Жизнь

      — И что, это все что-ли? — Задрав бровь на лоб, Карнаж удивленно вопрошал, смотря на тяжело дышащих Эна и Ви. — Понятно... Ви, ты резкая, быстрая. Но тебе не хватает точности. Ты привыкла убивать мягких рабочих, но против меня это бесполезно. А это я еще относительно мягкий. А если тебе попадется кто-то как Несотый? Он все еще металлический и жесткий. Твои удары будут бесполезны.       Кивнув хмуро стоящей Узи, он плюхнулся задницей в горку песка и перевел свой взгляд на Эна.       — Эн. Твои глаза полны решимости, удары быстры и четки. Но каждый раз прежде чем по мне ударить, ты на мгновение мешкаешь и даже умудряешься глянуть на Ви. — Ухмыльнувшись при виде забегавших глаз парня, Карнаж улегся в песок, закапываясь в нем и совсем не боясь попадения грязи в раны. — Я не знаю что у тебя на уме и что вас связывает, но ты точно думаешь не о том в бою.       — Да знаю я... — Чуть сконфужено рыкнул Эн и тоже разлегся на песке.       Стоящая за защитным стеклом Узи, повернулась куда-то в сторону и что-то кому-то сказала.       Дверь в помещение открылась и в него вошла Джей с Хель.       Горка песка набухла и чуть посыпалась по сторонам, обнажая внимательную розовую пару глаз Карнажа на девушках. — Тоже спаринг хотите? — Буркнул он тихо из под песка.       — Да... — Озадаченно смотря на Жандарма и его выходки с песком, сказала Джей.       Песок взбухает. Осыпается в стороны. Открывает уже в полный рост стоящего Жандарма без единой раны. — Хорошо. Ви, Эн. Отдыхайте. Позже я с вами еще проведу парочку раундов.       Они молча кивают. Уходят. Джей, Хель, и Карнаж остаются.       — Удобное местечко. Песка так много, стекла защитные... Неужели рабочие тоже спаринги проводят тут? — Искренне поинтересовался он у девушек.       — Нет. — Отрицательно качает головой Джей. — Это обычный склад где хранился песок. Гореть в бункере не чему, и Узи решила сделать здесь что-то вроде тренировочной площадки.       — Вот оно как... — С умным видом покивал Карнаж, не забывая рукой подбородок подпереть. — А где... — Замешкался он на мгновение, потеряв из виду Хель и ощутив косание ее руки на своей спине.       — Убила... — Тихо прошептала она.       Карнаж испугался. Сильно. Приятно. Но не показал этого. Просто поднял руки и улыбнулся. Он не ожидал такой резвости от нее. Не ожидал что настолько сильно может расслабиться.       — Не дурно... Очень не дурно. — Похвалил он ее и обернулся к ней. — Ты довольно рез... — Он не договорил и впервые наверное за все время своей жизни (сколько он себя помнит), покраснел.       Девушка что казалась ему смертоносной тихоней, сейчас его обнюхивала как там, у врат. Ее взор прищуренных глаз изучающе бегал по нему, а длинные уши редко вздрагивали.       Закончив с этим "насилием" личного пространства Жандарма, девушка отстраняется и обходит его, вставая к Джей. — Он сильнее нашего Жандарма. — Говорит она.       — Знаю. — Отвечает Джей. — Как ты проиграл ему? — Задает вопрос Карнажу она.       Карнаж следивший за ними как за чем-то неадекватным, но по своему интересным и чем-то новым в собственной жизни, не сразу решился что ответить. Но секундой пагодя, подбирая слова, он медленно прожувал слова. — Так это... Кушал мало... — Пошутил он, отводя взгляд и не желая говорить правду.       — Может начнем? — Спрашивает он. — Я бы хотел потом сходить поспать, немного... — Вновь соврал он.       Карнаж не хотел ронять репутацию Командира в глазах девушек. Он не хотел говорить что хочет побыть на едине не из-за сна, а из-за собственной застенчивости перед Хель.       Девушка ему была красива на вид. Смертоносна и проста как валенок. А стоило ему посмотреть в ее глаза, как он сразу терялся и забывал о всем. Только вот было и то что его пугало в ней (Как бы это странно не звучало от Жандарма по отношению к Демонтажнику). Ее поведение. Ее пристальный взгляд в душу. Она буд-то рылась во всех, заглядывая в них и что-то проверяя в каждом. И он был не исключением. Она тоже его проверяла. Рылась в нем. Изучала. Но с чего бы это? Он не знал. Может это горький опыт ее личной жизни заставляет так поступать с каждым? Он не знает. Но ему интересно узнать.

***

      Сквозь бег, сквозь гул реактора и свист ветра, я чувствую их. Джей. Хель. Карнаж. Нанитная метка на каждом.       Частицы меня, оставленные на них, пульсируют слабым сигналом. Не слова — эмоции. Обрывки чувств.       Карнаж... он смущён. Сильно. Почти по-детски. Рядом с ним — Хель. Она спокойна, но в этом спокойствии — интерес. Живой, тёплый интерес.       — Ого, — шепчу я про себя. — Неужели мой теска...?       Улыбаюсь. Даже сквозь бег.       Карнаж, который никогда никого не боялся, кроме Госпожи, — краснеет перед Хель. Хель, которая прошла ад, потеряла всё, но сохранила способность чувствовать, — изучает его. Роется в нём.       Она проверяет его. Как проверяла меня когда-то. Как проверяет всех, кто входит в её жизнь.       Это её способ защищаться. Убедиться, что новый человек не причинит боль.       И Карнаж... он проходит проверку. Сам того не зная.       Он смущается, когда она обнюхивает его. Он краснеет, когда она смотрит. Он врёт про сон, чтобы побыть одному и подумать о ней.       Мой брат. Железный воин, мечтающий убить богиню, — влюбился.       Бункер уже близко. Я вижу его очертания впереди, среди мёртвого леса зданий. Ещё немного.       Я сбавляю шаг. Нельзя врываться как ураган — там могут быть враги, ловушки, нервы на пределе.       Подхожу тихо. Стучу в дверь особым кодом — тем, что запомнил ещё с первого визита.       Динамик оживает. Голос Узи — хриплый, усталый, но с ноткой облегчения:       — Живой, командир?       — Живой. Открывай.       Дверь медленно отъезжает в сторону.       Внутри — тепло, свет и... запах пота, масла и чего-то ещё. Чего-то нового.       Я захожу. Сразу вижу их.       Джей бросается ко мне, обнимает. Крепко, по-своему. Хель подходит следом, кладёт руку на плечо, смотрит в глаза. В её взгляде — вопрос и ответ одновременно.       — Ты был там, — говорит она тихо. — Я чувствовала.       — Был. Видел. Расскажу позже.       Карнаж стоит в стороне. Вид у него... странный. Он пытается выглядеть невозмутимым, но розовые глаза бегают, а на щеках — тёплый оттенок, которого раньше не было.       — Командир, — кивает он. — Рад, что вернулся.       — Я тоже рад, брат. — Смотрю на него, потом на Хель. — Кажется, я кое-что пропустил.       Хель невозмутима. Карнаж отводит взгляд.       — Ничего ты не пропустил, — бурчит он. — Всё под контролем.       — Конечно, — улыбаюсь я. — Верю.

***

      Узи стоит у входа в тренировочную. Эн и Ви где-то внутри, отдыхают после спарринга. Вокруг — тишина, нарушаемая только гулом вентиляции и редкими звуками шагов.       — Как вы тут без меня? — спрашиваю я.       — Нормально, — отвечает Джей. — Карнаж тренировал ребят. Два раза нападали, отбились.       — Раненые есть?       — Он, — она кивает на Карнажа. — Но уже зажило.       Карнаж пожимает плечами:       — Царапины.       Я подхожу к нему. Кладу руку на плечо.       — Спасибо, брат. За то, что прикрыл их. За то, что рисковал.       Он смотрит на меня. В розовых глазах — тепло.       — Ты бы сделал то же самое для меня, Командир.       — Сделал. И сделаю.       Мы стоим так секунду. Потом он отводит взгляд — снова на Хель.       Я понимаю. Не лезу.       Всему своё время.       Мы в сборе. Все живы. Бункер держится. Карнаж цветет.       Приемлимо.

***

      Карнаж сослался на усталость. Попросил Узи отвести его в место где можно поспать. Я смотрю ему вслед, в груди — странное чувство. Теплое. Живое. Человеческое.       — Бедный мой брат, — шепчу я едва слышно. — Влюбился, как мальчишка. И сам не понимает, что с ним происходит.       Джей заканчивает краткий рассказ о времени тут без меня. Хель задаёт вопрос:       — Почему вы разные? Он биоройд, как мы с Джей. Ты андроид.       Джей отвечает первой. Я слушаю, и каждое слово отзывается где-то глубоко внутри.       — Потому что он ещё никого не ел. Его тело не мутировало. Карнаж же... он ел. Сородичей. Потом рабочих.       Джей замолкает, косится в сторону ушедшего Карнажа.       — Но как его реактор смог... измениться? В сердце из жидкого металла? Разве он не должен был детонировать?       Осознание       Я смотрю на свои руки. Металл. Провода. Наниты. Всё стабильно, предсказуемо, надёжно.       А Карнаж... он другой. Он ел плоть. Впитывал чужую сущность. И его тело отвечало — мутировало, менялось, приспосабливалось. Жидкий металл вместо реактора. Почти живое сердце.       — Я не знал, — говорю я тихо. — Знал, что биоройды могут мутировать от такой пищи. Но чтобы реактор... чтобы сердце...       Джей смотрит на меня. В её глазах — вопрос.       — Ты поэтому никогда не ел сородичей? — спрашивает она. — Боялся?       — Нет. — Я качаю головой. — Просто... это было против моей природы. Я андроид. Мне не нужно есть. Моя энергия — реактор. А если бы я начал... я перестал бы быть собой.       — А Карнаж?       — Карнаж выживал. Как мог. И его тело нашло способ. Жидкий металл — это не просто мутация. Это... эволюция. Приспособление. Он стал ближе к органике, чем любой из нас.       — Джей, Хель, — говорю я. — Присмотрите за ним. Если что-то случится — сразу ко мне.       — Ты думаешь, ему грозит опасность? — Джей хмурится.       — Нет. Но он сейчас... уязвим. По-новому. Мы должны быть рядом.       Они кивают.       Я иду в свою каморку. Сажусь на пол. Прислоняюсь спиной к стене.       Реактор гудит ровно. В голове — тысячи мыслей.        Я готов к следующему шагу.

***

      Угл тренировочной. Сижу спиной к мешкам с песком. Сутки. Целые сутки тишины, покоя и... жизни.       Реактор гудит ровно. Системы в порядке. Я проверил всё по два раза. Даже те ошибки, что появились после сна с девочкой — они никуда не делись, но и не растут. Заморозились. Ждут.       Джей всё это время носилась по бункеру как угорелая. Примеряла то одно, то другое. Приходила ко мне за оценкой. Я говорил: "Хорошо", "Идёт", "Тебе идёт". Но она каждый раз возвращалась в своём — в чёрных брюках, рубашке, пиджаке и берцах. В том, что я нашёл для неё когда-то.       — Это моё, — сказала она в какой-то момент, поймав мой взгляд. — В этом я.       Я кивнул. Понял без слов.       Хель не отставала. Они вдвоём перерыли, кажется, все закрома бункера. Но Хель, в отличие от Джей, ничего не примеряла. Она просто наблюдала. Искала. И, кажется, нашла что-то важное — не в вещах, в себе.       Эн и Ви       А эти двое... Они меня удивили.       Я ловил обрывки их разговоров, когда проходил мимо. Они смеялись. Не надрывно, не истерично — спокойно, тепло. Эн что-то рассказывал, Ви слушала, и на её лице — впервые, кажется, за всё время — появилась улыбка. Не маска. Не защита. Живая.       — ...а она говорит: "Дядь. Ниче у тебя котлы-то! Генеральские чтоль? " — Эн разводит руками. — Так я ж генерал!       Ви смеётся. Прикрывает рот ладонью, но смех прорывается.       Я прохожу мимо, делая вид, что не слышу. Но внутри — тепло.       Они оживают. Выздоравливают. Учатся быть людьми.       Узи всё это время пропадала в своей мастерской. Изредка выходила, тащила какие-то железяки, бурчала под нос, снова исчезала. Я пару раз заглядывал — она даже не оборачивалась. Только бросала через плечо: "Занята, командир. Иди гуляй".       Я уходил. Не лез.       Она делала своё дело. А я делал своё — ждал.       Карнаж... Он проспал почти сутки. Я заходил к нему пару раз — просто проверить. Лежал на куче тряпья, ворочался, что-то бормотал во сне. Розовые глаза под веками двигались быстро-быстро — видел сны.       О чём они? О боях? О Госпоже? О Хель?       Не знаю. Но когда он наконец проснулся и вышел ко мне, вид у него был... другой. Спокойнее. Собраннее.       — Командир, — позвал он. — Пошли тренироваться.       Я поднял бровь.       — Сейчас?       — А когда? — он усмехнулся. — Им же надо опыт против Жандармов. — Кивнул в сторону, где возились Эн и Ви. — А ты — лучший Жандарм, которого я знаю.       Я встал, отряхнул песок.       — Хорошо. Пошли.       Мы вышли в основной зал — тот самый, с песком и защитными стёклами. Джей и Хель уже были там. Эн и Ви подтянулись следом. Узи выглянула из мастерской, но осталась в дверях — наблюдать с кружкой чего-то.       Карнаж встал в центр.       — Правила простые, — сказал он. — Не убивать. Не калечить. Но биться в полную силу. Я буду Жандармом. Вы — группой захвата. Задача — вывести меня из строя. Любым способом.       — А ты? — спросила Джей.       — А я буду защищаться. И учить вас.       Он повернулся ко мне.       — Командир, ты — судья. Если кто-то переступит черту — останавливай.       Я кивнул.       — Начали.       Бой       Джей атаковала первой. Быстро, резко, как учили. Серия ударов — в корпус, в голову, под колено. Карнаж уворачивался, блокировал, но не контратаковал.       — Хорошо, — рычал он. — Ещё!       Хель подключилась через секунду. Она двигалась иначе — текуче, непредсказуемо. Её удары были не сильными, но точными. Она целилась в сочленения, в старые шрамы, в те места, где броня тоньше.       Карнаж пропустил пару ударов. Усмехнулся.       — Умно.       Эн и Ви атаковали с двух сторон. Эн — быстро, резко, точно. Ви — клинками, хаотично, но опасно. Карнаж крутился, уходил, блокировал.       В какой-то момент он пропустил удар Хель в шею. Пошатнулся, но устоял. И вдруг — рассмеялся.       — Хорошо! — крикнул он. — Отлично! Но мало!       Он рванул вперёд, сбивая Эна с ног, уходя от удара Ви, хватая Джей за руку и мягко, но уверенно выкручивая её.       — Если Жандарм сильнее — не лезьте в лоб. Работайте на измор. Утомляйте. Заставляйте ошибаться.       Он отпустил Джей. Отступил.       — Ещё.       Мы бились часа два. Все выдохлись, даже Карнаж дышал тяжело. Но на лицах — улыбки. Настоящие.       — Хорошо, — сказал он наконец. — Отдыхайте. Завтра продолжим.       Все разошлись. А Карнаж подошёл ко мне.       — Командир, — сказал он тихо. — Спасибо.       — За что?       — За то, что дал мне это. — Он обвёл рукой бункер. — Семью.       Я посмотрел на него. В его розовых глазах — благодарность. И что-то ещё. Надежда.       — Ты сам это заслужил, брат.       Он кивнул. И ушёл.       Я остался один в тренировочной. Сел на песок. Закрыл глаза.       Реактор гудел ровно, спокойно. В голове — тишина.       Хорошо.