Том 1 - Глава 6

Глава 6

Я проснулся от стука в дверь. Естественно, я выпроводил Эйрин через ванную, как только закончил с ней. Кончив внутрь, я сделал её своей рабыней. Моя сперма захватила её овуляционный цикл, и если я пожелаю, через девять месяцев у неё будет мой ребёнок. Согласно тому, что я узнал о дьяволах, рождение ребёнка не прекращало мучений бытия рабыни. Ведь ребёнок делился многим с матерью через плаценту. Это был коварный метод размножения. Дьявольская кровь сводила женщину с ума от желания, которое могла утолить только дьявольская сперма. Сперма дьявола в утробе создавала связывающее заклинание, заставляя мать подчиняться дьяволу до тех пор, пока он не решит начать её беременность. Затем кровь ребёнка и матери смешивались, и материнская привязанность переключалась на ребёнка. Это ответило на вопрос, который мучил меня со вчерашнего дня. Что не так с моей матерью и почему все терпят её абсурдное поведение. Ответ был прост. Я родился дьяволом. Моя дьявольская кровь смешалась с кровью матери, и к моменту моего рождения она безвозвратно влюбилась в меня. Если это правда, то мать была моим величайшим союзником. Её преданность была абсолютной. Однако моё рождение разрушило мать для всех остальных. Я мог понять, почему Король, мои сёстры и все остальные ненавидят меня. Само моё рождение разрушило разум матери. Но для меня, отправленного в этот мир из другого, это было именно то, что нужно. Надев халат, я открыл дверь. За ней стояла та самая мать, о которой я думал. Она выглядела значительно лучше, чем прошлой ночью, но в её глазах всё ещё читалась тень беспокойства. — Сынок… — сказала она, входя в комнату. — Прости за прошлую ночь. Мой малыш понимает, что мама волнуется, да? Хотя моё тело принадлежит тебе, я понимаю, что не могу быть эгоисткой. Пожалуйста, малыш, не отталкивай маму. Я протянул руку и стиснул женщину в объятиях. После того как я провёл всю ночь, вымещая сексуальное напряжение на Эйрин, я больше не чувствовал сильного возбуждения и мог общаться с матерью, её большой мягкой грудью и формами без неловкости. Она тихо застонала от удовольствия, когда я обнял её. Я отпустил её и заглянул в её большие влажные глаза. — Мама, иногда мне нужно расстояние, но я никогда не оттолкну тебя. — Я наклонился и поцеловал её в щёку. — Мне нравится, когда ты говоришь «мама», а не «матушка» — Мама улыбнулась, её тело дрожало от волнения при моём прикосновении. Теперь, когда я понял источник её одержимости, я чувствовал себя увереннее в общении с ней. Вчера я не был уверен в наших отношениях. Я знал, что она странно одержима, но не понимал почему. Теперь эти вопросы получили ответ. — Я хочу увидеться с отцом сегодня —просто сказал я. Мать моргнула: — Твоим отцом? Королём? Я кивнул: — Я планирую вскоре покинуть замок и посетить другие королевства. Мне нужно обсудить эти планы с отцом. Мать опустила взгляд, на её лице появилось неловкое выражение: — Понятно… — Это проблема? — спросил я. — Король давно болен. Как принц, ты должен без проблем видеться с королём, но твой дядя… — Её голос затих. — Мой дядя считает, что визит дьявола к больному королю будет дурным предзнаменованием… — закончил я её мысль. Это история была стара как мир. Я только что узнал о дяде, но сразу заподозрил несколько вещей. Во-первых, он метит на трон. Во-вторых, хочет помешать мне заявить права на престол. В-третьих, возможно, он даже отравляет моего отца. Разве это не типичный сюжет? Мать опустила голову, не желая подтверждать мои слова. Однако её молчание было всем, что мне нужно. Я дотронулся до подбородка матери: — Всё в порядке, я ожидал подобного. Мать наконец взглянула на меня сквозь длинные ресницы. Даже после ночи с Эйрин, очарование её заплаканных глаз действовало безотказно. Возможно, моё влечение к этой женщине было так же непреодолимо, как её влечение ко мне. Я наклонился и снова нежно поцеловал её в щёку, не в силах остановиться: — Мама, я оденусь. Дядя или нет, но сегодня я должен поговорить с отцом. Я быстро надел одежду. Ожидал, что мать проявит скромность, но, видимо, зря. Она сидела и наблюдала за всем процессом, пока я одевался. Всё было бы терпимо, если бы она не прокомментировала, насколько привлекательной находит мою «пятую точку». Я кашлянул и поспешно натянул оставшиеся шёлковые вещи. В прошлой жизни я предпочитал мешковатые штаны, но здесь весь гардероб состоял из облегающего. После слов матери я особенно остро ощутил, насколько узки эти штаны, особенно сзади. Не сама ли она выбрала эту одежду, чтобы удовлетворить свои желания? Опасная мысль. Мы с матерью покинули безопасность моей комнаты, и я позволил ей вести. Вчерашние изыскания не дали мне карты замка. Средневековые замки проектировали запутанными, чтобы сбить с толку захватчиков, — теперь я в этом убедился. Десятки поворотов, и даже сосредоточившись, я не смог бы найти обратную дорогу. Мы вышли в просторный предтронный зал с двустворчатыми дверьми в конце. На троне сидел мужчина, соответствовавший образу короля: густая белая борода, полные щёки, прямая осанка. Никаких признаков болезни — напротив, он казался мощным и сильным. — Что вы здесь делаете? — прогремел его голос, едва мы приблизились. Нас не объявили. Вокруг трона стояло с десяток людей со свитками и бумагами — видимо, управляющие королевством. Несмотря на формальность, атмосфера была непринуждённой. Замок не принимал публику, но, судя по всему, утренние дела решались здесь же. Мужчина излучал давление. Его взгляд скользнул по матери с похабным намёком, заставив её скрестить руки на груди. Её наряд не был вызывающим, но её естественная красота и формы не требовали усилий. Когда же он посмотрел на меня, разница была разительной: чистое отвращение. Так же, как у Эйрин, но если та пыталась скрыть, этот мужчина даже не старался. Я остановился и слегка поклонился: — Дядя… я пришёл повидаться с отцом. Руки дяди выдавали воина. Его взгляд сузился, а советники развернулись ко мне. Ни один из присутствующих не смотрел без презрения. Эти люди никогда не станут моими союзниками. — Твой отец серьёзно болен. У него нет сил на таких, как ты, — прорычал он, на его лице появилось выражение, близкое к оскалу. — Он сын короля! Может, сделают исключение… — начала мать. — Молчи, шлюха! — дядя ударил ладонью по подлокотнику, заставив меня вздрогнуть. — Хватит уже того, что мы позволяем такой копии, как ты, разгуливать по замку с лицом королевы! Не смей открывать рот без приказа! Мать съёжилась под его ненавидящим взглядом. В его глазах читались похоть и отвращение. Я же был ошеломлён. Копия? Значит, она не королева? Не моя мать? Вопросы, казалось бы решённые, всплыли вновь. Но главное — кто бы она ни была, она на моей стороне. Если она не мать — даже лучше. Значит, мы можем… я отогнал мысли и бросил дяде гневный взгляд. — Мне нужно лично доложить отцу кое-что. Мне не требуется твоё разрешение, — заявил я с вызовом. Не знал, насколько это правда, но уверенность часто заставляет других сомневаться в своих знаниях. Я выдержал взгляд дяди. Я наследник престола, не ты. Это королевство — моё. Наши взгляды скрестились. От него исходили жар и давление. Я собрал всю волю, чтобы не отвести глаз, чувствуя его ненависть. В зале воцарилась тишина, где можно было услышать падение иголки. Затем дядя резко отвернулся. Давление спало, и я едва сдержал облегчённый вздох. — Делай, как должен… — произнёс он, — но оставь… эту тварь… снаружи. Брат не желает, чтобы ему напоминали о ней. Дядя говорил устало. К моему удивлению, когда он произнёс «брат», в его голосе прозвучала забота. Возможно, это была игра, но при текущем балансе сил ему не было смысла притворяться в любви к отцу в моём присутствии. Я кивнул, и дядя тут же повернулся к советникам. Некоторые всё ещё бросали на меня злобные взгляды, но остальные подали ему документы. Через мгновение он вёл себя так, будто меня и не было в зале. Мать подошла и поправила мой воротник: — Сынок… ты стал таким смелым и зрелым… отец обрадуется, увидев, как ты вырос. Я кивнул и направился к двери, на которую она указала. Комната рядом с тронным залом, видимо, служила спальней отца. Открыв дверь, я вошёл. Рядом с огромной кроватью с балдахином стояла служанка, а на подушках лежал мужчина. Он напоминал человека из зала, но без королевского величия. Борода была сбрита, но щетина придавала ему измождённый вид. Тело — хрупкое, исхудавшее. Он выглядел смертельно больным. Я сделал шаг к изножью кровати. Его глаза были закрыты, но я чувствовал, что он в сознании. Служанка наливала воду в кубок. Я поклонился, хотя он этого не видел: — Отец… я пришёл. Не знал, чего ожидать. Его реакция могла быть ещё яростнее, чем у дяди. Ведь именно моё рождение забрало у него жену, королевство и дочерей. Цена моего появления на свет была немыслимой. На его месте я бы тоже ненавидел. Его глаза медленно открылись. Увидев меня, он расплылся в улыбке: — Сын мой… я надеялся, что ты наберёшься смелости навестить меня перед концом. Его слова прозвучали с такой теплотой, что я слегка опешил. Сердце забилось чаще. В прошлой жизни у меня не было отца. Мать растила меня одна, жизнь была тяжёлой. Такая семейная любовь тронула меня. Мнение о короле мгновенно изменилось. — Да, отец. Скоро я отправлюсь в соседние королевства. Хочу вернуть сестёр домой любой ценой, — без предисловий изложил я планы. Король закрыл глаза, но улыбка осталась: — Это хорошо. Я бы хотел увидеть дочерей… перед уходом. — Сколько времени осталось? — спросил я, понимая бестактность, но фокусируясь на целях. — Не более трёх месяцев, — ответил отец без колебаний. — После моей смерти королевство перейдёт к тебе. Только ты сможешь убедить сестёр отдать свои доли. Только ты сохранишь силу человеческих земель. — Разве нет более подходящего претендента? Например… дяди? Этот вопрос был пробным. Мне нужно было понять расстановку сил. Жаль, что приходится спрашивать в лоб, но шанс мог быть последним. Отец покачал головой, улыбка стала грустной: — Мой брат Тарреус не жаждет трона. Он хочет лишь выживания человечества. Законы наследования строги и скреплены магией. Тарреус знает это лучше всех. Помни, он старший брат, но уступил мне трон ради единства королевства. В его сердце много ненависти. Когда станешь королём, не суди его строго. Он мудр, и, несмотря на чувства к тебе, его преданность абсолютна. Прислушивайся к нему. Это было мнение короля о брате, но звучало весомо. Я слышал заботу в голосе Тарреуса. Если он уже уступал трон раз, вряд ли стал бы оспаривать его сейчас. — Сын… исполнишь последнюю просьбу? — глаза короля вновь открылись, мягкие и добрые. — Я поклялся, что если представится шанс поговорить с тобой откровенно, дам ответы. С каждым днём я слабею, и это, возможно, последний шанс облегчить душу. — Да, отец. Говори всё, что душе угодно — я подошёл ближе. Он протянул исхудавшую руку, и я взял её своей серой ладонью. После нескольких мгновений молчания он начал.... — В молодости мы с Тарреусом сражались в Третьей дьявольской войне. Это была жестокая война. Обе стороны потеряли миллионы. Мы были молоды, дерзки и хотели доказать силу человеческого королевства другим мирам. Поэтому часто бились на передовой, в самой гуще сражений. К тому моменту обе стороны использовали самое мощное оружие и магию. Целые города сгорали за ночь. — Нам сообщили, что замок фей атакован, и принцесса в смертельной опасности. Мы знали: если дьяволы захватят её, они оплодотворят и поработят её. Участь, которую многие считали хуже смерти. Мы с братом совершили двухдневный марш без отдыха, прибыв как раз вовремя, чтобы спасти замок. В той битве на нас напал могущественный дьявольский генерал. Бой был жестоким, все наши воины пали, пока не остались только мы трое. — Тарреус допустил ошибку и чуть не погиб от клинка дьявола. В последний миг между жизнью и смертью я неожиданно отрубил генералу голову. Победа должна была достаться брату, но он впал в кому на неделю. Пока он спал, меня чествовали как убийцу дьявольского генерала. Пока он спал, я стал героем для полулюдей. Я пировал с королём эльфов, зверолюдьми, даже гномами. И заключил брачный союз с твоей матерью — принцессой фей. — Когда он очнулся, не проявил ни капли обиды. Его ошибка едва не стоила ему жизни, а мои действия спасли её. Поскольку мои связи с феями и другими полулюдьми были крепче, мы согласились, что я стану королём человеческих земель. С тех пор я многое предлагал брату, а он отвечал лишь поддержкой. Он потерял многое в той войне и возненавидел дьяволов за это. — Но мы оба не знали тогда, что ему повезло. Пока он был в коме, смертельный удар, принёсший мне славу, также наложил на меня проклятие. Став королём, я ощутил его действие. Я нанимал лучших жрецов, сдерживавших его… но даже их магия лишь отсрочила неизбежное. Через три месяца у меня закончатся силы… и я умру. Воцарилась тишина. Спустя время я задал вопрос: — Это проклятие — причина моего рождения дьяволом? Король вздохнул: — Вполне возможно. Я не верю в совпадения. Твоя мать была феей, я — человеком. Дьявол не мог родиться от такого союза. Но ты здесь, и нам придётся принять эту реальность. Теперь, зная правду, сын мой, что ты сделаешь? — Отец… — я сжал его руку. — Это ничего не меняет. С момента, как я открыл глаза, я решил спасти человеческие земли. И сделаю это. Использую любые уловки, чтобы вернуть твоих дочерей и сохранить королевство единым. — Сын мой, ты становишься тем, кем я мечтал тебя видеть. — Слеза скатилась по щеке короля. — Спасибо. Я умру спокойно, зная, что королевство в надёжных руках. Ты будешь великим королём. Не сказал бы, что они «надёжные руки». Король был добр и любим… но из-за этого моё рождение лишило его дочерей и довело до такого состояния. Я уже понимал: чтобы удержать королевство, нельзя быть добрым. Я — дьявол, едва не разрушивший его. Чтобы восстановить, мне не пройти путём милосердия. Великим королём я не стану, но стану тем, кто нужен человеческим землям. Какая бы ни была цена.