Часть 8

VII

***

Конец августа 1995 года

Поместье Реддла

      Вечернее солнце золотило узоры на полу библиотеки. Сабина медленно, почти церемониально, складывала в сундук книги, перья и тетради. Каждый предмет был как часть её самой — кусочек лета, наполненного заклинаниями, поисками, открытиями.       Том стоял у окна, его фигура — тень на фоне густого сада. Он наблюдал за ней молча, будто сам прощался с этим летним покоем.       — Ты готова к возвращению? — спросил он негромко, не поворачиваясь.       — Не знаю, — честно ответила Сабина, застёгивая ремни на сундуке. — Но если бы ты предложил остаться… я бы, наверное, согласилась.       Он повернулся, в его глазах промелькнула улыбка, но уголки губ остались строгими.       — Если бы ты осталась, я бы стал слишком слаб, — тихо сказал Том. — Ты хорошо научилась защищать свой разум. Но не закрывайся слишком часто.       Он подошёл ближе, между ними возникло напряжение, не требующее слов. Его пальцы скользнули по её щеке — почти невесомо, но Сабина почувствовала, как по коже пробежал ток.       — Помни наш договор, — прошептал он.       — Мне кажется, я буду помнить это всё время, — так же тихо ответила Сабина.       Нагайна плавно обвилась вокруг её ноги, будто желая удержать. Сабина присела, погладила змею, и та подняла голову, словно прощаясь.       — Я вернусь, — пообещала Сабина, и Том кивнул — больше не как учитель, а как кто-то, кто умеет ждать.       Барти ждал её в саду, где в вечернем воздухе пахло мятой и яблоками. Он сидел на скамейке, раскачиваясь, как мальчишка, и, увидев Сабину, широко улыбнулся.       — Ну что, пора в великий мир? — поддразнил он.       — Пора, — улыбнулась Сабина, присаживаясь рядом. Их плечи почти соприкоснулись, но никто не торопился отодвинуться.       — Запомни: если в Хогвартсе будут скучные уроки — вспоминай наши с тобой походы в теплицу и мои гениальные рецепты.       — Это ты называешь гениальными? — рассмеялась Сабина. — После твоей каши с мятой я неделю не могла смотреть на чай.       — Но зато ты запомнила, что мята и чёрная редька несовместимы! — Барти сделал вид, что ужасно горд собой.       Они оба смеялись, легко и просто, как будто не было ни битв, ни страха, ни рунических ритуалов.       — Спасибо, что был здесь этим летом, — мягко сказала Сабина, коснувшись его руки. — Без тебя мне было бы гораздо тяжелее.       Барти посмотрел на неё чуть дольше, чем следовало, потом отшутился:       — Без меня вообще всё было бы серо и скучно. Возвращайся и расскажи, что такое настоящие проделки. А я… буду ждать историй.       Они обменялись крепким объятием — коротким, но очень настоящим, и Сабина вдруг поняла, что это прощание будет с ней ещё долго.

***

Платформа 9¾

1 сентября

      Станция была наполнена шумом, паром от поезда и привычной суетой. Сабина шла по платформе, неся свой сундук чуть увереннее, чем раньше. Глаза её скользили по лицам — в каждом узнавалась прошлогодняя скука, мимолётная радость, новое недоверие.       Гарри заметил её первым. Он растерянно замер, а потом бросился вперёд, чуть не уронив чемодан.       — Сабина?! — в его голосе прозвучало столько надежды и боли, что Сабина на миг не смогла вымолвить ни слова.       Она обернулась. Лицо — то же, но в глазах появилась глубина, которой раньше не было.       — Привет, Гарри.       Рон тут же оказался рядом:       — Где ты была? Ты даже письма не писала! Мы думали… — он осёкся, заметив, как Сабина чуть напряглась.       — Я была у друга, — ответила Сабина, бросая быстрый взгляд на чёрного пса, который стоял в тени колонны. Его жёлтые глаза сверкнули в её сторону, но она лишь едва заметно покачала головой.       — У друга? — переспросил Рон, нахмурившись.       — Да. Это… личное, — добавила она, чувствуя, как Сириус-Пёс медленно отступает в толпу, словно давая ей пространство.       Гермиона внимательно посмотрела на неё, влезая со своим всезнайством:       — Этот твой друг... он ведь не из тех? Не один из Пожирателей? Или их детей?       Сабина встретилась с ней взглядом.       — Нет, Гермиона. Всё не так, как ты думаешь.       — А у тебя есть другие друз... — начала Гермиона, но Сабина перебила, почти улыбаясь:       — Да, и не лезь в мою жизнь.       На мгновение они стояли, не зная, что сказать. Потом Сабина первой повернулась к вагону:       — Мне пора, пока не заняли лучшие места.       Гарри хотел что-то добавить, но только кивнул, и Сабина почувствовала — мост между ними остался, пусть и стал тоньше.

***