Чёрная дыра

      Микаса и Саша стояли в дверном проёме, в полной тишине осматривая комнату.       Она выглядела… странно. Совсем не так, как должно было выглядеть помещение в корпусе разведки. Здесь не было военного порядка, ровно заправленных кроватей или обычной минималистичной обстановки. Вместо этого комната больше напоминала бабкин сарай, который срочно переквалифицировали в гадальню.       На столе были разбросаны какие-то затёртые карты, с потрёпанными краями и подозрительными символами. Рядом валялись свечи, одна из которых догорела настолько, что растёкшийся воск превратил тумбочку в побоище из восковых луж. В углу стоял огромный стеклянный шар, будто его только что вынесли с какого-то кукольного шоу, а у окна висели пёстрые ленты, которые развевались от ветра, создавая ощущение, что здесь либо только что провели ритуал, либо собирались кого-то призывать.       Микаса стояла с обычным непроницаемым лицом, но её рука непроизвольно потянулась к шарфу, словно это могло защитить её от абсурдности происходящего.       Саша осторожно шагнула вперёд, наклонилась к столу и ткнула пальцем в одну из карт.       — Это вообще законно?       Микаса медленно перевела взгляд с шара на карты, затем на странную статуэтку на полке, которая, казалось, пристально на неё смотрела.       — Кажется… теперь я не уверена, что мы в корпусе разведки.       Они снова замолчали, переглянулись и ещё раз подозрительно оглядели логово своей новой соседки.       Микаса молча открыла шкаф, но не успела даже заглянуть внутрь, как на неё с шумом обрушилась лавина одежды. Её накрыло с головой: юбки, рубашки, плащи, какие-то подозрительные платки и даже шёлковый халат с золотой вышивкой. Всё это вывалилось с такой скоростью, будто шкаф годами хранил в себе всю коллекцию странных нарядов, дожидаясь именно этого момента.       От неожиданности она дёрнулась назад и, сама того не желая, толкнула Сашу. Та вскрикнула, замахала руками, отчаянно пытаясь ухватиться хоть за что-то, но, как назло, именно в этот момент её пальцы зацепили стол.       Раздался глухой стук. Шар дрогнул, слегка покатился, замер на краю, словно обдумывая дальнейший путь.       И, разумеется, выбрал путь падения.       Саша только успела испуганно раскрыть рот, когда стеклянная сфера с грохотом рухнула на пол.       На миг в комнате повисла мёртвая тишина.       А затем – треск.       Доски жалобно застонали, пол под шаром неожиданно просел, и прежде чем кто-то успел хоть что-то предпринять, покрытие не выдержало. Огромная стеклянная сфера с треском проломила пол и с оглушительным грохотом провалилась вниз.       Микаса и Саша застыли. Они не дышали, но где-то этажом ниже раздался звук разбитой посуды. Девушки медленно перевели взгляд друг на друга.       — Это… сейчас мы были? – шёпотом спросила Саша, не моргая.       Микаса молча посмотрела вниз, затем снова на неё.       — Кажется, да.       Они снова замолчали, осознавая масштабы произошедшего.       — Слушай, а шар точно был стеклянный?       — Абсолютно.       — Значит, он сейчас превратился в тысячу осколков?       — Похоже на то.       Саша глубоко вздохнула, провела рукой по лицу, немного постояла, а затем, не моргнув, прошептала:       — Ладно… не палимся. Может, никто не заметил.       Они одновременно перевели взгляд на зияющую дыру в полу. Отсюда открывался отличный обзор на нижний этаж, словно кто-то специально установил смотровое окно, но пока что это выглядело больше как потенциальное преступление.       К счастью, людей там не оказалось – никого не пришибло, а это уже можно было считать успехом. Девушки переглянулись, прикусили губы, стараясь не выдать себя паникой, но их лица резко побледнели, когда по коридору раздалось громкое:       — Какого хера!?       В комнату ворвалась их новая соседка.       Вивиан выглядела так, будто только что узнала, что её выселяют, лишают еды и отправляют в добровольное рабство. Рыжие волосы были растрёпаны, а в одном глазу нервно дёргался уголок.       — Боже, боже, мне конец…       Она буквально влетела в комнату, пробежалась взглядом по разрухе, схватилась за голову и начала бубнить себе под нос, с выражением полного отчаяния.       Микаса перевела взгляд с неё на Сашу, молча оценила ситуацию, затем максимально невозмутимо шагнула в сторону и незаметно придвинула коврик так, чтобы он полностью закрыл дыру в полу.       Саша одобрительно кивнула, а Вивиан, видимо, в панике ничего не заметила. Девушка, тяжело дыша, запрыгнула на кровать, сложив ноги в позе йоги, и обессиленно выдохнула:       — Ваш капитан – сплошной комок ненависти. Жуть.       Микаса и Саша переглянулись. Только что их новая соседка влетела в комнату, будто за ней гнались титаны, и вместо объяснений просто заняла медитативную позу, словно пыталась достичь дзена.       — Ты в порядке? — осторожно спросила Саша.       Вивиан с секунду молчала, задумчиво глядя в пустоту, а затем резко встряхнула головой, словно сбрасывая напряжение, и в мгновение ока вернула себе свою фирменную харизму.       Она грациозно провела пальцами по волосам, поправила их, расправила плечи и, улыбнувшись во всю ширину лица, приветливо махнула:       — Приветик, красавицы.       Девушки хлопнули глазами. Они пытались натянуть улыбку, но напряжение, вызванное зияющей дырой в полу, всё ещё витало в воздухе.       — Ты… эээ… давно в корпусе? — неловко спросила Саша, украдкой бросив взгляд на коврик, который до сих пор прикрывал следы их преступления.       — Буквально сегодня прибыла, — беззаботно ответила Вивиан, будто не замечая нервозности в комнате. — Ну что, девчонки, я вижу, мы не плохо поладим. У вас какие-то вопросы по моему декору?       Микаса, не отводя взгляда, медленно кивнула.       — Да. Один.       Вивиан кокетливо приподняла бровь.       — Ну?       Девушка указала на шкаф.       — Зачем тебе столько платков?       Вивиан задумалась, обвела взглядом комнату, увидела шарфы, ленты, накидки, покрывала, висящие на стенах, и даже подушку с бахромой.       Медленно перевела взгляд на Микасу, затем пожала плечами.       — Никогда не знаешь, когда захочешь драматично уйти.       Микаса лишь одним взглядом дала понять Саше: развлекай её, пока я разбираюсь с катастрофой.       Саша, нервно сглотнув, натянула улыбку и обернулась к Вивиан, которая уже начала разваливаться на кровати, явно не подозревая о масштабах трагедии.       Микаса тихо выскользнула за дверь и, как только оказалась в коридоре, сорвалась с места. Времени было мало. Кто-то точно слышал грохот. Нужно убрать это, пока никто из начальства не пришёл с вопросами. Она быстро свернула за угол и тут же на полной скорости врезалась в Армина.       — Ой! – вздрогнул он, чуть не выронив книги.       Девушка не дала ему даже опомниться. Молча схватила его за локоть, развернула и потащила вниз по лестнице.       — Э-э… что? Куда? – Армин беспомощно заозирался, но, увидев выражение её лица, понял, что задавать вопросы опасно для жизни.       — Просто иди, — коротко бросила она, не снижая темпа.       Армин мысленно простился с собственными планами на вечер. Они вбежали в гостиную, где, к счастью, было пусто. Арлерт всё ещё пытался осознать, что вообще происходит, когда Микаса резко остановилась, и он, по инерции, чуть не врезался в неё.       — Ты хотя бы… — начал он, переводя дыхание, но внезапно осёкся.       Его взгляд медленно скользнул вниз, а потом вверх.       — ИИИ, — вдох испуга прозвучал громче, чем следовало.       Микаса не дала ему времени на панику. Быстро схватив из угла две швабры, она развернулась и всунула одну ему в руки.       — Нет времени трепаться.       Армин ошарашенно посмотрел на швабру. Потом снова на дыру. Потом на Микасу.       — Мы что… Мы что, собираемся       замести дыру?!       — У нас нет других вариантов.       — У НАС ЕСТЬ ОДИН! СДЕЛАТЬ ВИД, ЧТО ЭТО НЕ МЫ!       — Это не сработает, — хладнокровно сказала девушка, уже собирая осколки со стола.       — Но…       — Армин, бери швабру и работай.       Он тяжело вздохнул, развернулся, покосился на дыру, как на неизбежность, и обречённо принялся помогать.        Закончив заметать пол, выбросив осколки шара и куски потолка в мусор, они встали рядом и молча уставились на дыру.       Она была. Она всё ещё здесь.       Огромная, чёрная, зияющая дыра в потолке.       Армин в панике провёл руками по лицу.       — Как… КАК ЭТО ВООБЩЕ ПОЛУЧИЛОСЬ?!       Микаса скрестила руки на груди, задумчиво смотря вверх.       — Это не так важно. Важно, как её спрятать.       — СПРЯТАТЬ?! – Армин даже подпрыгнул от возмущения. — МЫ НЕ СОРИНКУ ЗДЕСЬ ЗАМЕТАЕМ!       — Альтернативы есть?       — ЭЭЭ… СКАЗАТЬ ПРАВДУ?!       Она медленно повернулась к нему, глядя так, словно он только что предложил самую глупую идею в мире.       Армин осёкся.       — Ладно…       Он нервно сглотнул и обернулся, оглядывая комнату.       — Нам нужно что-то, чтобы её закрыть.       — Чем?       Они оба медленно начали осматривать помещение.       — Ковер? – предложил Армин, покосившись на ткань, лежащую на полу.       — Слишком большой.       — Стул?       — Кто-то спросит, почему стул висит на потолке.       — Ладно… эээ… тарелка?       — Армин, мы не можем поставить тарелку на потолок.       Он уже явно начинал паниковать.       — ДА ЧЕМ ТЫ ЕГО ПОКРОЕШЬ, МИКАСА?!       Они ещё раз оценивающе осмотрели комнату.              И тут Армин замер.       — …Не может быть.       Микаса проследила за его взглядом.       — Ты серьёзно?       — Это единственный вариант!       Они снова уставились на стену.       Там, в углу, висел огромный портрет Эрвина.             Тем временем в коридоре раздавались голоса Леви и Ханджи. Они не спеша шли по направлению к комнатам, обсуждая, как в последнее время Смит принимает чертовски странные решения.       — Я серьёзно начинаю беспокоиться о ментальном здоровье Эрвина, — размеренно, но явно недовольным тоном говорил Леви.       — Ну-у, — протянула Ханджи, заинтересованно слушая.       — Взял на службу эту воровку. Мне на шею повесил. Вчера купил у кадета оранжевый платок. Это сумасшествие.       — Оранжевый?       — Оранжевый, Ханджи. Ты когда-нибудь видела, чтобы Эрвин носил что-то цветное?!       Они продолжали идти по коридору, обсуждая тревожные тенденции командора, пока не подошли к одной из комнат. Именно в этот момент их взгляды наткнулись на Армина и Микасу. Оба выглядели подозрительно напряжёнными.       Леви прищурился, переводя взгляд чуть выше.       — …       Он медленно поднял голову.       На потолке висел огромный портрет Эрвина. Абсолютно безупречный, строгий, с его фирменным взглядом, устремлённым в далёкую, величественную даль.       Мгновение тишины.       Ханджи молча смотрела на них, затем на портрет, потом снова на них.       — Давно это тут?       Леви тяжело выдохнул, кивнул, будто сам себе подтверждая выводы, и пробормотал:       — Я же говорил, он спятил…       Этажом же выше, в комнате царила удивительная гармония. Вивиан и Саша успели настолько быстро поладить, что казалось, знали друг друга всю жизнь. Девушки уютно расположились на кровати, болтая обо всём подряд, и разговор постепенно зашёл о прошлом.       — Кстати, я могу тебе погадать, — с энтузиазмом предложила Вивиан, игриво улыбаясь и ловко перебирая пряди своих рыжих волос. — Всего несколько золотых, и будущее предстанет перед тобой яснее, чем лысина Пиксиса в солнечный день.       Саша тут же заинтересованно приподнялась, глаза её загорелись от любопытства:       — Ого, а это точно сбывается? А скидка для подруг будет?       — Конечно, дорогая, — с деланным великодушием протянула Вивиан, уже воодушевлённо потянувшись к своим вещам чтобы найти шар. Она стала шарить рукой по кровати, по столу, заглянула под подушку и нахмурилась. — Вот говно… — раздражённо пробормотала она, — неужели у тётки оставила? А, и пусть ей… — Она махнула рукой и решительно достала из ящика колоду карт.       — Ну ладно, шар — это для дилетантов. С картами я тоже на «ты», — уверенно заявила Вивиан и принялась тасовать карты с такой скоростью, будто родилась с ними в руках. При этом вторая её рука машинально крутила нож, словно это была её вторая натура. Совсем не задумываясь, она резко метнула нож в висящую на стене мишень — в точности в центр, продолжая непринуждённо говорить:       — Итак, первый расклад покажет…       И ровно в этот момент дверь резко открылась, и в комнату вошёл Леви. Нож с громким стуком вонзился в мишень прямо у него на глазах, отчего капитан замер, ошарашенно расширив глаза.       Он молча смотрел на нож, затем его взгляд медленно скользнул на Вивиан, которая, не растерявшись, весело помахала ему картами.       — Придурошная, — абсолютно ровным голосом начал Леви, переводя взгляд обратно на нож, — куда ты убежала? Нам заниматься.       Вивиан театрально вздохнула, с преувеличенным сожалением глядя на Сашу:       — О, ну что поделать, дорогая. Судьба требует моего присутствия. — Она с неохотой поднялась, бросая на Леви игривый взгляд. — Капитан, если вы хотите видеть меня чаще, можно просто сказать, не обязательно бегать за мной по всему корпусу.       Леви только тяжело выдохнул и отвернулся к двери, явно жалея о каждом принятом решении, которое привело его к знакомству с этой женщиной.       Стоило двери комнаты закрыться за их спинами, как Леви мгновенно повернулся к Вивиан, буквально прижав её к стене тяжёлым, прожигающим взглядом. Не растерявшись, девушка улыбнулась ему ещё более задорно и, чуть выгнув бровь, прошептала с игривым намёком:       — Ну надо же, капитан. Вам настолько невтерпёж?       Леви на мгновение прикрыл глаза, словно мысленно пересчитывал оставшиеся капли терпения. Затем медленно выдохнул и холодно процедил:       — Дура, когда деньги вернёшь?       — Какие деньги? — Вивиан театрально похлопала ресницами, изображая искреннее недоумение. — Ах, ты про те мелочи из подземки? Совершенно не помню такого. Может, перепутал?       Леви сузил глаза и приблизился ещё ближе, практически касаясь носом её лица.       — Ты украла у меня месячную аренду и свалила. У меня из-за тебя теперь глаз дёргается от одной мысли про бордельную комнату. Так что либо ты вернёшь деньги, либо будешь отрабатывать.       Уголок её губ чуть дёрнулся вверх, и она, не удержавшись от возможности снова позлить его, лукаво прищурилась:       — Отрабатывать? Боюсь представить, каким образом.       Леви на мгновение замер, сообразив, какой смысл она вкладывает в эти слова, и быстро прикрыл глаза, мысленно пожелав себе терпения.       — Не льсти себе, идиотка, — процедил он сквозь зубы. — Отработаешь уборкой. Будешь тренироваться, пока руки не отвалятся. Посмотрим, на что ты вообще способна.       Вивиан слегка надула губы и тяжело вздохнула, откинув голову назад и прикрыв глаза:       — Эх, капитан, не умеете вы развлекаться. А я-то уж подумала…       Леви только раздражённо закатил глаза и отодвинулся от неё, шагнув к двери:       — Завтра утром. Ровно в семь. Опоздаешь — я тебя лично за ноги из кровати вытащу и закину в конюшню. Я ясно выражаюсь?       — Как день, — саркастично кивнула Вивиан и, всё ещё улыбаясь, смотрела ему вслед, пока он не отошёл на несколько шагов, топая чуть сильнее обычного.       Оставшись в одиночестве, она выдохнула и нервно хихикнула сама себе под нос:       — Ну и зверюга… Даже страшнее, чем я думала. Но забавный же, чёрт возьми…       Леви внезапно снова появился в дверном проёме, прервав её задумчивое разглядывание стены.       — Ты чего встала, как вкопанная? Идёшь? — раздражённо бросил он, чуть приподняв бровь.       Вивиан удивлённо посмотрела на него, словно пытаясь вспомнить, о чём речь:       — Иду… А куда?       Леви цокнул, медленно и демонстративно закатив глаза.       — У тебя память как у золотой рыбки. Сегодня тоже тренировки, и тебе лучше бы поторопиться, если, конечно, не хочешь, чтобы я за ухо тебя туда потащил.       — Капитан, вы так очаровательно ворчите, — ухмыльнулась она, поправляя волосы и поспешно шагая к двери. — Кто-нибудь уже говорил, что вы само обаяние?       — Не мели чушь, — коротко ответил Леви, пропуская её вперёд и стараясь не смотреть в её хитро улыбающееся лицо.       Леви медленно спускался вниз, из последних сил стараясь не реагировать на шелест шагов позади — Вивиан брела следом, периодически пытаясь рассмотреть своё отражение в окнах и что-то напевая себе под нос.       Внизу было неожиданно оживлённо — Майк и Ханджи о чём-то спорили с такой энергией, что даже не сразу заметили, как Леви уже встал рядом.       — В чём дело? — с тяжёлым вздохом спросил он, будто уже заранее пожалел, что вообще ввязался в это.       Вивиан ловко протиснулась между ним и перилами, с любопытством уставившись на собеседников.       — О, секретики? — весело подала она голос, но её проигнорировали.       Ханджи повернулась к ним, покачав головой:       — Зачастили случаи пропажи молодых девушек. Это уже третья за последние несколько месяцев.       Леви нахмурился, а Вивиан незаметно вытянулась, явно заинтригованная.       — Кто-то важный? — коротко уточнил Леви.       — Нет, и в том-то и странность, — ответил Майк, задумчиво почесав затылок. — Ни проституток, ни благородных дам. Все — обычный средний класс. Никто не особо выделялся, но и не из нищеты.       Леви вздохнул.       — И что? Военная полиция как обычно сложила лапки?       — А ты сомневался? — Ханджи фыркнула. — Как всегда. Скорее всего, эта задача ляжет на нас. Разведку сейчас попросили повременить с выходами за стены, так что надо же чем-то нас занять.       — Ну конечно, — проворчал Леви.       Майк тяжело вздохнул.       — Боже, если я ещё раз услышу “вы же всё равно пока без работы”, я кого-то застрелю.       — Кто-нибудь хоть что-то видел? — Леви проигнорировал его жалобы, переводя разговор в рабочее русло.       — Ну, очевидцы говорят, что кто-то видел странную фигуру в плаще, крутившуюся неподалёку от одной из пропавших девушек, но это всё, — Ханджи закатила глаза. — Типичный городской слух.       Вивиан, до этого просто слушавшая, медленно подняла бровь и лукаво усмехнулась.       — Та-а-ак, это начинает мне нравиться.       Леви медленно повернул к ней голову, смерив убийственным взглядом.       — Тебе-то что за дело?       — О, капитан, ну что вы! — Вивиан сложила руки на груди и сделала драматическое лицо. — Когда молодые невинные девушки исчезают, нельзя стоять в стороне! А вдруг следующая — я?       — Ты? — Леви смерил её взглядом с ног до головы. — Да ты скорее сама кого-нибудь похитишь.       — Оу, комплимент? — подмигнула Вивиан.       Леви тихо застонал от раздражения.       Ханджи же с ухмылкой наблюдала за их диалогом.       — Ну, если ты так хочешь помочь, можешь поработать приманкой, — небрежно предложила она.       Вивиан задумалась на секунду.       — Я подумаю.       Майк фыркнул:       — А я бы на месте похитителей побоялся связываться с тобой.       Леви провёл рукой по лицу и двинулся дальше.       — Хватит болтать, пошли на тренировку, — он обернулся к товарищам. — Посыпьте солью входную дверь.       Вивиан весело подпрыгнула и последовала за ним, а Ханджи с Майком переглянулись.       — Пять серебряных, что она сведёт его в могилу быстрее, чем титаны, — тихо пробормотал Майк.       Ханджи ухмыльнулась.       — Десять, что он утопит её в лошадином питьевом фонтанчике.       На улице было солнечно, даже чересчур солнечно, если учитывать настроение капитана. Птицы щебетали особенно громко, будто намеренно подшучивая над его отчаянием. Леви остановился на площадке и устало посмотрел на Вивиан.       — Надевай уже эти чёртовы ремни и не выёбывайся, — процедил он сквозь зубы, протягивая ей снаряжение.       Она внимательно осмотрела странные ремни и лениво приподняла бровь:       — Вас с Фарланом в борделе этому научили?       Леви раздражённо цокнул языком и, не выдержав, кинул ремни прямо в неё. Вивиан неожиданно ловко их перехватила и невозмутимо улыбнулась, словно ожидая комплиментов.       — Поняла, поняла, капитан. Кипиш поднял на ровном месте.       Леви посмотрел на неё с явным сожалением обо всех принятых в своей жизни решениях и тихо выдохнул, мысленно готовясь к худшему. Он устало посмотрел на неё, мысленно пожелав себе бесконечного терпения, и кивнул в сторону тренировочного поля:       — Десять кругов по полю.       Вивиан возмущённо раскрыла рот и посмотрела на него так, будто ей предложили добровольно прыгнуть в пасть титану:       — Ты что, издеваешься? Я вообще-то не животинка в цирке, чтобы так бегать!       — Тебе до животинки недалеко, — безжалостно бросил он, складывая руки на груди и глядя на неё с откровенным раздражением.       Вивиан фыркнула и демонстративно отвернулась, пробормотав что-то неразборчивое. Она резко развернулась на сто восемьдесят градусов и с недовольным лицом побежала вперёд, даже не глядя перед собой.       — СТОЙ! — запоздало крикнул Леви.       Вивиан не успела затормозить и с полным размахом врезалась в Майка, который как раз нёс несколько деревянных досок, чтобы починить конюшню. Доски с грохотом полетели на землю, а Майк, пошатнувшись, едва удержался на ногах.       — …Ты тупая? — спокойно уточнил Леви, наблюдая, как Майк пытается прийти в себя после столкновения.       Вивиан сразу же принялась обмахивать бедолагу, бросая капитану обвиняющий взгляд:       — Мужик, ты живой? Честно, это он виноват, — она многозначительно указала на Леви.       Майк непонимающе моргнул и медленно перевёл взгляд на капитана, словно требуя объяснений.       Леви только тяжело выдохнул, медленно прикрыв глаза:       — Бегай по кругу, а не по людям.       Тренировка продолжалась, и Вивиан уже всерьёз задумывалась, а не был ли Леви в прошлой жизни палачом. Она выдохлась до состояния, когда даже мысли двигались медленнее,  надеялась, что этот ад наконец-то закончился, но Леви оставался невозмутим, разве что с едва заметной долей садистского удовлетворения наблюдая за её страданиями.       — Наконец-то всё… — пробормотала она, вытирая пот со лба и надеясь, что пытка закончена. Но Леви только равнодушно посмотрел на неё и кивнул в сторону конюшни.       — Отдохнёшь на лошади, — коротко бросил он и, даже не оглянувшись, двинулся вперёд.       Вивиан приоткрыла рот от возмущения, но слова застряли в горле, когда до неё дошло, что он абсолютно серьёзен.       Через пару минут они остановились перед массивной деревянной дверью конюшни, и Леви, повернувшись к ней, с каким-то странным удовлетворением указал на вход:       — Знакомься. Теперь это твоё постоянное место на всё время службы.       Он на секунду задумался, и его губы чуть тронула зловещая улыбка, пока он представлял, как заставит её драить всё это помещение до блеска.       Стоило им войти внутрь, как в нос ударил настолько резкий запах, что Вивиан невольно зажала лицо руками, с трудом сдерживая приступ кашля:       — Господи боже, что за ароматы?       Леви только с холодным удовлетворением посмотрел на неё и ухмыльнулся:       — Именно. И тебе придётся с ними очень тесно познакомиться.       Леви молча указал на одинокую лошадку, мирно стоявшую у дальнего загончика.       — Кстати говоря, твоя лошадь.       Вивиан прищурилась, осматривая бедное животное. Лошадка была старше, чем сами стены Шиганшины, и выглядела так, будто пережила не одно падение монархии.       — Это что за пазл на ножках? — выдохнула она, медленно подходя ближе.       Она провела рукой по гриве, но едва коснулась, как несколько волосков остались у неё в ладони.       — Боже, да у неё волосы выпадают!       Она осторожно посмотрела на руку, а затем, её взгляд упал вниз.       — …Как в студенческие годы. Куча хвостов.       Подняв глаза на Леви, она вскинула брови:       — Ты издеваешься?       Леви буркнул:       — Чего это ты себя неформально ведёшь?       Но Вивиан его проигнорировала, снова оглядывая бедное животное, которое даже не моргало, просто стояло с выражением вселенской тоски на морде.       — К возрасту нужно относиться с почтением, — продолжил Леви, скрестив руки на груди. — Эта лошадь многое пережила, будь с ней аккуратнее. Не хватало ещё, чтобы ты её в могилу свела.       Вивиан возмущённо развела руками:       — Да она одним чихом откинется!       Лошадь в этот момент громко фыркнула, и у Вивиан мелькнуло настоящее беспокойство. Она осторожно положила руку на её шею.       — Спокойно, старая, давай без резких движений. Не дай бог, тебе инфаркт стукнет, меня ж обвинят.       Они аккуратно вывели лошадь из конюшни, хотя правильнее было сказать, что она сама по себе медленно выползла на свет божий, еле передвигая ноги, будто всё это ей уже осточертело.       Вивиан шла рядом, глядя на свою новую боевую подругу с нескрываемым скепсисом:       — Ладно бы просто старая… но она же не то что в матери, а в бабки мне годится.       Леви без лишних эмоций пожал плечами:       — Никто и не сомневается, что вы родственники.       Вивиан резко распахнула дверь конюшни, готовая что-то отбрить в ответ, но та резко распахнулась, и с глухим звуком впечаталась в лицо ничего не подозревающего Майка.       — Ой! — тихо удивился он, не удержав равновесие и плюхнувшись на землю, слегка прищурившись от боли.       Она медленно моргнула и осторожно выглянула за дверь.       — Ой-ёй, мужик… — выдохнула Вивиан, запрыгивая к нему на корточки и хватая за плечо. — Всё нормально?       Тот кивнул, чуть сощурившись от боли:       — Да всё хорошо, хорошо…              — Какие «хорошо»?! — возмутилась она, осматривая его. — У тебя юшка с носа течёт.       Она хлопнула рукой по карману, вытащила носовой платок и попыталась поднести его к Майку, но тот только отмахнулся и натянуто улыбнулся:       — Да я привык.       Леви же стоял в сторонке, слегка прикрыв глаза и молча переваривая происходящее.                    В это время в столовой царил привычный гул, разбавленный стуком ложек о тарелки и бессмысленными разговорами о буднях. Саша, как обычно, сосредоточенно поглощала всё, что можно было найти в радиусе вытянутой руки, и, не переставая жевать, бросила Конни задумчивую идею:       — Завтра выходной, можно было бы выбраться в город и поесть уличной еды, а?       Конни, с лёгким отвращением глядя, как та умудряется одновременно жевать и говорить, нахмурился:       — Как ты вообще можешь говорить про еду, когда ешь?       — А ты разве не говоришь про жизнь, когда живёшь? — парировала Саша, закидывая в рот очередную ложку каши.       Конни прищурился, пытаясь осознать глубину её мысли, но его прервал Жан, который вдруг возник возле них с довольной ухмылкой, непривычно широкой даже для него.       Он с шумом отодвинул стул и сел рядом, оглядывая друзей победоносным взглядом:       — Всем привет! — выпалил он, совершенно не скрывая своей радости.       Конни подозрительно взглянул на него, чуть отодвигаясь:       — Ты чё это лыбишься, будто у тебя таракан в штанах пляшет?       Жан самодовольно закинул руки за голову и откинулся на спинку стула:       — Да так, пустяки, завтра у меня свидание с девушкой, — протянул он, смакуя каждое слово.       Саша чуть не подавилась едой, выпучив глаза от удивления, а Конни приподнял брови, с недоверием рассматривая довольную физиономию друга:       — Ты и свидание? Точно свидание, а не поход в книжный с Армином?       Жан скривился, явно задетый намёком:       — Завидуйте молча, крестьяне.       За соседним столом внезапно заржал Эрен, хлопнув по плечу смеющегося Армина и громко озвучивая какую-то очередную несмешную шутку, после чего снова заржал, теперь уже в одиночестве.       Конни с замешательством покосился на него:       — Он что, опять рассказывает анекдоты, которые только сам и понимает?       Саша, забыв о своей еде, вдруг с хитрым блеском в глазах повернулась к Жану:       — Так кто твоя жертва?       Жан, закатив глаза и театрально вздохнув, с мечтательной улыбкой произнёс:       — Если хотите знать, это самая милая и отзывчивая девушка во всех трёх стенах.       За соседним столом Эрен, услышав это, громко фыркнул и, повернувшись к Жану, ехидно усмехнулся:       — Ну и нахер ты ей тогда сдался?       Жан, даже не оборачиваясь, тут же метнул в сторону Эрена салфетку, которая пролетела мимо и приземлилась прямо на тарелку Микасы. Девушка медленно подняла взгляд на Жана, заставив его почувствовать себя неловко, и тот, нервно кашлянув, строго предупредил:       — В следующий раз будет каша, так что закрой рот.       Конни, заметив раздражение друга, решил успокоить его и нагло похлопал парня по голове. Жан резко отдёрнулся, ошарашенно глядя на Конни:       — Ты чё творишь, идиот?!       Конни невинно моргнул, пожимая плечами:       — А что, животным разве не нравится, когда их гладят?       Саша прыснула от смеха, едва не уронив тарелку с остатками обеда, а Эрен снова громко заржал, хлопнув ладонью по столу так, что посуда подпрыгнула. Жан лишь в ужасе закрыл лицо рукой, словно смиряясь с мыслью, что ему придётся терпеть этих идиотов до конца своей службы.       — Лошадь блохастая.       На другом конце казарм, на тренировочной площадке, атмосфера была далека от дружеских посиделок в столовой.       Леви с каменным лицом швырнул Вивиан седло.       — Закрепи.       Вивиан подхватила его, чуть не выронив от неожиданности, и с ужасом осмотрела этот древний артефакт, который, похоже, пережил все войны, пожары и, возможно, саму стену Мария.       — Это что за ужас? Оно же сейчас развалится!       Она постучала по нему кулаком, и седло подозрительно скрипнуло.       — Я в этом ничего не понимаю, но интуитивно чувствую, что оно вот-вот разлетится на части.       Леви с раздражением посмотрел на неё, сложив руки на груди.       — В пару твоей лошади пойдёт.       Вивиан покосилась на свою клячу, которая в этот момент задумчиво ковыряла копытом землю, явно забыв, зачем вообще вышла из конюшни.       — Ну, тут не поспоришь.       Девушка недовольно надула губы и уже собиралась ответить какой-нибудь колкостью, но тут из столовой послышался грохот — что-то явно с треском и звоном упало на пол. Птицы, испуганно хлопая крыльями, взлетели с крыши казармы и растворились в небе. Леви сцепил зубы и медленно, тяжело вздохнул, явно пересчитывая в голове способы убийства особо одарённых кадетов.       — Господи, пусть Ханджи разбирается, у меня и так дел по горло.       — О-о-о, и что же у вас там по горло? Неужели командор проказничает?       После её слов Леви резко замер, а его глаза медленно расширились в искреннем, неприкрытом шоке. Казалось, он только что услышал что-то настолько нелепое, что его мозг просто отказался это обрабатывать. Он несколько секунд молча смотрел на Вивиан, пытаясь осознать глубину её идиотизма, прежде чем, сжав челюсти, выдал:       — Я тебя убью.       Голос был ровным, спокойным, почти медитативным.       — Если ты прямо сейчас не прикрепишь это блядское седло к такой же блядской лошади.       Вивиан округлила глаза, будто оскорблённая за свою новую напарницу. Лошадь, будто поддерживая её, недовольно фыркнула, чуть приподняв голову.       — Видишь? Она тоже не в восторге! — возмутилась Вивиан, бросая на капитана укоризненный взгляд. — Тебе не кажется, что ты ведёшь себя грубо?       — Заткнись. — Леви снова потёр переносицу, уже искренне сожалея, что согласился на этот цирк. — Работай.       Она закатила глаза, поднимая седло.       — Работай, работай… Вот только если я умру, тебя будут судить.       Леви усмехнулся:       — Это меня и останавливает.       Девушка выдохнула, с тоской глядя на свою новую напарницу. Лошадь выглядела так, будто уже мысленно написала завещание и готова отправляться на покой. Старуха явно не испытывала энтузиазма по поводу того, что её снова заставили работать.       — Чувствую, мы с тобой подружимся, — пробормотала Вивиан, похлопывая её по боку.       Седло в её руках ощущалось массивным, неудобным и совершенно непонятным. Она окинула его взглядом, но логики не находила. Где тут верх? Где низ? Почему эти ремни выглядят так, будто предназначены для пыток?       За спиной раздался тяжелый вздох Леви.       — Ты издеваешься?       Вивиан проигнорировала его, продолжая вглядываться в седло, словно древние письмена. На мгновение ей даже показалось, что лошадь закатила глаза. Затем та протянула морду и ткнула носом в нужную сторону седла.       Девушка прищурилась.       — Спасибо за подсказку, мудрая старуха, — шепнула она, медленно начиная что-то делать.       Секунда… две… пять…       Со стороны это выглядело так, будто она пыталась натянуть свитер на холодильник.       Леви, наблюдая за этим цирком, снова провёл рукой по лицу.       — Господи, — пробормотал он.       Вивиан, весь процесс громко бурча и жалуясь на «подземные пытки», наконец-то закончила. В её глазах горел огонь победы.       — Вуаля! — заявила она, отойдя в сторону и демонстрируя результат.       Леви молча уставился на лошадь с перевёрнутым седлом. Кобылка ещё раз фыркнула, словно прося об эвтаназии.       — Я тебя сейчас убью, — спокойно сказал Леви.       — Ой, ну не начинай! Я почти разобралась!       — У тебя стремена там, где должно быть седло.       Вивиан нахмурилась, снова взглянула на свой «шедевр» и замерла.       — …Так вот почему ремешки выглядели странно…       Леви закрыл глаза, собираясь с силами.       — Развязывай и переделывай.       — Ладно-ладно! — Она снова подступилась к лошади, которая обречённо вздохнула.       Этот день был длинным. Особенно для бедного животного.       Леви терпел столько, сколько мог.       Вивиан возилась с седлом уже несколько минут, пытаясь разобраться, куда какой ремень тянуть, но выглядело это так, будто она пыталась решить древний ребус.       Лошадь, судя по её выражению, уже готова была самостоятельно накинуть на себя седло и покончить с этим.       — Всё, отойди, — резко скомандовал Леви, у которого лопнуло терпение наблюдать за этим цирком. Он решительно шагнул вперёд и оттолкнул Вивиан в сторону. — Смотри и учись, недоразумение.       Но едва Леви взялся за седло, как пожилая лошадь решила, что на сегодня её терпение исчерпано. Она нервно дёрнулась, громко фыркнула и неуклюже толкнула плечом Вивиан. Девушка, потеряв равновесие, с тихим вскриком полетела назад, зацепившись за Леви, который в этот момент тоже потерял устойчивость, пытаясь удержаться за седло.       Мир перевернулся в глазах обоих, а через мгновение они с грохотом повалились на землю. Пыль взметнулась в воздух, а затем воцарилась мёртвая тишина. Она замерла, пытаясь понять, куда именно приземлилась. Ощущения были странные: её лицо упиралось во что-то твёрдое, но не в землю — поверхность была определённо теплее и как будто… живая?       «Твою мать…» — пронеслось в её голове, и только тогда девушка полностью осознала, что её лицо плотно уткнулось прямо…       Повисла мучительная, неловкая тишина, в которой было слышно даже дыхание той самой несчастной лошади, которая, кажется, наблюдала с открытым любопытством.       Вивиан очень осторожно подняла голову, заглядывая в глаза Леви, которые медленно расширялись от шока, ярости и смущения одновременно.       — …Ты сейчас что делаешь? — медленно выдавил Леви, сжав челюсти.       — Знаешь, капитан, у меня есть две новости. Одна плохая, другая хорошая. С какой начать?       — С той, после которой я не убью тебя сразу, — холодно процедил он.       — Хорошо. Плохая: кажется, твой маленький друг больше не такой уж и маленький… — она многозначительно улыбнулась. — Хорошая же в том, что теперь я понимаю, почему у тебя такой отвратительный характер: вся кровь явно не доходит до мозга.       Леви закрыл глаза, тяжело выдыхая и явно мысленно отчитываясь перед богами за все свои грехи. Вивиан, всё ещё лёжа у него между ног, совершенно не торопилась вставать, наслаждаясь редким моментом полного превосходства.       — Придурошная, — медленно и очень спокойно начал он, хотя в голосе уже проступали ледяные нотки угрозы, — если ты сейчас же не уберёшь свою наглую морду от моего паха, я обещаю, что следующую вылазку за стену ты совершишь без лошади.       — Подожди, ты уверен, что хочешь, чтобы я сейчас резко двинулась? — с подозрением спросила она, чувствуя, что ситуация становится всё пикантнее.       Леви молча закрыл глаза.       — Вивиан…       — Окей-окей! Только, ради всего святого, не дёргайся!       Она попробовала подняться, но её волосы зацепились за ремень его формы.       — А, ну класс.       Леви медленно открыл глаза и устало выдохнул.       — Что ещё?       — Кажется, я застряла.       — КОНЕЧНО.       Она дёрнулась ещё раз, но стало только хуже. Леви резко напрягся.       — ОСТАНОВИСЬ!       — Ой, капитан, неужели ты заводишься?       — Я завожусь? — Леви сжал зубы. — Ты башкой в моих штанах, какого хрена мне заводиться?!       Леви резко дёрнул её за волосы, но аккуратно, чтобы не вырвать к херам.       — СЕЙЧАС ЖЕ ОТЛЕПИСЬ.       — Да пытаюсь я!       — СТОП. НЕ ДВИГАЙСЯ.       — Ты уже определись!       Лошадь снова фыркнула и просто ушла в сторону, явно не желая участвовать в этом цирке.Леви прикрыл лицо ладонью, считая до десяти.       — Ты меня заебала.       — Ай-ай-ай! Стой! Стой! Не дёргайся, больно же, блядь! — завопила она, хватаясь за голову и отчаянно пытаясь распутать спутанные пряди.       — Ты серьёзно? — мрачно процедил Леви, пытаясь оттолкнуть её голову от себя, но от этого становилось только хуже.       — Я серьёзно, мать твою! — вскрикнула Вивиан, зажмурившись. — Просто не шевелись, я сама распутаюсь.       — Ещё чего, — процедил он, глядя куда-то вверх, словно ища помощи у небес. — Если ты сейчас же не уберёшь от меня свою голову, я лично тебя побрею налысо. Прямо сейчас.       — Капитан, мои волосы святы! — в панике завопила она, пытаясь аккуратно освободиться, но каждый раз причиняла себе ещё больше боли. — Они моё главное оружие в обольщении!       Леви закрыл глаза и медленно выдохнул, с трудом сдерживая убийственное желание.       — Мне абсолютно плевать на твои святые волосы и на твоё обольщение, — спокойно и чётко проговорил он. — Я клянусь всеми богами, если ты не освободишься за десять секунд, я отрежу их прямо тут, и ты будешь похожа на ободранного цыплёнка.       Вивиан охнула, чувствуя, как лицо горит от натяжения и боли.       — Да заткнись уже и помоги мне! Сама я явно не справлюсь!       Леви сжал кулаки, стараясь успокоиться и хоть как-то исправить ситуацию. Он очень осторожно приподнял её голову, пытаясь ослабить натяжение волос, и с таким выражением на лице, будто обезвреживал взрывчатку, начал распутывать пряди.       — Ты могла бы хотя бы помолчать? — холодно бросил он, аккуратно потянув волосы в сторону.       — А ты мог бы хотя бы не тыкать мне своим… этим самым… прямо в нос! — недовольно пробурчала Вивиан.       — Замолчи, — жёстко отрезал он, глядя ей прямо в глаза сверху вниз, — или я специально их затяну покрепче.       Она возмущённо замерла, поджав губы и пытаясь не двигаться, в то время как Леви терпеливо распутывал её роскошные рыжие локоны от пряжки ремня, думая лишь о том, за какие грехи его настигло такое издевательство судьбы.       — Вы что тут… — послышался знакомый голос.       Леви резко замер, Вивиан тоже. Медленно, как в замедленной съёмке, они повернули головы к источнику звука.       Перед ними стоял сбитый с толку Эрвин, который с приподнятыми бровями и лёгким замешательством оглядывал всю эту… картину. Он неловко почесал затылок, явно не понимая, какого хрена перед ним разыгрывается столь двусмысленная сцена.       Леви выглядел так, будто был готов заплакать. Он нервно перебирал прядки волос Вивиан, пытаясь как можно быстрее распутать этот чёртов узел, пока его начальник не подумал чего-то непоправимого.       — К-командор, — выдавила она, быстро выпрямляясь, но неудачно дёрнула головой, что вызвало новую волну боли. — Ай, твою же…       — Не дёргайся, блять, я и так на грани.       Леви напрягся ещё сильнее.       — Клянусь, Эрвин, — выдавил он, стараясь звучать спокойно, хотя голос уже предательски дрожал, — эта идиотка просто зацепилась за мой ремень своими погаными волосами.       Эрвин, стараясь сохранить серьёзное выражение лица, едва сдерживал улыбку и деликатно отвернулся, прикрывая рот ладонью.       — Я… наверное, не вовремя, — осторожно пробормотал он, делая шаг назад. — Не буду вам мешать, вы тут… заканчивайте, что начали.       — Нет, командор, подождите! — вскрикнула Вивиан, пытаясь повернуть голову, но тут же зашипела от боли. — Это совсем не то! Вы всё неправильно поняли!       Эрвин неловко кашлянул, уже почти смеясь, но всё же пытаясь сохранить остатки достоинства:       — Да-да, я всё понимаю, вы не торопитесь. — Он снова покосился на Леви, чьё лицо выглядело трагичнее, чем у любого солдата, побывавшего в пасти титана. — Просто… на будущее, выбирайте более… подходящие места для этого.       Командор быстро развернулся и скрылся за дверью конюшни, а Вивиан жалобно застонала, уронив лицо обратно на бедро Леви.       — Всё, капитан, это конец. Он же подумал, что мы тут… этим самым занимаемся!       Леви, тяжело дыша, резко потянул прядь волос и процедил сквозь зубы:       — Если ты не замолчишь прямо сейчас, я и правда начну этим самым заниматься. Но с твоими волосами. Ножницами. Без жалости.       Как только Леви наконец-то освободил её волосы, он подскочил, словно ошпаренный, и тут же отряхнул форму, будто с него только что сняли какую-то мерзость. Вивиан же, напротив, осталась сидеть на земле, выглядя абсолютно раздавленной.       Но не от боли.       От унижения.       Её губы поджались, а глаза подозрительно заблестели, как у брошенного щенка. Она драматично схватилась за его ногу обеими руками, прилипнув к нему, как утопленник к последней доске спасения.       — Ты меня опозорил… — жалобно всхлипнула она, глядя на него снизу вверх с таким выражением, будто он только что сломал ей всю жизнь.       Леви резко дёрнул ногой, но Вивиан вцепилась только крепче.       — Ты и так сплошное позорище, отпусти ногу! — рявкнул он, пытаясь её оттолкнуть.       Она закатила глаза и демонстративно всхлипнула ещё раз, цепляясь ещё крепче:       — Я думала, мы уже достаточно близки…       — Близки? — его глаз нервно дёрнулся. — Ты башкой мне в яйца воткнулась! Если это твоё понимание “близости”, то мне страшно за твоё будущее!       — Капитан, не отвергай меня… — пробормотала она трагичным голосом, всё ещё держа его за ногу и выглядывая из-под рыжих прядей, словно жертва бесчеловечной разлуки.       Леви закатил глаза, вдохнул поглубже, затем снова выдохнул, осознавая, что это не просто девушка, а самое большое испытание его терпения за всю жизнь.       — Даю тебе три секунды.       — А потом что? Разденешь меня?       — Раздену и выкину голой за стену.       Вивиан склонила голову набок, будто обдумывая это предложение.       — Хм, ты любишь по-жёсткому?       Леви поднял её за шкирку, как котёнка, и просто отнёс подальше от себя, в глубине души начиная понимать, почему люди теряли терпение и пропадали без вести.