Глава 18

Знаю, что выходные ничего не омрачит. Пытаюсь повторять себе под нос, пока собираю сумку для поездки с Гришей и его друзьями за город. Недели летят быстрее, и я не успеваю выдохнуть между учебой, репетициями и работой. Повезло, что закаты после работы мы встречаем вместе с Давыдовым, и не приходится искать свободные окошки в своем расписании для поддержания отношений. Закинув в сумку последнюю вещь, пытаюсь ее застегнуть, но все попытки тщетны. Дверь в комнату внезапно открывается и на пороге застывает мама. Она без просьб помогает закрыть дорожную сумку и просит присесть. Затянувшиеся напряжение пугает. — Вилен, давай спокойно поговорим. — спокойно просит она и едва улыбается. — Нас с дядей Витей ничего не связывает, хотя тебе и показалось по-другому. — мама приглаживает мне волосы, пока я стыдливо прячу глаза в пол. — Мы с ним познакомились на сутки раньше, чем с твоим папой, и свидание планировали, которое так и не случилось. Стоило Жене зайти в зал, моментально влюбилась, позже оказалось, что и он влюбился бесповоротно. С того вечера не расставались ни разу. — Но… — В тот день была важная дата для нас с твоим папой, настроение было паршивое. Витя вызывался подбодрить, на этом всё. Он для меня всего лишь брат моего мужа. — заканчивает мама, и у нас у двоих стоят слезы в глазах. С момента пропажи папы мы ни разу не разговаривали искренне. — Чувствую, что с ним всё в порядке. Раньше, когда случались ранения, сердце не на месте было. В этот раз ничего такого не было. — Прости меня. — обнимаю крепко родительницу, уткнувшись лицом ей в плечо. Сердце горит от несправедливости, от страха и неоправданной обиды. — Я так запуталась, и дома невыносимо. — И ты меня прости, что совсем ушла с головой в пропажу. — мама отвечает на мои объятия и целует в макушку. — Всё наладится, и папа обязательно вернется, он всегда был везучим. — Гриша на него похож. — выдаю невпопад и вспоминаю, что мой парень должен был написать, как выйдет из дома. — Один в один Женя в молодости. — подтверждает она и отпускает из тисков. Стирает свои слезы рукавом кофты и целует в лоб напоследок. — Хорошо, что ты никого не послушала и сама пришла к отношениям с ним. Стоит маме выйти, как экран телефона загорается. На дисплее высвечивается сообщение от Гриши, поэтому скорее тянусь за мобильником и кидаю в карман зарядку. Григорий Давыдов: Стою у твоих дверей. Вилена Романова: Выбегаю. Схватив салфетки, быстро стираю потекшую тушь и остатки макияжа. Давыдов сказал, что я ему нравлюсь любой. Быстро кручу ключи в замке и запускаю Гришу в прихожую, потому что мне еще нужно поправить прическу и натянуть кроссовки. Давыдов спешно перехватывает за запястье, тянет на себя и трется своим носом об мой. Он тихо произносит «привет» и крадет поцелуй. Открыв глаза, замечаю, что Преподобный улыбается во время поцелуя. — Вся семья дома. — слегка отталкиваю Гришу, но он не заканчивает и продолжает «воровать» поцелуи. — Чертяга, когда свататься придешь? — звучит показательный кашель и фраза с усмешкой от дяди Вити. — Вилена у нас такая одна. — Ждите в понедельник с повинной. — смеется Давыдов, приобнимает за плечи и ведет себя абсолютно развязно, будто нас не поймали. — Дядя Витя! — взбунтовавшись, топаю ногой. — Мне 16, какое сватовство?! —Ладно-ладно, мартышка. — выдает дядя и отступает, направляясь в сторону кухни, но не выдерживает и возвращается в момент очередного поцелуя от Гриши. — Парень, ее защита на тебе. Надо заканчивать с этим «семейным» собранием. Хватаю сумку, но Давыдов забирает ее себе и помогает завязать шнурки на кроссовках, потому что я уже во власти тремора. Гриша спокойно перехватывает трясущуюся руку и тянет за собой в сторону выхода. На улице пахнет маем, сиренью и приближающимся дождем. У подъезда машина, Артём стоит с незнакомцем, а Гриша уверенно жмет им обоим руку. Он подталкивает со спины в сторону заднего сиденья и придерживает дверь. Я в предвкушении от будущих выходных вместе с компанией Давыдова. — Вилка, как жизнь? — уточняет Водонаев, занимая переднее пассажирское место. — Хорошо, что ты с нами согласилась ехать. Иначе бы написывал тебе Григус пьяным, а так лично будет признаваться. — Если тебе вдруг захочется написать Карине, я не буду забирать твой телефон. — ворчит Гриша и сжимает мое плечо, позволяя навалиться на него. Мой парень касается губами моего виска, что не остается незамеченным Водонаевым.

***

Дарина много шутит, пока мы готовим что-то наподобие салатов. Пытаюсь быть с ней на одной волне и поддерживаю темы. Это вторая причина моей радости за сегодня. Пусть и ненадолго, новая подруга поможет переживать весь этот хаос проще. Мои, наверное, бывшие близкие подруги, продолжают односложно отвечать на сообщения в чате, и не хочу больше тянуть эту дружбу. Мы выросли, наши пути разошлись и теперь нас волнуют разные вещи. С Лимановой у нас есть точки соприкосновения и один круг общения. — На следующих выходных заберу выпускное платье. — делится она и оставляет нож в картофеле. — А через две недели последний звонок и первый экзамен. — Не верится, — тяжело сглатываю и перекатываю яйцо по столу, взрываясь от своих же мыслей. — буду скучать по вам всем в школе. — А ты надумала всё-таки переводиться? — уточняет Дарина и скидывает всё нарезанное в салатницу. — Если начнут уговаривать, продолжай стоять на своем. Я поменяла школу в восьмом классе, и это было правильное решение. — Думаю да, буду переходить в другую школу. — отдаю свои продукты Лимановой и кладу голову поверх сложенных рук. — Очень любила свой класс и лучших друзей, но что-то треснуло. Подруги со мной почти не общаются, Федя продолжает дуться, а нынешние одноклассники считают легкодоступной. Лучший выход — поменять школу и начать заново. На кухню внезапно заходит Давыдов, он спешно ставит какую-то коробку около раковины и доходит до меня. Ему и говорить ничего не надо, чтобы заставить мурашки бегать по коже. Он первым делом целует в макушку и нежно потирает холодным пальцем мое открытое плечо. — Всё хорошо? — спрашивает Гриша и заглядывает в глаза. — Да, у меня отличная компания. — успокаиваю его и быстро целую в щеку, пока он склонился. Гриша расплывается в самой красивой улыбке и уходит на зов друзей. — Вы не похожи на друзей. — цедит Дарина и щурится, пытаясь добраться до правды. Вдох-выдох, Вилена. Мы не сможем скрывать два дня наши отношения, прикидываясь друзьями. Тем более Артём начал подкалывать Гришу в два раза больше, и Дарина явно раскусит. Мое молчание явно показательное. — Так вы… — Лиманова качает головой и поджимает губы. — Да, — кровь приливает к щекам, и неестественно краснею. — мы встречаемся с его дня рождения. — закрываю щеки ладонями, оказавшись пойманной с поличным. — Попросила его обойтись без рассказов друзьям, хочу закончить учебный год без проблем. — Молчу, — Дарина продолжает готовить и выглядит счастливой. — Гриша хороший. Перевожу тему на их отношения с Владом, желая оставить наши взаимоотношения приватными. Спустя время на кухню заваливаются парни с коробками и шампурами. Григорий занимает место рядом и нарочно касается своим коленом моего. Чувствую, как он рассматривает со стороны, но не хочу смотреть в ответ. Тогда наши взгляды скажут больше, чем слова. Артём снова пытается изводить Давыдова, на что мой парень показывает средний палец. От него веет гребаной уверенностью. Преподобный приобнимает за плечи и касается губами виска. Актеры из нас никакие, как и друзья. — Григус, пить будешь? — уточняет Влад, открывая коробки. — Нет, воды попью. — проговаривает Гриша. Рассматриваю его удивленно, потому что наслышана о его выходках на вечеринках. — Если хочешь… — Не хочу, Принцесса, — Давыдов подмигивает и шепотом продолжает. — ты против алкоголя, а значит и я. Пихаю его плечом. К такой правде не была готова, но приятно, что Гриша запомнил. Вся компания Давыдова странно на него косится, мотая головами. Преподобный пожимает плечами и хватается за стакан с водой. Лиманова пыталась предложить выпить с ней бутылку пополам, но отказываюсь. — Пойдешь со мной танцевать или снова откажешься? — Гриша протягивает ладонь и покорно ждет ответа. — Там твоя любимая песня, да и школьный вальс не считается. — Умеешь уговаривать. Аккуратно кладу ему на плечо ладонь, и оказываюсь объятой не только его руками, но и запахом одеколона. Давыдов кладет подбородок поверх макушки, сильнее сводит руки на моей талии и мычит в такт песне. По странному стечению обстоятельств в глазах появляются слезы. Пару месяцев, и я останусь в одиночестве. Моя прошлая компания пропала с радаров, этой компании отведено еще меньше времени. Ладонью ударяю по лопатке Давыдова и прошу выпустить. Он непонимающе отодвигается и рассматривает сверху-вниз. Глаза красные, как и шея с щеками. Вытираю нос и ухожу в сторону ванной, не хочется портить им всем настроение. Благо никто идет за мной. Сев на край ванной, достаю телефон, чтобы занять свои мысли чем-то другим. Маме улетает сообщение, что всё хорошо. Листая чужие каналы, натыкаюсь на пост Алисы, и слезы накатывают по новой. Расширяю дурацкий снимок с двойного свидания, отмечая, как счастливы все сидящие. Леля в объятиях Феди, а Алиса рядом с Данькой. «Друзья» называется. — Можно? — Гриша кротко стучит по стене и застывает в проеме. — Можно… — вытираю слезу предательницу и прячу грустный взгляд, опуская голову вниз. Давыдов прикрывает дверь и тяжело сглатывает. — Прости, что всё порчу. — Портишь? — он усмехается и присаживается передо мной, схватив мои трясущиеся руки. — Вилен, это лучшие выходные за последний год. Ты и мои близкие друзья рядом, остальное не важно. Что стряслось? — Почему они так со мной поступают? — голос дрожит, пока показываю снимок. — И ты… вы все скоро уедете… У меня никого не останется! — Вилен, — Гриша встает в полный рост, тянет на себя и гладит вверх-вниз по спине. Растворяюсь и в его хватке, и в заботе. — честно, не знаю, что сказать. Хочешь отложу поступление на год? Буду зарабатывать на будущее. — Нет, академия твоя мечта, и… не нужно жертвовать своими планами ради меня. — хнычу, и кажется тушь потекла. Давыдов головой мотает, прижимается лбом к моему и закрывает глаза. — Просто обидно. — Романова, посмотри на меня. — Гриша перекладывает руки на мои щеки и поднимает голову наверх за подбородок. — Мечтал дружить с тобой с первого дня нашего знакомства, после боялся, что у тебя появится парень, и это буду не я. Зачем зацикливаться на дружбе с теми, у кого ты не в приоритете?! Для меня ты «та самая», и я всегда буду находить время. Ты нравишься моим друзьям, и если вдруг накосячу, то знай, что они явно дадут мне по голове за это. Дарина мне все уши прожужжала о том, какая ты классная. — он потирает мою щеку большим пальцем и облизывает губы. — К черту твоих подруг и моего брата. Люди уходят — приходят, так пусть катятся и не возвращаются. — Как мы пришли к этому? Вместо восьми лет ненависти зарождающаяся любовь? — сдаюсь окончательно и первой касаюсь его губ. Давыдов прячет одну руку в моих волосах, а второй прижимает к себе. Кусаю его за нижнюю губу и обвожу это место языком, от чего он стонет и пытается зацепится своим языком за мой. Отрываюсь и приглаживаю ему волосы. — Спасибо. — Нет, это я должен благодарить за то, что дала второй шанс. — Давыдов быстро целует и поправляет мою собравшуюся кофту. — Пойдем? Дарина сказала, что мы с Владом обязаны задуть свечки. — И какое желание будешь загадывать или это тайна? — Вилена Романова, ты была моим единственным желанием, загаданным на каждое день рождения. К ребятам возвращаемся, держась за руки. Его «Адская тройка» разглядывает нас двоих с ног до головы. Гриша показательно усмехается и просит «не выдумывать». Дарина забирает меня с собой, чтобы, наконец, поставить свечки в торт. Нерешительно иду за ней, ощущая, как обида на подруг всё еще наполняет. — Всё в порядке? — мягко проговаривает Лиманова и передает коробку со свечами. — Относительно. — вставляю свечки и вгрызаюсь в нижнюю губу. — Лучшие подруги… бывшие лучшие подруги делают вид, что меня нет и не было. Разрывает и от обиды, и от того, что наша дружба не выдержала. — Пару месяцев назад поссорилась со своей близкой подругой, с которой мы дружили с детства. И… Первое время спать не могла, как и просматривать ее соцсети, видя, что она живет свою лучшую жизнь с другими. — признается Дарина и уводит взгляд в потолок. — Мы взрослеем, и поэтому люди иногда перестают нам подходить. Классно сохранять дружбу на долгие года, но иногда потери ведут к чему-то новому. Мне нравится дружить с тобой, и я бы хотела стать близкими подругами. — Это взаимно. — прячу пряди за ухом от неловкости. Дарина меня обнимает, и я уверенно отвечаю. Это то, что мне нужно было. Лиманова держит подставку с тортом для Влада, пока я смотрю на горящие свечки торта Гриши. Непривычно поздравлять парня с днем рождения, когда намеренно игнорировала дату в течение восьми лет. Давыдов наоборот не упускал возможности поздравить. И с каждым таким сравнением кажется, что я была глупой невротичкой. — С днем рождения, Рыцарь. — держу в руках торт и мягко улыбаюсь, рассматривая воодушевленное лицо парня. Гриша задувает огонь и забирает торт на себя. — Скажешь, что загадал? — продолжаю напирать. Давыдов не раз становился волшебником для меня, поэтому было бы неплохо стать его феей, если желание вполне выполнимо. — Ага, тебя поцеловать. — он шутит и сглатывает, когда делаю шаг навстречу. — Можем в укромное место уйти. — Зачем? Рано или поздно всё скроется, поэтому зачем оттягивать?! Наплевав, что вся компашка Давыдова в шаге от нас, затягиваю своего парня в сети и напористо целую. Гриша во время поцелуя естественно улыбается и пытается балансировать с тортом в руках. Свожу руки на его пояснице в замок, впускаю его язык и отлетаю окончательно, когда касания становятся более страстными. Сбоку звучит свист «адской тройки», поэтому Гриша отрывается, показывает кулак и снова возвращается к моим губам. — Сводишь с ума. — цедит Давыдов, всё-таки закончив с нашим поцелуем. Я облизываю губы и прячу лицо, уткнувшись им в его футболку. — В нашей компании -1 холостяк, как неделю. — И ты молчал?! —прикрикивает Влад. — Я попросила Гришу никому не говорить о наших отношениях, так как боюсь за реакцию. Стоит нам показаться, как возобновятся нападки и от Арины, и от Марка. — проговариваю расслабленно, чувствуя себя виноватой, что Давыдову пришлось играть по моим правилам. — Мужик, Григус! — поддерживающе выдает Миша и поднимает бутылку с пивом вверх. —Пришел, увидел и победил. — Скорее пришел, увидел и влюбил. — парирует Водонаев и, как Чернов, поднимает бутылку. — Да ладно, Владос, не дуйся. Следующие часы проходят с громкой музыкой, кучей фоток с Дариной, которые оказались выставлены и у нее, и у меня, с внезапными поцелуями и историями с пометкой «в отсек навсегда». Забавно смотреть на парней, которые орут женские партии в песнях и нелепо танцуют. Лиманова снимает на камеру их выходки, добавляя, что будет компромат на Вишневского, а то у него вся галерея забита ее случайными фотографиями. Ближе к полночи «адская четвёрка» валится с ног. Мы с Дариной, взяв на себя роль хозяек, принялись убирать всё со стола. — Грустно, что завтра вечером уже придется уезжать. — проговаривает подруга и ставит стопку грязной посуды на мойку. — Я бы хотела больше таких выходных. — Думаю, что можно им предложить поехать на неделю куда-нибудь после экзаменов. Гриша уже десяток раз сказал, что после каждого экзамена будет восстанавливать свои силы рядом со мной. — краснею, пока произношу этот факт. Всё, что касается наших взаимоотношений, очень смущает. — Это… Всё кажется сном. — Почему? — Знаю Гришу с десяти лет, и в моей памяти всегда всплывали плохие эпизоды, связанные с ним. Теперь мы в отношениях и планируем будущее, а в моих воспоминаниях находятся хорошие моменты с ним в главной роли. Например, я боюсь собак, и Гриша в шестом классе намеренно носил свисток, пытаясь их отвадить от меня. — беру пустой стакан и набираю до краев водой. — Будто бы нам суждено было быть вместе. — Суждено, Романова. — подтверждает Гриша, явно подслушав наш диалог. Он приваливается на шкафчик и крутит в руках пачку сигарет. — Пойдешь со мной проветриться? — Иди, я всё уберу. Дарина отправляет нас двоих скорее на улицу и подмигивает напоследок. Преподобный накидывает на мои плечи свою зипку, выводит на свежий воздух и без фонарика ведет в сторону скамейки на заднем дворе. На улице всё также пахнет маем, сиренью и уже прошедшим дождем. Небо звездное даже сквозь серую дымку. — Хочешь попробовать? — неуверенно спрашивает Давыдов, протягивая свою помятую пачку. — Можем напополам. — Хочешь быть первым во всём? — хихикаю и принимаю из его рук сигарету. — Так что там нужно делать? — Зажимай сигарету между указательным и средним пальцем. — буднично произносит Давыдов, и его лицо озаряет огонек от зажигалки. — Не затягивайся слишком сильно, иначе голова начнет кружиться. — Гриша поджигает мне фитиль и закрывает зажигалку от ветра. Он завороженно смотрит за тем, как я делаю первую затяжку, правда, обходится без волшебства. Резко прерываюсь на кашель, и Давыдов забирает сигарету на себя. — Воды принести? — Не надо, — облизываю губы, на которых всё еще отвратный вкус ментола. — я всё-таки останусь на стороне здоровья. Скажу нет и сигаретам, и алкоголю. Рада, что попробовала с твоей подачи, но это не мое. — Как скажешь, Принцесса. — Давыдов плечо обхватывает и тянет на себя, приобнимая одной рукой спереди. — Могу завязать с курением, если тебе не нравится. — Есть уже один человек, который завязал с курением из-за меня. — проговариваю, запрокинув голову назад, чтобы видеть реакцию Гриши. Преподобный удивленно приподнимает брови и делает спешную затяжку. — Папа бросил, когда мне было пару месяцев. Он зашел домой, сразу взял на руки, и я успела надышаться сигаретным запахом с его куртки. У меня началась асфиксия, еле спасли. — заканчиваю рассказ, пока Давыдов заторможено держит тлеющую сигарету. — Курить или нет — твоё дело, Гриш. Гриша сглатывает, встает со скамейки и подходит к баку с мусором, уверенно выкидывая туда почти полную пачку сигарет. Затем возвращается и сажает к себе на колени. — Хватит прибегать к никотину как к успокоению. — произносит Гриша и начинает водить пальцами по-моему лицу. — Жалею, что мои лобные доли поздно сформировались и долгие годы третировал тебя. — Они вообще-то формируются полноценно в 25. — Да? — Гриша усмехается и прячет одну руку в моих волосах, пока вторую держит в районе поясницы. — Боюсь даже представить, каким осознанным стану. — Ты мне нравишься даже придурковатым. — касаюсь губами его виска. Прошло не так много времени с моего первого расставания, но не помню, какой трепет испытывала к Марку и был ли он подобен тому, что есть сейчас. Возможно, у Гриши отлично получится завоевать и титул первой любви.