Экстра

      Последний солнечный луч скользнул по черепице крыш и угас. В садах вспыхнули фонари. Тишина, подобно духу-хранителю, прокралась между флигелями, заглушив звуки дневной суеты. Клан Годжо, утомленный долгим празднованием, готовился ко сну. За вежливыми улыбками, интригами и планами на будущее никто не заметил двух маленьких нарушителей спокойствия, в чьи планы сон не входил.       — А нам точно можно? Кико, наверное, спит, — шепнула Деми, заглянув в темные окна флигеля. Рядом Сатору склонился над дверным замком.       — А кто нам запретит?       — Ругаться будут.       Сатору бросил на неё скептический взгляд. Деми в ответ нахмурилась. Если их поймают, виновата будет она: идея слепить снеговика вместе с Кико принадлежала ей, а Сатору лишь с энтузиазмом её подхватил. Правда, реализация затянулась. Перед тем, как выкрасть ребёнка, им пришлось отмываться от последствий битвы тортом, что, разумеется, переросло в водную баталию в ванной. Теперь они стояли у дверей флигеля семьи Кацуо и Кико. Деми — в своем праздничном, но уже слегка помятом многослойном кимоно. Сатору — в чистой одежде, с влажными после битвы волосами и сияющий необъяснимым упрямством.       — Ну… давай… — от натуги Сатору высунул кончик языка.       Он ковырялся в замке чужого дома тонкой шпилькой, которую стащил у одной из служанок. Использовать проклятую технику было бы слишком просто и скучно. Великий Годжо Сатору решил, что взломает дверь как в кино.       — У тебя не получается, — констатировала Деми, склонившись над его плечом.       — Получается, — буркнул он.       — Не получается, — её улыбка стала шкодливой.       — Рис из ушей вычисти. Я же сказал — получается! — он пихнул её плечом, не отрываясь от скважины.       — Да не получается же!       Им даже обидно не было, слегка раздражало, но оба за пару часов привыкли, что споры стали неотъемлемой частью их общения, они готовы были начать третью мировую войну из-за промелькнувшей между ними пылинки. Деми винила Сатору в задержке, Сатору считал, что её нытье сбивает его концентрацию.       — Я сказал уже десять раз, что получается!       — А я десять раз сказала, что нет!       Тихий шорох прервал их перепалку. Сёдзи разъехались. За стеклянными дверьми, кутаясь в шелковую пижаму цвета сливы, стояла сонная Кико. Она терла глаза кулачком.       — Сестрёнка? Сатору-сама? — её голосок был глухим спросонья. — А что вы здесь делаете?       Сатору выпрямился, незаметно выкинув бесполезную шпильку в сугроб.       — Открывай давай.       — Почему ты никогда не говоришь «пожалуйста»? — зашипела Деми, поморщившись от его требовательного тона.       — Просить — для слабаков. Я беру, что хочу. Кико, одевайся. Мы идем лепить снеговика.       Кико тотчас проснулась, её глаза засияли восторгом, она исчезла в темноте комнаты, а вернулась, одетая в тёплую куртку и вязаную шапку.       Изначальная цель — тихая лепка снеговика — быстро забылась. На обратном пути в заснеженном саду воцарился хаос. Сатору, пользуясь невнимательностью Деми, закинул ей за шиворот снежок. Она пискнула, попыталась стряхнуть колючий холод, пронёсшийся по спине, но сдалась и, наполненная решимостью отомстить, погналась за Сатору. Несколько кругов они навернули вокруг ничего не понимающей Кико, растоптали снег и заставили ее голову закружиться.       — А вот и не поймаешь! — крикнул Сатору, остановившись за сестрой.       Кико ойкнула. Земля ушла у неё из-под ног — Сатору подхватил её за подмышки и выставил перед собой как живой щит, злорадно хохоча.       — Отпусти её! — Деми бросилась вперед и вцепилась в пояс девочки, пытаясь перетянуть её на себя.       — Нет! — Сатору тут же дёрнул хрупкое тело.       Если бы Кико знала, что пару часов назад они так же сражались за торт… Но она не знала, да и на десерт не походила. Её личико исказилось в гримасе, и она захныкала:       — Мне плохо…       Сатору и Деми застыли, представив, что ее сейчас стошнит на них обоих. Они синхронно отпрянули, опустив ребенка вниз. Но ожидаемой тошнотворной картины не случилось. Только под стопами Кико хрустнул свежий снег, как её губы расплылись в самодовольной улыбке — такой же, какую часто можно было увидеть у Сатору.       — Обманула! Обманула! — воскликнула она радостно.       Полный неверия стон Деми потонул в громком хохоте Сатору. Два беловолосых чертенка переглянулись. И она, поймав их лукавые взгляды, не выдержала и закатила глаза.       «Кико должна была быть его родной сестрой», — эта мысль мелькнула у Деми, пока она плелась позади. В пробившемся сквозь облака лунном свете волосы обоих Годжо сияли одинаковым серебром, делая их сходство неоспоримым.       Путь до флигеля Сатору прошёл в относительном спокойствии, практически без споров, хотя Деми один раз пнула его в тонкую косточку щиколотки, за что ее щеки яростно замучили щипками.       — Так, команда! — воскликнул Сатору, гордо уперев руки в бока. Его глаза внимательно прошлись по застеленному снегом родному саду. — Кико, собери листья, палки и все, что найдешь, — девочка качнула головой и сорвалась с места, но оказалась схвачена за капюшон куртки. — Я ещё не сказал, что мы будем лепить.       — А почему ты решаешь? — буркнула Деми.       — Потому что я главный! — Сатору ткнул себя пальцем в грудь.       — А я знаю, я знаю!       Две пары глаз заинтересованно уставились на подпрыгивавшую в нетерпении Кико.       — Можно Тоторо? Можно? Сатору-сама, можно?       — Тоторо… — задумчиво протянула Деми.       Пока она вспоминала, где слышала это слово, Сатору потрепал Кико по волосам и сказал, что «вообще-то это и так было моей идеей». Кико восторженно взвизгнула и убежала раскапывать снег в поисках корешков, камней и влажных листьев, как белка, ищущая орешки.       — Эй, рисовая башка! У тебя сейчас слюни потекут, если с открытым ртом стоять будешь, — Сатору щёлкнул перед носом Деми пальцами и низко загоготал. — Хотя я посмотрел бы.       Деми захлопнула рот так яростно, что зубы клацнули.       — Я просто думала. Идиот.       — Долго думаешь, тупица.       — Придурок.       — Ах, в самое сердце. В мой день рождения!       Деми насупилась, сжала кулаки, но рот сомкнула, чтобы не вылить на него новую порцию недовольства. А Сатору весь нахохлился от того, что она хоть и с лёгким сопротивлением, но давала ему свободу издеваться.       — Так, а мне что делать? — спросила Деми, стряхивая снежинки с плеч, лишь бы не дерзнуть.       — Сделай два вот таких… — он прищурился, глядя на неё через пространство между ладонями. — …шара.       — А ты?       — А я, — Сатору пожал плечами и ухмыльнулся. — Я сделаю самое трудное: большой-большой шар.       На этом они разошлись в разные стороны. Деми, сгорбившись, катала два снежных кома, один за другим. Руки налились кровью, замёрзли, и она согревала их в широких рукавах кимоно. Кико собирала все, что могло подойти для снеговика под укутавшимся в белую шубу кленом, а Сатору нагло поднимал полотно снега в воздух техникой и кружил его, создавая плотный шар ростом с него.       Работа протекала сосредоточенно и на удивление тихо, и никто, увлечённый своим делом, не заметил, как поднятая в воздух снежинка легла аккурат на увесистый холмик, который едва придерживала нижняя ветка клена. Ветвь покачнулась и потянулась кончиком вниз. Раздался крик. Сатору и Деми встрепенулись, побросав дела, и обернулись.       Ветка покачивалась, точно облегчённо дышала, сбрасывая тяжёлый груз на ничего не подозревавшую Кико. Ее белая макушка слилась с горкой, и, если бы не рука, пробравшаяся сквозь толщу, приметить её было бы невозможно.       — Кхе-кхе! Помогите!       Выглянуло ошарашенное личико. Ладошка постучала по снегу.       Уголки губ Деми и Сатору дрогнули, — уж слишком потешная была картина, — и, не удержавшись, они согнулись от смеха, хлопая ладонями по коленам.       — Сестре-е-енка-а-а, — завопила обиженно Кико, не ожидавшая, что ее любимая старшая подруга будет смеяться над ее неудачей.       — Да-да, сейчас помогу…       Деми, посмеиваясь, подошла к сугробу. Но едва она успела протянуть руку, как Кико выплюнуло оттуда, будто под ней взорвался гейзер. Девочка плюхнулась на снег, ошалело крутя головой.       — Как же я крут! — Согнутые пальцы Сатору были направлены на бывшую ловушку. — Потом спасибо скажешь, мелкая. Давай вставай и дуй Тоторо лепить!       Кико вскочила на ноги, не без помощи Деми, отряхнулась и пошла искать свои сокровища под упавшим с дерева сугробом.       Работа возобновилась.       Деми до последнего не могла вспомнить, кто и что такое Тоторо, пока силуэт не начал проглядываться: большой ком Сатору обрёл фигуру дарумы; шары, скатанные Деми, были влеплены на место рук, а веточки, листочки и камни, найденные Кико, заняли места глаз, носа и узоров в виде галочек на груди.       — Это же… Профитроль! — рука Деми со свистом поднялась, указав на знакомый символ кофейни. Воспоминания об их первой встречи с Сатору теплом прокатились по ее телу.       — Ага. Блин, теперь я хочу профитроль.       Сатору похлопал себя по животу.       — Я тоже, — согласилась с ним Кико, пробовавшая профитроль лишь однажды, когда Сатору принес его ей после очередного побега.       Но никто из них троих сейчас не смог бы достать знаменитые булочки в форме Тоторо, и, чтобы отвлечься от мыслей о сладком, Сатору предложил вернуться к нему во флигель, к тому же в теплой комнате его ждал подарок Деми. Если бы они не вышли на улицу, она и не вспомнила бы, что поставила пакет на энгаву, прежде чем развалиться на татами.       Стоило сёдзи закрыться, отсекая ледяной ветер, как на них навалилась плотная, обволакивающая жара натопленной комнаты. Контраст был резким. После колючего мороза, щипавшего щеки, воздух здесь ощущался густым и тягучим, словно сироп. Деми, шмыгая покрасневшим носом, с трудом стянула промокшие ботинки. Её тело, ещё минуту назад готовое бегать и прыгать на адреналине, вдруг начало предательски размякать. Кровь прилила к замерзшим пальцам рук и ног, вызывая приятное, но усыпляющее покалывание.       — А это подарок от сестрёнки? — догадалась Кико, увидев пестрый предмет на полу.       — Ага, — Сатору плюхнулся на дзабутон и взял подарок в руки. — Если фигня — «сестрёнка» заберет себе. — Несмотря на резкие слова, пальцы его бережно придерживали края праздничного пакета.       — Вот и заберу! — фыркнула Деми, гордо вздёрнув подбородок.       — А можно я заберу? — Кико осторожно семенила на коленках, чтобы подсесть поближе к Сатору. Она заглянула в пакет, но тот исчез из ее поля зрения.       — Не-а. Я первый!       Сатору пошебуршал рукой в пакете, Кико рядом озарилась любопытствующей улыбкой, а отвернувшаяся Деми навострила слух.       — Книжки, что ли? — разочарованно произнес Сатору, ощутив страницы и мягкий переплет. Книг там было не меньше четырёх. Он вытащил одну и выдохнул со смешком, не веря своим глазам. — Манга?! Да ещё и «Hunter x Hunter»!       Деми смутилась, уже мысленно перебирая все его колкие ответы заранее. Вдруг не понравится. Вдруг ему вообще манга неинтересна, а вдруг все эти странные комиксы ему скучны. Ведь в реальной жизни было то же самое. Но Сатору ничего из этого не сказал. Он вытащил все четыре тома и разложил перед собой.       — «Ван Пис», На… «Наруто» и «Шаман Кинг», — прочитала Кико.       — Вот это я читал и это, а вот это мне нравится, — перечислял Сатору девочке, тыча пальцем по обложкам. — Круто дружить с духами, наверное… У нас их только бить можно. А здесь крутой сенсей. У него классная повязка, и он очень сильный…       Слушая его, Деми все больше и больше уходила в себя, и Сатору, заметив это, бросил в нее пакетом.       — Эй, рисовый шарик, — позвал он ее небрежным тоном. Она с опаской глянула из-за плеча, ожидая критики, но вместо нее он широко улыбнулся. — Спасибо.       Неожиданная благодарность так поразила, что Деми застыла с округлившимися глазами. Но Сатору не дал ей просмаковать момент и быстро напомнил о том, что он Годжо Сатору, отправив следом за пакетом остаток восковой цифры с засохшим шоколадным кремом на нём.       — Тащись сюда, будем играть в смэш. Уже по-серьезному.       — А манга? — воскликнула Кико. Она-то надеялась, что они все вместе почитают.       — Потом. И да, рисовая башка, — обратился он к Деми, когда та села рядом. — Ты тоже будешь читать. Ты должна знать топовых персов, раз в Японии будешь жить, — к концу фразы в его голос прорвалась неуверенность: а вдруг её отправят обратно? Ещё больше она вцепилась в него когтями, стоило Деми робко потереть плечо и отвести взгляд.       — Ну… можно, наверное. — Этих слов хватило, чтобы Сатору облегчённо выдохнул и потянулся за геймпадами. — Но я не знаю, как их читать. Там много новых слов и кандзи.       — Ой, кандзи — это трудно. Я тоже их изучаю. А давай вместе, сестрёнка!       — Но ты знаешь больше, чем я.       — Нет, мало… Сиори-сенсей говорит, что мне нужно выучить десять… — Кико выставила все пальцы перед собой, — …кандзи к следующей неделе.       — Ох… — Деми нужно было выучить гораздо больше.       Экран телевизора, включённый Сатору, зарябил цветами. Заставка смэша привлекла внимание обеих девочек, а в руки Деми тут же был сунут знакомый геймпад.       — Ну, вперёд!       Сатору хотел реванша. Он выбрал Пичу. Деми умела играть только за принцессу Пич, поэтому пиксельная принцесса тут же попала под выбор.       Бой начался, и комната утонула в предвкушении.       Сатору вальяжно развалился на дзабутоне, лениво двигая стиком геймпада одним пальцем. Деми, напротив, сидела на самом краю подушки, сгорбившись от напряжения, и вцепилась в контроллер так, словно пыталась его задушить. А сбоку от неё, подпрыгивая на коленях и тыча пальцем в экран, мелькала маленькая белая макушка.       — Давай, сестрёнка! Беги! Беги! — восторженно запищала Кико, когда принцесса Пич на экране судорожно заметалась из стороны в сторону. — Ой, нет! Не туда! Там же край! Ты упадёшь!       На экране Пичу Сатору, окружённый электрическими искрами, медленно подошёл к краю. Деми яростно забарабанила по кнопкам, пытаясь вернуть своего персонажа на арену, но Сатору лишь ухмыльнулся и нажал одну кнопку. Удар молнии — Пич улетела за пределы экрана, превратившись в искорку.       — Бабах! — Кико всплеснула руками. — Вау! Она сделала «фьють» прямо в небо! Как фейерверк!       Деми раздражённо выдохнула через нос, её щёки залились краской. Сатору лишь самодовольно потянулся, даже не глядя на неё. Начался новый раунд.       — Теперь ты, Пичу! Кусай её! — тут же переключилась Кико, болея за победителя. — Ой, нет, сестрёнка, не давай ему кусаться! Прыгай! Прыгай выше! Да не в яму же!       Она схватила Деми за рукав кимоно и начала трясти, словно это могло помочь персонажу на экране.       — Ну же! Нажимай на красную кнопку! Нет, на зелёную! На все сразу нажимай! Сильнее! — советовала она, пока Деми пыталась вырвать руку. — Ой… Опять упала.       На экране появилась надпись «GAME SET». Сатору победно вскинул руки, а Деми, простонав, уткнулась лбом в контроллер. Кико, сияя, похлопала Деми по ссутуленной спине.       — Ничего страшного, сестрёнка! — радостно объявила она. — Ты очень красиво падала! Почти как Сатору-сама, только вниз головой!       — Спасибо… Кико.       — Ещё раунд, или сдаешься? — Сатору помахал геймпадом с нахальной улыбкой.       На экране вновь высветилось окно выбора персонажа.       — Нет, Кико громко кричала, думаю, она хочет сыграть, — Деми положила геймпад на колени девочки, и глаза Кико загорелись.       — А можно? — с надеждой спросила она. — Сатору-сама, можно?       — Пф-ф… Слабачка, — Сатору вновь выбрал Пичу. — Давай, Кико, покажем гайдзин, что Годжо быстро обучаются и легко не сдаются.       Деми дёрнула его за волосы, а он щёлкнул ее по лбу, да так сильно, что красное пятно тут же образовалось на месте щелчка.       — Не реви только, а.       Обиженно бубня, она прислонилась к стене, вновь слушая обучение этой игре.       «А вот ей он объясняет нормально», — проворчала она мысленно.       Когда раунд начался, принцесса Пич, — которую Кико выбрала, чтобы подражать сестрёнке, — бездумно поскакала по арене. Пичу просто медленно бегал за ней, иногда слабо атакуя.       — Предмет упал, подбери. Он даст тебе новое умение. Нажми сюда. Да, вот так.       Голос Сатору, объяснявшего, как использовать щит, смешался с веселым писком Кико и превратился в монотонный убаюкивающий гул. Тени от мерцающего экрана телевизора плясали по стенам, гипнотизируя. Деми моргнула, пытаясь отогнать накатившую сонливость, но веки налились свинцом. Она не заметила, как её тело, расслабившись, начало медленно крениться вбок.       — Вот так! Молодец, мелкая! А теперь прыжок и удар вниз! — азартно скомандовал Сатору, не отрывая взгляда от экрана.       В этот момент чужая голова мягко, но уверенно опустилась ему на плечо. Лоб Деми упёрся в сгиб между его шеей и ключицей, а её дыхание, ровное и тихое, пощекотало кожу сквозь ворот футболки.       Сатору замер. Его пальцы, готовые выбить комбо, зависли над кнопками.       Пичу на экране получил смачный удар зонтиком от Пич и улетел в нокаут, но Сатору даже не дёрнулся. Он медленно скосил взгляд влево.       Деми спала. Её лицо с размазанным макияжем после вечерних приключений разгладилось, потеряв то выражение упрямства, с которым она сражалась с ним последние часы. Сейчас она выглядела просто усталой. И удивительно спокойной.       Инстинкт подсказывал спихнуть её. Включить Бесконечность. Заорать «Подъём!». Сделать хоть что-то, чтобы разрушить эту странную неловкую близость.       Но он не пошевелился.       — Сатору-сама! Я победила! Я победила! — радостно завопила Кико, подпрыгивая на месте и размахивая геймпадом. — Вы видели?! Я сделала «бам»!       — Тш-ш-ш! — неожиданно для самого себя шикнул на неё Сатору.       Кико осеклась, испуганно прикрыв рот ладошкой. Её огромные глаза вопросительно уставились на него, а потом переползли на спящую Деми.       — А-а-а, сестрёнка устала… — протянула она, понизив голос до заговорщицкого шёпота. — Она сегодня так рано приехала.       — Рано? — переспросил Сатору, стараясь не шевелить плечом, на котором устроилась тёмная макушка. — Не к обеду?       — Не-а. Я узнала, что Юа-сама приехала, и побежала поздороваться, а там она. Её уже одевали. Она выглядела такой уставшей…       — Почему я не почувствовал её присутствия… — пробормотал Сатору себе под нос.       Сейчас, когда она уснула, он заметил, что та самая раздражающая голубая дымка исчезала. Её техника отключилась. Остатки проклятой энергии рассеивались в воздухе. Во сне никто не мог держать технику активной, даже он. Но днём-то техника работала. Неужели он был настолько поглощён своим волнением перед демонстрацией, что не заметил такой мощный источник энергии поблизости?       Кико завозилась, подползая к нему на коленках ближе, и приложила ладошку ко рту.       — Сатору-сама, я скажу по секрету… — зашептала она, округлив глаза. — Но сестрёнке, кажется, не нравится Юа-сама. Вы только ей не говорите.       Сатору удивлённо вскинул брови.       — С чего решила, мелочь?       — Сестрёнка была очень вежливой, — Кико серьёзно нахмурилась, копируя взрослое выражение лица. — Но совсем не улыбалась. И вообще не говорила с Юа-сама, только кивала. И мне так показалось… что ей грустно.       Сатору хмыкнул. Ему нечего было на это ответить. Он до сих пор не понимал до конца, когда и зачем вернулись его родители из долгой миссии, почему Деми была с ними.       Взгляд Кико метнулся с лица Деми на сад за стеклянными дверями. Снегопад усилился, крупные хлопья медленно кружили в свете фонаря, оседая на ветвях искалеченного, но заботливо перевязанного дерева.       — Сатору-сама, а вы сказали сестрёнке, что это вы попросили Кайто-сана восстановить дерево?       Сатору поперхнулся воздухом.       — Э-э-э… — протянул он, смущённо почёсывая затылок. — Я не просил…       — Да? — Кико склонила голову набок, искренне не понимая причины его замешательства. — А Сиори-сенсей сказала, что вы.       Сатору закатил глаза. Ну конечно. Сиори — сестра Кайто. В этом клане ничего не могло храниться в секрете. Растрезвонил же всё сестре, болтун.       — Это не я просил, Кико, — буркнул он.       — Да? Ну ладно… А я думала, вы, — она хихикнула, явно не поверив, но тут же её мысли перескочили на другое. — А вы знаете, что у сестрёнки день рождения двадцать пятого декабря?       Сатору замер. Двадцать пятого?       Он этого не знал. Он вообще не задумывался о том, когда у неё день рождения. Но признаться в этом мелкой, которая смотрела на него с таким обожанием, было выше его сил.       — Да, — небрежно бросил он. — Конечно, знаю.       Его взгляд скользнул по комнате и зацепился за низкий столик. Там, рядом со стопкой древних свитков, лежал простой бумажный пакет из книжного магазина.       Вот и подарок ко дню рождения.       Кико, довольная тем, что ей удалось впервые так долго проболтать с человеком, которым она восхищалась, снова уткнулась в экран, что-то тихо напевая. Сатору же откинул голову на стену, чувствуя тяжесть и тепло спящей Деми на своём плече.       В голове уже начал созревать план. Он сделает её день рождения тоже весёлым. Намного веселее, чем эти чопорные посиделки со старейшинами. Они обязательно слепят того дурацкого снеговика, которого она хотела. Купят целую гору профитролей — и шоколадных, и ванильных. Поиграют в смэш, и он даже поддастся ей пару раз (но только пару!). А потом… может быть, они даже почитают «Гарри Поттера». Всё будет так, как захочет он. А значит, ей точно понравится.       Губы Сатору тронула лёгкая улыбка. Планы на день рождения растекались в нем предвкушающим восторгом. И он совершенно не подозревал, что через час, когда часы пробьют полночь, когда и Кико уснет, положив голову ему на колени, у порога его комнаты возникнут возмущенные родители Кико, раздосадованная Юа и до глубины души разочарованная Анна. Но они с этим разберутся. Какая разница? Главное, что его день рождения был лучшим из всех.