отбрасывая на стены свои лучики — Итак, мать сказала, тебя надо покормить… — Кейске скрестил руки на груди и лениво прислонился к холодильнику, разглядывая её с лёгким прищуром. — Чем ты вообще питаешься? В его взгляде читалось что-то среднее между искренним любопытством и подозрением, будто он пытался определить, с кем имеет дело — человеком или каким-то неизвестным существом. — Я не из переборчивых… — она пожала плечами, осторожно садясь на стул. Деревянные ножки глухо скрипнули о пол. Она чувствовала себя чужой в этом пространстве. Всё здесь будто говорило о том, что это не её место: слегка разбросанные вещи, запах табака, доносящийся из глубины квартиры, неубранная, но в то же время какая-то уютная кухня. — Блин, маман лапшу забрала из заначки… — Кейске недовольно цокнул языком, начиная безуспешный обход кухни. Он по очереди распахивал дверцы шкафов, заглядывал в холодильник, но там его ждало лишь разочарование. — Мне тебе предложить нечего. Пока. Я могу слетать в магаз… — А ты умеешь готовить? — она спросила негромко, но внимательно наблюдала за его суетой, так и не решаясь полностью поднять голову. Ей было не по себе. Чужая квартира, малознакомый человек, да ещё и при таких обстоятельствах… Всё это ощущалось так, словно её занесло в какой-то неправильный фильм. — Не-а. — Кейске беззаботно хмыкнул, откинувшись на столешницу. — Мне дела нет до этого, но зато я мастер заваривать самую вкусную лапшу во всей Японии! Он с гордостью ткнул большим пальцем в себя, расправляя плечи, а в уголках губ мелькнули клыки. Она тихо усмехнулась. — Я могу приготовить. Чтобы ты лишний раз не бегал. — Ты умеешь? — он скептически прищурился, чуть склонив голову набок. 《Какой он активный…》 — Конечно, у меня опыт работы в этом. Только есть у тебя резинка для волос? — Ты ещё и работаешь… — Кейске чуть нахмурился, но быстро вернул себе прежний вид. Только вот, заметив её пристальный взгляд, поспешил добавить: — Ладно, раз так, флаг тебе в руки. Сняв с запястья запасную чёрную резинку, Кейске протянул её девушке, его пальцы едва заметно задели её кожу. Она была холодной, даже несмотря на тёплый, почти знойный воздух в комнате. Он невольно замер, бросив на неё чуть более внимательный взгляд. — Ты всегда такая ледяная? — хмыкнул он, но в голосе не было насмешки, скорее непонимание, вперемешку с любопытством. Она лишь кинула короткое "Угу" взяла резинку, оборачивая её вокруг пальцев. Готовка проходила в тихом ритме, наполненном звуками: стук ножа о доску, приглушённый шум газа, шуршание упаковок. Кейске, несмотря на свои слова, периодически возникал у неё за спиной, находя те или иные ингредиенты. Склоняясь слишком близко, задавая какие-то странные вопросы о специях и способах нарезки. — А зачем ты это добавляешь? — Так вкус будет насыщеннее. — Правда? — он склонился чуть ближе, наблюдая за её руками. Он вообще не умел просто сидеть на месте. В конце концов, он заварил чай и всё-таки уселся за стол, подперев голову ладонью. Лёгкая тень от его фигуры плясала на стене от света настольной лампы. — Ну-у… посмотрим, что у тебя выйдет, — он лениво улыбнулся, вновь блеснув клыками. Она не ответила, лишь чуть сильнее сжала ложку.                                 Тишина, царившая в квартире, нарушилась резким щелчком замка. Юки вздрогнула, инстинктивно сжав пальцы в кулаки, будто от этого могла стать меньше, незаметнее. Кейске, напротив, лишь лениво поднял глаза от чашки чая, равнодушно наблюдая, как дверь открывается. Вошедшая женщина принесла с собой едва уловимый аромат духов, смешанный с запахом уличного воздуха. В её движениях чувствовалась лёгкость, но взгляд сразу же остановился на сыне, а затем на незнакомой девушке у плиты. — О, маман, — беззаботно бросил Кейске, отставляя чашку в сторону. — Я думала, кто-то из соседей готовит, запах просто восхитительный… — Рёко прищурилась, втягивая носом воздух. — Кейске, ты готовишь? Она посмотрела на сына с лёгким подозрением, сложив руки на груди. — Ты хочешь остаться без жилья? Или устроить капитальный ремонт кухни? — Баджи-младший фыркнул, вскинув бровь. — Это не я, это Юки готовит. — А? Правда? — изумлённо протянула Рёко, проходя на кухню. Юки тут же отвела взгляд в пол, а затем, как положено, слегка склонилась в поклоне. — Приветик. Как тебе спалось? — с тёплой улыбкой спросила женщина, но прежде чем Юки успела ответить, уже повернулась к сыну. — Кейске, как ты мог заставить гостью готовить? — Ну, чай горячий в руках, мам… — пробормотал он, пожимая плечами. — И вообще, что я такого сделал? Словно предчувствуя подзатыльник, парень поспешно отодвинулся в сторону, показывая,что он здесь вообще ни при чём. Юки торопливо покачала головой. — Мисс, это была моя инициатива… Мне стало жутко неудобно перед вами, поэтому я решила хоть как-то помочь… Рёко внимательно посмотрела на неё. Что-то в этой девочке заставляло сердце сжиматься. — Тебе действительно не стоило... — мягко произнесла она, но на лице её всё равно мелькнула благодарная улыбка. Белоснежные клыки, манера говорить, даже жесты — Юки вдруг поняла, как сильно они с Кейске похожи. Семейство… котов. Он — дерзкий уличный кот, а она — грациозная, но явно с когтями. — Ну так что, всё готово? — оживилась Рёко, проходя к столу и быстрым движением ополаскивая руки. — Запах просто дразнит! Я умираю с голоду. Юки кивнула, подавая тарелки. Но даже теперь её не покидало чувство скованности. Они такие тёплые, слишком тёплые для неё. Словно обнимают её, не спрашивая, хочет ли она этого. — Боже, как это вкусно! Остренько, как я люблю! Ну, скажи ведь, Кейске? — воскликнула Рёко, жестикулируя руками, её радостное лицо буквально светилось. Но Юки заметила другую эмоцию. Лёгкую дрожь в пальцах, мельчайшую паузу между словами, когда Рёко на секунду замолчала, будто что-то обдумывая. — Ну ладно, признаю, это действительно вкусно… — нехотя протянул Кейске, нарочито надув щёки, словно признавать это было невыносимо. Юки снова посмотрела на них. Почему они так себя ведут? Рёко нервно поправила волосы. Кейске, казалось бы, расслабленно ел, но всё же дергал ногой под столом, время от времени прикусывая губу. Что-то тяготило их. Юки глубоко вдохнула и наконец решилась: — Я могу спросить? — Конечно! — с лёгкой улыбкой откликнулась Рёко. — Дело в том, что… я вот у вас нахожусь, но имени вашего не знаю. Она чуть замешкалась, но затем тихо ответила: — Рёко. Рёко Баджи. Внезапно её лицо погрустнело. — Юки… насчёт вчерашнего. Я понимаю, что тебе неприятно, но нам надо поговорить. Асуна замерла. Грудь сдавило неприятным холодком. Рёко осторожно положила руку на её пальцы, слегка сжимая, будто боялась спугнуть. — Я звонила твоему отцу. Попыталась… поговорить мягче. Но… не вышло. — Женщина погладила её ладонь большим пальцем. — Скажи мне честно. Это он тебя так? Пальцы Юки дрогнули. — Я сама виновата, — тихо выдохнула она. — Мне не стоило лезть… — Нет. — Голос Рёко стал твёрдым, но в нём всё равно звучала нежность. — Ребёнок не виноват в ошибках родителей. Никогда. Твоё тело само за себя говорит, что тебе очень тяжело. Кейске нахмурился, явно не понимая, о чём речь. — Мам? — буркнул он. Рёко лишь махнула ему рукой в манере «не лезь». — Поэтому, побудь пока у нас. Ладно? Юки даже не сразу поняла, что ей предлагают. Побудь… здесь? В её жизни уже давно не было того самого чувства — что о ней кто-то заботится. С того момента, как брата забрали, мир будто перестал существовать. Она медленно подняла взгляд на Кейске. Он смотрел в её тёмные, глубокие, как ночное небо, только вот звёзд там больше не было. Тучи закрывали их полностью. — Ты за него не переживай, этот гад не пропадёт, — весело пробормотала Рёко, сильно хлопая сына по спине. Ведь Кейске подавился. — Мама! — прохрипел он, откашливаясь. — Я не могу… Это неправильно с моей стороны, — наконец подала голос она, сжимая в пальцах край рукава. — Я не хочу быть у вас на шее… — Вот оно что… — Рёко понимающе кивнула. — Тогда так. Хотя бы недельку. Юки колебалась. Но у неё не было выбора. Либо улица. Либо здесь. Мама всегда учила её быть самостоятельной, но иногда обстоятельства… просто не оставляют выхода. — Хорошо… — тихо произнесла она. — Спасибо. Можно я буду вам помогать? Готовить, убираться… — Если тебе так будет спокойнее, то конечно. — Рёко улыбнулась. — Но запомни: все трудности временны. Юки сглотнула, когда женщина подошла ближе и нежно обняла её со спины. Тёплые руки мягко поглаживали её закрытую рукавом левую руку. Тихий, едва уловимый мотив… Рёко что-то напевала. Юки прикрыла глаза. Это было странно. Но так… по-домашнему. — Ну так что, добро пожаловать, что ли, — пробормотал Кейске, жуя вторую порцию. — Не говори с набитым ртом, засранец! — шикнула Рёко. Юки хихикнула. — Отвезёшь вечером Асуну за вещами, — добавила мать. — Ты убрал ту комнату, как я просила? — Ещё бы. — Кейске картинно закатил глаза. Но, когда Рёко отвернулась, корчил рожи ей в спину. Юки это заметила. Немного дёргнув уголок губ Он смотрел прямо на неё – открыто, без попытки скрыть интерес, но и без излишней навязчивости. В его взгляде не было жалости, но было нечто другое – непонятное, непроницаемое. Будто он что-то искал в её чертах, будто хотел понять, но сам не до конца осознавал, что именно. Юки не отвела глаз. В этом молчаливом контакте проскользнула искра. Как ночной ветер, обжигающий кожу после знойного дня. Казалось, Кейске вот-вот что-то скажет, но вместо этого лишь чуть прищурился. Легко, почти незаметно дёрнул уголком губ. А потом продолжил есть, не обращая внимания.