Глава двадцать вторая

«В Помеченных скрыта часть его силы. С ней он сможет открыть врата. Но если убить хотя бы одного из них, Ненависть не сможет открыть их. Убей их. Убей Помеченных, некромант!» Слова призрака звенели в голове Тайрона уже много часов. Убить. Разве он способен на убийство? Более того — убить Мерелин! Сердце эльфа разрывалось. Он пошатнулся и сделал шаг назад. Кинжал остался в теле Николаса. Директор рухнул на землю. Его глаза закрылись. Мерелин вскрикнула — громко и пронзительно. Понимание пришло через несколько мгновений. Она бросилась к Николасу. — Зачем ты это сделал? — голос Мерелин дрожал. Через секунду она уже кричала: — Зачем? Зачем ты убил его? Руки Тайрона были все в крови, они тряслись. — Только так можно было спасти демонов. Только убив одного из Помеченных. — Тогда это должна была быть я! Почему он? — Мерелин вцепилась в тело директора. Со злостью и обидой посмотрела на Тайрона. Тайрон почти взмолился: — Потому что из вас двоих я всегда выберу тебя, Мерелин! Они оба услышали стон и повернулись в ту сторону, откуда он исходил. Ненависть выбросило из тела, как тряпичную куклу. Полупрозрачная, будто бы призрачная фигура быстро приобрела физическую оболочку. Пока эльф и демоница спорили, он медленно поднялся. Они замолчали, уставившись на него во все глаза. Мерелин не знала, истинный ли это облик Любви. Он выглядел… как будто бы нереально. Словно сошедший с самых безумных и возвышенных картин. Он был слишком высоким — выше ее на две, а то и три головы. Бледный, словно снег, со светло-сиреневыми глазами в обрамлении белых ресниц. По обнаженной спине, плечам и рукам спускались длинные распущенные волосы такого светлого оттенка, что напоминали молоко. На щеках ни намека на румянец, словно перед ними предстал мертвец. Тонкие, четко очерченные губы демона сливались с кожей. Он был стройным, но не худым. Он привлекал и отталкивал одновременно. Ненависть оглядел себя и недовольно сморщился. Махнул рукой, и его обнаженное тело прикрыл свободный черный костюм из мягкой ткани, на поясе блестел гладкий пояс, напоминавший браслет. — Убить Помеченных, — Мерелин и Тайрон вздрогнули. Его голос совсем не походил на нормальный — он напоминал утробное рычание зверя. Неестественный, невозможный. — И кто же тебя надоумил? Нет, не важно. Ты просчитался, эльф. Тайрон напряженно скосил глаза на тело Николаса, что покоилось в руках Мерелин. — Почему? Ненависть оскалился, обнажая ровные зубы с двумя острыми клыками с левой и правой стороны. — Потому что, пока я был в его теле, я впитал в себя всю свою силу обратно. Он уже бесполезен, и его смерть ничего не решила. Мерелин в ужасе схватила руку директора, закатала рукав рубашки. На запястье Николаса красовалась печать фракции Гордости. Она подняла на эльфа свирепый взгляд. Тайрона затрясло, как в лихорадке. — Идем, дитя, — Ненависть протянул Мерелин белую, точно прозрачную руку с изящными длинными пальцами. Тайрон дернулся, порываясь закрыть ее своей спиной, но Мерелин неожиданно аккуратно уложила голову Николаса на землю, бросив на него полный боли взгляд, и поднялась. Колени подгибались, но она смело шагнула вперед. — Что ты делаешь? — Тайрон испуганно обернулся, схватил ее за плечи и встряхнул. Мерелин отбросила его руки и сквозь зубы процедила: — То, что должна. А не хочешь этого допустить — убей меня. Тайрон отшатнулся от нее в ужасе. Она подошла к Прародителю и протянула ему свою руку. Он крепко сжал ее ладонь пальцами, вторую руку положил на ключ. Первые несколько секунд Мерелин ничего не чувствовала, а после ее тело пробила легкая дрожь. Она ощутила, как едва ощутимые потоки силы Ненависти начали скапливаться в местах, где он прикасался к ней, и просачиваться через кожу. Она поморщилась. Не самое приятное ощущение. Ее взгляд упал на запястье, и Мерелин вдруг осознала, что печать Прародителя начала исчезать, а под ней проявился знак Жадности. Тогда в ее мысли закралось подозрение. Если он забрал обратно силу, что питала проклятие, разве это не значит, что он отозвал его обратно? Проклятия больше нет. Но оно ему и не нужно. Если демонического рода не будет, проклятие тоже будет всего лишь бесполезным куском силы, парящим в воздухе не в силах найти пристанище. Ключ засиял еще ярче. — Ты мог просто вселиться в меня и забрать свою силу, — сказала она бесцветным голосом. — Почему не сделал этого? — Почему? Я не люблю это делать. Забираясь в чужие тела, я медленно сливаюсь сознанием с разумом их владельцев. Я вижу их мысли, воспоминания, чувствую всю их боль. Это неприятно. Я как будто… Он замолчал, но Мерелин закончила за него: — Как будто чувствуешь себя таким же, как они. Настоящим. Живым. Сколько лет ты прожил? — усмехнулась она. — Когда ты последний раз чувствовал что-то, помимо жажды мести? Ненависть сцепил зубы до скрипа. Значит, она попала в точку. — Что бы я почувствовал, вселившись в тебя? — неожиданно спросил демон. — Как ты думаешь? — Боль, вину, надежду. — Надежду? — светло-сиреневые глаза Прародителя посмотрели на нее с удивлением. — Почему надежду? Почему не отчаяние? На кону ведь весь демонический род. — Потому что надежда — это последнее, что покинет меня. За последнее время я научилась тому, что как бы ни было тяжело, надежда на светлое будущее всегда будет со мной. Я знаю, что всегда есть шанс что-то изменить. Ненависть поморщился, словно не ожидал от нее подобного ответа. Слишком оптимистичного. Ключ вдруг засиял так ярко, что пришлось зажмуриться. А после он неожиданно погас. Растекся по земле, словно крепкий черный чай. Врата начали открываться. *** В толпе возбужденных демонов начали раздаваться испуганные томительным ожиданием крики. Чем больше времени проходило, тем тревожнее становилось. Грацея так увлеклась спором с Даниэлем, что перестала обращать внимание на Тайрона. Лестан завывал, хватаясь за руку сестры, а Калиста пыталась выведать подробности у Рована Райдеса. — Всё, я тебя поняла, — махнула рукой Грацея и обернулась, выискивая глазами супруга. Когда она поняла, что его нигде нет, что-то внутри нее похолодело. — А где Тайрон? — вопросила Грацея. Все огляделись. Рован выругался. — Он пошел к ним! Что он задумал? — недоуменно вопросил Даниэль. — Похоже, он знает больше нас, — стиснула зубы Грацея. Она распахнула крылья и взлетела. Рован последовал за ней. Даниэль, проследив за ними взглядом, раздраженно выдохнул. Опустил голову и тут же встретился с требовательными глазами Калисты. — Что? — Ты не полетишь с ними? — спросила она. — Тебе надо — ты и лети, — она выразительно хмыкнула. Даниэль поморщился. — Точно. Ты же не можешь. — Именно. Я не могу. А ты — да. Неужели ты такой трус, что будешь здесь отсиживаться? Я ожидала большего от самого Даниэля Дарона. — Это манипуляция. Я на это не поведусь. Калиста пожала плечами и дернула ревущего брата за руку, чтобы он наконец поднялся и перестал валяться на земле. — Да, манипуляция. И что дальше? Это не отменяет того факта, что ты трус. Даниэль злобно тряхнул головой, рыкнул, раскрыл крылья и взмыл в воздух. Калиста довольно ухмыльнулась. *** Мерелин напряженно наблюдала за тем, как врата растекались по земле. Они становились все больше и больше. Казалось, на земле вдруг образовалось маленькое черное озеро. Но когда она задумывалась о том, какие твари в скором времени выберутся из врат, ее захлестывал ужас. Ненависть же пребывал в огромном восторге. С каждой секундой энергия покидала его тело, но его это не беспокоило. Мерелин чувствовала, как ликовала Алиса, заточенная в ее теле. Она понимала, что ее месть скоро свершится. Мерелин ощущала глубокое отвращение к ней, даже ненависть. Врата открылись. Огромная энергетическая волна вырвалась из врат и отбросила на большое расстояние всех, кто находился поблизости. Мерелин взмыла в воздух. Она находилась на грани потери сознания и едва ли могла сообразить, что нужно раскрыть крылья. Прямо в воздухе ее крепко схватили: Даниэль выругался, едва не выронив ее. Тело Николаса, тоже взмывшее в воздух, перехватил Рован. Тайрон взмахнул руками в воздухе. В полете камень задел его голову, и он потерял сознание: по его виску стекала кровь. Грацея прижала его к себе, крепко перехватив как раз перед тем, как он упал на землю. Демоны переглянулись, кивнули друг другу и, взмахнув крыльями, развернулись и рванули в сторону академии. — Врата открылись, — проговорила Мерелин, сжав в кулак воротник пижамной рубашки Даниэля. — Они идут. Она поморщилась: трудно было прийти в себя после удара такой волной. — Мы уже поняли, — раздраженно закатил глаза Даниэль. — Будем отбиваться, — коротко кивнула Грацея. — Это единственное, что нам остается. — Нет, не единственное, — возразила Мерелин. На нее посмотрели с интересом и надеждой. — Нужно найти… Аэмона. Демоны приземлились во внутреннем дворе. Тело Николаса положили на каменную скамью. Ученики зашептались, испуганно и отчаянно. — Директор! Прародитель, что с ним? — к ним выскочили профессора. — Он нам уже ничем не поможет. Нас некому защитить, — раздался голос из толпы. Кто-то заплакал. — Нам конец, — выкрикнул демон откуда-то издалека. — Нет у нас больше директора, — Лестан подлил масло в огонь. — Лестани… — Калиста не успела договорить. Со стороны леса, где открылись врата, донесся оглушительный вой чудовищ. В толпе демонов кто-то истерически закричал, другие вцепились друг в друга, а третьи тревожно переглянулись. — Что значит «некому защитить»? — громко спросил Вайлас Фриз. — Тогда зачем здесь мы — преподаватели? Мы вас не оставим. Не разводить панику! — Надо готовиться, — заявил Рован. — Они вот-вот будут здесь. Темные твари уже идут сюда. Простите, что мне приходится просить об этом, но… — секретарь набрал воздух в легкие и вдруг громко отрапортовал: — Все, кто способен сражаться, готовьтесь отбиваться! Остальные отходите подальше, чтобы не мешаться! Мерелин нашла глазами испуганного Лестаниэля и бросилась к нему. Она схватила его за плечи и встряхнула, рявкнула: — Лестан! Возьми себя в руки! Эльф выдохнул, посмотрел ей в глаза. — Послушай меня, — попросила Мерелин, — Беги в замок. Найди профессора Аэмона. У него есть то, что может нас спасти. Мы будем сдерживать монстров столько, сколько сможем. — Но я… — Лестаниэль испуганно залепетал. Снова вдохнул и выдохнул. Из толпы выскочил Джиллиан. — Я пойду с ним, — заявил Джиллиан. — Прикрою его. Мерелин благодарно кивнула ему. — Не теряйте время. Бегите! Двое бескрылых рванули в замок так быстро, как им позволяли трясущиеся от страха ноги. Первогодки, бескрылые и некоторые особенно трусливые отступали к другому концу внутренного двора — к мосту, где стояла прозрачная стена купола, через которую невозможно пройти. Принять удар на себя взялись немногие. На первой линии стояли несколько преподавателей и старших, Грацея, Мерелин, Даниэль и Рован, разминающий плечи. Фриза за руку держала Калиста — уже не было смысла скрываться. Они тревожно переглядывались. Тайрон с поврежденной головой сидел у тела директора. Он знал, что ничем не поможет — драться он не умел. Гнетущую тишину прервал рев чудовищ. Они слышали грохот лап монстров. Они валили из темного мира целой армией. Смертоносной и голодной. Страх окутал всех в академии плотным туманом. Мерелин чувствовала, как ее сердце быстро билось где-то в горле. Грацея, стоявшая рядом, вдруг протянула ей руку, демонстрируя обнаженное запястье. — Будешь? — коротко спросила она. Мерелин удивлённо моргнула. А после с усмешкой спросила: — Ты так мне доверяешь? — Нет. Ни капли. Они переглянулись и одновременно, без злобы, усмехнулись. — Я справлюсь, — заверила Мерелин. — Не трать силы. Грацея пожала плечами. Из леса показалась армия чудовищ. — Прародитель… — выдохнул Даниэль, ошеломленный увиденным. — Сколько же их там? — Столько, что они способны уничтожить весь демонический род. Мерелин выдохнула. За ее спиной распахнулись красные крылья, глаза загорелись кровавым светом, руки обуяла демоническая энергия. Они должны биться. Биться за тот маленький шанс, что у них был. *** Лестан и Джиллиан бежали по замку в сторону лаборатории профессора Аэмона. За стенами уже слышались звуки начавшейся битвы. Они едва не выбили дверь, заставив профессора Аэмона вздрогнуть. Мужчина быстро отдернул руку с пробиркой от флакона, чтобы не перелить больше нужного. — Профессор… — задыхаясь, выдавил из себя Лестаниэль. — Мерелин… — Сказала, у вас есть то, что может нас спасти, — закончил за него Джиллиан и подошел к столу Тристиса. Аэмон тревожно посмотрел на стену, за которой послышался грохот. — Мне нужно еще немного времени. Еще не готово. Лестан чуть не свалился в обморок от нагрузки. Джиллиан нервно топал ногой, а после начал ходить из стороны в сторону. Руки Тристиса мелко подрагивали, он нервно смотрел на песочные часы на своем столе, отсчитывая каждую секунду. Джиллиану казалось, что прошла целая вечность перед тем, как Аэмон закупорил бутылек и передал ему. — Шевелись! — рявкнул Джиллиан Лестаниэлю и выскочил за дверь. Лестан стремительно поднялся и бросился вслед за Джиллианом. Они выбежали в коридор, перебежали в другое крыло, и тут стена перед ними обрушилась. Эльф и перевертыш пригнулись, закрывая головы руками. В образовавшийся проем протиснулась огромная голова твари. Она напоминала морду ящерицы. Ее большие черные глаза смотрели прямо на бескрылых. Лестан икнул и тут же прикрыл рот от страха. Монстр разинул пасть и зашипел. Зловонный запах обдал обоих. Джиллиан резко развернулся, всучил эльфу бутылек с зельем и оттолкнул его. Лестан едва не повалился на пол. — Что ты..? — Беги! Я разберусь с ним. Ты должен обязательно отдать зелье Мерелин! Только попробуй провалить это дело! Лестаниэль крепко сжал флакон пальцами и испуганно посмотрел на Джиллиана. — Уверен? — Да, иди уже! — рявкнул Джиллиан. Монстр оказался недоволен тем, что его проигнорировали, и зашипел еще пуще. Он начал махать головой, чтобы расширить отверстие и пролезть в замок всем телом. Лестан начал отступать назад. Он выкрикнул: — Только попробуй помереть. Я приду и проверю. Если я увижу твой обглоданный монстрами труп, я попинаю тебя и посмеюсь над тобой. Понял? — Да понял я! Вали уже! Эльф развернулся и стрелой метнулся к лестнице. Резко остановился и грязно выругался. Лестница, что вела на первый этаж и выход во внутренний двор, обрушилась после атаки монстров на замок. Лестан огляделся. — Ай! Хорошо! — выпалил он и рванул к ближайшему кабинету. По его расчетам, окна этого помещения должны были выходить во внутренний двор. Так и было. Лестаниэль оглядел поле битвы и ужаснулся. Демоны сражались с сотнями тварей, даже те, кто едва умел управлять своей энергией, не смогли остаться в стороне и теперь, объединившись в группы, пытались отбиться. Эльф прищурился: у Восточной башни Мерелин и Райдес сражались с огромной черной виверной. Лестан высунулся из окна и оценил свои возможности. Плюнув на все, он положил зелье в карман пижамных штанов, перекинул ноги через подоконник, опасливо встал на карниз. Ноги подрагивали, но он крепко держался руками за раму. Нащупывая ступнями выступы на стене, он медленно спускался. Рама окна была уже недалеко, как вдруг его спину обдало ветром. Опасливо повернув голову, Лестан громко взвыл. Перед ним парил птицеобразный монстр, хищно сверкая глазами. Эльф огляделся по сторонам. Все демоны отчаянно сражались за свои жизни, его никто даже не замечал. Помочь ему сейчас мог только… он сам. Гневно выдохнув, Лестан резко оттолкнулся руками от стены и, сделав легкий переворот в воздухе, прыгнул на удивленного монстра. Все же в парне было больше эльфийского, как внешности, так и способностей. Монстр возмущенно вскрикнул и замахал крыльями, виляя из стороны в сторону. Лестан крепко вцепился пальцами в загривок птицы одной рукой, а другой потянулся к сапогам. Он мысленно поблагодарил свою сестру, которая с недавних пор заставляла его всегда и везде брать с собой кинжал. Выхватив оружие, Лестан без промедления воткнул лезвие в шею чудовища. Раненый монстр пытался удержаться на лету, но стремительно летел к земле. Подгадав момент, Лестан спрыгнул с поверженного чудовища и мягко приземлился на ноги. — Фух! — он смахнул пот со лба и обернулся. К нему спешила побледневшая от страха Калиста. Он вытащил из кармана зелье и, как только сестра подошла к нему, всучил его ей. — Дело за тобой, сестренка, — Лестан подмигнул ей. Калиста удивленно посмотрела сначала на зелье, потом на брата. Улыбнулась, покачивая головой. — Ты молодец, — выдохнула она и рванула в ту сторону, где бились Рован и Мерелин. Лестан хмыкнул, подошел к монстру, вытащил кинжал и удобнее перехватил его в руке. — Еще погеройствовать, что ли? — Лестан ухмыльнулся и бросился спасать нескольких первгодок-эльфиек, которых теснил к стене уродливый огромный жук. *** Монстры прибывали с невероятной скоростью. Их было так много, что в победу уже не верилось. Тайрон с ужасом огляделся. Десятки тел павших учеников и даже несколько профессоров валялись вперемешку с трупами чудовищ. Тайрон огляделся и подскочил к телу одного из профессоров. В его руке блестел короткий, заляпанный кровью меч. Тайрон выхватил его и бросился в толпу. Глазами он выискивал Грацею, которую потерял, как только началось сражение. Перед ним упала девушка. Она хваталась за распоротый когтями живот, из ее рта текла кровь. В памяти Тайрона навсегда отпечатался ее полный ужаса и безысходности взгляд перед тем, как она навсегда закрыла глаза. Он вовремя обернулся и с силой рубанул по меховой лапе чудовища, отрубая ее. Монстр взревел и бросился на эльфа. Тайрон увернулся, тенью скользнул за его спину и вонзил меч прямо в сердце. Задыхаясь, Тайрон смахнул пот со лба и огляделся. Живые смешались с мертвыми, он не мог разобрать, кто из них призрак, а кто — нет. И тогда в его голове что-то пронзительно щелкнуло. Его отец говорил, что Ригорели способны управлять мертвыми. Если это так, то… Он огляделся. Нет, уже нет смысла скрываться. Возможно, они все здесь умрут. Тайрон сбросил с себя оболочку, раскрывая свой облик некроманта. Пугающий, предвещающий всем смерть. Он вытянул руку и закрыл глаза. Почувствовать энергию мертвых, отделить ее от живых, заставить себе подчиняться… Все души разом уставились на него — на свет во тьме. Голос некроманта оглушительным колоколом прозвенел над замком, касаясь слуха и живых, и мертвых. — Вставайте! Несколько демонов вскрикнули, когда тела их мертвых товарищей поднялись под действием невидимой силы и направились к некроманту. Вокруг эльфа быстро собралась мощная, неубиваемая стена из мертвецов. Когда он открыл фиолетовые глаза, его пробрала дрожь. Их было не меньше пяти десятков. Павшие демоны и бескрылые смотрели на него пустыми глазами, ожидая приказа. Одну часть мертвых Тайрон отправил помогать другим, а вторую… Махнув рукой вперед, некромант отдал четкий приказ: — Защищайте свою госпожу! Мертвые скопом бросились на поиски Грацеи Люсет. Она и Даниэль Дарон бились против целой стаи небольших, но на редкость сильных насекомоподобных монстров. Даниэль замер, когда увидел мертвецов, уверенно направлявшихся в их сторону. — Что это? — увернувшись от лапы чудовища, спросил он громко. Грацея оглянулась по сторонам. В этот момент мертвые группой набросились на монстра, который ее атаковал. — Эй, а я? — недовольно вскрикнул Даниэль, обрубая лапу надоедливому существу. — Почему они только тебя защищают? Грацея на мгновение замерла, а после ухмыльнулась, все осознав. — Думаю, их госпожа им важнее, чем какой-то там демоненок. Даниэль гневно зарычал и с двойным усердием начал рубить чудовищ. Мерелин и Рован, закончив с одной тварью, тут же переключились на другую. Когда выдавалась возможность, Мерелин оглядывалась в сторону замка, надеясь на то, что увидит там Лестаниэля с зельем в руках. Но его все не было и не было. «Неужели ты думаешь, что вас что-то способно спасти?» Хохот Алисы в ее голове с каждой секундой становился все громче. Мерелин медленно, но верно охватывало отчаяние. А если у Тристиса не получилось? А если Лестана разорвали монстры? Если… если их последняя надежда погасла? Но вот из толпы выскочила Калиста. Она активно рубила чудовищ направо и налево, искусно управляясь с кинжалами в руках. Словно стрела она метнулась к Мерелин, вытащила из кармана штанов бутылек и всунула демонице. — Братец не подвел. Давай, действуй! Я займусь этой тварью. Переглянувшись с Рованом, Мерелин кивнула. Демоны взлетели и направились в сторону леса. Туда, где должен был находиться ослабленный Прародитель. *** Из врат продолжали выходить чудовища. Они лились нескончаемым потоком. Ненависть сидел на земле чуть в отдалении, с упоением наблюдая за этой картиной. Она приносила ему поистине невероятное удовольствие. Такое, какое он не испытывал уже многие столетия. Он был слаб после открытия врат, но это временно. Ему нужно лишь немного отдохнуть. Среди рычания и воя монстров четкий слух Ненависти вдруг уловил хлопанье крыльев. Он нахмурился, повернул голову и ухмыльнулся, увидев красные крылья. Решительно настроенная Мерелин Линерро летела прямо в его руки. — Явилась сдаться? — хохотнул он, когда она приземлилась напротив. Несколько монстров обернулись, рыча в ее сторону, но хватило одного взмаха руки Прародителя, чтобы о демонице сразу же забыли. — Впрочем, тебе это не поможет. В руках Мерелин появился кроваво-красный острый меч. Не медля ни секунды, она бросилась на Прародителя. Тот лишь скучающе зевнул и вдруг вскинул руку. Мерелин ощутила, как ее тело замерло. Оно больше ей не подчинялось. — Что… Что со мной? — прохрипела она. Она услышала, как мучительно застонала Алиса где-то в глубине ее сознания. Ненависть управляет Мерелин через нее! Немыслимо. Мерелин не подозревала, что такое вообще возможно. Ненависть медленно двинул ладонь влево, изгибая пальцы, и Мерелин почувствовала, как ее руки скрутились. И пусть она не могла управлять своим телом, но боль чувствовала. Невероятную боль! Мерелин закричала вместе с Алисой. И в тот же момент наследницу Чревоугодия выбросило из ее тела. Мерелин лишь мельком увидела призрачную фигуру Асилы Морье, но она почти сразу же исчезла, как дым на ветру. Что-то сбило Ненависть с ног — он покатился по земле. Темная фигура с громадными черными крыльями обернулась к ней. Мерелин едва не вскрикнула, когда увидела его. Лицо Николаса было покрыто узорами, напоминавшими трещины по стеклу, которые светились золотистым светом. Пустые белые глаза, казалось, были лишены радужек, но Мерелин чувствовала его взгляд на себе. Клыки касались его нижней губы. Из его лба, прикрытого распущенными черными волосами, виднелись два тонких, острых, сияющих золотистым светом рога. — Николас… — прошептала Мерелин неверяще. Вторая ипостась. Вот о чем он ей рассказывал. Когда он перестал принимать лекарство Тристиса Аэмона, сила директора вновь подскочила до аномальной. Она восполнялась так быстро, что Мерелин не удавалось забрать себе лишнюю часть. Она и не дала Аарону умереть. Стремясь спасти владельца, его демоническая сила заставила его обрести второй облик. Облик, в котором все раны зажили, а сила перевалила через все возможные края и рамки. Николас развернулся и бросился на Ненависть. Две силы схлестнулись. Мерелин ахнула. Даже ослабленный, Ненависть обладал такой мощью, что бился на равных с демоном, обладающим второй ипостасью. Очнувшись и вновь взяв контроль над своим телом, Мерелин бросилась помогать возлюбленному. Они схватили Прародителя за руки, отводя назад, словно собирались их оторвать. Ненависть распахнул жилистые красные крылья — точь-в-точь как те, что были у Анёна — и принялся вырываться. Сверху на него прыгнула крылатая фигура. Рован приземлился прямо перед ним, на ходу откупорил бутылек и с неоспоримой, твердой решимостью схватил Прародителя за подбородок, заставляя открыть рот. Ненависть пуще прежнего задергался. Николас и Мерелин из последних сил удерживали Прародителя. Рован с усмешкой влил все зелье ему в рот и быстро отскочил назад. Ненависть отбросил назад Николаса и Мерелин. Они повалились на землю. Выходящие из врат монстры, ощутив гнев своего властелина, начали наступать на демонов. Прародитель коснулся белыми пальцами губ. Мерелин напряженно смотрела на него. Почему… Почему ничего не происходит? Неужели не сработало? Нет, это невозможно! Он ослаб! Ослаб настолько, что зелье не могло не сработать! Давай же! Ненависть замер и опустил голову вниз. Его ноги начали каменеть. Мерелин распахнула глаза. Прародитель поднял на нее взгляд. Взглянул на Николаса, сбросившего второй облик — он тоже смотрел на Ненависть злым, но уверенным взглядом. Взглядом, в котором горела жизнь. — Проклятие выбирает только самых сильных. Под стать мне. Это лучший комплимент для вас от меня. Это были последние слова Ненависти перед тем, как его тело покрылось камнем. Статуя замерла навеки. Впрочем, Мерелин надеялась, что она застыла навсегда. Мерелин бросилась к ключу, надеясь вытащить его и закрыть проход в нижний мир. Он появился из черной поверхности врат, как будто до этого не растекся, а просто ушел на глубину. Как только ее пальцы коснулись ключа и потянули его, Мерелин ощутила отчаянное сопротивление. Призрачные руки Алисы вдавливали ключ в землю. Мерелин подняла глаза, наконец посмотрела в глаза Алисы впервые за долгое время. Алиса понимала — они проиграли. Но в ее глазах все еще горела пугающая жажда мести. Мерелин понимала, что она так просто не сдастся. Они словно оказались в центре бури, в отдельном измерении, где в тот момент существовали лишь они одни. Ветер яростно бил обеих по лицу, мир сужался. Мерелин закричала, хватаясь за ключ так, что начало сводить руки. Отчаянный крик Алисы заглушал рев ветра. — Я тебе не проиграю! — услышала Мерелин. Давление на ключ стало сильнее. Она ощутила, как он снова начал погружаться в землю. — Нет! — Мерелин изо всех сил потянула ключ вверх. — Утопай в своей ненависти одна! Ключ неожиданно легко поддался, и она вытянула его вперед. Мерелин упала на спину, задыхаясь. Алиса исчезла. То ли действительно утонула в собственной ненависти и жажде мести, то ли сдалась, ощутив нехватку своих призрачных сил. Перед тем, как закрыть глаза от усталости, накатившей на нее, Мерелин увидела едва заметное сияние над головой. Алиса и правда ушла. «Туда тебе и дорога». Врата закрылись. Последние вылезшие из них монстры были повержены. Все обошлось.