'Всё было так'

Тишина, обычно царившая в тренировочном зале, была нарушена. Не лязгом мечей, не энергичными выкриками, а тихим, почти призрачным голосом. Кейл Хенитьюз пел. Это было неожиданно. Ужасно неожиданно. Рон, как всегда, сохранял непроницаемое выражение лица, но даже легкий подергивающийся тик у уголка его губ говорил о многом. Раон, обычно излучавший беззаботное веселье, замер, словно статуя, широко раскрытыми глазами уставившись на своего человека. Чхве Хан, несмотря на свою легендарную невозмутимость, казалось, на мгновение забыл, как дышать. Он и Хон слегка побледнели, переглядываясь в шоке. Их внимание было приковано к Кейлу, стоявшему в центре зала. Его обычно небрежный вид сменился какой-то болезненной сосредоточенностью. Он пел негромко, но в каждом слове чувствовалась такая глубина отчаяния, такой надлом, что становилось не по себе. *Среди берёз, болот и звёзд, Цыганских свадеб, волчьих слёз, Мне нет места... Но разгребая пену дней, Во тьме пустых госпиталей, Я был весел...* Голос Кейла дрожал, но не сбивался. Он пел о чем-то темном, о чем-то, казалось, глубоко запрятанном в его душе. О потере, об одиночестве, о… зависти? *Молодость сложно забыть, Но я в силах всё изменить. В окно мне бьёт кровавый свет, Я вижу тёмный силуэт... Сон в руку Нож в печень Мой стол завален абы чем, Рисунками безумных схем, В тот вечер...* Рон, наконец, нарушил молчание, тихо кашлянув. '/Молодой господин выражает… чувства? Довольно бурные чувства, стоит отметить/'. Его голос был ровным, но в глазах промелькнула заметная тревога. Чхве Хан сделал шаг вперед, но остановился, словно боясь спугнуть Кейла. '/Кейл-ним?/', - прошептал он. Песня продолжалась, раскрывая всё новые и новые грани страданий. *Ночь стала ещё сильней, Мне с ней больше не справиться. Но я не буду больше прятать своей зависти, зависти, зависти К твоим парням, к твоим парням Среди берёз, болот и звёзд, Цыганских свадеб, волчьих слёз, Мир был тесен И разгребая пену дней Во тьме живых госпиталей Я был лучше всех* Зависть? К кому он мог завидовать? Мне? Рону? Его команде? Эта мысль пронзила Чхве Хана, словно удар меча. Он всегда восхищался Кейлом, его умом, его силой, его жертвенностью. Неужели Кейл видел в них… соперников? Он нервно теребила край своего платья. Она никогда не видела Кейла таким. Обычно он был отстраненным, саркастичным, но всегда контролирующим ситуацию. Сейчас же он казался сломленным, уязвимым. *В окно мне бьёт кровавый свет, Я вижу тёмный силуэт, Сон мне прямо в руку Мой стол завален абы чем, Рисунками безумных схем, В тот вечер всё было Среди берёз, болот и звёзд, Цыганских свадеб, волчьих слёз, Мир был тесен И разгребая пену дней Во тьме живых госпиталей Я был лучше всех* Песня эхом разносилась по залу, проникая в самые темные уголки их душ. Хон и Раон крепко обняли друг друга, их детские лица были полны страха и непонимания. Когда стихли последние слова, в зале повисла гнетущая тишина. Кейл, казалось, не заметил их присутствия. Он просто стоял, опустив голову, словно потерявший себя в лабиринтах своей памяти. Первым опомнился Чхве Хан. Он подошел к Кейлу и осторожно положил руку ему на плечо. '/Кейл-ним? Всё в порядке?/' Кейл вздрогнул и поднял голову. Его глаза были пустыми, словно в них не осталось ни единой искры жизни. Он посмотрел на Чхве Хана, словно видел его впервые. '/В… всё в порядке/', - пробормотал он дрожащим голосом. '/Просто… вспомнилось кое-что/'. Но Чхве Хан не поверил ему. Он видел боль в его глазах, слышал отчаяние в его голосе. Он знал, что Кейл что-то скрывает, что его мучает какая-то темная тайна. И он решил, что во что бы то ни стало поможет ему справиться с этим. '/Кейл-ним, если вам что-то нужно, просто скажите/', - твердо произнес Чхве Хан. '/Мы всегда будем рядом/'. Кейл слабо улыбнулся. Эта улыбка была такой печальной, такой фальшивой, что Чхве Хану стало еще больнее. '/Спасибо, Чхве Хан/', - сказал Кейл. '/Я знаю/'. Но они действительно знали? Понимали ли они, какую цену он платит за их защиту? Осознавали ли, какой груз лежит на его плечах? Тишина снова воцарилась в зале, прерванная лишь тихим вздохом Кейла. Он снова был один в своей голове, один на один со своими демонами. И никто не знал, когда он сможет выбраться из этой тьмы. Но его команда будет рядом, всегда готовая поддержать и защитить своего молодого господина, даже если он сам этого не хочет.