Глава 6. Всё, что у нее осталось

      Следующим утром, заполнив отчеты у “Горбина и Бэрка” и удостоверившись, что никакой другой работы для него сегодня нет, Том вызвал к себе Лестрейнджа и Трэверса. Втроем они засели в местном непритязательном заведении, которое приличная публика не удостаивала своим вниманием, но в данной ситуации это было вторично.       Рэндальф взволнованно сообщил, что ему нужно максимум через полтора часа быть на заседании и принес тысячи извинений. Клиффорд почти светился от счастья. Не часто его удостаивали встречи почти один на один.       - Я собственно по какому вопросу вас вызвал, - начал Том, невербально огородив их столик от подслушивания любопытных, - Клифф, знаю, что твой отец недавно ушел на пенсию с поста руководителя Отдела магического правопорядка.       - Да, это так, но он со всеми поддерживает контакты, - охотно сообщил парень, взволнованно дернув себя за длинные волосы, отпущенные ниже плеч, - если тебе что-то надо, то я без проблем...       - Это весьма мило с твоей стороны, - сказал Реддл с улыбкой, - в Секторе ликвидации последствий случайного колдовства работает некая Мюррей Александра. Попроси его, чтобы ее понизили в должности. Могут даже вернуть к тому, с чего она там начинала.       Трэверс немного помолчал, но в итоге сказал, что все обязательно сделает, и если надо, то ее даже могут уволить, но Том отказался, сообщив, что понижения в должности вполне хватит. Затем он мельком поинтересовался по поводу организации проверки деятельности Аптеки в Косом переулке. Клиффорд заверил, что и такое провернуть вполне в его силах.       Реддл поблагодарил его и отпустил. Полный энтузиазма Трэверс побежал исполнять его поручения.       - Угадай, у кого она вчера была? - с ухмылкой ответил Том на удивленный взгляд Лестрейнджа.       - Да, я понял, - ответил Рэндальф, - может уберем по-тихому?       - Думал. Не вариант. У Мэри все неплохо с причинно-следственными связями. Лучше завуалированно намекнуть Мюррей, чтобы не лезла больше не свое дело. Хотя не представляешь, как у меня руки чешутся ее убить. Чертова дрянь.       - Что она на этот раз натворила?       - Рассказала о моей интрижке с Харлоу. Я понять только не могу, где она нас могла заметить. Если только эта дура сама не проговорилась. Ну в таком случае все равно придется убивать, - задумчиво рассудил Реддл и деловито уточнил: что там у нее с семейством? Насколько я могу себе позволить бесследное исчезновение?       - Ничего особенного. Отец на мелкой должности в Министерстве. Пошумит и перестанет. Можно через того же Трэверса не давать хода делу, - припоминая детали, ответил Рэндальф.       - Ну и прекрасно. Выпьем за глупую и болтливую Еву, - возвестил Том, подняв принесенный барменом стакан.       Лестрейндж пригубил с улыбкой.       - Устроить нормальную интрижку все труднее и труднее, - признал он, - женщины пошли слишком наглые.       - С учетом того, что про твои я ничего не знаю, ты неплохо скрываешься, - с хохотом заметил Том, - а вот я облажался. Но да это не важно. С Харлоу разберусь, а Мэри в скором времени никуда от меня не денется.       За довольно ветреной, дождливой весной наступил внезапно жаркий и душный июнь. Мария постоянно занавешивала все шторы в квартире и создавала вокруг себя прохладные потоки воздуха, чтобы хоть как-то спастись. Последнее время она стала падать в обмороки, которые часто сопровождались приступами тошноты. С приходом жары стало совершенно невозможно. Том предлагал наложить охлаждающие чары на квартиру, но от них пробивало на постоянный озноб.       Почти всю свою деятельность ей пришлось свернуть, и теперь она целыми днями лежала, читала книги, а когда хватало сил - играла на скрипке или распевалась. Бывало у Реддла появлялся энтузиазм вывести ее погулять по садам Кью или Гайд-парку, но ее надолго не хватало, и новый приступы дурноты следовали один за другим.       С Алекс они продолжили общаться. Но чаще через пламя. Мюррей снова начала было разговоры по поводу Тома, но достаточно быстро они сменились возмущениями. В мае из-за неправильного оформленного отчета ее неожиданно вернули в подчинение мистеру Хитченсу, понизив в должности и оштрафовав. И один вечер Мария провела в выслушивании бесконечной злобной тирады в адрес бюрократии в Министерстве и того, что этот отчет всегда все делали неправильно, но влетело почему-то именно ей, что было актом высшей несправедливости. И неприятности на этом не закончились.       В том же месяце, но чуть позже в аптеку нагрянула проверка, которая нашла нарушений на пару сотен галеонов. Миссис Мюррей была подавлена, так как вся прибыль ушла на оплату штрафов, а от собственника ей очень сильно влетело.       - В общем, Гримуальди, - подытожила Алекс, удобнее усевшись у камина, - нас как будто конкуренты прокляли. Не удивлюсь, если оно так и есть. У мамы вообще в прошлом квартале были рекордные продажи. Завистников хватает. Ну ладно. Это все так. Надеюсь, чёрная полоса закончилась. Расскажи, как твое самочувствие? Все также из туалета не вылезаешь?       - Ты как всегда тактична, - с улыбкой заметила Мария, смотря на огонек в своей ладони, - все с переменным успехом. Когда-то лучше, когда-то хуже. Не знаю только почему так. Может реакция на эксперименты Тома? Он тут недавно такое мерзкое варево на кухне приготовил, что меня вырвало прямо в раковину. Извини за подробности.       - Да я все понимаю. Вундеркинду же все не сидится на месте. Может действительно он что-то такое наколдовал, что это коснулось тебя? Да и, кстати…       Ее лицо в колебаниях языков пламени приняло виноватое выражение.       - Мы, конечно, договорились об этом не говорить, но это из разряда интересных совпадений, - продолжила она менее бодро, - помнишь я тебе рассказывала про Еву Харлоу?       - Да, припоминаю, - холодно ответила Мария, скривив губы.       - Так вот она пропала два дня назад.       Девушка остолбенела. Внутри все больно сжалось.       - Как пропала?       - Непонятно. Просто не пришла в Министерство. Дома тоже не появлялась. Ну вернее отец проводил ее до двери, как обычно. Она должна была идти на работу. В общем, ищут, но как-то вяло. Мистер Харлоу уже пороги начальника Отдела Магического правопорядка обивает, но никто вообще не торопится…       Последние ее слова она не услышала. В ушах зашумело, перед глазами замелькали черные точки. Все было один в один, как в ситуации с Роджером. Рука дрогнула, огонек со взволнованной Алекс погас. А дальше все потонуло во мраке.       Она очнулась от резкого запаха зелья, которым водили прямо у ее носа. С трудом разлепив слезящиеся глаза, Мария увидела сидящего на краю кровати неизвестного волшебника в светло-зеленой мантии, на которой были вышиты скрещенные волшебная палочка и кость.       - Ну вот, пришла в себя, - добродушно сказал незнакомец и, что-то записав в блокнот, лежащий у себя на коленях обратился к кому-то вне поля ее зрения: я провел обследование. Никаких проклятий или чего-то подобного. Повод на самом деле довольно радостный. У мисс Уолсон восьмая неделя беременности. Просто из-за индивидуальных особенностей живот не ярко выражен, а тошнота, обмороки - это все туда же. Сейчас выпишу вам лекарственные зелья, которые лучше попить для облегчения состояния. Ну и мои поздравления!       Он бодро застрочил в блокноте, затем оторвал листок, вручил его какому-то человеку, и попрощавшись трансгрессировал.       Мария продолжила смотреть в одну точку перед собой. У нее не было абсолютно никаких эмоций за исключением полнейшего недоумения. Это было настолько исключено, что казалось абсурдом. Тема про детей несомненно поднималась с Томом, и он твердо заявил, что это все ему неинтересно, и может после тридцати он вернется к этому вопросу. Да она и сама не настаивала. Детям в этой квартире явно было не место, не говоря уже о том, что на них нужно больше средств и материальных и моральных. А тут такое. Полный бред.       На место, которое освободил волшебник, уселся Реддл с блокнотным листком в руках. Его лицо выражало странное торжество.       - Как себя чувствуешь? - участливо поинтересовался он.       - Отвратительно, - искренне ответила Мария, поворочавшись на горе подушек, подложенных ей под голову и спину, - что это за некомпетентный шарлатан, решивший, что я беременная?       - Целитель из Больницы Святого Мунго. Я пришел домой, увидел тебя без чувств на полу, не смог вернуть в сознание и вызвал его. Рад, что он все разъяснил, - при этих словах он вскинул брови, - я думал на что угодно, только не на беременность.       - Да это невозможно. Ты же всегда варил то зелье, - возразила девушка, - хочешь сказать, что ты его сделал неправильно или что?       Реддл пожал плечами.       - Может оно испортилось просто. Уж сомневаюсь, что я настолько ошибся в рецепте. Хотя я последний раз менял маргаритки на другие цветки, но это должна была быть равноценная замена. Странно, конечно, что так получилось.       - Странно? - слабым голосом возмутилась Мария, - ничего себе странно! Я теперь не знаю, что делать!       - Так, а что ты хочешь делать? - уточнил парень, усмехнувшись.       - В смысле мы же тогда разговаривали, и ты мне ясно дал понять, что дети тебя не интересуют, да и… - в голове яркой вспышкой загорелись последние слова Алекс, от которых внутри снова все свело, - как я могу остаться с тобой после исчезновения Евы Харлоу? Ты же клялся, что не знаешь ее. А тут она исчезает ровно так же, как и бедный Роджер Лэй!       Лицо Тома оставалось абсолютно невозмутимым. На губах играла легкая улыбка, что еще сильнее злило и пугало.       - Может это был я, а может и не я, - в итоге мягко сказал он, - Мэри, это все не имеет значения, ведь в итоге я рядом с тобой. Чувствуешь разницу?       - Ты и ее убил? - горько спросила девушка, - но зачем?.. Боже, Том! Ну сходил ты от меня налево. Зачем убивать?       Ответ был лаконичным:       - Она мешалась.       У нее предательски задрожали губы. Мария закрыла лицо руками, стараясь не разреветься. Все происходящее выворачивало ее наизнанку, загоняло в угол. Даже тогда в сорок пятом после смерти матери и заключения в Нурменгард Гриндевальда она ощущала себя более свободной в окружении этих продажных Мунтеану с Ипсвичем, чем сейчас. Как будто в раз рухнули все декорации, которые Реддл старательно выстраивал вокруг нее, чтобы в итоге за ними оказались прутья клетки.       - Алекс не врала насчет тебя, - вымолвила девушка, - ты просто чудовище и манипулятор, Том.       - О, то есть кого-то я могу убивать, и это не вызывает у тебя осуждение, а вот если это как-то задевает тебя, то “ты монстр, Томас Марволо Реддл”, - с издевкой сказал парень, - Мэри, двойные стандарты на лицо. Нельзя так.       - Не уходи от темы. Ты столько лет лгал мне, а все ради чего?       - Ты действительно не знаешь ответ? Мэри, ты не понимаешь, что я могу делать, что захочу, но это в итоге никак не отразится на наших с тобой отношениях? Ты же хотела семью? Ну вот тебе семья.       Она наконец оторвала руки от своего лица. Том так и сидел рядом, с насмешкой глядя на нее.       - Я люблю тебя, - добавил он, - а ты собираешься все разрушить. Ты что хочешь оставить нашего ребенка без отца? Хочешь, чтобы он как и ты искал ему замену всю жизнь?       Мария молчала.       - Не будь такой эгоисткой, - решительно продолжал Реддл, - не дай какой-то дурацкой недомолвке встать между нами. Если тебе плевать на мои чувства, то подумай о нем, - он погладил рукой ее живот, - какое будущее ты собираешься ему обеспечить? Мать-одиночка, несчастный малыш без отца, над которым будут смеяться. Тебе этого хочется?       - Не хочется, - признала девушка, посмотрев куда-то в сторону, - я хочу счастливую семью. Но не понимаю, как ее строить с тобой после произошедшего.       - Просто забыть об этом и простить мне минутную слабость.       - У тебя действительно все просто.       - Ну хочешь память тебе сотру?       - Не хочу. Хочу снова начать тебе доверять, но не могу, - в расстройстве заявила Мария.       - Это был последний раз, я тебе обещаю, - горячо заявил Том, сжав ее руку, - я не хочу тебя терять. Хочу, чтобы мы были вместе. Я честно очень рад твоей беременности. Думал, что расстроюсь, но нет.       - Правда? - выдохнула девушка.       - Абсолютная. Здорово, что все так сложилось, - заверил ее парень, несколько раз поцеловав тыльную сторону ее руки, - представляешь, какой это может быть ребенок?       - Надеюсь, самый счастливый, - ответила Мария, с тоской понимая, что никуда не денется от него. Ей некуда идти. Алекс, наверно, не захочет, чтобы к ней второй раз вламывались посреди ночи посторонние люди. Но и даже, если упустить этот момент, Том прав: мать-одиночка подвергается всяческому осуждению, ребенок без отца будет терпеть насмешки сверстников, а заканчивать его жизнь в утробе она точно не намерена. Такого страшного греха только не хватало на душе. Вот и остается оставить все как есть.       - Это определенно, - с улыбкой подтвердил Реддл.       Следующие месяцы действительно отличались от остальных. Том стал более внимательным, интересовался следует ли она назначениям целителей, готовил ей нужные зелья, чтобы облегчать приступы. На собраниях ей теперь было нельзя появляться, поэтому все время Мария снова коротала дома, либо иногда встречалась с Алекс. Мюррей новости и обрадовалась и ужаснулась одновременно, заметив, что ребенок вундеркинда может получиться действительно впечатляющим.       Мария подумала, что в итоге ей станет не так одиноко. У нее появится еще один смысл жизни, который будет рядом. На Реддла она продолжала злиться и всякий раз, когда он поздно возвращался с работы или с собрания, все ее нутро обжигали подозрение с ревностью. Действительно ли он занимался своими делами или встречался с очередной девушкой? Она не могла этого знать наверняка и вопросов не задавала. Все равно правды ей никто не скажет.