Глава 24. В которой Витя повышает голос

      — Вас не затруднит пройти сюда? Да-да, вот так. В этой комнате лучше.     Аркадий Захарович отступил в гостиную, все так же держа пистолет направленным в шею Ромы. Зоя послушно сделала шаг вперед.     Она смотрела на удивительно непроницаемое лицо мужчины напротив. Выражение глаз оставалось тем же, что и всегда. Казалось, Аркадий Захарович нисколько не переживает, что сейчас угрожает оружием другому человеку.     Зоя осознала в этот момент, что все очень серьезно, и что, по всей видимости, есть немаленький шанс ей сегодня погибнуть.     Мысль об этом всколыхнулась внутри инстинктивной паникой, но Зоя приказала себе переключиться на рациональное, на то, что она может сделать сейчас.     Он позвал ее не просто так. Он не мог не понимать, что Зоя обнаружит его комнату с «коллекцией», что не сложит два плюс два.     А еще… она вспомнила, что им рассказывали и Гончаров, и Родионов. Как Родионов консультировался в «архивах». И Гончаров наверняка наводил справки… Они рано или поздно вспомнили бы об этом. И в каком-то не слишком отдаленном будущем все сошлось бы на одной неприметной, но постоянно мелькающей не периферии этой истории фигуре…     — Вы подумали? — Зоя вздрогнула от ироничных ноток в голосе Аркадия Захаровича.     — Что? — она сделала шаг назад от него и посмотрела на Рому.     Тот, немного морщась от того, с какой силой Аркадий Захарович сжимал его плечо, тем не менее выглядел достаточно спокойным. Возможно, чувствовал, что в такой патовой ситуации, в какой они оказались, страх не поможет.     — Я спрашиваю — вы подумали? Ваше лицо определенно показывало, что вы анализируете ситуацию и хотите понять, что же произошло.     Зоя кивнула и непроизвольно осмотрелась.     Аркадий Захарович с Ромой стояли рядом с дверью, так, что почти закрывали проход. Позади нее был тяжелый стол, рядом, у закрытого окна, шкаф…     — Можете не утруждаться, соседей нет на несколько домов вокруг. Кричать бесполезно. Любая попытка сбежать — сразу пуля ему в голову. Понимаете?     Зоя кивнула. Рома блеснул глазами и сглотнул.     — Что вам надо? — выдавила она из себя.     — Родственники Женишбека — вы их нашли?     Время. Надо было тянуть время. Она не написала адрес, не успела, но Тимур сможет найти их, точно сможет, надо только…     Аркадий Захарович сжал рукоятку пистолета покрепче и вдавил его в кожу Ромы так, что тот скривился от боли.     — Прошу вас, давайте не будем продлевать время нашего общения. Вы нашли родственников?     Зоя подумала, что надо дать Аркадию Захаровичу хоть какую-то информацию.     Могло ли это настроить его на более сговорчивый лад? Едва ли. Судя по всему, выпускать их из своего дома живыми он не планировал. А если то, что она слышала про него, правда, если он тот самый «Коллекционер» — то навыков по тому, как избавиться от тел, у него было достаточно.     — Нашла, — тихо ответила она.     — Что было на фото? — спросил Аркадий Захарович дальше.     Зоя сжала руки в кулаки.     — Зоя Александровна, — устало протянул мужчина, — прошу вас. Если вы будете молчать, я прострелю вашему другу сначала одно, потом второе колено. Это очень больно. Потом, если вас не тронут его крики, я прострелю ему голову. Затем, если вы продолжите молчать, я попытаюсь достучаться до вас. Мы можем сократить маршрут?..     — Зачем вам все это? — выпалила она.     Аркадий Захарович прикрыл глаза.     — Мы не могли бы не повторять книжные сцены? В духе «Раз мне суждено умереть, расскажите ваши мотивы».     Зоя сжала губы.     — Я и так их знаю, — процедила она.     В глазах Аркадия Захаровича мелькнул интерес. Внутри вспыхнул огонек торжества — она рассчитывала на это. Тем более что она и правда знала.     — Все дело в том, чем они занимаются? Не так ли? — воскликнула она.     Аркадий Захарович не стал перебивать.     — Ваша знакомая из Третьяковской галереи — те предметы, которые она выносила… ведь суть не в краже, а в том, что их продавали за рубеж? Эмир Елисеевич Гончаров мог спокойно заниматься своими аферами, потому что продавал поддельные картины нашим богачам. Но вы узнали, видимо случайно, от Родионова, что Тарасов занимается продажей наших коллекций в другие страны… но как вы это делаете? Нанимаете кого-то, да?..     Странная, жутковатая улыбка мелькнула на губах мужчины, и Зоя поразилась тому, как могла доверять ему.     — А Антон Иванов? Чьи бумаги якобы у вас тут? — продолжила Зоя, распаляясь, — он ведь считал, что коллекции надо возвращать их прежним владельцам? Может быть, уже помогал кому-то, вы сами сказали, что к нему обращались потомки. У вас крестовый поход, я понимаю.     — Едва ли понимаете, — шелестяще, с угрозой ответил Аркадий Захарович.     — Понимаю! — звонко ответила она, — прекрасно понимаю!     Она еще раз посмотрела на Рому, а тот — на нее, глаза в глаза. Паники в его глазах все так же не было. Зоя ощутила лихую злобу.     Она не знала всего. Не понимала, как именно Аркадий Захарович сделал все то, что он совершил. Но он, кажется, считал себя мессией, спасающим страну от беспринципных стяжателей. Психопат со своей извращенной логикой — Зоя читала про таких, смотрела про них криминальные новостные сюжеты, но никогда бы не смогла представить, что встретит такого сама…     Но в его системе была брешь.     — Но коллекцию Солнцева вы просто хотели украсть! — услышала она себя со стороны.     Рука Аркадия Захаровича на плече Ромы сжалась сильнее.     — Я ничего не собирался… — рыкнул мужчина.     — Собирались! — кажется, самообладание начало покидать Зою и переходить в язвительную истерику, — ваша жена… она ведь дочь Марины? Верно? Вы знали про эту коллекцию. Вы знали историю о том, что Женишбек вывез картины из России. Гончаров пришел к вам или через кого-то выяснял у вас, какая примерно ценность у документов. Так или иначе, вы узнали, что у Карачаевых хранится дневник! Что дневник у Светланы Дмитриевны!     — Она была готова продать дневник Солнцевым, — тихо и слишком спокойно сказал Аркадий Захарович.     — Так это вы… вы запугали ее! — Зоя хватала ртом воздух. — Вы звонили ей якобы из Кореи и параллельно запугивали ее странными письмами. Я не знаю, что вы делали и как, встречались ли с ней сами… но это не она хотела передать дневник. Это вы хотели найти эту коллекцию так сильно, что заставили ее согласиться на продажу. А потом вы убили ее!     В глазах Аркадия Захаровича появилась глухая отстраненность, и Зоя почувствовала страх. Она пережала. Передавила ноту, и, кажется, человек перед ней потерял какую-либо связь с адекватно мыслящей частью себя.     Зоя поняла, что он и правда шел ва-банк. Что действовал сейчас не из рациональных, рассудочных побуждений, а из желания во что бы то ни стало найти коллекцию. Аркадий Захарович понял — его найдут уже скоро, а, значит, у него осталось совсем немного времени для того, чтобы получить в руки то, о чем он, видимо, давно мечтал.     Что будет, если она не скажет ему о том, что знает?     Он убьет и Рому, и ее.     А если скажет?..     Очевидно, что тоже убьет.     — Зоя Александровна, — металл ударил по ее слуху, — что было на том фото?..     Наверное, у нее больше не было времени.     Зоя открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент Аркадий Захарович нахмурил густые брови и дернул головой, словно прислушивался.     И тут же Зоя различила отдаленный скрип — это медленно открывалась в домик дверь с улицы.     — Я без оружия! — раздался голос, от которого ее сердце замерло, чтобы затем застучать с новой силой.     — Очень на это рассчитываю, — холодно протянул Аркадий Захарович.     — Я зайду? — глухо спросил Витя.     — Только руки за голову.     Заныли половицы, одна за другой. Звук становился все ближе и ближе. Наконец, очень медленно, дверь в комнату начала открываться.     Витя появился на пороге, действительно держа руки за головой. Он удивленно нахмурился, когда увидел незнакомого ему Рому. Потом перевел взгляд на Зою, и лицо его разгладилось, а в глазах появилось странное облегчение.     Витя был в джинсах и белом лонгсливе и, судя по всему, действительно был без оружия.     — Пожалуйста, — он повернулся к Аркадию Захаровичу одним боком, потом другим, — у меня ничего нет.     Аркадий Захарович смотрел на вошедшего пугающе пустыми глазами.     — Давай поговорим, — тихо сказал Витя, беря инициативу в разговоре.     — Поговорим? — глухим эхом отозвался мужчина.     — Слушай, они тебе незачем не нужны. Отпусти детей. Я останусь. Договоримся.     — Договоримся? — Аркадий Захарович тянул гласные, и от этого Зою пробрала жуть, — но это не дети. Это свидетели. И они мне нужны. А вот ты — нет.     Витя стоял прямо напротив Аркадия Захаровича. Тот продолжал смотреть пусто, спокойно, словно рептилия на муху.     Зоя успела заметить стремительное, выверенное движение руки, которая отвела пистолет от Ромы и направила на безоружного Витю.     Слишком быстро. Слишком близко он стоял, чтобы успеть увернуться.     Но случилось то, чего Зоя как и, вероятно, Аркадий Захарович, не ожидали.     Рома, почувствовав, что пистолет больше не у его горла, дернулся вбок, стараясь высвободиться из поистине железной хватки Аркадия Захаровича, одновременно, пытаясь ударить его.     Пуля просвистела над плечом Вити, врезаясь в косяк. Аркадий Захарович отшвырнул Рому от себя. Рука с пистолетом, дрогнувшая на мгновение, снова направила его в Витю. Раздался выстрел, но Витя смог увернуться.     Все дальнейшее было настолько быстрым, что Зоя не успевала в полной мере осознавать происходящее.     Витя сделал рывок, но не в сторону Аркадия Захаровича, а к тяжелому столу, стоящему у стены. Опрокинул его, столешницей в середину комнаты, делая своеобразным щитом.     Зоя почувствовала, что ее потянули на ворот рубашки. Рядом уже сверкали удивленные глаза Ромы. Витя каким-то образом смог затащить их обоих за столешницу.     Послышался странный щелчок — она поняла, что Аркадий Захарович перезарядил пистолет. Тут же Витя дернул Зою, выкидывая перед собой так, что она ударилась спиной о стену, а сам из-за этого сместился в сторону несколько сантиметров, туда, где она только что сидела. В то же мгновение раздался выстрел. Витя замер, странно поморщился и прикусил губу. Он тут же тряхнул головой, как если бы смахивал с себя сон, а потом посмотрел на валяющийся около Зои рюкзак. Протянул к нему руку, но это время ему махнул Рома, привлекая внимание.     Они переглянулись. Рома схватил лямку рюкзака, Витя кивнул.     Рома, по-прежнему прикрываясь столешницей, выкинул рюкзак в комнату. В это же мгновение Витя выпрыгнул из-за стола, набрасываясь на Аркадия Захаровича.     Что-то красное мелькнуло перед глазами Зои, но она не успела разобрать, что это было. Послышались удары и совершенно дикий, звериный рык, который вдруг издал интеллигентный пожилой мужчина, научный сотрудник архива.     Зоя быстро выглянула. Витя повалил их пленителя на пол, пистолет лежал в стороне. Вдруг Рома вылетел из-за укрытия, намереваясь, видимо, схватить пистолет. Это движение отвлекло Витю, тот посмотрел на Рому, и в этот момент Аркадий Захарович пнул Витю в бок. Тот охнул, прикрыл глаза и слабо застонал. Аркадий Захарович перекатился, схватил пистолет и опять выстрелил. Витя успел прийти в себя и нырнул в сторону. Аркадий Захарович бросился из комнаты. Рома, движимый неведомо какими мыслями и силой, перелетел через поваленное кресло и кинулся за ним.     — Стой! — гаркнул Витя и ринулся следом, хватая юношу за руку и опрокидывая его на пол. В эту же секунду пуля просвистела там, где только что стоял Рома, и врезалась в стену.     Зоя вылетела из укрытия. Витя Аркадия Захаровича больше не преследовал — прижимая Рому к полу, он смотрел, как сотрудник архива бежит по коридору к выходу…     Черная тень молнией метнулась вдруг из двери с улицы. Звук удара, и пистолет полетел в сторону. Софья повалила Аркадия Захаровича на пол. Тот замахнулся и ударил Софью по лицу, но та не стушевалась и ответила таким же ударом. Голова Аркадия Захаровича мотнулась в сторону. Софья ударила опять.     Витя вбежал в коридор, чтобы подобрать упавший пистолет.     Опять красное мелькнуло перед глазами Зои, но она сразу же посмотрела в сторону, на Аркадия Захаровича, который запихнул руку в карман, что-то достал…     — Там!.. — крикнула Зоя, но не успела.     В руках Аркадия Захаровича был маленький пульт с кнопкой, и на эту кнопку он успел нажать прежде чем Софья ударила его по руке.     Аркадий Захарович замер, остановились, скованные каким-то общим страхом, и остальные.     И…     Ничего не произошло.     Витя схватил пистолет, Софья зашипела что-то нечленораздельное, нанесла третий, самый точный удар по лицу Аркадия Захаровича и тот, наконец, отключился.     — Можно было и просто пистолет приставить, — Витя одной рукой опирался о стену, тяжело дыша, другой махнул в сторону бесчувственного сотрудника архива.     — Да пошел он нахер, — сплюнула Софья, вставая и вытирая руки о штанины. — Он что, пытался нас…     Раздался странный, бренчащий грохот со стороны улицы, как будто кто-то пнул груду алюминиевых банок.     Тимур появился на пороге, всклокоченный, пыльный. Он оглядел всех и облегченно улыбнулся, но потом посмотрел на распростертое тело и пульт рядом и снова посерьезнел.     — Какой кадр, однако. У нас разве были такие? У него подвал набит взрывчаткой. Как в кино — нажал кнопочку, и все.     — Как ты понял? — скривилась Софья.     — Ну… Зоя же написала, кто это. А Дамиру нужно было только имя. Пока я ехал, его подручные успели пробить, что наш прекрасный Аркадий Захарович некоторое время назад совершал некие довольно интересные и незаконные, разумеется, закупки. И я решил проверить подпол. Не зря, как видите.     Зою охватило оцепенение.     То есть… попав в ловушку, он был готов просто все закончить? Для всех? Готовился к этому?..     Но ее мысли о пока что не до конца разгаданных мотивах преступника прервал встревоженный голос Тимура.     — Витя!     Софья подорвалась с места и подлетела к по-прежнему опирающемуся о стену Вите.     — Да все нормально, — криво усмехнулся он.     Зоя распахнула глаза. Теперь она поняла, что мелькало красным перед ее глазами. Вся кофта Вити по низу спины была пропитана кровью.     Тимур подбежал к другу.     — Полиция и скорая сейчас будут, — он начал бегающим взглядом осматривать рану.     Зоя не могла сдвинуться с места. Стояла на пороге комнаты, смотрела на наливающуюся кровью ткань и чувствовала, что время для нее остановилось.     Софья подняла на нее глаза, скривилась и с яростью выплюнула:     — Это ты во всем виновата!     Зоя вздрогнула, как будто ей дали пощечину.     — СОНЯ! — Витя вдруг рявкнул так, что подпрыгнули все.     Потом он резко выдохнул через ноздри, успокаиваясь, и сказал уже своим обычным, тихим голосом:     — Все нормально. Повезло, хороший, крепкий стол. Дерево там притормозило пулю. Так бы насквозь пробило, а тут застряло, в мясе. Вытащат, зашьют и нормально.     — В доме наверняка аптечка есть, — раздался голос Ромы, и все обернулись на него.     — В доме не надо искать, ничего не трогай, — спокойно сказал Витя, — у меня машина у соседнего дома стоит, открытая. В багажнике.     — Я принесу, — торопливо кивнул Рома.     Зоя заметила, что он странно, неотрывно смотрит на Софью, как будто увидел что-то, что никогда до этого не встречал.     Софья на самого Рому не обращала никакого внимания и осторожно, стараясь не задеть рану, отодвигала ткань одежды в сторону.     — Ладно, да, я сейчас… — Рома оторвал от нее взгляд и пошел по коридору.     — Кстати, спасибо, — догнал его голос Вити, и юноша обернулся.     — Что? — удивился он.     — Ты мне жизнь спас, — хмыкнул Витя. — Тогда, когда он выстрелил в первый раз.     — Так вы… ты… ну… — Рома смутился, — ты тоже. Спас. И когда я побежал…     — Это да, — Витя устало, но искренне улыбнулся, — смелость это похвально, но больше так за серийными убийцами не бегай, ладно?     — Да Бога ради, хватит сюсюкаться! — зашипела Софья.     Рома смутился окончательно, суетливо кивнул и выбежал из домика.     — Вот и зачем пацана обижаешь, — укоризненно протянул Витя в ответ. Тимур подставил ему плечо.     — Там вроде и правда не страшно, — выдохнула Софья. — Пуля застряла близко, но дальше не пошла.     — Я же сказал… кровищи натекло, да и ладно. Пойдемте на улицу? Сил нет смотреть на этого… человека — Витя поморщился при виде распростертого на полу Аркадия Захаровича.     — Пойдем, давай, — Тимур сделал шаг к двери.     — Когда приедет скорая… там после… ну… отвезите меня к девочкам, кто-нибудь, — попросил Витя.     — Ты совсем из ума выжил? — резко ответила Софья, а Витя обернулся к ней и упрямо сжал губы.     — Нет, не выжил. У них День Рождения…     Зоя охнула. Она вспомнила вчерашнюю реплику Софьи о подарках… и поняла, почему Витя был без оружия. Он приехал спасать ее с дня рождения собственных дочерей…     — …я сбежал с него, и я на него вернусь. С вашей помощью или без нее.     Софья поколебалась несколько секунд, но потом неохотно выдавила:     — Я отвезу тебя. После больницы.     — Вот и спасибо, — благодарно улыбнулся Витя.     Тимур, Витя и Софья вышли втроем на улицу. Зоя шагнула за ними и зажмурилась от яркого солнца, которое пробивалось сейчас через тучи. После полутьмы домика по глазам било до болезненности.     Витя с помощью Тимура опустился на скамейку у стены домика. Прибежал Рома с аптечкой. Софья умело обработала рану так, чтобы кровь теперь впитывалась в бинты, а не в одежду.     Зоя все это время стояла в стороне и наблюдала. Никто ее ни о чем не спрашивал, молчала и она сама.     Тимур ушел в дом, следить за Аркадием Захаровичем. Софья вышла на дорогу, встречать полицию. Куда делся Рома — Зоя не увидела. Она пришла в себя только тогда, когда поняла, что они с Витей остались одни.     Витя сидел и смотрел на нее, ничего не говоря, почти целую минуту. Зоя не знала, что ей делать. Но тут в глазах мужчины мелькнула растерянность, как будто он сам только-только осознал, что произошло и что могло произойти. Витя стал выглядеть, словно потерянный ребенок.     Зоя кинулась к нему. Села рядом, обняла осторожно, с той стороны, где не было ранения, и уткнулась лицом в крепкую шею, сейчас немного липкую от испарины.     Витя притянул ее к себе за плечо, выдохнул в макушку, зарываясь носом в ее волосы.     — Я не знал, что с тобой, — с нотками детской жалобы прошептал он, — все то время, пока ехал. Совсем ничего не знал…     — Я в порядке… — пробормотала она, — ты так быстро приехал…     — Я хорошо вожу… — усмехнулся он в ее локоны, — да и машина молодец… пятьдесят километров по пустой дороге за пятнадцать минут…     — С какой скоростью ты ехал? — Зоя немного отодвинулась и заглянула в его лицо.     — С нормальной, — усмешка Вити стала кривее и бравадистей.     Зоя внимательно всмотрелась в него, ища признаки боли или слабости, но увидела то, чего не замечала в пылу происходившего в доме.     Витя выглядел плохо, и не только из-за непривычной бледности. Под его глазами залегли темные круги, как будто он не спал всю ночь, а на лице была легкая щетина, которую Зоя никогда до этого у него не видела.     Она провела рукой по колким волосам на его скуле.     — Решил отрастить бороду? — выдохнула она дрожащими губами.     — Тебе не нравится? — хмыкнул Витя, — да я уберу. Я… я немного проспал, побежал к девочкам на праздник, думал в машине побреюсь, а у меня там бритва сломалась.     — Бритва? У тебя есть бритва в машине?     — Ну да, от прикуривателя, маленькая такая, — Витя показал свободной рукой, какая именно, и немного поморщился от движения.     — Ты такой зануда, ты знаешь?..     — Зна…     Витя не смог договорить.     Зоя прижалась к нему совсем близко, всмотрелась в его лицо еще раз, а затем, и понимая, и не понимая, что делает, прикоснулась губами к его рту.     Витя резко выдохнул сквозь нос. Приоткрыл губы, медленно ответил на поцелуй, словно не сразу осознав, что происходит. Рвано вдохнул, стиснул плечо Зои, а потом поцеловал еще раз, сам, несдержанно и жадно.     Зоя не думала ни о том, где они находятся, ни о том, как это выглядит со стороны: она на пороге дома серийного преступника и психопата прижимается к мужчине, в котором застряла пуля, и целует его так, как будто они работают на съемках блокбастера с сентиментальной любовной линией.     Сейчас для нее было важно только, что мужчина рядом жив, и что жива и она. Страх и адреналин нагнали ее и воплотились в таком порыве. Витя обнимал ее, проводил рукой по волосам, снова находил ее губы и целовал то коротко, то глубоко и откровенно, и Зоя отвечала тем же, беспокоясь лишь о том, чтобы не задевать его рану.     А потом она затихла: снова обвила его шею двумя руками и спряталась в его плече.     Мир постепенно возвращал себе внешние звуки.     Зоя услышала характерный гул мигалок полиции и скорой.     Она еще крепче стиснула шею Вити.     — Зай… — тихо позвал он, — зая, все в порядке…     Тут раздался резкий женский голос.     — Гражданочка, вы мешаете…     Рядом с ними как будто из воздуха воплотилась дама строгого вида в медицинской одежде.     Зоя инстинктивно сжала руки вокруг Вити еще крепче.     — Ну же… ну чего ты… — мягко и ласково заговорил он, — Зоя, все закончилось. Маленький мой, все хорошо. Все в порядке.     Он посмотрел куда-то вбок и странно, отрешенно улыбнулся.     Зоя проследила за его взглядом и увидела неловко топчущегося неподалеку Рому.     В глазах Вити появилась самоотверженная грусть. Он что… о чем он думает?..     — Нет! — Зоя не могла найти в себе силы отпустить его.     — Вы хотите, чтобы он истек кровью? — прокаркал голос медсестры, и Зоя вздрогнула, разжала руки, отодвинулась.     Витя в последний момент стиснул ее ладонь в своей. Зоя надеялась, что он сплетет их пальцы, но он не стал — просто с осторожной нежностью пожал, отпустил и медленно, немного покачиваясь, встал.     Софья тут же оказалась рядом.     — Я поеду в больницу, — кинула она через плечо, посматривая на Зою с той ожесточенностью, которую так давно не проявляла.     Зоя встала со скамейки и только кивнула на это, снова превращаясь в отрешенную статую.     Моргнула.     Мир стал серым и почему-то начал кружиться перед глазами.     Зоя моргнула еще раз.     Кружиться все окружающее не перестало.     Она почувствовала, что ноги становятся ватными, а окружающее пространство стало темнеть.     — Зоя, Зоя! — услышала она окрик — знакомый мужской голос, бархатистый и выдержанный, но ей никак не удавалось понять, кто же это был.     Обладатель этого голоса оказался рядом, еще раз позвал ее, подхватил под спину… и Зоя сдалась. Мир окончательно стал черным.