Глава 14 - Элегрыз натуральный.

Над Хогвартсом раскинулось густое ночное небо, усыпанное звёздами. Луна мягко освещала башни замка, а из окон ещё тянулся тёплый золотистый свет. Полусонные ученики медленно расходились по гостиным своих факультетов, тихо переговариваясь и зевая на ходу. Каэлия шла по тёмному коридору, слегка кутая руки в рукава мантии. Её шаги гулко отдавались эхом, пока она не пересекла портрет Полной Дамы, которая сонно зевнула и лениво отворила проход. В гостиной Гриффиндора царила уютная тишина. На своём привычном месте у окна сидел Джордж — с пергаментом в руках и пером в зубах, нахмурив брови, будто занимался чем-то крайне серьёзным. Чуть поодаль, на диване, Анджелина вальяжно устроилась, а у неё на коленях, почти полностью растянувшись, лежал Фред. Девушка перебирала его волосы и смеялась над какой-то его очередной шуткой. Подойдя к окну, Каэлия остановилась рядом с Джорджем и наклонилась, чтобы заглянуть в его записи. Он настолько был поглощён делом, что даже не заметил её присутствия. — Джо, что ты там опять выдумываешь? — приподняв бровь, спросила Блэк. — Дай-ка посмотреть. — Она протянула руку, чтобы перехватить пергамент. — Тише-тише, Блэк, — Джордж тут же поднял лист повыше, чтобы она не дотянулась. — Могу прочитать, но в руки не дам. Ещё порвёшь. Каэлия закатила глаза и махнула рукой. — Начинай уже. — Тут я, в общем, подумал, что тебе не хватает прозвища. — Он почесал затылок и снова уставился в пергамент. — Вот сижу и придумываю… У меня уже есть несколько вариантов. Не дождавшись от неё ни возражений, ни согласия, Джордж начал зачитывать список: — Первое: Шмякля. Потому что ты на втором курсе споткнулась о мантию и покатилась с лестницы с таким громким «шмяк», что, кажется, услышал весь замок. Второе: Звёздочка. Просто мило… даже слишком. Третье: Лияшка. Потому что тебя бесит, когда тебя называют «Лия», а я люблю тебя бесить. Четвёртое: Каэлёнок… не спрашивай, просто звучит. Пятое: Лиягрозка. Потому что характер у тебя несносный, как у грозы, и звучит прикольно. Шестое: Лися — и имя, и твоя хитрость как у лисы в одном флаконе. Седьмое: Элигрыз. Потому что любишь спорить и огрызаться. Восьмое: Каэлёпка… просто так. — Джордж! — возмутилась Каэлия. — Первое вычеркни, забудь, сожги и развей пепел! Хотя… пятое и седьмое мне нравятся. С характером. — Отлично! — ухмыльнулся он. — Значит, именно так я тебя и называть не буду. — Он демонстративно перечеркнул что-то на пергаменте. — Хотя «Элигрызом» я тебя точно буду звать, клянусь. — Он театрально приложил руку к сердцу. — Эй, вы чего там шушукаетесь? — позвала их Анджелина. — Идите к нам. Каэлия и Джордж переглянулись и покорно подошли к дивану, усевшись напротив друзей. По своей привычке Каэлия закинула ноги Джорджу на колени. — Мне удобно, не жалуйся, — предупредила она. На удивление, он даже не попытался их скинуть, а только попытался стащить у неё носок. Они просидели так до полуночи. Камин тихо потрескивал, угли в нём уже тлели, разбрасывая мягкий оранжевый свет. В гостиной было тепло, и Каэлия, уютно устроившись, поймала себя на мысли: «Рядом друзья, рядом Джо… хотя это одно и то же. А если они рядом — значит, мне хорошо». — Фу! — поморщился Джордж, когда Анджелина наклонилась и нежно поцеловала Фреда в губы. — Как вам не стыдно? Мы же тут с вами! Стыд и позор! — Да ладно тебе, Джо, — стукнула его по плечу Каэлия. — Они любят друг друга, не завидуй. — А чему тут завидовать? — поднял бровь Уизли. — Ну… они целуются, а ты, — она слегка хмыкнула, — сегодня даже к своей девушке не подошёл, хотя она тебя взглядом съедала. — Элигрыз натуральный, — буркнул он, откинувшись на спинку дивана. Каэлия услышала и снова стукнула его по плечу. Вскоре, около часа ночи, ребята всё-таки разошлись по своим спальням. В комнате гриффиндорок царила кромешная темнота. Джинни уже давно спала, сладко посапывая и иногда что-то бормоча. Однажды она даже выдала сквозь сон: «Гарри…», чем вызвала у Каэлии и Анджелины тихий, сдержанный смех. Они еле-еле удержались, чтобы не рассмеяться так громко, что разбудили бы пол-Хогвартса. Вскоре девушки тоже уснули, погружаясь в тихий, тёплый сон, в котором ещё долго тлел уют прожитого вечера.

***

Утро началось медленно, как это обычно бывает после позднего вечера в гостиной. За окном уже давно светало, но в комнате девочек было всё ещё полутемно — тяжёлые бордовые шторы лениво шевелились от сквозняка, а где-то под кроватью что-то тихонько скрипело, заставляя Джинни подозрительно коситься вниз. Каэлия сидела на краю своей кровати, закинув одну ногу на сундук, и бездумно вертела в руках перо. На столике перед ней стояла открытая тетрадь, но писать она в неё явно не спешила. — Ты уже встала? — раздалось сонное бурчание с соседней кровати. Анджелина, с растрёпанными волосами, выглянула из-под одеяла одним глазом. — Зачем? — Потому что я адекватный человек, — ответила Каэлия, хотя сама понимала, что аргумент сомнительный. — А ты, судя по виду, не то что вставать, ты вообще разговаривать не готова. Анджелина с трудом села, но тут же завалилась обратно, застряв где-то на середине движения. — Нет, ну вот зачем утром школа? — спросила она потолок. — Почему нельзя сделать уроки днём, а утром спать? — Потому что тогда мы бы жаловались, что днём слишком светло, — вставила Джинни, которая в этот момент пыталась заплести косу, одновременно подпрыгивая на одной ноге в поисках носка. В комнате воцарилась привычная утренняя суета: кто-то подбирал упавшие перчатки, кто-то шарил в ящике в поисках книги, кто-то ругался на исчезнувшую заколку. В процессе Каэлия обнаружила, что её учебник по Зельям загадочным образом оказался под подушкой у Джинни. — Ты что, решила спать с моей книгой? — подозрительно прищурилась Каэлия. — Она была мягче, чем моя, — невозмутимо ответила Джинни и продолжила заплетать косу. Когда они, наконец, собрались, в гостиной уже было людно: кто-то торопился на завтрак, кто-то обсуждал домашку, а первокурсники бегали туда-сюда, постоянно натыкаясь на старшекурсников.

***

После завтрака день начал набирать обороты. На первых двух уроках Каэлия сидела с Анджелиной, делая пометки и вполуха слушая, как та вполголоса комментирует ответы других учеников. Они успели перешептаться, посмеяться над неудачной формулировкой заклинания у какого-то слизеринца и в процессе чуть не пропустить вопрос, который учитель задал прямо им. Но спокойное утро закончилось на Защите от тёмных искусств. — Мисс Блэк, пересаживайтесь к мистеру Уизли, — безапелляционно сказал профессор, поправляя очки. В классе сразу послышались приглушённые смешки. Джордж, сидевший у окна, торжественно откинулся на спинку стула и сделал приглашающий жест. — Добро пожаловать в райский уголок, — заявил он. — Здесь всегда свежо, и сосед шутит лучше всех в Хогвартсе. — Ага, вот только сосед у тебя один — и он же самый шумный в Хогвартсе, — отозвалась Каэлия, но всё же пересела. Сначала они действительно пытались слушать лекцию. Преподаватель увлечённо рассказывал о защитных заклинаниях против иллюзий, но Джордж продержался ровно три минуты. — Видишь, как у него мантия блестит? — шепнул он, наклоняясь. — Думаешь, это ткань такая или он случайно пролил на неё зелье невидимости? — Если бы пролил, она бы исчезла, — сдержанно ответила Каэлия. — Хотя… может, она исчезла, а мы видим только иллюзию. — Гениально! — зашептал Джордж, стукнув кулаком по парте. — Это план для нашего следующего розыгрыша. Он вытащил клочок пергамента и начал быстро чертить что-то, краем пера задевая её тетрадь. На полях у неё появилась странная надпись: «Если он сейчас чихнёт, мантия взорвётся». Каэлия, едва сдержав смешок, дорисовала к этой фразе маленький комикс, где профессор улетает вверх с облаком дыма. — Мисс Блэк, мистер Уизли, — грозно произнёс учитель, не отрываясь от доски, — вы случайно обсуждаете тему урока? — Да! — одновременно сказали они, но так синхронно, что класс разразился смехом. Джордж, не успокаиваясь, продолжил тихонько передразнивать интонацию профессора, и в итоге Каэлия всё же прыснула в голос. Это стало последней каплей. — После ужина оба — на отработку, — объявил учитель, и класс снова прыснул. Когда прозвенел звонок, Джордж довольно бросил: — Ну вот, мы теперь официально партнёры по наказаниям. — Великое достижение, — покачала головой Каэлия, но улыбка у неё всё же появилась.

***

Вечер опустился над Хогвартсом мягким покрывалом темноты, и в гостиной Гриффиндора уже начинала таять дневная суета. По углам трещали последние дрова в каминах, а сквозь высокие окна пробивался серебристый свет луны. Каэлия и Джордж, чуть смущённые своим наказанием, вошли в пустой класс, где обычно проходили занятия по Защите от тёмных искусств. — Ну что, — вздохнул Джордж, оглядываясь, — теперь у нас есть шанс почувствовать себя настоящими нарушителями порядка. — Нарушителями порядка? Ты серьёзно? — усмехнулась Каэлия. — Мы всего лишь немного развлекались. — Ага, и это сразу «после ужина — на отработку». Чёрт, я думал, что нам хотя бы похвалу дадут, — пошутил он и присел за одну из парт. — Похвалу? Да мы ещё и таблички «Самый громкий класс» должны получить, — ответила она, усаживаясь рядом. Они обменялись улыбками и начали вытаскивать свои учебники и пергаменты. Но на этом «работа» едва началась. — Джордж, — тихо сказала Каэлия, — у меня такое чувство, что мы тут будем больше мешать друг другу, чем учиться. — Это наш секретный план, — подмигнул он. — Делать вид, что учимся, а на самом деле рассказывать друг другу истории. — Вот у меня есть одна, — заговорщицки сказала Каэлия. — Знаешь, почему метлы никогда не опаздывают? Потому что они всегда «на взлёте». — Ха-ха, — насмешливо протянул Джордж. — Ладно, моя очередь. Почему у оборотней всегда плохое настроение? Потому что у них дни не всегда ясны! — Класс! — рассмеялась Каэлия. — Запишем! И вот, пока они тихо смеялись, класс наполнялся их шепотом и забавными шуточками. В какой-то момент Джордж открыл книгу и показал ей страницу с заклинанием, вызывающим небольшое облачко дыма. — Представляешь, если мы применим это в гостиной? — спросил он с игривой улыбкой. — И устроим переполох? — рассмеялась Каэлия. — Думаю, нас тут же отправят на отработку на месяц. Так они перебрасывались идеями и дурачились, забывая на время о серьёзности урока. Но в какой-то момент к классу подошёл преподаватель. — Уважаемые, — строго сказал он, — надеюсь, вы используете это время с пользой. — Конечно, сэр, — почти одновременно ответили они, пытаясь не рассмеяться. Когда отработка подошла к концу, и ребята убирали свои вещи, Каэлия улыбнулась: — Знаешь, несмотря на всё, я рада, что нам достался этот вечер. — Я тоже, — кивнул Джордж. — По крайней мере, скучно не было.