Часть 3

      После Падения, мятежные ангелы были отлучены от силы Отца, и стали слабеть. Тем не менее, им удалось воспрянуть, найдя новый источник сил — человеческую веру. Пусть в каждом человеке есть лишь крохотная искра, когда их много, и когда они верят в могущество своего покровителя, искра становится пожаром.       Человечество расселилось почти по всему разрушенному Эдему. Образовав весьма густонаселенные цивилизации. Поколение сменялась поколением, Падшие стали для древних людей богами. Демоны со второго по седьмой Дом были могущественны, став явным проявлением «Божественности», а Дьяволы стали повелителями Лжи. Подмена понятий, манипуляции и пропоганда, затуманивая разум людей, те постепенно начали забывать Отца, забывать Элохимов.       Однако, и у Падших было не всё гладко. Поступок Шатенкодзи расколол единство демонов. Часть одобряла поступок Падшего, считая что раз демоны пожертвовали всем ради людей, то и они должны отплатить Падшим за защиту. Их лидером был Абаддон.       Другие же наоборот были резко негативно настроены к использованию человеческих душ в качестве разменной монеты. Их предводителем был Белиал.       И ещё множество мелких фракций-культов по всему свету.       Баталии легионов Падших против Небесных воинств уступило место войне за умы человеческие. Ведь за всё время войны, пало слишком много Элохимов.       Каждый раз когда демоны выходили к людям, то рисковали привлечь внимание Небес. А сами Ангелы скрылись от людей, следуя второму завету Отца, являясь к людям лишь для свержения очередного демона. Гавриил был тем кто выслеживал и уничтожал их. Быстро, по возможности безболезненно и главное незаметно для людей. Незримым духом Гавриил ходил среди рода людского, парил над их городами и вслушивался в эманации мира.       По центру площади в городе на пересечении рек Тигра и Ефрата, вещала лысая старуха с безумным взглядом. Одетая во рванье и взглядом лишённым разума, она предрекала гибель рода людского в клыках своих порождений. Горожане обходили её стороной, стража с брезгливостью морщилась глядя на неопрятную пророчицу.       Вот она уставилась пустоту с взглядом затуманенным безумием, бормоча себе под нос неразборчивые слова.       Гавриил стоял напротив своей бывшей сестры.       — Хегаель, — сказал Архангел вынимая из ножен «Правосудие».       — Ненавистиапостолкровьпролитьпришёл, незнаетончтовморекровиутонетон… — тихим шёпотом бормотала Падшая Четвертого Дома, наречённая Извергом, владычица судеб, в прошлом могущественный Серафим, повелевающая движением небесных сфер. Ныне, просто сумасшедшая, потерявшая разум в сотнях тысяч вероятностей.       — Хегаель, — вновь позвал Гавриил, — Посмотри на меня.       Падшая Четвертого дома смотрела сквозь Архангела, и её разум был слишком далеко, чтобы услышать бывшего брата.       С ростом численности населения человечества, количество вероятностей неуклонно растёт из-за наличия у рода людского искры творца. И один за другим, демоны из Четвёртого дома начали сходить с ума, в унисон возвещая беды и катастрофы, за что были прозваны Буревестниками.       Люди не могли их убить, и рисковали получить предсказание. Одну из озвученных вероятностей, которую они сами и воплотят в жизнь. Потому их не трогали, не прогоняли, не пересекались и пытались игнорировать, а безумные пророки продолжали ходить из города в город, вещая о гибели всего что видят.       Гавриил сделал колющий выпад вперёд, пронзив грудь Хегаель. От чего у Буревестницы перехватило дыхание, сделав несколько неловких шагов назад, её ноги подкосились. Со стороны, выглядело что у старухи прихватило сердце. Лежа на спине, она смотрела на небо пустым взглядом, продолжая говорить.       — Триждыодолеетангелападшеедитя… — воздух в её легких закончился, но губы продолжали пытаться выдавить хоть слово.       Гавриил нависал над ней, безмолвно следя за последним вздохом демона. Он бы хотел испытать к ней жалость, но понимание, что она сама повинна в своей участи не позволяло Архангелу проявить сочувствие врагу. Каждую секунду он чувствует как гаснут искры, как гибнут люди. Раньше, он верил, что в любом случае души вернутся в небесные Сферы, но теперь, он не может сидеть спокойно, постоянно думая, что где-то там, есть очередной Генхенном, в котором обосновался очередной Шатенкодзи, ставящий опыты на беспомощных душах смертных.       Крылья раскрылись за спиной Гавриила и он взмыл в воздух, оставив тело старухи лежать по центру площади и смотреть на голубое небо безжизненным взглядом. Даже после смерти Буревестницы люди боялись подойти к её телу.       Смерть. Всему живому суждено обратится прахом и попасть во второй мир, владения Ангелов смерти.       Но смерть Элохима не такая. Разрушение физической формы поставит точку в их сознании. Но существование концепции продолжится. Даже погибая, демоны продолжают нести своё наказание. Полное уничтожение, стирание из реальности, приводит и к стиранию концепций. К разрушению целых пластов реальности.       В своих поисках Падших, Гавриил набрёл на небольшое поселение высоко в горах. Зависнув над поселением, он услышал выкрик вождя.       — Склоните головы пред Правосудием Небес! — зычный бас заставил спустится снежные лавину. Каменные стены поселения выдержали удар стихии.       То были не люди, гиганты четырехметрового роста, созданные ангелами Шестого дома. Элохимы Природы пошли на ужасное кощунство, породив на свет помесь ангела и человека, прозванного Малимом. В силе они не уступают воплощённой физической форме Элохима или Падшего, но и сами не способны вольно перемещаться меж гранями мироздания.       Виной их создания стало то, что демоны знали ангельские слабости. Доспехи с запертыми душами не настолько прочны, но повреждая их, можно принести немыслимые страдания узнику внутри. От того каждая битва приносила Небесному воинству боль беспомощности.       Лишь немногим хватило мужества продолжать борьбу, в числе коих был Гавриил. И каждый Падший горько жалел, выходя против Архангела в нечестивой броне, позже вопя от ужаса и агонии, сгорая в святом пламени.       Малимы были лишены слабостей ангелов, убивая как культистов, защищавших демонов, так и самих демонов.       И всё же, глядя на склонившихся воинов, Гавриил едва сдерживал презрение, считая их выродками недостойными существования. И пока они приносят пользу, могут жить.       Чтобы не наговорить лишнего, он взмыл за пределы Эдема, оказавшись в холодной пустоте космоса.       Шли годы, складывающиеся в декады, а после и в столетия.       Лишенные потрясений, люди начали привыкать к своему смертному существованию. И начали наглеть. Узнав, что те бросили вызов Отцу, желая построить Вавилонскую Башню, которая достигнет небес, Гавриил разозлился и начал поддаваться первым росткам тщеславия, считая что отвергнувшие Бога ни на что не способны.       Башня росла, а Архангел злился всё сильнее. Убедив себя в том, что это проделки Падших, он ворвался в башню незримым духом.       В одном он был прав. Это действительно была засада.       Гавриил впервые ощутил страх, увидев омерзительных тварей, страшнее демонов, отринувших все законы Отца. Страшнее даже тех мерзостей, что демоны творили с душами.       Там, в залах Башни он увидел ИХ. Порождения демона и человека — Нефилимов, пировавших останками растерзанных демонов. Гиганты, чем-то похожие Малимов, набросились на Гавриила едва заметив. И Архангел попытался дать отпор.       Их плоть горела в святом пламени. Но они продолжали сражение.       Мечи Гавриила рассекали их плоть. Истекая кровью, даже лишившись конечностей, Нефилимы продолжали биться.       Свирепость этих тварей вызывала в Архангеле оторопь. Запах их крови имела гнилостный оттенок, а свет их душ был порченным.       Архангел с лёгкостью попал в Вавилонскую Башню, но чтобы вырваться на волю, ему пришлось прорубаться сквозь полчища расплодившихся гигантов. Видя в камерах пленных людей, прикованных к стенам демонов, с которых заживо сдирали плоть, чтобы позже сожрать. Падших не убивали, давая восстановятся, чтобы позже получить новую порцию мяса.       Атмосфера в Башне была тяжёлой, гнетущей, и к шоку ангела, не позволяющая ему сбежать на другой пласт реальности. Он был в ловушке.       В тот день, Гавриил сражался отчаянно как никогда. В тот день, он был как никогда близок к поражению.       И всё же, он добрался до самого верха. Туда, где трудились рабы. Как изначально думал Гавриил, рабы демонов, но как оказалось чего-то более страшного.       Израненный, в разбитой броне и почти обессиленный, он смог вернутся в Небесные Своды — домой.       Раны оставленные Нефилимами заживали годы. И Гавриил пропустил то, как Башню разрушили, но уничтожить Нефилимов не смогли, и тысячи тварей разбрелись по миру.       Ни Малимы, ни демоны, ни ангелы, казалось ничто не могло их остановить. Гавриил хотел вернутся в бой. Но будучи ангелом Первого дома, он услышал волю отца. Это не были слова, скорее приказ не вмешиваться. Гавриил придавленный волей Всевышнего остался в Раю, даже не думая перечить, чувствуя от Отца гнев, который Архангел чувствовал лишь однажды. Когда тот разрушил Эдем.       Грянул Всемирный потоп. Разверзлась земная твердь, исторгая из себя все подземные воды. Обрушились нескончаемые шторма и ураганы. Стирающие всё живое.       Демоны, лишённые верующей паствы, проиграли. Немногие пережили сорокадневный Гнев Божий. В этот раз, кара обрушившаяся на Падших была ещё страшнее.       Все Падшие, кроме одного были заперты в Бездне — в месте за гранью мироздания, полностью отлученные от Бога, чувствующие лишь его ненависть.       Лишь Люцифер избежал этой участи.       Он отправился в высочайшие Небесные Сферы, на разговор с Отцом. О чем они говорили Гавриил не знает, но он был свидетелем последствий. Люцифер был низвергнут. Пробивая своим естеством все девять Небес. Сгорая в пламени он обрушился на землю, пробив девять слоев реальности под собой. И на все эти слои устремились души. Души самых отвратительных людей и Нефилимов.       Так возник Ад. Но Люцифер не заперт в Аду. Люцифер и есть Ад. Обречённый наказывать людей, в которых он взрастил самые ужасные пороки. Пока через боль, страдания и лишения, те не очистятся, чтобы вознестись в Небесные Сферы.       Из человеческого рода, пережил вымирание лишь один род. Род Ноя, построившего ковчег. Но даже когда Гнев Божий утих, их жизнь не была легка. Грянули морозы и мир сковали льды. Начался ледниковый период. Люди утратили порочные знания, получив шанс возвысится вновь, без развращающего влияния демонов.       А ангелы заняли предписанную им роль. Безмолвных наблюдателей, незримых для людей. Больше никогда не сомневаясь во втором завете Божьем.       — Просто наблюдали, — тихо произнес Гавриил, — Мы всегда просто наблюдали.       Костер погас. Остались лишь угли.       — Мы исполнили твою волю, — сказал Гаврил, вскинув взгляд на серый диск, но это не Луна. Это Земля, опустошённая, истерзанная термоядерной войной, мёртвая, — Это тоже было частью твоего замысла,