Глава 5. За пределами привычного

      Марк рассеянно крутил зонтик в руке, прислонившись к стене гардероба. Собирался было оставить его на крючке группы Виты и уйти, когда та вдруг возникла в дверях.       — О, Марк, ты уже здесь! — девочка светилась радостью. — Наверное, мы ехали в одном автобусе и даже не заметили друг друга.       Робко ссутулившись, он молча пожал плечами. Едва Вита успела раздеться, Марк протянул ей зонт, держа его за самый край, так, чтобы их пальцы случайно не соприкоснулись.       — Спасибо, — сказал он, даже не глядя на неё. — Но было необязательно. Надеюсь, ты не сильно промокла вчера.       Вита покачала головой, убирая зонт в рюкзак. — Почти нет. Я была дома уже через пару минут.       Вместе они вышли из раздевалки и поднялись на этаж. Вита пообещала, что они ещё увидятся, и Марк медленно побрёл дальше, вверх по лестнице.       Мысли никак не желали фокусироваться на математике. Он никогда не был силён в точных науках и сейчас не видел смысла даже пытаться вникнуть. Ему вернули вчерашнюю контрольную, на которой красовалась жирная тройка с минусом. С тяжёлым вздохом он подвинул лист, решив, что лучше что-нибудь напишет на нём.       Когда рука с карандашом автоматически двинулась, он ощутил слабую боль. Переложил карандаш в правую руку, хотя та тоже ныла. Но никакая боль не могла остановить его. Причину боли в правой руке Марк знал. Левая болела, наверное, из-за того, что Алекс слишком сильно сжал запястье. Марк поморщился от нахлынувших воспоминаний.       Он понимал, что Алекс вряд ли причинит ему вред в стенах колледжа, но всё равно старался не думать о том, что могло бы произойти, если бы Вита случайно не вмешалась. Он украдкой взглянул вперёд, на спины Дины и Русланы. Теперь придётся держаться от них неотступно.       Марк не думал, что может подружиться с Витой. Она была необычайно мила с ним, и именно это его и настораживало. Не бывает людей настолько бескорыстных — разве что они видят в тебе какую-то свою выгоду.       Вспомнив о том, как на перекличке к нему подошли девчонки, он грустно усмехнулся: они всего-то изначально хотели престижа дружбы с мальчиком в женской группе, пусть даже потом их общение всё равно складывалось хорошо. Марк всё равно был уверен, что лишь играет для них какую-то роль.       Ну и пусть. Ведь на самом деле никто никому не нужен. Каждый лишь закрывает чужую потребность. А когда эта потребность исчезает, тебя выбрасывают, словно ребёнок — потрёпанную игрушку. И увлекаются чем-то новым. Или кем-то — кто лучше и перспективнее. А такой человек всегда найдётся.       Набросав пару четверостиший, Марк недовольно поджал губы. Написал о каких-то ромашках, растущих под мостом. Смял лист и спрятал его в портфель. Потом выбросит.       Подобно тому, как Алекс — их дружбу. Марк покачал головой. Нужно просто смириться с тем, что дружба — всего лишь нейрохимическая реакция в мозге. Выброс окситоцина или чего-то там ещё. Марк уже не помнил точно.       И любовь, понятие которой люди извратили ещё больше, чем дружбу, — туда же. Глупая активация дофамина и серотонина, и — бац! — глупое чувство удовольствия и привязанности, которое превращает тебя в слабого, уязвимого идиота.       Хорошо, что Марк не был таким. Никогда не влюблялся, в смысле. Он всё это знает исключительно из Википедии. Да, облажался один раз с дружбой, но больше таких ошибок не повторит. В голове с трудом укладывались новые мысли, поэтому Марк решил не копаться в этом и оставить всё как есть.       Дина и Руслана, возможно, его подруги. Но только до конца учёбы. Потом их пути неизбежно разойдутся. Марк перестанет быть им полезен. На этом всё. Не зря же они почти не общаются с остальными одногруппниками, образовав свою отдельную мини-компанию.       Звонок об окончании пары вырвал Марка из задумчивости. Одним быстрым движением он собрал вещи и вышел из класса.       — Машка, привет! — Руслана подбежала к нему с объятиями, и Марк поспешно похлопал её по спине, стремясь отстраниться.       Дина, заметив его реакцию, ограничилась рукопожатием.       — Ага, привет, ребят.       — Ну, как контрошу написала вчера? — Руслана поправила сумку, и все трое направились к кабинету следующей пары.       — Да никак.       — Ты расстроилась, потому что там плохая оценка? — Дина с сочувствием поджала губы. — Может, можно исправить? Поговори с учительницей…       Марк натянул улыбку, стараясь выглядеть бодрее, чтобы обычно переживающая за всё Дина не задавала лишних вопросов. — Да тройбан там. Сойдёт.       — Везёт, — устало вздохнула Руслана. Затем перевела взгляд на Дину. — Я же уже спрашивала. Оценку исправить нельзя.       Как бы Руслана ни пыталась казаться равнодушной ко всему, а особенно к оценкам, они её беспокоили. Было очевидно, что за контрольную она получила отметку ниже, чем тройбан Марка.       — Блин, Русь, не переживай так сильно, — Дина осторожно, словно боясь, протянула руку, едва касаясь ладони Русланы, но та как-то резко отдёрнула руку. — Я уверена, на следующей контрольной ты точно получишь четвёрку…       — Дина, я просила тебя не называть меня так! — моментально став раздражённой, отрезала Руслана, бросив быстрый взгляд на Марка и продолжив уже тише: — И я не переживаю, мне вообще насрать. Это всего лишь оценка.       Дина поникла, кивнув. Её щёки заметно покраснели. Они остановились у кабинета. В воздухе повисло напряжение. Марк молча наблюдал за развернувшейся сценой. Дина и Руслана редко ссорились, но когда такое случалось, обе выглядели виноватыми и чем-то смущёнными.       Он не совсем понимал, почему Руслана так злилась, когда Дина называла её «Русей». Ему казалось это вроде как милым. Он подумал, что должен разрядить обстановку каким-нибудь глупым вопросом, чтобы отвлечь их. Но едва ли он умел отвлекать даже самого себя. Его разум мгновенно опустел.       И тогда появилась та, кто действительно умела оживлять тишину. Вита вышла из соседнего класса и заметила Марка среди толпы студентов. Радостно помахав рукой, она приблизилась.       — Ещё раз привет! — произнесла она, когда заметила Марка. Дина и Руслана удивлённо уставились на неё.       — Д-да… давно не виделись, — Марк нервно сжал запястье, его взгляд стал беспокойным, когда он взглянул куда-то в сторону.       — И вам привет, дамы, — обратилась Вита. — Вы подруги Марка, верно?       — Ты про… Машу?       Марк прикусил губу, впиваясь пальцами в руку, опустив взгляд в пол. После той неудачной попытки поговорить они больше не поднимали эту тему. И Марк никогда не называл им своё настоящее имя. Он тяжело дышал, не зная, чего теперь ожидать.       Вита поправила прядь волос, затем до неё дошло. Но её, казалось, ничего не смутило.       — Так значит, Марк вам не говорил? — Вита виновато посмотрела в его сторону. — Извини, если что-то испортила…       Он махнул рукой, жестом говоря, что уже неважно.       — Его имя Марк, если что. «Маша» ему не нравится.       Дина и Руслана, уже забыв о недавнем недопонимании, пытались осмыслить происходящее. Вита продолжала:       — Ах да, я забыла представиться. Меня зовут Виталия, — она опять посмотрела на Марка, колеблясь насчёт дальнейших слов. — Я… знакомая вашего друга.       Рот Русланы даже немного приоткрылся, пока шестерёнки крутились в голове.        — Так, стоп, давай-ка всё заново, — она с непонятной эмоцией на лице, косясь то на Виту, то на Марка, то на Дину.       Дина тоже не понимала, почему этот мальчик называет Машу Марком? Почему он представился Виталией? И почему Маша не рассказывала, что у неё есть знакомый парень в колледже?       — Я что-то не так поняла. Может, ты хотел сказать Виталий? — Руслана приподняла бровь.       — Нет, всё так. Виталия. Я девочка, если что.       Марку казалось, что у него вот-вот отвиснет челюсть от того, как легко Вита всё объяснила. Он не знал, что чувствует, но понимал, что теперь и ему нужно что-то сказать. Посмотрев на Дину и Руслану, он сомневался, что всё закончится хорошо.       — Дин, Руслана, это… да, моя знакомая. И имя «Марк» мне действительно нравится больше, просто никак не представлялось возможности вам сказать. — Марк выдохнул. Как же сложно иногда было избегать о себе родовых конструкций в речи. Но вроде сказал всё нормально, как ему показалось.       Пазл в голове Дины сложился, когда она вспомнила шутку Маши о «мальчике». Неужели это была не шутка? А «Виталия» значит такая же, как Маша? Или Марк? Но озвучить свои догадки она не решилась.       — Окей, поняла. Обсудим позже. — холодно отреагировала Руслана, бросив косой взгляд на Марка, который съёжился, словно его ждал жёсткий разговор с родителями.       Каждый хотел что-то сказать, но звонок прервал их. Первая перемена длилась всего пять минут. Марк поспешно попрощался с Витой, и они разошлись по кабинетам. Он уныло сел за парту, уже ожидая, как на большой перемене ему устроят допрос.       Пока Вита, Дина и Руслана разбирались, Марк заметил, как Алекс наблюдал с другого конца коридора за ними. В висках стало пульсировать.       Этот день оказался не просто интересным. Скорее, шокирующим.