Глава 3. Когда один спасает, а другой убивает

      1948 г.       Тот разговор казался уже мелкой давней проблемой. Все снова утонуло в ежедневной суете, работе и поисках. Том упрямо перекапывал картотеки в “Горбин и Бэрк”, теперь уже с информацией об очень старых клиентах, спрашивал у Лестрейнджа, кто из древних волшебных семей интересовался коллекционированием подобных артефактов. Но пока его поиски ни к чему не приводили.       Мария продолжала наблюдать со стороны за происходящим в мире. Длившийся почти три года трибунал над Армией Гриндевальда наконец-то завершился. Многие закончили свои дни в зелье смерти или получили свое убивающее проклятие в зависимости от предпочтений того или иного палача.       Большую часть югославов, бежавших вместе с Войничем, так и не нашли. И скоро их тему пресса начала обходить стороной, не вспоминая также и про фон Мекка, который между тем не забыл о Марие. Она получила несколько писем от него через Мауро Пацци и узнала нечто большее, о чем “Ежедневный пророк” не стал бы писать.       Банк Траини потерял былое влияние, ограничиваясь лишь хранением золота клиентов, и делая периодические вложения с их разрешения в легальные проекты. На экспедиции просто не оставалось денег, равно как и на сомнительные операции. Фабиоло погиб при попытке вскрыть главный сейф Траини. Как именно - не уточнялось. Перепуганные сотрудники только коротко пояснили: “Банк оказался против”. Так ушел первый. Жалкий жадный и слишком самонадеянный гоблин.       Синьор Гиллиани сменил пост Министра магии на должность советника нового министра, и пока, по мнению Марии, пострадал недостаточно.       Мунтеану, Шантеклер, Парра с их людьми оккупировали владения семьи Траини под самыми разными предлогами и жили там на широкую ногу, зарабатывая, видимо, на выполнении различных темных дел для влиятельных и не очень волшебников. Эти еще даже не начали отдавать ей, Марие, свои долги, но все, конечно, было впереди.       Сам же фон Мекк устроился мелким клерком в МАКУСА, как и несколько его людей, стараясь тихо работать и не привлекать к себе внимания до поры до времени.       Мария продолжала работать в аптеке у матери Алекс, расширив со временем свой функционал, и теперь могла подменять Нэн или помогать Роджеру с закупками. Работа даже местами приносила удовольствие. Особенно, когда они все втроем после смены устраивали заседания в “Дырявом котле”.       С Мюррей, которую повысили до третьего заместителя второго помощника начальника сектора ликвидации заклятий отдела магического правопорядка, тоже удавалось видеться довольно часто. Алекс радовалась возможности больше не подавать чай мистеру Хитченсу, но теперь приходилось выполнять много другой дурацкой, по ее заверениям, работы вроде сбора ежемесячной статистики об обезвреженных шуточных чарах, наложенных на общественные туалеты в Сити.       - Гримуальди, - закатив глаза, сказала Алекс, когда они вечером пятницы отдыхали в магловском пабе, - эта бумажная волокита меня убивает. Мало этой тупой статистики, так еще под этим долбаным отчетом нужно пять подписей. Пять, Гримуальди! Куда катится мир?       В этот момент ей принесли пинту светлого пива, и Мюррей отложила разрешение этого фундаментального философского вопроса. Мария попивала эль, периодически осматривая тесное теплое помещение, полное народу. Впервые за три года она вышла за пределы квартиры в своем настоящем облике. Ужасно надоело быть не самой собой. К тому же казалось, что в магловском мире ей нечего бояться.       Алекс какое-то время еще сокрушалась по поводу бюрократии на работе, вопрошала, где ей в офисе пригодились умение ухаживать за антенницей или способность превращать фламинго в опахало, а затем принялась расспрашивать, как дела у нее.       - Мама говорит, что ты очень ответственная сотрудница. Даже ставит тебя мне в пример, - иронично сказала она, - тебе хоть нравится работать в аптеке?       - Ну не сильно, но и не противно, - пожала плечами Мария, - деньги все равно не лишние, а я боюсь, что в более официальных местах мои документы будут проверять тщательнее и все вскроется.       - В газетах про тебя почти не пишут.       - Это здесь. Недавно знакомые рассказывали, что в Италии не затихает расследование. Они даже вышли на то место, откуда я отправилась во Францию, - озадаченно отозвалась девушка, - всем не дает покоя, что такая куча сокровищ лежит никем не оприходованная.       - Ага, мне бы тоже не давала, - признала Мюррей, и достав из внутреннего кармана пиджака папиросу, закурила, - а тебе?       - И мне не дает, но никто пока не готов отправляться на их освобождение.       - Никто - это вундеркинд?       - И он, - досадливо ответила Мария, тоже закурив, - все не отпускает этот магазин.       - Уже и мне стало интересно, чего он там сидит уже третий год. Особых перспектив нет, но даже если учесть, что он получает приличную комиссию за сделки, то для Реддла это как-то мелко что ли, - задумчиво сказала Алекс, выдохнув ртом колечко дыма.       - Ну пусть работает, если нравится, - смутилась Гримуальди, обрадовавшись, что в полумраке зала не видно, как сильно она покраснела, - все равно еще есть время.       - Надеюсь, ты каждый день напоминаешь, как ему с тобой повезло?       Мария промолчала и перевела разговор на другую тему. Все было по-прежнему не радужно. Том очень много времени проводил в “Горбине и Бэрке”, либо у Лестрейнджа, с которым, как она подозревала, что-то затеял. В свои планы Реддл как обычно не спешил ее посвящать, и она уже начала думать, что он снова стал ей изменять.       Несколько крупных скандалов, за которыми следовали бурные примирения. А потом снова рутина, помощь ему с отработкой заклинаний в той комнате, которую он наконец-то стабилизировал. Помимо чар, Том принялся проводить в ней ритуалы, как правило не самого светлого свойства, отчего периодически страдали окрестные бродячие животные с птицами. Ту самую страшную тему они больше не поднимали. Мария боялась, что он принудит ее сделать с собой то же самое. Но вместе со страхом она испытывала некий трепет перед ним. Трепет, смешанный с гордостью и надеждой. В конце концов что бы он не творил, она отлично понимала, к чему это все вело.       Они еще долго сидели, выпивали и веселились. Время пролетело незаметно.       Ближе к полуночи Мюррей заявила, что в нее больше не лезет, и можно спокойно удаляться восвояси. Подруги, слегка пошатываясь, вышли на улицу. Алекс, к удивлению Марии, поймала магловское такси и укатила домой. Действительно состояние дошло до такого, что трансгрессировать было опасно. Девушка прикинула, что идти не так уж и далеко. К тому же погода была не столь ужасной.       Медленно она направилась в сторону дома, миновала широкий проспект и пошла узкими улочками. Алкоголь притупил ее сознание, и Мария не сразу поняла, что за ней следует компания троих нетрезвых молодых людей.       Чуть ускорив шаг, она свернула в соседний переулок, надеясь, что ей показалось. Но нет, не показалось.       - Привет, красавица! - крикнул один из них, - куда ты так спешишь? А познакомиться?       - Я не знакомлюсь! - громко ответила Мария, перейдя на быстрый шаг.       Один из них, рослый и крепкий в два счета обогнал ее, и развернувшись, пошел перед ней. Своим видом он внезапно напомнил Джанлуку, и это сделало ситуацию еще противнее. Она нащупала в кармане палочку, но тот перехватил ее руку, остановив.       - Не надо тянуться за ключами, дорогуша, - резко сказал он, больно сжав запястье, - никто же не собирается тебя обижать.       Мария почувствовала, как сзади подошли еще двое. Их мысли ясно читались, даже не смотря на ее состояние. Спина мигом взмокла от пота. Надо же было так попасть!       - Я и не думаю, что вы хотите меня обижать, - ответила она, лихорадочно соображая, как от них отделаться, - но повторюсь: знакомиться я не планирую.       - Это твои проблемы, - заявил один из подошедших сзади, - мы планируем.       Ей в бок кольнуло что-то острое. Девушка краем глаза заметила блеск лезвия складного ножа. Сердце заколотилось в бешеном ритме, а сознание внезапно прояснилось. Кричать? Нет, глупо, ударят и, дай Бог, кулаком. До палочки не добраться. Остается только дохнуть на них пламенем. Только это выдаст ее с потрохами…       Вдруг полыхнуло красным, и парень, держащий нож, без чувств рухнул на асфальт. И не успели эти двое и даже Мария, среагировать, как еще пара красных лучей поразила напавших. Последний был особенно филигранен - девушку только чуть обдало жаром от заклинания.       Выдохнув, и размяв руку, Гримуальди обернулась в поисках своего спасителя. В нескольких шагах от них, не снимая ее с прицела, стоял парень чуть младше или одного с ней возраста. Его кривое длинное лицо едва освещалось светом тусклого фонаря. Вид у него был не самый дружелюбный.       - Спасибо вам огромное! - сказала Мария, не спуская взгляда с его палочки. Возможно, те трое маглов были короткой разминкой.       Пару секунд они так и стояли. Затем незнакомец убрал палочку и ответил с сильным русским акцентом:       - Мне было нетрудно, синьорита Траини.       Это было еще хуже. Мария выхватила палочку, но все-таки количество выпитого сказывалось, и она сильно промахнулась. Оглушающее заклятие пролетело далеко от него. Парень, снисходительно улыбнувшись, поднял вверх обе руки.       - При всем уважении мне кажется, вы не в том состоянии, чтобы устраивать дуэль. Я не враг вам и не собираюсь нападать.       - И кто вы тогда? - холодно спросила девушка, не убирая палочку.       - Я… человек, благодарный вам за помощь, - отозвался он, - за ту помощь, что вы оказали господину фон Мекку. Ведь на ваши средства я смог перебраться сюда и начать новую жизнь.       - А, - только и сказала она, сняв его с не самого точного прицела, - вот оно что. Ну… в таком случае еще раз спасибо и приятно познакомиться.       Он подошел к ней и крепко пожал руку, представившись:       - Антонин Долохов.       - Мария Траини, - учтиво отозвалась девушка, улыбнувшись, - а вы… русский?       - Сын эмигрантов. Моя семья бежала в Германию после революции, - жестко ответил он.       - Ну что ж, Антонин, - попыталась она замять неловкую ситуацию, - не иначе как чудом назвать нашу встречу я не могу. И, думаю, что вас нужно отблагодарить.       - Что вы, - внезапно смутился Долохов, - я всего лишь вернул долг.       - Я настаиваю. Могу угостить вас чаем? Думаю, что никто возражать не будет.       - Ну… хорошо. Если только не долго. Не хочу никого стеснять.       Они вышли из переулка и направились в сторону Уайтчепела. Мария не могла разобрать его мысли из-за своего состояния. Вдруг все-таки он был настроен враждебно, и тогда Том точно смог бы его обезвредить.       - Как вы меня узнали?       - Ваше лицо часто мелькало в газетах. Особенно с заголовками ”Убита?”, - учтиво отозвался парень, слегка придерживая ее под локоть, - лично я вас не видел. Я не того уровня волшебник, чтобы Гриндевальд удостоил меня честью позвать на свои собрания в Нурменгарде.       - По-моему вы отлично приложили оглушающим заклятием тех маглов.       - Ох, ну что вы. Это абсолютная ерунда. Уверен, вы бы смогли еще лучше.       Последние слова прозвучали лестно, но неискренне. Они медленно дошли до дома, не без приключений и с потерей одной туфли, которую пришлось нести Долохову, поднялись на последний этаж, и Мария ногой постучала в дверь.       Вскоре на пороге показался недовольный Том, который уже успел одеться в верхнюю одежду, судя по всему собираясь на ее поиски. Во всяком случае ей так хотелось думать.       - Явилась наконец, - проворчал он, окинув подозрительным взглядом Антонина, одной рукой держащего Марию, а второй - ее туфлю, - это еще что за хлыщ?       - Том, не будь таким недружелюбным, - пожурила его девушка, фыркнув, - этот джентльмен спас мою честь от троих маглов, и помог мне добраться до дома.       - Как интересно, - ядовито отозвался Реддл, глянув Долохову прямо в глаза, - если вам нетрудно, мистер?..       - Долохов, - с готовностью ответил парень, - Антонин Долохов.       - Томас Реддл, очень приятно. Так вот, мистер Долохов, не могли вы занести мою в некотором роде жену в квартиру?       Реддл отступил в сторону, пропуская их. Долохов, аккуратно держа Марию, помог ей войти и усесться за стол.       - Том! - позвала она, швырнув вторую туфлю с ноги, и запрокинув голову, - я обещала моему спасителю чай. Ты ведь поможешь мне?       Дверь в квартиру захлопнулась. Долохов неловко улыбнулся. Реддл вскинул брови, помолчал и в итоге согласился. Они втроем расположились за столом с чашками ароматного горячего напитка. Антонин долго смущался, стараясь всем своим видом показать, что не собирается отнимать у хозяев много времени. Том какое-то время не без подозрения разглядывал его, а затем сказал:       - Так значит вы из Германии?       - Да, - настороженно ответил Долохов, - как вы поняли?       Том лишь усмехнулся.       - Немного удивительно. Русский из Германии, сражающийся на стороне Гриндевальда, - продолжил он.       - Что ж, - жестко отозвался Антонин, - для этого нужно знать историю русской эмиграции. Видите ли после Октябрьской революции Магический комитет поддержал большевиков, даже стал им помогать в начавшейся гражданской войне. Такое положение дел части магов не понравилось, в конце концов многие чтили старые традиции, были выходцами из дворянской среды и предпочли эмиграцию начавшемуся беспределу. Мои родители - в том числе. Я не имею никакого отношения к красной заразе, заседающей сейчас в Москве, и когда Гриндевальд бросил клич, многие отозвались в надежде освободить свою Родину, но, - он печально улыбнулся, - вышло по-другому.       - Сочувствую, - сказал Том после короткой паузы.       - Да что уж, - отмахнулся Долохов, нахмурившись, - хоть на свободе живым и здоровым остался. Все благодаря синьорите Траини, - он кивнул в сторону задремавшей за столом Марии, - на ее деньги мне сделали фальшивые документы, отправили сюда. Сейчас тружусь на совиной почте...       - И не собираетесь возвращаться? - любезно уточнил Реддл.       - Было бы за кем, - горячо ответил Антонин, - я солдат, а не генерал, как и многие мои товарищи, которые рассыпались по всему миру. Был бы новый лидер, такой же великий как Гриндевальд… Я бы первым встал под его знамена.       - Достойный ответ достойного человека.       Долохов довольно хмыкнул.       Они еще какое-то время посидели, разговаривали про войну, а затем весьма тепло попрощались.       - Эй, алкашня, - потрепал Марию по плечу Том, после того, как проводил Антонина, - доползешь до кровати?       - Я не алкашня, - невнятно возразила девушка, поудобнее устраиваясь за столом.       - Утверждение спорное, - возразил Реддл и вдруг весело спросил: ты что рассчитывала, что я его прикончу в случае чего?       - То-о-о-м, - недовольно протянула Гримуальди, - я была немного не в состоянии посмотреть его намерения, ну и решила, что ты поможешь в случае чего.       - Твое коварство не знает границ, - саркастически заключил юноша, взмахом палочки оторвав ее от стула, и переместив по воздуху до кровати, - делаешь из меня какого-то подельника.       - Ой, да перестань. Ты же не увидел в нем ничего опасного.       - Нет, не увидел. Интересный парень. Забавно сложились обстоятельства.       - Видишь. А всего-то одна безвозмездная раздача денег.       Долохов, к ее удивлению, стал частым гостем у них в доме. Несколько раз в неделю он заходил вечером, и они с Томом долго разговаривали на кухне. Антонин рассказывал про сторонников Гриндевальда, засевших в Британии, про оставшихся в Европе, он похоже даже догадывался о нынешнем местонахождении Войнича. Затем уже разговоры пошли про каких-то людей, о которых Мария ничего не знала, про дела в Лютном переулке.       У нее же ничего не менялось. В аптеке по-прежнему было много дел, а с Алекс - что обсудить.       Разве что Том сделался каким-то подозрительным. То и дело стал спрашивать, почему она задерживается, с кем разговаривает. Все в итоге вылилось в отвратительную сцену, которую он ей закатил, когда узнал, что она ходит в “Дырявый котел” вместе с коллегами посидеть в пятницу после работы.       - С каких пор это стало запрещено?! - возмутилась Мария, когда Реддл закончил орать.       - Я же не знал, что один из твоих коллег - парень! - выпалил он, рубанув кулаком воздух.       - Ты меня и не спрашивал никогда. Да и в любом случае: Роджер - просто хороший человек, между нами ничего нет!       - Ага, а ты уверена, что он к тебе ничего не испытывает?!       - Я об этом не задумывалась. Но какая разница? Я-то ничего к нему не чувствую.       - Да ты ни к кому ничего не чувствуешь, только потом к тебе то пристают, то еще что! - продолжал кричать Том.       - Ну и что дальше?! - вышла из себя девушка, - запретишь мне с ним разговаривать? Так то не школа! Мы общаемся по работе!       Повисло напряженное молчание. Парень стоял и буравил ее покрасневшими глазами, но она не отводила взгляд в сторону. Нет, невозможно каждый раз потакать его переменчивому настроению с постоянной ревностью.       - Хорошо, - вдруг его тон сделался мягким, - есть другие способы решить данную проблему.       - Я не собираюсь увольняться, - решительно заявила Мария.       - А тебя никто и не просит, - весело отозвался Том. Не по-доброму весело.       Внутри шевельнулось что-то неприятное. Непонятно, что он задумал. Однако следующая пара дней прошла тихо. Реддл был крайне любезен, мил. Будто и не было той ужасной ссоры со сценой ревности. Он даже подарил букет лаванды, предложил все забыть, помириться и не ругаться больше из-за такой ерунды. У нее камень с души упал. Может, Том был просто не в духе, сорвался. С кем не бывает.       Однако следующим днем Роджер неожиданно не пришел на работу и на следующий день - тоже. Миссис Мюррей не на шутку заволновалась. Он был очень ответственным, всегда предупреждал, если заболел или что-то случилось, а тут тишина. В итоге она наведалась к нему домой, но никого там не обнаружила. Роджер будто просто ушел вникуда: на месте не было ни палочки, ни верхней одежды в отличие от остальных вещей. Поиски начал Отдел магического правопорядка.       Мария надеялась, что у Роджера просто появились очень важные, срочные дела, о которых не было времени сообщить, и он скоро объявится, но прошла неделя, затем - вторая, третья, а парень все не возвращался. Тогда уже окончательно рухнуло все, и стало понятно, что между милым поведением Тома и внезапным исчезновением Роджера была прямая связь. Сам Реддл лишь улыбался, ничего не пояснял, не реагировал на ее истерики, говоря, что всегда есть способ решить проблему, и теперь он спокоен. А винить во всем она должна себя, потому что от нее требовалось немного: послушаться.       Девушка от отчаяния заболела. По ее, только по ее вине Том скорее всего убил ни в чем не повинного парня. У него вся жизнь впереди была, он столько еще мог сделать. А теперь лежит где-то, пока его родители сходят с ума от беспокойства.       - Мэри-Мэри, - увещевал Том, принеся Бодроперцовое зелье, и взбив под ней подушки, - зачем так съедать себя? Ты же понимаешь, что я сделал то, что должен был. Да, это случилось из-за тебя, но все-таки не стоит себя так мучить. Жизнь продолжается.       Прокашлявшись, и привстав, Мария выпила залпом дымящуюся настойку и выдохнула слабую струйку пламени. Из ушей повалил дым.       - Мы могли это уладить как-то по-другому, - прохрипела она, ложась назад, - а ты просто взял и прикончил его.       - Лишь потому что боюсь тебя потерять. А если бы он сделал с тобой что-нибудь? Я бы себе не простил, - Том проникновенно посмотрел на нее и легонько погладил по руке.       - Ты не зачесывай всех под одну гребенку. Роджер ведь был не таким, как те люди, с которыми мне раньше приходилось общаться, - слабо возразила Мария.       - Мы не можем знать этого наверняка.       - Дай хотя бы найти его тело. Ну нехорошо же получается!       - Нет, - усмехнулся Реддл, - чтобы началось полноценное расследование? Пусть дальше думают, что он пропал без вести и ищут. Искать будут долго, если вообще найдут.       Прикусив губу, девушка отвернулась от него на бок. Душу разрывало на части от обиды и ужаса.       Роджера или его тело действительно долго искали, но в итоге расследование заглохло. Не было ни улик, ни версий, кто это мог сделать. У парня просто отсутствовали недоброжелатели или конфликты с кем-либо. Позже Алекс разузнала, что дело положили в ящик, объявив подвисшим.