Часть 33

Зои свистела в свисток и бежала изо всех сил к дому. Она была уже на пол дороги, когда наконец увидела Арбалета. Только его одного. Он неторопливо снизился и, немного пробежавшись, остановился рядом с маленькой хозяйкой. Во всех его движениях читалась нега и лень. Даже встревоженный вид хозяйского детеныша ничего не всколыхнул в невозмутимом виде дракона. — Ари, быстрее, ты должен найти папу. Он там, быстрее лети за ним. Дракон не понял ни слова, склонил голову на бок и уставился на неё большими, жёлтыми глазами. — За мной я покажу. Зои побежала обратно, дракон немного разогнался и снова взмыл в воздух. Сопроводив её до берега, он снизился и подбежал к маленькой хозяйке. У воды было много детей, все кричали что-то, махали руками. Зои толкала его к воде. Он снова решительно не понимал, что за новую игру они придумали. Детеныши явно что-то хотели от него, но зачем толкали к воде? Он был сыт. Да и погода не для рыбалки. Наконец отчаянные голоса побудили его предпринять хоть что-то, лишь бы они отстали. Играть на сытый желудок не было никакого желания. Он взмыл вверх и полетел над морем, проследив взглядом примерное направление, куда махали руками дети. Далеко не сразу заметил среди волн человеческого детёныша. С большим трудом Гриммелю удалось вынырнуть, в лицо тут же ударил сильный порыв ветра. — Дракон, — закричал мальчишка. Смертохват завис над ними, создавая взмахами крыльев завихрения с мелкими брызгами. В попытке схватить терпящих бедствие, дракон выдвинул из нижней челюсти длинные бивни. Парнишка тут же за них схватился и практически залез на морду. Мальчик почти ничего не весил, был легкий и крепкий. У Гриммеля уже почти не осталось сил. Из-за воды, стекавшей на глаза, он толком не мог разглядеть, что происходит. Понял только, что мальчишка спасен — стало немного легче. Смертохвату было тяжело надолго зависать. Чтобы поймать баланс, он опустил вниз передние конечности. Ненадолго, но Гриммель успел схватиться за одну из них. Дракон, пытаясь удержать равновесие, пролетел немного вперёд, волоча за собой хозяина, пока тот не сорвался обратно в воду. Гриммелю даже этого было достаточно. Течение больше не тянуло его под воду. Он выкрикнул смертохвату приказ возвращаться. Весил он гораздо больше ребенка, и сил держать свой вес на руках уже не было, во всех мышцах чувствовалась дрожь, руки забились, движения давались с трудом. Но было всё равно легче, на его шее больше не висел ребенок. И теперь он был сам за себя. Гриммель барахтался, казалось, уже целую вечность. Только природное упорство не давало ему утонуть. Как крыса в бочке, до последнего надеясь на божественное вмешательство. В некоторой степени так и произошло, дракон вернулся за ним. Вот только никак не мог понять, что делать. Смертохваты отличные охотники и убийцы, но для спасательных операций совершенно не приспособлены. Передние конечности больше похожие на складные ножи, на задних лапах два массивных когтя, как на паучьей лапке, на хвосте жало, спина покрыта массивными щитками с шипом на конце. Тащить хозяина за руку, не повредив её, невозможно. Да и поди схвати, слишком тонкая работа. Было бы проще, сумей хозяин сам ухватиться, но вот тот уже даже не пытался. Тогда дракон принял единственное казавшееся ему правильным решение. Ненадолго зависнув над хозяином, он рухнул в воду и поднырнув под него, приподняв над водой. Гриммель закашлялся до рвоты в попытке отдышаться, безвольно повиснув на спине дракона. Спасение пришло буквально в последний момент — он уже успел наглотаться воды. Гриммель был благодарен за это, вот только, что это было оно, не был уверен. Их уносило в море. Смертохваты такие же упёртые как и он, но ничто не длится вечно. Чтобы плыть, им нужно прилагать много усилий, а в такую погоду — в два раза больше. Взлететь с воды не выйдет. — Дурья твоя бошка, — отдышавшись похрипел он. — Что ты собираешься делать дальше? Дракон ничего не ответил, только громко отфыркивался от заливающей морду воды. Для него не было правильного и неправильного— он сделал то, что мог, а дальше будь, что будет. Забияка, узнав о случившемся, отправила остальных драконов на поиски. Её они послушались беспрекословно: в ту же минуту взмыв в воздух и, сделав над домом пару кругов, выбрали приблизительное направление. Ветер усиливался, небо затягивала серая пелена. — Нет. Я всё понимаю, но мы сейчас ничего не можем. И тебе я этого сделать не дам, — Иккинг пытался отговорить Забияку тут же отправиться на поиски. — Конечно, ты только рад от него избавиться! — Да пойми ты, — Астрид сжала её плечо в попытке удержать и успокоить. — Сейчас любую лодку расшибёт о берег. Выйти в море почти не возможно. А выйдешь — что ты сейчас разглядишь? И не приведите боги, ещё с тобой что случится. — Это неразумно — выходить в море перед штормом. Можно потерять гораздо больше, — продолжил Иккинг. — Обещаю, после шторма мы все отправимся на поиски. К тому же, ты говоришь, отправила за ним его драконов. — Вот были бы с нами наши драконы! — Забияка вывернулась из крепкой хватки Астрид. — Да. Но их нет. Придётся полагаться на себя. И мы это уже обсуждали. Им там лучше. Викинги не должны ни на кого надеяться. – Иккинг уже начинал терять терпение. — Тебе легко говорить! Твоей семье ничего не угрожает. А что бы делала ты на моём месте? — она переключилась на Астрид в попытке найти союзника. — Проявила бы благоразумие. Тебе ещё есть о ком заботиться. — Вы невыносимые, вы все трусливые цыплята, а не викинги. — Забияка, приди в себя! — Иккинг легко встряхнул её за плечи. — Если с ним что-то случилось, то уже ничего не поделаешь. А если нет, то мы найдём его. И как я ему потом объясню, что не удержал тебя? Пойми: сейчас спасательная операция бесполезна и опасна. Ты сделала всё, что могла — отправила драконов, они должны его найти. У тебя есть дети, и они также напуганы. Займись ими. Он разжал пальцы, почувствовав, как плечи Забияки расслабились и поникли. Она сделала шаг назад, молча развернулась и пошла в сторону дома, не говоря больше ни слова. — Как думаешь, она не наделает глупостей? — Астрид с сочувствием посмотрела ей в след. — Думаю, нет. Она слишком долго с ним жила. Здравомыслия в ней значительно больше, чем раньше. Как всё утихнет, отправимся на поиски. А сейчас пошли в дом. Дождь начинается. — И всё же, мне жаль её. Я бы тебя так же упрашивала на её месте. Если не больше, возможно, даже подралась бы. — Вот как? Успокойся. Уверен, с ним всё в порядке. Это же Гриммель. Его топишь — он не тонет. К тому же, с ним его драконы. Идём же. Забияка только подходила к дому, но уже слышала звуки очередного скандала. Она немного постояла за дверью, чтобы набраться сил. Снаружи шумели листья под порывами ветра, крупные капли уже барабанили по крыше. Решившись, она шагнула за порог. За спиной, стеной обрушился дождь. — Это всё из за тебя! Ты его никогда не слушалась, строила из себя зазнайку, – Шустрый стоял посреди комнаты, остальные братья сидели на столе. Зои сидела на своей кровати прямая как палка. — Причём здесь я? Так случилось, никто не виноват. — Да что ты? — вклинился в перепалку Быстрый. — Последнее, что я помню: он не разрешал тебе туда ходить. А ты всё равно пошла. Ещё и со своими дружками. — И что? Это ничего не значит, — голос её сорвался. — А то, — не унимался Шустрый, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и сестра наконец надломится, — что если бы не ты, папа был бы жив. Последние слова безжалостно полоснули Зои, не оставив и шанса восстановить привычную маску безразличия. Она сделала несколько порывистых вдохов через нос, из последних сил пытаясь унять подступающую истерику. Она всё прекрасно знала и без братьев. Пыталась заглушить мерзкий внутренний голос, но работать сразу на два фронта — непосильная задача даже для неё. Несмотря на все усилия держать лицо, две мокрые дорожки проложили путь к подбородку. Она понимала, что если скажет ещё хоть слово, то уже не сможет остановиться. — Так. Что здесь происходит? — Забияка вышла на арену боевых действий в полной боевой готовности. — Кто сказал, что с отцом что-то случилось? И чего вы бездельничаете? Чем вы там с ним обычно занимаетесь вечерами? Нет дел? Так я вам сейчас быстро их найду. Ты посмотри на них? Отцу стоило задержаться, а они уже его похоронили. — Папа н-нам читал обычно, — запинаясь, тихо ответил Стремительный, слезая со стола. — Нет, они ещё на столе сидят. А чего не на потолке? Ну, так живо зажигайте светильник и за книгу. — Мы ещё не очень умеем читать, — быстрый тоже пристыженно слез со стола. — Зои? Чего сидишь, как палку проглотила? Живо взяла книгу и села читать братьям. — Я не буду им читать, — тут же ощетинилась та, цепляясь за возможность переключиться. — А я тебя не спрашивала, что ты будешь. Я сказала, что ты сделаешь. Я не папочка, уговаривать не буду. Хочешь со мной поприпираться? — Забияка стянула со стола кухонное полотенце. Зои передёрнуло. Сама она никогда не получала этим грозным оружием — обычно мама гоняла им братьев или драконов, на худой конец — папу. Если она бывало и заслуживала этого накозания, то отец всегда заступался за неё. Отведать теперь и ей этого угощения — риски были вполне реальные. Так что она резко поднялась, шмыгнула носом и взяла с полки папину книгу. Братья зажгли светильник и расселись как обычно. Зои уселась поближе к свету, и раскрыла книгу. — Проповеди и поучения... — прочитала она заглавие. — Отлично. То, что вам, дурням, и нужно, — сама Забияка не понимала этих убеждений, что надо обязательно уметь писать и читать. Но в конце концов, они решили: каждый остаться при своём. Вечером все были заняты, и ей нравились их тихие часы, когда она могла позволить себе ничего не делать и тихо гордиться, как у них всё здорово получается. И какая она молодец. Сейчас же она принялась готовить ужин, отгоняя от себя навязчивые мысли о том, что теперь она всегда будет это делать сама. А не по особым случаям. Занятые руки были лучшими лекарством от тревоги. Всё будет хорошо, с ним всё в порядке, — повторяла она себе, пытаясь унять дрожь в руках.