Часть 14

      Когда Дарла и Нотт переступили порог дома, он произнёс заклинание, и пространство вокруг них мгновенно преобразилось. Внутри уже не царила атмосфера заброшенности: дом превратился в уютное и вполне приличное жилое помещение, наполненное мягким светом и теплом. Однако снаружи его облик остался прежним — угрюмым и запущенным, словно он был создан для того, чтобы отпугивать посторонних. По словам Нотта, внешнее заклинание никогда не снималось, чтобы сохранить эту иллюзию, а внутренние чары использовались лишь в его отсутствие, обеспечивая безопасность.       — Как ты узнал, что я появилась в Литтл-Хэнглтоне? — спросила Дарла, её голос звучал сдержанно.       Теодор усмехнулся, будто она задала вопрос, на который и так знала ответ.       — Есть предположения? — его тон был слегка насмешлив, но в его глазах читалось ожидание, словно он хотел, чтобы она сама догадалась.       Она задумалась. Да, у неё действительно были предположения. Как только она вошла в Литтл-Хэнглтон, то почувствовала, что что-то не так. Воздух казался плотнее, словно деревня была окружена невидимой стеной. А потом это странное ощущение слежки, будто чьи-то глаза следили за каждым её шагом.       "Это не просто паранойя," — подумала она, медленно собирая воедино все детали. Её мысли начали выстраиваться в чёткую картину. "На деревню наложены специальные чары. Они должны определять, когда в её пределы входит маг. И как только это происходит, Нотт узнаёт об этом. Это объясняет, почему он появился так быстро. Он знал, что я здесь, ещё до того, как я сама это осознала."       Она посмотрела на него, и в её глазах читалось понимание.       — Ты наложил чары на всю деревню, — произнесла она, её голос звучал уверенно, хотя внутри она всё ещё пыталась осмыслить масштаб его возможностей. — Они предупреждают тебя, когда кто-то с магическими способностями появляется здесь. Теодор слегка кивнул, его усмешка стала чуть шире.       — Неплохо, — в его тоне слышалось одобрение.

***

      Дарла уже полчаса неспешно бродила по кухне и гостиной, её взгляд скользил по предметам, но тайн в мельчайших деталях дома она не находила. Всё казалось обыденным, почти слишком простым, будто дом намеренно скрывал свои секреты за этой видимой неприметностью.       Нотт в это время находился на другом этаже, куда Дарла не стала подниматься. Она знала, что он общался с Реддлом через дневник, его шаги время от времени доносились сверху, но она не испытывала ни малейшего любопытства касательно того, что они обсуждали. Её мысли были заняты другим, она всё ещё не могла отделаться от ощущения, что рядом с такими, как Нотт и Реддл, она выглядит слишком обычной, слишком слабой.       Их способности, их уверенность, их магия... всё это казалось ей недосягаемым. В какой-то момент она остановилась у окна, глядя на тусклый свет, пробивающийся сквозь занавески, и почувствовала себя немного потерянной. "Что я здесь делаю? Что я могу предложить таким, как они?" — пронеслось у неё в голове.       Но даже в этом чувстве неуверенности была какая-то странная ясность. Она понимала, что её присутствие здесь — не случайность. И, возможно, именно это понимание заставляло её оставаться, несмотря на все сомнения.       Неожиданно в кухне послышались шаги, и в дверях появился Нотт. Он вошёл с лёгкой уверенностью, подошёл к столу и положил на него дневник. В воздухе повисла лёгкая, почти осязаемая тишина. Теодор стоял неподвижно, его взгляд был прикован к дневнику, словно он взвешивал все "за" и "против" какого-то важного, но неизвестного ей решения. Его лицо оставалось непроницаемым, но в его позе чувствовалась напряжённость, будто он стоял на пороге чего-то значительного.       Тишина могла бы длиться бесконечно, если бы её не нарушил неожиданный звук магловского мобильного телефона, раздавшийся из её рюкзака. Тео поднял взгляд, его глаза встретились с её, и в них читался немой вопрос. Дарла, не испытывая ни малейшего пренебрежения к магловским новшествам, спокойно достала телефон из бокового кармашка.       Телефон она получила от Софии на второй день своих летних каникул — подарок, который должен был обеспечить быструю связь между сёстрами. Потс чувствовала на себе взгляд Нотта, но не могла разобрать, что он означал: любопытство, удивление или что-то ещё.       — Софа, всё хорошо, — ответила она, предугадывая вопрос сестры.       — Ты скоро будешь? Я волнуюсь, — голос Софии звучал тревожно, а на заднем фоне слышался посторонний шум.       — Я буду, как только смогу, не беспокойся и ложись спать, — мягко сказала Дарла, стараясь успокоить сестру.       Она положила трубку и подняла взгляд на Нотта. Его выражение оставалось загадочным, но в его глазах, казалось, мелькнуло что-то новое, возможно, интерес или даже уважение к её способности балансировать между двумя мирами.       — Моя сестра магл, — произнесла Дарла, её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась лёгкая нотка обороны, будто она ожидала какого-то осуждения.       Тео лишь пожал плечами, его лицо оставалось невозмутимым, а в глазах не было ни тени удивления или неодобрения. Для него это, казалось, не имело никакого значения.       Только сейчас Дарла обратила внимание на лицо Теодора. Она знакома с ним несколько часов и не могла знать, как он обычно выглядит, но даже ей было заметно, что он явно устал. Под его глазами залегли тёмные тени, а взгляд, хоть и оставался собранным, казался слегка приглушённым. В уголках его губ читалась лёгкая напряжённость, а осанка, хоть и прямая, выдавала накопившуюся усталость.       — Мне кажется, мы оба устали, нам нужно отдохнуть, — осторожно предложила она, её голос звучал мягко, но с ноткой заботы.       Теодор кивнул, его движение было медленным, но уверенным.       — Да, ты права, — согласился он. — Встретимся завтра в два часа дня, обсудим дальнейший план действий.       Они обменялись короткими взглядами, в которых читалось взаимное понимание, и разошлись. Дарла, не теряя времени взяла дневник со стола и сосредоточилась на трансгрессии. Её фигура на мгновение замерла, а затем растворилась в воздухе. Она исчезла, направляясь домой, чтобы наконец отдохнуть.       Тео остался в кухне, его фигура на мгновение замерла в дверном проёме, прежде чем он исчез в полумраке коридора, оставив за собой тишину и ощущение невысказанных мыслей.