4. Кому ты улыбаешься, Поттер?

Утро в Хогвартсе начиналось, как и всегда, с лёгкого скрежета заоконных ветров, приглушённых шорохом ступеней и неторопливым звоном старинных колоколов. Замок потягивался, словно живой, зевая длинными коридорами и лениво выпуская учеников из своих мрачных спален. С каждой минутой воздух наполнялся всё большим количеством голосов, запахов и ощущений — аромат поджаренного хлеба и ванильных булочек вперемешку с чуть кисловатым духом тыквенного сока, шелест мантий, свист сов, которые разносили почту, и обрывки фраз: «Ты читал домашнее?», «Я потерял перо!», «Она снова на меня посмотрела!» Элора Поттер шла по восточному коридору, ведущему к лестнице, прижимая к груди книги. Кожа пальцев побелела от напряжения — она пыталась удержать их в равновесии, не уронив ни одного тома. Лицо было сосредоточенным, но в глазах плясало раздражение. Мысленно она возвращалась к первому уроку, где профессор Флитвик, прыгая по кафедре, с энтузиазмом требовал от неё разъяснить, почему вампиры предпочитают именно северные графства. «Как будто я их лично об этом спрашивала», — подумала Элора, сжав губы. — Сзади, — раздался знакомый, тихий голос. Он был мягким, словно бархатный, но с лёгким оттенком насмешки. Прежде чем она успела среагировать, чьи-то пальцы ловко выдернули верхнюю книгу из её рук. Тонкая, с тёмно-синей обложкой, она едва не упала на пол, но была тут же поймана. Элора обернулась, заранее зная, кого увидит. — Регулус Блэк, — выдохнула она с преувеличенным раздражением. — Отдай. Это мой учебник. Регулус стоял, чуть склонив голову набок, рассматривая обложку, будто увидел её впервые. Его волосы были идеально уложены — как всегда, — а мантию он носил так, будто родился в ней. Ни одной складки, ни капли небрежности. В его глазах — спокойствие, ироничное, чуть отстранённое. — Ужасный, кстати, — спокойно сказал он. — Я его вчера пролистал — даже не указаны методы распознавания оборотней. Какая же это защита? — Мы на третьем курсе, Блэк. Нам пока нельзя знать всё. — Тебе — можно, — отозвался он, возвращая книгу. Его пальцы коснулись её руки всего на долю секунды, но Элоре показалось, что это прикосновение будто что-то зажгло под кожей. Она чуть помедлила, потом фыркнула. — Ты вообще не слишком умный для Слизерина? — Ты не первая, кто меня об этом спрашивает, — коротко бросил он, разворачиваясь. — Пошли. Ивинг нас уже ждёт. Они свернули в боковой коридор, утопающий в холодном утреннем свете, просачивающемся сквозь высокие готические окна. Шарлотта Ивинг, как всегда, сидела на подоконнике, болтая ногой, будто это был не замок волшебников, а обычный дворик в пригороде. Её светлые волосы были заплетены в одну небрежную косу, кончик которой она лениво жевала. Рядом стояла Адель Селвинг, вся в себе — элегантная, с яблоком в руке и вечно насмешливым взглядом. Её строгие, выразительные черты лица делали её старше, чем она была на самом деле. — Слизеринская принцесса снова притащила свою гриффиндорку, — протянула Адель, прищурившись. — Сама ты принцесса, — отозвался Регулус, небрежно. — О, да, — вздохнула Шарлотта, с преувеличенной драмой поднимая руки. — У нас новая компания. Гриффиндорская гордость, слизеринский тихоня, язва и я — лучшая часть всей группы. — Ты, Шарли, вообще-то крикливая часть всей группы, — фыркнула Элора, пряча улыбку. — Итак! — Адель хлопнула в ладоши. — Кто сегодня будет опаздывать на зельеварение? — Мы, — ответили Регулус и Элора в один голос, и переглянулись с одинаково довольными ухмылками. И они пошли. Вниз, по каменным лестницам, в подземелья. Там воздух был другим — плотным, чуть влажным, пропитанным зельями и стариной. На стенах висели факелы, освещая дорогу тусклым, мерцающим светом.

***

На зельях, как всегда, был профессор Слизнорт. Седые волосы, круглое лицо, благодушная улыбка — он напоминал слегка растерянного дядюшку, который всегда рад тебя видеть, даже если не помнит твоё имя. Он называл Элору «мисс Поттер — как наш Джеймс!» и подмигивал ей, будто они с братом были неразлучными друзьями. — А Джеймс, между прочим, на третьем курсе уже варил оборотное зелье, — мечтательно заметил он, проходя мимо. Элора опустила глаза в котёл, тщательно перемешивая настой. — Наверное, ему просто хотелось стать кем-то другим, — пробормотала она. Регулус хмыкнул. И, как часто бывало, не добавил ни слова, но Элора чувствовала: он понял.

***

Вечером в гостиной Гриффиндора царил привычный хаос. Кто-то спорил о правилах квиддича, кто-то играл в волшебные шахматы, время от времени хлопали двери, и где-то на заднем плане мяукала сова, требующая внимания. У камина, на мягких креслах, как всегда, обосновались мародёры. Сириус откинулся на спинку, закинув ногу на ногу. Он был в своей стихии — обаяние, лень и лёгкая насмешка, будто он и был королём этой комнаты. В руке у него было яблоко, в другой — лента для волос, явно не его. — Слушай, — сказал он, ткнув Джеймса локтем. — Эта девчонка из Когтеврана весь ужин смотрела на тебя. — Какая? — Та, у которой волосы как у твоей мётлы. Явно влюблена. — Нет, спасибо, — буркнул Джеймс, взглядом выискивая Лили. Лили сидела в углу, у книжной полки, листая какой-то том. На лице — абсолютное спокойствие, и ничто в её позе не выдавало интереса к происходящему. — О, Джеймс, — протянул Сириус, — неужели ты снова пошёл по стандартной схеме? Флирт, демонстрация мускулов, разговоры о квиддиче? — Я просто хочу, чтобы она на меня хотя бы посмотрела, — прошипел Джеймс. — Тогда, может, не стоит перед этим лезть к другим? — Это чтобы вызвать ревность. — Ревность? — Римус поднял бровь. — Ты опять читаешь книжки для девочек? — Да пошёл ты, — отмахнулся Джеймс. — Ревность — тонкая штука, — вставил Питер. — Моя тётя сказала, что на ней можно жениться. — На ревности? — расхохотался Сириус. — Ха, гениально. Чуть позже Элора спустилась по лестнице. Она держала в руках учебники, собираясь оставить их у окна. Услышав знакомый смех, она машинально обернулась. Сириус сидел в кресле, в его взгляде — веселье, чуть усталое, но притягательное. На коленях у него почти устроилась какая-то девочка. Он что-то говорил, лениво вращая в пальцах ленту. — Ты флиртуешь со всеми, — тянула она. — Я флиртую только с достойными, — отозвался он. И на долю секунды его взгляд пересёкся с глазами Элоры. Он улыбнулся. Спокойно. Чуть дольше, чем нужно. Она резко отвернулась, чувствуя, как уши заливает жаром.

***

На следующее утро Джеймс пытался поразить Лили, подбросив булочку и ловко поймав её… щекой. Она, не поднимая глаз, продолжала разливать чай. — Он старается, — заметила Шарлотта, проходя мимо с Элорой. — Пытается выглядеть глупо? — уточнила Элора. — Пытается заставить её посмотреть на него, — вставила Адель, подходя ближе. — Безуспешно. — Ему бы сварить приворотное зелье, — фыркнула Элора. — Больше пользы. — Ну, он явно любит острые ощущения, — хмыкнула Адель. — После трёх публичных отказов ещё надеяться — это либо храбрость, либо глупость. Все трое рассмеялись. Из-за плеча донёсся голос Регулуса: — Всё-таки Поттеры странные. Элора обернулась и впервые улыбнулась ему так, чтобы он это точно увидел. Он ответил ей лёгкой, но искренней улыбкой. Почти тёплой. И в эту секунду между ними будто что-то щёлкнуло. Пока ещё не чувство. Но ожидание. Молчащее, тёплое — как начало чего-то нового.