Часть 3

      Двое сорванцов, словно голодные волчата, рыскали взглядами по толпе, выискивая жертву. В каждом их движении читалась отчаяние, в каждом взгляде – мольба о лучшей участи, тщательно скрытая под маской цинизма. Они плели свои грязные планы, словно карточные шулеры, отчаянно надеясь сорвать куш в этом жестоком мире, где каждый шаг мог стать последним. – Кай, ну что ты как ёж? Обиделся, что я чмокнул тебя? – заныл Кейго, пытаясь разрядить напряженную атмосферу своим шутовством. В голосе его звучала неприкрытая тоска. – Я тут перед тобой душу выворачиваю, а ты, мелкий чертёнок… – блондин показал язык второму мальчику, но улыбка его казалась натянутой, словно тонкая нить, готовая вот-вот оборваться. – Не чертенок! И вообще, не целуй меня и не трогай! У меня аж внутри всё сжимается от отвращения. Не нравится мне это. Вот повыдергиваю твои дурацкие перья и набью ими подушку, чтоб ты на ней спал и мучился! – Чисаки фырчал и возмущался, пытаясь скрыть страх и смятение, пока они тащились по улице, погрязнув в своих темных делишках. Ведь не всегда же старшей сестре оберегать их от бед. Эдем смотрела на Старателя, он – на нее, и оба застыли, не в силах отвести взгляд от безжизненного тела. В глазах девочки застыл немой вопрос, в глазах героя – боль и раскаяние. – И кто у нас тут оказался таким «счастливчиком»? Я думала, героям запрещено отнимать жизни, – тихо прошептала девочка, в её голосе слышалась неприкрытая грусть. – Да это же сукин сын, серийный убийца, чтоб его черти драли! – Энджи разразился потоком брани, пытаясь заглушить собственную душевную боль. Эдем молча слушала, чувствуя, как его гнев обжигает ее душу. Видимо, Старатель еще не оправился от кошмара воскрешения и выкладывал ей всё начистоту, словно на церковной исповеди. Или это её ангельское естество так на него влияло, обнажая самые сокровенные уголки его измученной души? – Да чего я вообще перед тобой распинаюсь? Ладно, какое у тебя предложение, от которого я не смогу отказаться? – мужчина с трудом поднялся на ноги, чувствуя, как усталость сковывает его тело и душу. Девочка коснулась пряди небесно-голубых волос и расправила свои белоснежные крылья, словно ангел, явившийся из другого мира. – Мне и моим друзьям нужна защита. Понимаешь, на нас охотятся из-за наших причуд. Какие-то ублюдки из комиссии предлагают нам стать героями под их началом. Только вот забывают упомянуть, что мы будем должны им до конца своих дней. Я видела, как они убили мальчишку, который пытался сбежать. Он просто хотел свободы, но они отняли у него всё… Не хочу я туда, и своих мальчиков не отдам. Еще и бездомные дети бесследно исчезают. Узнала я, что их используют для ужасных опытов. Я прикрыла эту лавочку, но дети всё равно пропадают… Боюсь, мы следующие. Сил не хватит отбиваться. А Кейго ведь мечтает стать героем… Старатель нахмурился, переваривая услышанное. "Защита, значит… Да еще и от таких отморозков. Эти крысы из комиссии всегда найдут лазейку, даже если их за горло возьмешь. А тут еще и дети пропадают… Чёрт бы их всех подрал." Он потер переносицу, чувствуя, как надвигается мигрень. – Кейго… Хочет стать героем? Блондинистый пацан с красными крыльями? – переспросил он, словно пытаясь ухватиться за ниточку надежды в этом мрачном водовороте. Девочка кивнула. – Он самый! Говорит, иногда помогал героям. Вот его эти гады и заприметили. Талант у него есть. – Эдем внимательно смотрела на него, словно пытаясь разгадать его мысли. Мужчина помассировал подбородок. – Задатки у этого сорванца есть, спорить не буду. Но дорога эта – то еще болото, Эдем. Ты это знаешь не хуже меня. Он посмотрел на девочку. Ее невинные голубые глаза и ангельские крылья так контрастировали с той грязью, о которой она говорила. В ней чувствовалась упрямство, внутренняя сила, которая заставляла его слушать. И еще… Что-то в ее словах задевало его за живое. Может, старая вина давила, может, хотел хоть что-то исправить. А может, просто увидел в ней отражение своего сына… Да, он был плохим отцом, но ведь любил и жену, и сына. Просто не умел это показывать. Может, с этой девчонкой удача наконец повернется к нему лицом. Да и союзник такой ему не помешает. – Ладно, – выдохнул Старатель, принимая решение, которое изменит его жизнь. – Я помогу вам. Но знай, Эдем, легко не будет. Комиссия – враг опасный и скользкий, да и долг я тебе имею. И мы найдем этих мерзавцев, что воруют детей. Клянусь. "Спасибо тебе, Старатель! Ты буквально вытащил меня из петли отчаяния! Но знай, за тебя и твоих детей я любому глотку перегрызу и вылечу по высшему разряду, не сомневайся." – Да фигня. Не впервой. Из-за этого ублюдка никто плакать не станет. Энджи тут же набрал номер своего агентства, чтобы прислали людей за телом. Эдем, почувствовав себя немного обделенной вниманием, решила развлечься. Она игриво превратила пламя Старателя в огненного кота и принялась дразнить его травинкой, словно маленькая девочка. Краем глаза заметив это, мужчина присвистнул: "Ну и наглость! А забавно… Думаю, Тое такая игра с огнем точно пришлась бы по душе." Старателя и самого увлекла эта картина – огненный кот, гоняющийся за безобидной травинкой, пока не растворился обратно в пламени. Закончив с вызовом подмоги, Старатель окинул взглядом Эдем. "Ладно, ангел мой, теперь выкладывай всё, что знаешь об этих крысах из комиссии. Чем больше информации, тем лучше. И про лавочку с опытами тоже не молчи. Имена, адреса, явки – говори всё." Он приготовился слушать, понимая, что впереди ждет долгая и грязная работа. Эдем присела на корточки, обхватив колени руками. "Про комиссию я знаю немного. Но знаю точно: если они тебя завербуют, то это конец. Оттуда не выйти, если только вперед ногами. И я видела, как они убили беглеца… Ужасное зрелище. А про опыты…" Она замолчала, будто каждое слово давалось ей с трудом. "Там есть один доктор, его все называют Профессором. Безжалостный, помешан на причудах. Говорят, он пытается создать идеального солдата. Но дети…" Голос девочки дрогнул. "Они умирают… Или превращаются в овощи." Старатель сжал кулаки. "Ясно. Найдем этого Профессора. И заставим его заплатить за всё. А пока…" Внезапное появление сотрудников агентства прервало их разговор. Девушка в геройском костюме торопливо щёлкала камерой, фиксируя всё для отчёта. К Старателю подошел Ртуть: "Старатель-сан, мы вытащили жертв этого мясника. Нашли видео и фото, как он с ними расправлялся. Сейчас они в больнице, родных уже оповестили." "Молодцы. Как там Зарянка? Она же у нас роль жертвы играла. Кто ж знал, что у этой твари две причуды, и он раскусит подставу…" "С Зарянкой всё в порядке, ей оказали помощь. Ей не привыкать, она же у нас зомби как-никак. Но мы за неё перетрухнули, конечно." "Всё обсудим в агентстве. Мне нужен полный отчёт по миссии." Герои из агентства Старателя, погрузили тело в машину и уехали разбираться с полицией. Старатель и Эдем остались одни. "Покажешь, где вы прячетесь? Оценить обстановку нужно. Чем быстрее начнём, тем лучше," – сказал Старатель, отряхивая костюм. Эдем зарделась от радости, как маленькое солнце, и, схватив его за руку, телепортировала в сторону заброшенных переулков. Старатель усмехнулся её энтузиазму. "Энергии хоть отбавляй. И причуда отличная." Они шли, углубляясь в лабиринт грязных улиц и обшарпанных зданий. Эдем уверенно вела его, словно знала здесь каждый камень. Вскоре они оказались перед заброшенным домом, из окон которого торчали ржавые прутья. "Вот здесь мы и живём!" – гордо заявила девочка, распахивая дверь. В подъезде Эдем ловко переступала самодельные ловушки, и Старатель повторял за ней движения, чтобы не задеть. Это была их первая линия обороны. Подойдя к двери квартиры, Эдем проверила самодельный замок и, не обнаружив его на месте, поняла, что мальчики дома. Схватив Старателя за руку, она снова телепортировала их. Энджи слегка удивился. Он ожидал увидеть помойку, но в квартире было на удивление чисто. Кейго и Кай, услышав шум, выбежали навстречу Эдем, с любопытством разглядывая Старателя. "Это тот самый… Старатель?" – прошептал Кейго, глядя на героя как на икону. Эдем кивнула, улыбаясь. "Он нам поможет," – сказала она, обнимая мальчиков. "Ну привет, сорванцы. У вас тут уютно," – произнес Старатель, оглядывая скромную обстановку. Старый диван, застеленный клетчатым пледом, детские рисунки на стенах, цветы в потрепанных горшках на подоконнике… Здесь жили дети, отчаянно пытающиеся сохранить тепло и надежду в этом жестоком мире. Кай, до этого момента державшийся в тени, бросил на Старателя колючий взгляд, полный недоверия. "С чего вдруг такая щедрость? Бескорыстно помогаете? Не верю," – пробурчал он, скрестив руки на груди, словно возводя барьер между собой и незваным доброжелателем. Эдем нетерпеливо закатила глаза. "Кай, ну пожалуйста, не начинай! Старатель же хочет помочь! У нас сделка!" – воскликнула она, надеясь унять зарождающийся конфликт. Старатель жестом остановил девочку, успокаивающе подняв руку. "Не горячись, мелочь . Пусть сомневается. Недоверие – похвальное качество," – произнес он, не отводя пристального взгляда от Кая. "Я вам помогаю потому, что эта милая девочка оказала мне неоценимую услугу, да и жаль будет, если такой алмаз, как она, затеряется в пыли." Кай, не ожидавший такой реакции, немного смутился, но не сдавался. "А что, если вы нас просто используете? Чтобы потом сдать этим крысам из комиссии? Откуда нам знать, что вам можно верить?" – выпалил он, стараясь скрыть свой страх. Старатель усмехнулся, присаживаясь на край дивана. "Успокойся, пацан. Я дал слово мелочи, а я свои слова держу." Кейго, все это время молча наблюдавший за происходящим, наконец подал голос. "Старатель-сан, а вы правда такой сильный, как говорят? А как вы свой огонь контролируете? Это сложно?" – мальчик буквально засыпал героя вопросами, позабыв про настороженность Кая. Эдем облегченно вздохнула, видя, как разряжается напряженная атмосфера. Старатель, отвечая на вопросы Кейго, незаметно изучал обстановку. Он понимал, что ему придется взять этих детей под свою опеку, хотя бы на время.