Часть 44

Он почти не удивился, когда ещё издалека заметил пустующее место "Стригуна". Какого дьявола он не запер Зои в её комнате? Знал же, что так будет. Хотя, о чём это он? Это же Зои — девочка «я хочу, я получу». Разве она стала бы смирно сидеть под замком? Рано или поздно это должно было произойти. С её характером это был лишь вопрос времени и случая. Вот только случай выдался крайне неудачным. Быть может, если бы он раньше отправился с ней в путешествие, как и обещал, этого бы не произошло. Вот только как он мог всё бросить? Не тащить же с собой всех? Что бы он ни думал, предотвратить сложившуюся ситуацию не мог даже в теории. Гриммель резко свернул с дороги, ведущей к пирсам, и направился к Иккингу. В конце-концов он тоже обещал проследить, чтобы Зои не удрала. Время от времени Гриммель пытался подозвать драконов, Арбалет тоже следовал его примеру, издавая призывную трель. Впервые за всё время, что смертохваты были с ним, никто не откликнулся. Сомнений не оставалось, драконов на острове попросту нет. Значит, у пришельцев всё вышло, как и планировалось, и Зои действительно сбежала. Чёрт с ними, с драконами, он и сам мечтал от них избавиться. Что бы с ними не произошло, это проблема похитителей. Но вот дочурка, его вечная непоседа, наивная мечтательница, в обществе этих проходимцев... эту мысль он запретил себе развивать. Осознание того, какая угроза над ней нависла, поднимало панику, которая не давала мыслить холодно и здраво, а ему нужно было сосредоточиться на том, как до неё добраться. Нельзя давать волю эмоциям, не сейчас. Он всегда чувствовал, что с ней будут проблемы, и всё же надеялся что всё обойдётся. Каждая минута вынужденного бездействия была невыносима. Боже, как хотелось ошибаться. Вот бы она, как в детстве, спряталась в уединенном заливе. В том старом гроте. Он найдёт её, как всегда находил, пожалеет, может быть, за что-нибудь извиниться и они вернутся домой. Когда всё стало так непоправимо страшно? — Так и знал, что не стоит ложиться, пока ты не придёшь. На "Стригун" твоя бунтарка не поднималась, он отбыл час назад. Поищи её в другом месте, — было очевидно, что Иккинга оторвали от чего-то важного, и ему казалось, что инцидент исчерпан. — Нет. Её нет на острове. Она забрала драконов. — Думаешь, она переправилась с ними на корабль по воздуху? Каким образом? На смертохватах невозможно летать верхом. Если только... — Напомни, когда это стало проблемой для авантюрного подростка? Иккинг неловко улыбнулся, почесав взъерошенный затылок. — Это точно, было бы желание, а способ найдётся. Думаешь, они отошли от берега и подождали её на расстоянии? — Думаю что-то вроде того. Кто следил за кораблём? — Сморкало. —Боже, почему он? Кто угодно, Рыбтеног, в конце-концов, но не этот растяпа! — Он был свободен. А куда смотрел ты? Раз знал, что она собирается сбежать. — Сын родился, — раздражение мгновенно сошло на нет, взгляд потускнел и ушёл в себя, голос стал спокойнее и тише. — Я пытался её остановить и мальчишки тоже. Но разорваться не смог. Сказать по правде, я в основном здесь из-за Забияки. Присмотрите за ней, первое время всегда сложно. Я не знаю, получится ли у нас вернуться в ближайшее время. — Даже не знаю, что сказать. Вроде полагается поздравить... Так значит, собираемся в погоню. — Не утруждайся, — прежнее раздражение вспыхнуло с новой силой. — Меня и так воротит от одной мысли о том, что я вынужден просить помощи у сопливого мальчишки. У меня нет времени ждать, пока вы заплетёте свои боевые косички. — Прожив столько времени здесь, ты так и не понял, что мы всегда приходим друг другу на выручку, мы же друзья, и ты.. — Не продолжай свои слащавые речи. Прибереги их для сверстников. Я прекрасно знаю своё место здесь и то, как вы ко мне относитесь. Я не нуждаюсь в вашей дружбе и, уж тем более, в вашей жалости. Раз вы такая дружная семья, вот и сделай то, о чём я тебя прошу, если и правда хочешь помочь. — Что ты собираешься делать? — Это тебя не касается, — Гриммель внезапно понял, что срывается не на том, и попытался вернуть диалог в мирное русло. — В любом случае, тебе лучше не иметь к этому никакого отношения. Так будет лучше для всех. — Предлагаешь мне сидеть в сторонке, пока ты один рискуешь жизнью? — Предлагаю. Ты не можешь обезглавливать деревню из-за одного человека. И я не жалкий старик, каким вы меня считаете. — Я не это имел в виду. Просто у нас принято помогать друг другу. — Я к числу твоих подопечных не отношусь. Прошу... Я не хочу оставлять Забияку одну в такой момент. Но Зои... Надеюсь, мне не нужно объяснять, в какой опасности сейчас эта глупая девчонка? — Не нужно. Но это неправильно. Забияка меня убьёт, если узнает, что отпустил тебя одного. — А ты ей не говори, что я заходил. Это совсем не сложно. И не думай, что понимаешь меня. Нос не дорос. Иккинг посмотрел под ноги и наконец заметил белогрудого щенка, всё это время неуклюже сидевшего, привалившись к ноге Гриммеля. — Хорошо. Как скажешь. И всё-таки это безрассудно бросаться вот так в одиночку. — Кто бы говорил о безрассудстве, — Гриммель наконец улыбнулся, немного грустно, но всё же на мгновенье между ними воцарилось что-то вроде перемирия. Щенок, придремавший у его ноги, завалился на бок от неожиданности, потеряв опору, когда Гриммель сделал шаг в сторону, намереваясь уйти. — Удачи. — Это всё, что пришло в голову растерянному Иккингу. Его не покидало чувство, что он поступает неправильно, отпуская Гриммеля одного. Но спорить с ним было бесполезно. — Удача для неудачников, а мне в последнее время слишком много везло, — Гриммель невесело улыбнулся, махнул на прощанье рукой и решительно направился в сторону причалов. Он шёл, ускоряя шаг, не в силах себя притормозить, сердце гулко стучало в ушах. На самом деле, у него не было чёткого плана. Нужно было охладить голову и спокойно всё обдумать. Щенок старался не отставать, смертохват бежал трусцой следом, то и дело посматривая на диковинного соседа. Иккинг ещё какое-то время смотрел им в след. Тот Гриммель, которого он знал, был холодным и расчетливым, анализирующим ситуацию с разных ракурсов, всегда немного ироничным и с завышенной самооценкой. Этот же был импульсивен, шёл на пролом, без плана, без подстраховки, что было совершенно не в его духе... И что за странный зверёныш крутился у него в ногах? Откуда он вообще взялся? И почему так к нему привязан? Было в этом что-то неправильное. Не покидало чёткое ощущение, что эта троица идёт в один конец, без прощупывания пути к отступлению. Возможно, ему так только кажется. Но легкий мороз пробежал по коже, то ли от безысходности, так и сквозившей от слов Гриммеля, то ли от холода. Колючий порыв ветра заставил поёжиться, в воздухе заметались колючие снежинки. Иккинг закрыл дверь, Астрид сидела на постели, закутавшись в одеяло. — Ну чего там так долго? Опять что-то стряслось? Видят боги, если бы я знала, что вечно придётся делить тебя со всей деревней... Хотя бы ночью я имею право на своего мужа? — Конечно, ночь всецело твоё время. Только в этот раз по-быстрому. Нужно проведать Забияку, сегодня у неё родился малыш, и, кажется, Зои сбежала. — Мне уже начинать ревновать? Разве за ней некому приглядеть? Вечно у них что-то происходит. — Да, Гриммель отправился за своей непоседой, а Забияка, сама знаешь... Сейчас лучше убедиться, что с ними всё в порядке. Я только отправлю к ней кого-нибудь. — Ладно идём, настроение всё равно пропало, — поёжившись, она выползла из-под одеяла, попутно оглядываясь в поисках одежды. — Я теперь тоже волнуюсь. Расскажешь по пути, что там у них опять стряслось. Иккинг улыбнулся её решительности. Астрид была не просто его женой, но и по-настоящему боевой подругой. Ему всё-таки очень повезло с ней. Он сопереживал Гриммелю и в то же время ощутил, какое это счастье, когда вся твоя семья здесь, рядом, в тепле и безопасности. Он понимал: эгоистично сейчас так думать, но эти чувства сами непрошено забрались ему под рубашку и свернулись тёплыми зверьками на его груди. Как бы ему это не претило, в одном Гриммель был прав: он не может оставить деревню обезглавленной и броситься на поиски приключений как в юношестве. Теперь у него другая ответственность, и не только перед друзьями. Он стал больше напоминать себе своего отца, который очень любил своего неспокойного сынишку, но деревня и её благополучие была для него всегда на первом месте.