Глава 24. Ставки сделаны…

- Вопрос 59. Фридрих Мурнау так говорил об этом изобретении: "Это же дикость, бред, издевательство... Сон — это высшая форма искусства, доступная человеку... Сон — это неуловимая, бестелесная материя... Вам что — снятся джазовые певцы? Полковые оркестры? Вы что, можете разобрать во сне слова песен?..". Назовите это изобретение двумя словами. - Может патефон? - ДВУМЯ СЛОВАМИ! - Музыкальный патефон… - Ты тупой? - Да нет, слишком в лоб, тут на образность... Катя сидела и наблюдала, как её команда сражалась, не опуская рук. В перерыве подходил Стариков, загнал её в угол и умолял прийти в себя. «Сегодня работаем без генератора,» - услышала она комментарий Кости. «Ага, на паровой тяге, судя по тому, как ты пыхтишь,» - пытался шутить Дима Авдеенко. Самое дурацкое, что Катя знала ответ. И Зорькин вообще-то должен был знать, но, видимо, забыл. Катя улетела в Петербург с ребятами в пятницу вечером. Наплела какую-то ерунду про родственницу в больнице. Андрей порывался её проводить, но ему нужно было открывать показ. А Кате нужно было подумать. За неделю она так и не смогла найти слов ни для ребят, ни для Жданова. Как назло случилась ошибка в рассчетах, которую срочно пришлось исправлять, еще и отчёты для совета, который ожидался в понедельник. Андрей постоянно крутился на производстве, успокаивал Милко, встречал родителей... Итак, Катерина улетела, так и не придумав, что делать с Воропаевым. Когда уезжала из «Зималетто» столкнулась с ним, а он подмигнул ей и ухмыльнулся, увидев её реакцию. Нет, просить команду проиграть она не собиралась. Но теперь она боялась выиграть, сидела и саботировала своих же друзей. Это было просто невыносимо! Катя всегда была очень упрямой. Это все знали. Может по этому она и пошла в «Зималетто», знала, что её, как паровоз, ничего не собьёт с пути. А всё получилось совершенно по-другому. Или Катя так сама выбрала. - Давай, пиши уже что-нибудь, десять секунд осталось! – скомандовал Стариков. Катя поймала потухший взгляд Зорькина, Авдеенко отчаянно ударил себя по лбу, Али беспрестанно водил ладонями по лицу. Катя ощутила, как горячая волна поднимается от шеи к вискам. Пальцы сами сжались вокруг ручки, ногти оставили на ладони красные полумесяцы. Катя резко вдохнула — и вдруг поняла, что больше не может дышать этим спёртым воздухом страхов. Щелчок. Будто что-то переключилось внутри. Она вырвала бланк у Кости так, что тот аж ахнул. Черкнула ответ — буквы вышли угловатыми, почти рваными. В Кате что-то взорвалось. Никто не смеет ей командовать, она всё-таки Пушкарёва! Ласточка» схватила листок на последних секундах. - Звуковое кино, - ответила она уставившимся на неё сокомандникам. - Наконец-то, - выдохнул Стариков, вытер лоб и дал ей пять. В этот вечер они выиграли.

***

- Андрюша, добрый вечер, - знакомый голос звучал в трубке. - Леночка, все подробности ты можешь узнать у Юлианны, надеюсь, показ тебе понравился, - Жданов устало выдохнул. Ну что этой Шестиковой понадобилось вечером в воскресенье? - Показ был прекрасен, Андрюшенька! Номер по нему уже готов, завтра утром выйдет. Я тебе по другому поводу звоню, милый! - Неужели по заданию Киры? - Ближе, теплее, Жданов. Мне тут такое прислали, срочно в номер! Что-то, что может быть и тебе интересно...И что-то, что точно затмит новость о показе! Андрей разозлился. - Да что ты? И что же так всех отвлечет от нашей новой коллекции? Неужели выборы в Чили? - Зря смеешься, зайди-ка на почту, я выслала тебе статью. Там и фото есть... – в трубке раздались короткие гудки. Жданов фыркнул, включил компьютер и нетерпеливо отбивал дробь пальцами, пока тот медленно загружался. Что она ему могла прислать? Скорее всего какой-нибудь звездный скандал... Роман какого-нибудь олигарха с участницей «Фабрики Звёзд», а может тайная связь известного продюсера со своей подопечной. Жданову было все это не очень интересно, но он открыл письмо от известной журналистки. И там было всё перечисленное. И тайный роман, и скандал... На фото он целовал Катю в машине рядом с «Зималетто», а поверх него огромными красными буквами сиял заголовок «Любовь зла! Король моды и его серая мышка: скандальный роман в "Зималетто!» Фото в парке, фото в машине, фото в кафе, целый ворох фотографий! Фотографии были лишь верхушкой айсберга. Далее шли «эксклюзивные подробности» от «близких источников». Перед глазами пронеслись отрывки предложений из статьи. «Наши репортеры выяснили: объект страсти Жданова — его личная помощница, двадцатичетырехлетняя Екатерина Пушкарёва, которую коллеги за глаза называют «серой мышью». Судя по фото, сделанным скрытой камерой (стр. 4-5), унылый офисный стиль — не маскировка, а суровая реальность. Мешковатые свитера, уродливые очки и инфантильная детская прическа – вот он современный образ любовницы миллионера. Эксперт по стилю Марина Шелкова комментирует: «Это худший образ, который я видела. Тут нечего исправлять — только сжечь и начать сначала. Жданов, видимо, решил заняться благотворительностью в постели.» Психолог-сексолог Роман Левицкий предполагает: «Это классический случай эротизации уродства. Успешные мужчины часто ищут крайности — после моделей им нужна полная противоположность. Некоторым искушенным кажется, что спать с такой — все равно что начать с чистого листа.» И далее... «Она всегда оставалась после работы — якобы для сверки отчётов», «...мешок вместо модели...», «секс-скандал в 'Зималетто': почему шеф спит с самой некрасивой сотрудницей?», «гадкий утенок в постели павлина», «фотошоп не поможет: как выглядит настоящая любовница Андрея Жданова...», «...от отчаяния к страсти: почему богачи выбирают дурнушек?» И всё в таком духе. Настоящий кошмар! Он тут же перезвонил Шестиковой. — Лена, назови сумму, — его голос звучал хрипло. — Ой, Андрюш, — журналистка сладко засмеялась, — разве можно оценить такую сенсацию? — Триста тысяч. — Миллион. Наличными. До утра. Его взгляд упал на фотоаппарат. Андрей закусил губу. После всех долгов компании... — Полмиллиона, — пробормотал он. — За полмиллиона я статью с печати не сниму, но могу кое-что подкорректировать... — Полмиллиона и ты меняешь заголовки на "Жданов и его муза". Тон улавливаешь? Если хоть одно мерзкое слово о Кате будет, я тебя и твою газетёнку засужу, поняла? Убираешь всю эту гадость, а еще меняешь фото на те, что пришлю я. Пауза. Потом смешок: — Договорились. Андрюша, а давно у вас роман? Хочешь дать эксклюзивный комментарий? Андрей резко положил трубку. Он медленно провёл пальцем по фотоаппарату. Снова набрал: - Алло, Малиновский! Приезжай ко мне, срочное дело есть... Походил по комнате, подключил камеру к компьютеру и опять потянулся к трубке. В ответ раздавалось: «Номер абонента...» - Катя, чёрт! Да возьми же ты трубку!

***

Катя спешила на работу. Сегодня был важный день – совет директоров. Очередной (и как Катя надеялась последний) фальшивый отчёт был готов. Хотелось поскорее увидеть Андрея – они созвонились вчера вечером, перед тем, как она села в поезд, а потом у неё сел телефон. Показ прошёл грандиозно, команда Кати заняла первое место, а вот Воропаев ей даже не позвонил. Катя честно ждала угроз, и была готова к тому, что он свяжется с ней и откажет в финансировании. Подготовила речь, подумала о том, где взять деньги...А он как-будто исчез. Хотелось бы «подумать об этом завтра», но вот только завтра уже наступило. Влетела в кабинет Андрея с улыбкой – так рада была его видеть. С остальным они обязательно разберутся, вот только после совета. Сейчас не время. Она ему всё обязательно расскажет. Также думал и Жданов. Поздним вечером он с Малиновским смог оставить под залог свой порш 911 в салоне. Минут пять с грустью смотрел на то, как оценивают его машину, а потом забрал деньги и отвез их Шестиковой. Статья должна была выйти сегодня днём, как раз после совета. Надо лишь успеть увезти Катю и предупредить её. Сначала он отчаянно пытался дозвониться до неё, но потом решил, что несколько часов погоды не изменят. Сначала совет, а потом всё остальное. Да, всё пошло не по их плану, но главное, ему удалось её защитить... Быстрый поцелуй с оглядкой на входную дверь, за которой уже раздавались шаги его родителей. Совет директоров в полном составе размещался в конференц-зале. Вика раздавала всем меню с услужливой улыбкой, Катя торопливо доделывала копии, Кристина как всегда опаздывала. Зато прилетела фея Юлианна, получила комплименты за организацию показа, раздала всем дежурные поцелуи, и, разумеется, пожурила Жданова-младшего за то, что тот держит свою помощницу в подсобном помещении. Всё как обычно. За Катиной спиной замерла тень, рука, переворачивающая лист, дрогнула. Пушкарёва нервно обернулась. - Здравствуйте, Катенька! – с мягкой улыбкой произнёс Воропаев. Катя не ответила. Копировальная машина начала сканировать лист. - А я-то по своей наивности подумал, что вы решили ответить на мое предложение согласием, когда в пятницу взяли мои деньги и билеты… - Мы все вам вернем, Александр Юрьевич! - Ну что вы! Пусть это будет моим небольшим подарком лично вам, Катерина Валерьевна. Признаюсь, так намного интереснее. Вы меня очень заинтриговали! Катя молчала, мрачно глядя на него. - Ну что же...как я понял, вы решили играть по своим правилам. Прекрасно. Возможно, мы обсудим это позже. А пока, я с нетерпением жду ваш сегодняшний отчёт. Листы с шумом вылетали из принтера. - Ну что ж, дорогие акционеры, теперь, когда все формальности с меню... – Жданов раздраженно скосился на Клочкову, вылетевшую в коридор, - улажены. Пора приступить к изучению отчёта. Передаю слово моей помощнице, Катерине Пушкарёвой. Катя нервно кашлянула. - Да, откройте, пожалуйста, страницу три... – Катя принялась комментировать цифры в графике. Виктория Клочкова была не в духе. Жданов снова на неё наорал, а она между прочим, в отличии от Пушкарёвой сегодня явилась вовремя, и даже обед заказала, а еще этот женсовет... На мысли о женсовете Вика подобралась и вышла из приёмной президента с целью поскандалить, чтобы снять накопившееся напряжение. Где там эта вечно голодная Пончева? Виктория перекинула волосы за спину и выплыла в зал со стойкой ресепшн. Естественно, все «бедные-несчастные» уже собрались вокруг Тропинкой, пользуясь отсутствием начальства на рабочих местах, и обсуждали свежие сплетни. Вика села у бара и внимательно прислушалась, готовясь к наступлению. Из лифта вышел курьер Фёдор с кипой в руках, которую немедленно свалил на стол Маши. - Мария! Примите корреспонденцию! Та принялась расписываться и ворчать на Короткова, который захламил её рабочее место. Женсовет подначивал и бесцеремонно рассматривал конверты и бумаги, принесенные Фёдором. Один из принесённых журналов упал на пол. За столом в это время шло оживленное обсуждение прелестей Марьяны или, как её называли женсоветчицы, «Бурёнки». Шурочка Кривенцова потянулась за упавшим журналам, подняла его и замерла, уставившись на обложку. - Девочки... – прохрипела она. - А я тебе сразу сказала, Федечка, что шансов у тебя ноль! – Мария Тропинкина сунула в нос Фёдору кукиш. - А я ни на что и не рассчитывал! – возмутился тот. - Да, конечно, просто так её по кафешкам водил, - засмеялась Амура. - Девочки... – продолжала хрипеть на фоне Кривенцова. - Да вы просто завидуете её человеческим качествам! – настаивал Федя. - Это что это за качества такие – с чужим мужем спать! – вспылила Светлана, вспомнив свой неудачный брак. "Девочки..." - Шурочка сипела, как проколотый воздушный шарик. Света Локтева, раздражённо стуча ногтями по столу, внезапно взорвалась: - Да что ты там мычишь, Шура? Видишь, важный разговор идёт! Шурочка резко встала, швырнув журнал на стол: - ЧТОБЫ ВЫ ВСЕ ЗАТКНУЛИСЬ НАКОНЕЦ! - Шуроповёрт, ты чего? – Амура нагнулась над журналом и раскрыла рот. Все остальные тоже уставились на обложку. Виктория уже изнывала от нетерпения. Что же там такое? Потом Маша схватилась за журнал: — Что за бред?! Амура схватилась за голову: — Катя?! Наша Катя?! Фёдор, заглядывая через плечо, пробормотал: - Ой, ё-моё... - Катя и... Андрей Палыч? — Так вот почему она так странно себя вела... Клочкова больше не могла. Она подлетела к женсовету, протянула руку за журналом, который снова взяла в руки Кривенцова и...замерла в ступоре. На обложке растрепанный Жданов в одной футболке целовал в щеку смеющуюся девушку в рубашке. - Да нет... – Вика отступила на шаг и засмеялась. Потом резко остановилась. Присмотрелась еще. – Не может такого быть! А где же очки...и все эти тряпки... Но могло. И было. Смеющейся девушкой на обложке была Екатерина Пушкарёва. Вика покраснела, выдохнула через ноздри, а затем бросилась на Кривенцову, вырвала у неё журнал и с воплем «Кира!» вылетела из приёмной.