Часть 6

      Дарла скучала по образу Тому и единственное, что могло скрасить её дни после отбоя, это общение с помощью дневника. Том, как всегда, заботливо напомнил ей о важности усердной учёбы и поделился советом: найти Выручай-комнату. По его словам, она располагалась на восьмом этаже Хогвартса и могла стать идеальным местом для оттачивания боевых навыков. Однако он предупредил, что ей стоит найти кого-то, кто составил бы ей компанию.       Выбор пал на Дерека. За сутки до Рождества она поделилась с ним своей затеей, и он с радостью согласился поддержать её. Каждый из них преследовал свою цель: Потс мечтала стать сильнее, чтобы Том мог гордиться ею ещё больше, а Дерек просто хотел проводить с ней больше времени. В итоге каждый получил бы то, что хотел.        Не без труда, но им всё же удалось найти Выручай-комнату. Дарла замерла на пороге, поражённая тем, что предстало перед её глазами. Пространство комнаты казалось бесконечным, его стены были покрыты зеркалами, отражающими каждый шаг, каждое движение. Пол был устлан мягкими подушками, которые смягчали падения, в конце комнаты возвышались манекены, идеально подходящие для отработки заклинаний.       Дарла с восторгом огляделась, представляя, как они с Дереком будут оттачивать свои навыки. Она уже видела, как манекены станут её первыми противниками, а затем, когда она почувствует себя увереннее, они смогут сразиться друг с другом. Всё здесь было продумано до мелочей.       Дерек, стоя рядом, улыбнулся, заметив её восторг.       — Ну что, начнём? — спросил он, и в его глазах читалось нетерпение.       Дарла кивнула, чувствуя, как её сердце наполняется решимостью.

***

      На следующий день Дарла проснулась с лёгким трепетом в сердце, предвкушая радость от рождественских подарков. Первым она открыла общий подарок от Аланы и Элин — они, как всегда, были неразлучны и решили поздравить её вместе. Затем последовал подарок от родителей и сестры. И, конечно, не обошлось без сюрприза от Дерека.       Дарла не забыла поздравить их в ответ, вручив каждому небольшие подарки, которые она подготовила заранее. Однако, даже в этот праздничный момент, её мысли не могли не вернуться к Тому. Она тихо взяла в руки дневник, чтобы поздравить и его тоже.       Вскоре Хогвартс вновь наполнился жизнью. Ученики вернулись после каникул, и привычный ритм учебных будней постепенно вошёл в своё русло. Дарла продолжила блистать на уроках, вызывая восхищение преподавателей. Её успехи были настолько заметны, что она стала выделялась не только среди курса своего факультета, но и остальных.       Однако, каждый раз, когда её хвалили или восхищались её достижениями, она мысленно возвращалась к Тому. Именно он стал тем, кто открыл ей глаза на её собственный потенциал, кто вдохновил её выйти из тени и перестать быть "серой мышью". Без его поддержки, его веры в неё, она, возможно, так и осталась бы незаметной, нерешительной ученицей.       «Это всё благодаря тебе», — однажды написала она в дневнике, её слова были наполнены искренней благодарностью.       Ответ пришёл мгновенно, как будто Том ждал этого момента.       «Я всегда знал, что в тебе скрыт невероятный потенциал, Дарла. Но помни, твой успех — это лишь начало. Вместе мы сможем достичь того, о чём другие даже не смеют мечтать. Ты останешься со мной, не так ли? Ведь только ты можешь понять, что я делаю это ради нас обоих.»       Его слова звучали как комплимент, но в них чувствовалась тонкая манипуляция, но ей это было тяжело распознать. Он напоминал ей, что её успехи — это его заслуга, и что её верность ему — ключ к их будущему. Том знал, как затронуть её чувства, как заставить её почувствовать себя особенной.       — Дарла, с тобой всё в порядке?       Голос, прозвучавший так неожиданно, заставил её вздрогнуть. Потс резко захлопнула дневник, громкий хлопок эхом разнёсся по комнате. Она сидела на своей кровати и только сейчас заметила, что рядом с ней стоят её соседки. Их взгляды, полные любопытства и лёгкой тревоги, были устремлены на неё.       — Ты как будто впала в транс, — мягко, но с беспокойством произнесла Элис, её голос звучал как тихий звонок, вырывающий Дарлу из её мыслей. — Что это у тебя?       Соседка указала на дневник, который Дарла сжимала в руках так крепко, что её пальцы побелели. Её застали врасплох, и это было непривычно, обычно она тщательно скрывала дневник.       — Ничего, — бросила она, стараясь сделать голос равнодушным, но в нём всё же проскользнула нотка напряжения. Она надеялась, что подруги отстанут. Но в её глазах всё ещё читалась лёгкая тревога, словно она боялась, что кто-то сможет разгадать её тайну.       — Да брось, Дарла, — мягко, но настойчиво произнесла Элис, её голос звучал как тихий укор, смешанный с заботой. — Ты с самого начала учебного года не расстаёшься с этой книгой. Мы давно это заметили.       Её сердце пропустило удар. Слова Элис повисли в воздухе. Она замерла, словно время вокруг неё остановилось. Потс была уверена, что никто не знает о дневнике, что её маленькая тайна надёжно спрятана от чужих глаз. Ведь она так осторожно носила его с собой, прятала в сумке, открывала только в полном одиночестве. Как они могли заметить?        — Это просто... книга, — попыталась она ответить, но голос её дрогнул, выдавая внутреннее смятение. Она чувствовала, как её пальцы непроизвольно сжимают обложку, будто пытаясь защитить дневник и её тайну с Томом.       — Можно взглянуть? — тихо, но с ноткой любопытства в голосе произнесла Алана, до этого стоявшая молча рядом с Элис. Её слова прозвучали мягко, словно она боялась нарушить хрупкую тишину, но в её глазах читалось искреннее желание понять, что так бережно хранит подруга.       Потс почувствовала, как её сердце сжалось. Она не знала, что сказать, ведь это совсем не книга, а нечто большее. Вдруг в голове мелькнула идея, словно спасительная нить.       — Это... необычная книга, — начала она, стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё дрожало. — Последняя разработка. Я купила её во Флориш и Блоттс. Её могут прочитать только те, кто её... купил.       Она сама удивилась своему бредовому рассказу, но надеялась, что подруги поверят. Однако в следующее мгновение её сердце снова пропустило удар, когда Алана, не отводя взгляда, тихо спросила:       — И всё же, можно взглянуть?       Алана стояла с протянутой рукой, её пальцы слегка дрожали, будто она боялась нарушить хрупкое равновесие между ними. А Дарла, как будто вцепившись в последнюю надежду, всё так же крепко сжимала дневник, словно он уже стал частью её самой.       — Я... — начала она, но слова застряли в горле. Её взгляд метнулся от Аланы к Элис, и она… уступила.       Ведь подруги не смогут ничего увидеть, и Дарла могла бы не волноваться на этот счёт. Но её тревожило не это. Гораздо больше её беспокоило, что Том мог почувствовать, что кто-то другой взял дневник в руки. Вдруг он разочаруется в ней? Вдруг решит, что она недостаточно бережно хранит их тайну, что она не оправдала его доверия?       — Хорошо, — наконец прошептала она и протянула дневник подруге, её пальцы слегка дрожали, словно она отдавала часть себя. Алана взяла его осторожно, словно держала в руках что-то хрупкое и драгоценное.       Девочки осторожно перелистывали страницы дневника, наивно полагая, что это всего лишь учебник, на который наложены необычные чары. Их глаза светились любопытством, и они тихо перешептывались, удивляясь, до чего же интересные наложены на него чары, раз текст может видеть только Потс.       — Ничего не видно, но чувствуется магия.       Дарла наблюдала за ними, надеясь, что всё обойдётся. Но в последний момент, Элис, перевернув дневник, заметила надпись на обратной стороне.       — Том Марволо Реддл, — прозвучал её голос, как гром среди ясного неба.       Девочки в одну секунду уставились на неё. В этот момент она поняла, что тайна, которую она так бережно хранила, может быть раскрыта, и это пугало её больше всего.       — Это что, биография того, чье-имя-нельзя-называть? — в воздухе словно повисла тяжёлая тишина.       У Дарлы пробежал холодок по спине, заставив её вздрогнуть. Она знала о Нём, о том, чьё имя боялись произносить маги. Теперь она вспомнила, где видела это имя раньше. Пять или шесть лет назад, в газете, мелькнула статья о Нём. Но тогда она, простая девочка из Канады, не придала этому значения.       Её семья жила далеко от тех событий бушующей войны. Она не видела смысла углубляться в это, не считала нужным разбираться в чужой битве.       Теперь же, глядя на имя, выведенное на дневнике, она почувствовала, как что-то внутри неё сдвинулось. Это было не просто имя — это была связь с чем-то большим, с тем, что она проигнорировала когда-то очень давно.