Глава двадцать первая

Мерелин замерла в нерешительности. А если ее мысли — всего лишь паранойя? Возможно, Николас просто ненадолго вышел. Почему она сразу подумала о плохом? Но Мерелин знала ответ на этот вопрос. Потому что предчувствие ее никогда не обманывало. К тому же, когда дело касалось Ненависти, она ощущала нечто странное, как будто… они связаны? Она не могла сказать точно. Но в этом не было бы ничего удивительного — на ее запястье, как и на руке Николаса, его печать. Тяжело вздохнув, Мерелин поднялась с дивана, огляделась. Натянула на ноги сапоги, подошла к столу, взяла ручку и небольшой листок бумаги в ящике стола. Несколько коротких слов — и записка с помощью ее демонической энергии выпорхнула в окно, словно маленькая птичка. Она смахнула с темно-красных брюк невидимую пыль и направилась к выходу, на ходу стягивая темные волосы в хвост позаимствованной у Аарона черной лентой. В коридоре стояла тишина. Тьма будто обволакивала башню от самого основания до крыши. Шаги Мерелин казались слишком громкими. В такое время в замке почти все спали, но ей казалось, что все живое вокруг вымерло. Остались лишь она и Ненависть, скрывавшийся где-то в академии. Мерелин вышла из Северной башни во внутренний двор и остановилась. Прохладный ветер осторожно коснулся ее волос. Блеклый свет луны тревожно освещал замок. Мерелин прислушалась к своим ощущениям. Нечто невидимое так и тянуло ее в сторону подземелий — как будто тонкая нить опутала ее тело, а кто-то на другом конце настойчиво тянул ее к себе. Мерелин пошагала к Восточной башне. Чем ближе она подходила, тем сильнее разрасталась тревожность в ее сердце. Дверь в башню оказалась не заперта. Мерелин увидела Николаса сразу же, как вошла внутрь. Он стоял перед дверью, ведущей в подземелье. Мерелин испуганно распахнула глаза, ощутив запах крови. Рассеченная острым лезвием кинжала ладонь директора потянулась к двери. Печать! Тревожный голос Мерелин заставил Николаса обернуться — но она заметила, что он даже не дрогнул, словно ожидал ее прихода. — Николас, что ты делаешь? Мерелин прищурилась, разглядывая его лицо, и едва не отпрянула. Прежде темные глаза директора сияли необычным светло-сиреневым светом. Это не Николас. Гадать, кто перед ней, не пришлось — она знала это наверняка. Но как Ненависть оказался в теле Николаса? В следующее мгновение ее тело пробила дрожь. Эти глаза… Они казались ей знакомыми. Светло-сиреневый цвет, столь редкий, что за всю жизнь она видела их лишь однажды. — Анён? — тихо позвала Мерелин, сжимая кулаки. Николас расплылся в улыбке. Вернее, тот, кто сидел внутри него. — Ты знала, что с древнейшего языка «анён» значит «любовь»? — хмыкнул он. — Вряд ли. Этим языком вы не можете владеть. — Зачем ты представился так? Почему ты вообще был у работорговцев? Ненависть рассмеялся. — Я всегда был рядом. Ты просто этого не знала — я хорошо умею скрываться. Мне не терпелось познакомиться с тобой поближе. Мордашка «Анёна» подошла для этого как нельзя лучше. — Ненависть склонил голову набок и прищурился. — Неужели ты не почувствовала связь между нами? Пусть я и скрывал свою энергию, ты не могла не чувствовать связь. Хотя бы минимальную — ведь в тебе часть моей силы. Его взгляд метнулся к ее запястью, где под рукавом пиджака пряталась печать Прародителя. Мерелин инстинктивно сжала ладонью руку, будто прикрывая знак. Ненависть снова рассмеялся. — Я… Мне казалось, что это жалость. Я находила Анёна похожим на себя. Ненависть заулыбался так широко, словно ощутил себя невероятно счастливым впервые за долгое время. — Возможно, так и есть, — сказал он. В следующее мгновение он прижал истекающую кровью ладонь к двери, и та вспыхнула ярким светом. — Нет! Мерелин зажмурилась, закрыла лицо руками. Когда свет потух, она проморгалась и тихо выругалась себе под нос — Ненависти в теле Николаса рядом уже не было. Подземелья были открыты, дверь еще покачивалась. Мерелин застыла на месте. Что делать? Она пыталась мыслить разумно. Ненависть найдет ключ. Мерелин не сможет его остановить, более того — пока он в теле Николаса, она не осмелится даже руку поднять для удара, боясь навредить ему. Когда он найдет ключ, откроет врата. Все, кто находятся в академии, будут истреблены сразу же. Что делать? Что делать? Что делать? Мерелин лихорадочно соображала. Развернувшись, она рванула прочь из Восточной башни. Как только она оказалась во внутреннем дворе, Мерелин распахнула крылья и взмыла в воздух. Она облетела Северную башню, нашла нужное окно и влетела в комнату, разбив стекло ногами. Рован подскочил на кровати, сонно оглядываясь. Увидев ее, секретарь начал возмущаться. — Ты что, совсем с ума сошла? — Рован всплеснул руками. Мерелин бросилась к нему и схватила за плечи. Он вздрогнул. Первая мысль, которая посетила его: «Она собирается меня сожрать»! Но, приглядевшись к ней, секретарь тут же заподозрил неладное. Она была неестественно бледной, в глазах плескался страх, нет, ужас. Дикий ужас. Она тряхнула его за плечи и вскрикнула: — Рован! Буди всех! Буди преподавателей, пусть собирают учеников! Убирайтесь из академии. Живо! — Что? — непонимающе буркнул Рован. — Что происходит, мелочь? — Он здесь, — выдохнула она. — Ненависть здесь, он в теле Николаса. Он открыл подземелье! Как только он найдет ключ — нам все конец! Ему не нужно было повторять дважды. Секретарь вскочил с кровати, натянул сапоги прямо на пижамные штаны и указал на дверь: — Лети в корпус преподавателей, — скомандовал он. — Я начну поднимать учеников — тебя они не послушают. Направляй всех в общежития, а оттуда — во внутренний двор. Пусть деканы собирают свои группы — если быстро наберется вся группа, пусть не медля улетают на своих двоих. Мерелин кивнула и нырнула в темноту ночи через окно. В корпусе преподавателей было тихо. Дверь почти слетела с петель, когда Мерелин ворвалась в гостиную. Она громко закричала, метаясь от одной комнаты к другой. Она тарабанила в двери руками и ногами, без лишнего стеснения порой выламывая их. Профессора переполошились. Сонные демоны высыпались в гостиную, недовольно загалдели. — Что происходит? Мерелин Линерро, вы что, совсем обезумели? — вскричал Вайлас Фриз. — Слушайте внимательно! — перекрикивая недовольных преподавателей, скомандовала Мерелин. — Времени почти нет! Собирайте своих учеников и улетайте из академии. Скоро здесь откроются врата, через которые из темного мира к нам проникнут тысячи монстров. Мы все в опасности! Преподаватели неверяще переглянулись. Но у некоторых на лицах начал проступать страх. — С чего мы должны тебя слушать? — вопросил Адаст и сложил руки на груди. — Потому что это приказ директора, — не моргнув и глазом, солгала Мерелин. — Секретарь Райдес уже будит учеников. Поспешите! Времени нет! Услышав имена начальства, профессора выпрямились и уже не были настроены так скептично. — Собирайте учеников во внутреннем дворе. Постарайтесь собрать как можно больше учеников — и улетайте, не медля! Демоны стремительно покинули корпус. Мерелин последовала за ними, но внезапно поняла, что среди них не было Аэмона. А далее она осознала — Бескрылым так просто сбежать не удасться. Мерелин выругалась. Она ворвалась в мужскую часть общежития вслед за Фризом, Адастом и Эргардом. Она помогала будить испуганных демонов, попутно надеясь наткнуться на спальню Лестана и Джиллиана. И вот ей повезло. Эльф нашелся в одной небольшой комнате, которую он делил с незнакомым ей демоном с факультета Мастеров. — Лестаниэль! — рявкнула Мерелин, стаскивая с него одеяло. Лестан отвернулся на другой бок, недовольно бурча себе под нос. Мерелин сердито шлепнула его ладонью по голове. — Лестан! Вставай быстрее! Услышавший вопли сосед по комнате приподнялся на локтях. — Что происходит? — Поднимайтесь! Скорее в коридор, — она посмотрела на демона. — Найди своего декана и следуй его указаниям. Видимо, в ее голосе он расслышал что-то такое, что не позволяло ее ослушаться, потому что мгновенно вскочил с кровати, натянул обувь и выбежал из комнаты. Лестан протер глаза ладонью и посмотрел на нее непонимающе. — Мерелин? Что ты тут делаешь? — Лестаниэль, слушай меня очень внимательно, — она обхватила лицо эльфа руками, заставляя его сосредоточить внимание на ней. — Мы все в огромной опасности. Иди во внутренний двор. Найди свою сестру и профессора Аэмона. Держитесь поближе к другим Бескрылым, а лучше — к Хранителям. — Почему? Что происходит? — испуганно затараторил Лестан, накрывая ее ладони своими. — Нет времени объяснять. Живо! Она выскочила в коридор. Демоны испуганно переговаривались и шагали в гостиную, подгоняемые разгневанными деканами. — Линерро, что происходит? — среди шума взволнованных голосов она услышала Даниэля. Он продирался через толпу к ней, расталкивая парней. — Долго объяснять, — отмахнулась она. — Всё, что могу сказать, — мы в огромной заднице. Даниэль удивленно посмотрел на нее. Если в ее речи появились столь вульгарные слова, значит, дело серьезное. — Бери всех, кто попадется под руку, и уходите отсюда. Скоро академия погрузится в хаос, — бросила она, развернулась и побежала дальше помогать профессорам. А если у них не получится остановить Ненависть, в скором времени в хаос погрузится весь континент. *** Грацея напряженно поглядывала на Тайрона. Он нервничал. Он толком ничего ей не объяснил, но по одному тону голоса стало понятно: назревает что-то ужасное. Воспользовавшись телепортационным свитком, они оказались в столице. Не теряя времени, Грацея распахнула крылья, подхватила супруга демонической энергией, и они взмыли в небо. Уже приближаясь к академии, чета Люсет почуяла неладное: от замка исходила зловещая атмосфера. Во внутреннем дворе толкались сонные демоны. Грацея неожиданно замедлилась неподалеку от Северной башни, чуть выше крыши. Огляделась по сторонам. Она ощутила нечто странное: словно на мгновение она окунулась в теплую воду. — Что такое? — нервно спросил Тайрон и взглянул вниз. — Нет, ничего. Они нырнули вниз. Кто-то из учеников поднял голову и указал на них. Демоны, знакомые с Грацеей, приветливо махнули рукой. Они выглядели недовольными и сонными, но никто из них по-настоящему не понимал, какая опасность их поджидала. — Грацея! Тайрон! — послышался знакомый голос. Они обернулись. Из замка вылетела Мерелин, рядом с ней парил крутящий по сторонам головой Лестаниэль: эльф все никак не мог покинуть мужской корпус, потому что боялся быть задавленным другими демонами. Мерелин раздраженно сжимала губы. — Мерелин! — облегченно выдохнул Тайрон, когда они подлетели ближе. — Как я рад, что ты цела! — Это пока что, — фыркнула она. — Давайте спустимся. Они опустились на свободное место рядом с преподавателями, которые быстро пересчитывали своих подопечных. Неподалеку крутился Рован, напряженно оглядывая излишне спокойных демонов. — Все здесь, — крикнул Адаст. — Тогда не задерживайтесь, — приказал Рован. — Улетайте в столицу! Профессор кивнул, и первая группа поднялась в воздух. Мерелин облегченно выдохнула. Ее взгляд неотступно следовал за большой группой демонов. Но что-то снова пошло не так. Лидер группы в лице профессора Адаста вдруг дернулся, словно столкнулся с чем-то невидимым. Мужчина моргнул, протянул руки и уперся ладонями в прозрачную стену. Несколько его учеников подлетели ближе и тоже застряли на том же месте. Кто-то попытался пробиться через барьер с помощью демонической энергии, но его фиолетовые потоки погасли в тот же момент, как прикоснулись к стене: она словно поглотила их. Что-то не выпускало их из академии. Адаст жестами скомандовал ученикам спускаться вниз. Рован стремительно подскочил к компании Мерелин. Туда же опустился и Адаст. Все навострили уши, над внутренним двором повисла угрожающая тишина. — Похоже, это барьер. Он не дает выйти за пределы академии! — Вот что я почувствовала, — изумленно прошептала Грацея. — Мы влетели в купол, и я ощутила это. Но, похоже… Она замерла. Мерелин обреченным тоном закончила: — Войти в купол может любой. Но не выйдет никто. Ее слова эхом пронеслись по внутренному двору, и в полной тишине казались такими громкими, что их услышал каждый. Ученики тревожно переглянулись. Кто-то схватился друг за друга, другие беспокойно подняли глаза к небу, пытаясь уловить любые признаки купола. — Мы все здесь умрем! — завопил Лестаниэль и схватился за руку Тайрона. — Лестан! — рявкнула выскочившая из толпы Калиста. — Заткнись сейчас же! Эльф бросился обнимать сестру и готов был уже рыдать. Калиста лишь раздраженно отмахнулась от него. — Ненависть не отпустит нас так легко, — пробурчала Мерелин. Она всеми силами пыталась сохранить хладнокровие. Мерелин старалась думать рационально и спокойно, но это получалось плохо: она не видела выхода из этой ситуации. — Где он сейчас? — вопросил Рован, повернувшись к ней. — Он в теле Николаса. Похоже, ищет ключ. — В теле директора? — выдохнул Тайрон. Грацея бросила на него непонимающий взгляд. Он был странно нервным, сильно побледневшим. Что-то не так. — Почему ты ему не помешала? — возмутился Рован. — Как я должна была это сделать? — вспыхнула Мерелин. — Это Прародитель! К тому же, в теле Николаса — он невероятно силен. Я выбрала безопасность учеников. Но, похоже, все бесполезно. Я понятия не имею, как вытащить Ненависть из Николаса. — Мы вообще можем что-то сделать? — послышался мрачный голос Даниэля за спиной. Он подошел к ним. Засунул руки в карманы пижамных штанов и оглядел собравшихся. — Или мы действительно тут подохнем? Лестан взвыл. — Все, что мы сейчас можем, — это ждать, — покачала головой Грацея. Мерелин оглянулась на Восточную башню. Связь с Ненавистью неожиданно усилилась. Что-то внутри нее будто вспыхнуло. Она невесело усмехнулась, сжала руки в кулаки: — Похоже, ждать придется недолго. Ненависть сжал в руках ключ. Горы артефактов, раскиданные по подземелью, источали невероятную энергию, но он даже не обратил на это внимания. — Начнем уничтожение с элитной академии. Сколько же здесь прямых потомков… Будет весело. *** Все звуки вдруг утихли, взбудораженные демоны что-то говорили, кто-то уже был на грани истерики от страха. Тайрон и Грацея продолжали разговор, Лестан вопил, Калиста раздраженно перекидывалась словами с Даниэлем, Рован бурчал себе под нос проклятия. Но Мерелин этого не слышала. В ее ушах тяжелым гулом отдавались шаги. Ей казалось, что она слышала, как Ненависть вышел из подземелья, как покинул башню и уверенно направился ко внутреннему двору. За ней. Словно завороженная, Мерелин сделала шаг в ту же сторону. Взбудораженные демоны поначалу этого не заметили. Но ее шаги начали ускоряться, через несколько секунд она уже бежала, расталкивая возмущенных демонов в стороны. Грацея и Рован дернулись, намереваясь броситься следом, но им не позволили. — Стойте, — приказным тоном бросил Тайрон. Все удивленно посмотрели на него. Эльф сжал руки в кулаки. — Нужно остаться здесь. — С чего бы? — возмутилась Калиста. — Я с ним согласен, — выступил Даниэль и хмуро посмотрел в ту сторону, куда убежала Мерелин. — Мы будем, скорее, балластом. Если с этим… кто он там… в общем, если он так силен, то мы ему не соперники. Мы будем только мешаться ей. Пусть сожрет его и дело с концом. «Если бы все было так просто», — подумал Тайрон и поджал губы. — Когда врата откроются, сюда хлынут монстры, — сказал Тайрон. — Лучше остаться здесь и помочь ученикам. Даниэль кивнул. — Она «помеченная». Это ее дело, — кивнул эльф. Рован злобно зыркнул на него, но остался на месте. Возможно, он прав. Мерелин бежала. Она преодолела внутренний двор, даже пронеслась мимо Восточной башни. Но она знала — надо бежать дальше. Либо барьер пропустил ее за пределы академии, либо Ненависть соизволил расширить его до места, где находились старые руины, где Алиса вызволила его из мира-тюрьмы. Он не стал спускаться в зал. Ненависть находился среди каменных валунов, остатков стен. Увидев ее, он улыбнулся. Улыбкой Николаса. Мерелин могла бы спутать их, если бы не его светло-фиолетовые глаза и кровожадность во взгляде. Она наконец остановилась. Грудь часто вздымалась, она пыталась восстановить дыхание. Ненависть поднял руку, в которой сжимал ключ. Мерелин пробрала дрожь при виде древнего артефакта. От него исходила чудовищная энергия. Казалось, что если она приблизится к нему, ее разорвет на части. Она сглотнула. — Раз уж все в сборе, приступим? — легко спросил он. — Зачем тебе «помеченные»? — проигнорировала его вопрос Мерелин. Ненависть сморщил нос. — Проклятие, наложенное на ваших драгоценных Прародителей, — это порождение моей силы. Если кратко, то ваши печати содержат в себе тот недостающий кусок моей силы, который я потратил на проклятие. Чтобы открыть врата, мне нужно всё. «Помеченные» — остальные ключи к открытию врат. — Я не понимаю… Разве ты не можешь просто переместиться в темный мир? Ты же там теперь хозяин, — на этих словах он вмиг помрачнел, вспоминая о том, что Матерь-тьма исчезла вместе с остальными. — Переместиться туда — не проблема для меня одного. Но чтобы выпустить моих чудовищ, нужно много сил. Брешь в пространстве между мирами требует невероятного количества энергии. А проклятие отобрало у меня значительный кусок. Мерелин ухватилась за его слова. Значит, после открытия врат он ослабнет? Чудовища ворвутся в этот мир, и на Ненависть уже не останется ни сил, ни времени. Но не у Мерелин. Она сжала руки в кулаки и мысленно взмолилась. «Пожалуйста, не подведи». Но проблема была в том, что в таком случае Ненависть должен открыть врата, чтобы ослабнуть. Если так случится, то многие демоны в этой академии погибнут из-за монстров. Ненависть не остановится — он все равно откроет врата. Он все равно погубит весь демонический род. Мерелин крепко сжала зубы. Иного выбора нет. Иногда нужно чем-то жертвовать, чтобы достичь желаемого. Ненависть с силой вогнал ключ в землю, и тот засиял красным светом. Демон выпрямился, повернулся к ней и протянул руку, ухмыляясь. — Пора. Мерелин медленно поднялась. Иного выбора нет. Она сделала шаг. Иного выбора нет. Она продолжала это повторять. Мерелин уже была напротив него, на расстоянии вытянутой руки, когда увидела тень. Темный силуэт выскользнул из-за полуразрушенной стены и вмиг оказался перед Ненавистью. В красном свете открывающихся врат сверкнуло лезвие. Мерелин не успела даже вскрикнуть. Тайрон вонзил кинжал в живот директора.