Часть 16

      Дарла надеялась, что Нотт не воспримет её вчерашнее отсутствие на свой счёт. Она занималась важным делом, и, как ни странно, у неё это удалось. Дерек с благодарностью принял дневник, внимательно слушая её, как верный пёс, с влюблёнными глазами, когда она разрешила ему поцеловать себя. Всё шло хорошо и почти по плану.       К десяти утра Дарла переместилась в поместье Реддла, но не застала Теодора, что не стало для неё неожиданностью. Однако её удивил другой факт: она услышала странный шум на втором этаже, словно кто-то стучал чем-то по полу. Хотя опасности она не чувствовала, на всякий случай достала палочку.       На втором этаже, в одной из заброшенных комнат, она наткнулась на странную картину, которую не могла объяснить. К стулу был привязан худощавый парень, примерно одного возраста с Теодором. Он смотрел на неё с безумным взглядом, в котором смешивались ужас, страх и отчаяние. Парень пытался говорить, но, похоже, на него было наложено Силенцио — заклинание немоты. С недоумением он покосился на волшебную палочку в её руке, и Дарла сразу поняла, что перед ней обычный магл. Она могла бы подумать, что он каким-то образом проник в дом и Нотт его обездвижил, но пока не могла уловить смысл происходящего.       Слева от себя Дарла почувствовала колебание магии, и через секунду в том месте появился Нотт.       — С прошедшим тебя, Потс, — усмехнулся он и повернулся к связанному парню. — Вижу, ты уже нашла мой подарок.       Дарла ещё раз взглянула на парня, испытывая недоумение относительно того, что ей делать с этим «подарком». Нотт с интересом наблюдал за её реакцией, наслаждаясь тем, как она пытается разобраться в ситуации, которая внезапно свалилась на неё.       — Что ты знаешь о непростительных заклинаниях? — спросил он, его голос звучал с легкой насмешкой.       — Изучала, но не было возможности применить их на практике.       Нотт шагнул ближе к связанному парню, который продолжал смотреть на них с ужасом.       — Итак, начнём с Империуса, — произнёс он, обводя взглядом Дарлу, словно проверяя её готовность. — То, что ты читала о непростительных, это хорошо, но на практике это совсем другое.       Он сосредоточился и, используя невербальное заклинание, развязал верёвку. Почувствовав свободу, парень мгновенно рванулся к выходу, его глаза были полны паники и стремления к спасению.       — Империо, — четко сказал Нотт, не теряя ни секунды.       Он замер на месте, его тело стало неподвижным, а взгляд пустым и покорным. Нотт обернулся к Дарле, его голос стал более серьёзным:       — Теперь попробуй сама. Сосредоточься на нём и дай ему команду.       Нотт снял подчинение, и парень несколько секунд приходил в себя. Дарла с замиранием сердца подняла палочку, чувствуя, как магия наполняет её, и произнесла:       — Империо.       Неожиданно она ощутила, как тёплая волна пронизывает её руку и стремительно вливается в палочку. Ей это понравилось, это было ни с чем не сравнимое чувство. Нотт заметил, какое впечатление произвело использование непростительного заклинания на лице Дарлы и в его глазах блеснуло удовлетворение.       — Отлично, Потс, отдай приказ.       — Сядь на стул, — с уверенностью сказала она.       В ту же секунду парень вернулся на место, и Теодор одобрительно кивнул.       — Это команда, состоящая из одного действия. Теперь постарайся сформулировать последовательность действий, которые ему нужно выполнить.       К удивлению Нотта, Дарле удалось это сделать с первого раза. Она испытывала небывалую гордость за себя и была уверена, что Том оценил бы, с какой лёгкостью и быстротой она овладела этим сложным заклинанием.       — Круцио! — неожиданно громко произнёс Тео.       Парень рухнул на пол, корчась от невыносимой боли, словно его тело стало марионеткой в руках безжалостного кукловода. Из его уст не доносилось ни звука — заклинание, наложенное ранее, лишило его голоса. Судороги сжимали его мышцы, заставляя их изгибаться в неестественных позах, а лицо искажалось от страха и страданий, как будто он переживал самый ужасный кошмар наяву. В воздухе витал запах страха и отчаяния, а тишина, словно тяжелая вуаль, окутывала его, создавая атмосферу безысходности.       Дарла в ужасе смотрела на это зрелище, её сердце сжималось от тревоги. Радость от успешного выполнения Империуса, которая только что переполняла её, мгновенно сменилась шоком и отвращением. Она не могла поверить, что всего несколько мгновений назад наслаждалась силой заклинания, а теперь была свидетелем того, на что способен Нотт.       Неожиданно для самой себя, она осознала, что не сможет сделать то же самое. В её душе зародился холодный страх, и она поняла, что эта тёмная сила, которую она только что открыла для себя, не приносит ей больше удовлетворения.       Парень потерял сознание... Или, возможно, умер. Дарла была в смятении, не зная, что делать. В одну долю секунды она представила на месте этого юноши Софию. А вдруг её бы так пытали? Кто был этот парень? Вдруг у него тоже была семья, близкие, которые с нетерпением ждали его возвращения домой?       Неожиданно её охватило чувство тревоги, которое она пыталась скрыть, но Нотт, казалось, ощущал её внутренние метания.        — Контролировать, пытать и убивать — это треугольник, где одно вытекает из другого, — начал он спокойно, обходя лежащего парня, как хищник, оценивающий свою жертву. — Не всем дано овладеть тремя заклинаниями в равной степени, но…       Теодор встал позади неё и положил руки на плечи. Его прикосновение было неожиданно теплым, и это вызвало в ней странное чувство, смесь поддержки и неуверенности. Она чувствовала, как её охватывает волна противоречивых эмоций: желание защитить, но в то же время страх перед тем, что может произойти. В этом мрачном мире, где тьма и свет переплетались, Дарла осознала, что её собственные границы подвергаются испытанию. Она стояла на пороге выбора, и в её душе разгоралась борьба: между состраданием к жертве и притяжением к тёмной силе. Нотт, словно улавливая её внутренние метания, надавил на самую болезненную, как ему казалось, точку:       — Это не просто парень с улицы. Его разыскивают за изнасилование девятилетней девочки.       В один миг Тео взмахнул палочкой, и парень пришёл в себя. Дарла почувствовала, как сердце забилось быстрее, когда их взгляды встретились. Внутри неё разгорелось пламя решимости, и она произнесла то, чего сама от себя не ожидала: — Круцио!       Заклинание длилось недолго, и через пару секунд она ощутила, как её концентрация начинает распадаться, словно песок сквозь пальцы. В панике она выкрикнула его снова, но на этот раз ничего не вышло. Ещё раз и всё было тщетно, оставляя за собой лишь горечь и разочарование.       — Ты молодец, — неожиданно похвалил её Нотт, его голос звучал спокойно и уверенно, словно он не заметил её неудачи. — Спускайся на кухню, я сам закончу.       Резко развернувшись, она молниеносно вылетела из комнаты, и в тот же миг в её сердце закололо тревожное волнение. С каждым шагом вниз по лестнице её мысли метались, как птички в клетке, не находя покоя. Она чувствовала, как адреналин бурлит в венах, придавая ей силы, но одновременно накрывая волной паники. Каждое эхо её шагов отзывалось в тишине, словно предвестие чего-то страшного. Она глубоко вздохнула, стараясь успокоить дрожащие руки, и, наконец, шагнула в кухню, где света было больше, чем в мрачных коридорах её разума.       Нотта не было всего несколько минут, но этого времени оказалось достаточно, чтобы немного прийти в себя и унять дрожь в конечностях. Ей хотелось покинуть дом, чтобы отвлечься и направить мысли в другое русло. Спускаясь вниз по холму, рядом с ней трангрессировал Теодор.       — Решила прогуляться? — спросил он спокойно, как будто всего пять минут назад не использовал Круциатус.       Дарла утвердительно кивнула, избегая его взгляда. Единственное, что она хотела — это взять в руки дневник, раскрыть его страницы и выложить Тому всё, что с ней происходило сегодня. Он всегда умел подобрать правильные слова, чтобы успокоить её, и его поддержка была для неё настоящим спасением. Без него она чувствовала себя уязвимой, как натянутая струна, готовая вот-вот порваться. В одиночестве же ей оставалось лишь бороться с нарастающим напряжением, которое с каждым шагом становилось всё более невыносимым.       — Тут недалеко делают отличный кофе, пойдём, — его слова на мгновение отвлекли Дарлу, заставив недоуменно взглянуть на парня. Только сейчас она заметила, насколько, он был спокоен. Ей ещё далеко до такого уровня уверенности, и возник вопрос: действительно ли она хочет стать такой же?       Она всё же решилась заговорить: — Кофе у маглов? Ты не слишком уж и похож на чистокровного волшебника.       Дарла надеялась, что её замечание заденет его и вызовет хоть какую-то отрицательную реакцию, но он лишь спокойно воспринял её шпильку и пожал плечами. Это заставило её задуматься: возможно, его отношение к маглам не так уж и негативно, как она предполагала, особенно учитывая, что она сама при нём пользовалась мобильным телефоном, и он не выражал ни малейшего осуждения.       Они шагали по магловской деревне полной жизни. Смех детей, разговоры прохожих и гудение автомобилей создавали атмосферу непрерывного движения. Дарла была одета в лёгкие джинсы и футболку, что позволяло ей чувствовать себя комфортно и непринужденно в летнюю погоду. Нотт, оставив свою мантию в поместье, выглядел так же расслабленно, и за это она была ему благодарна. Никто не пялился на них, и со стороны они казались просто парой маглов, прогуливающихся по улице.       Дарла про себя ещё раз отметила, что деревня была уже почти как город. Магазины с яркими вывесками, кафе, где люди наслаждались напитками на свежем воздухе, и уютные домики с цветами на подоконниках создавали атмосферу тепла и уюта. В такой спокойной, не давящей тишине они дошли до маленькой кофейни под названием "Брукс".       Дарла не часто выбиралась в подобные заведения, и только в компании сестры она могла позволить себе такие вылазки, ведь их дом располагался в магловском районе. Она с любопытством взглянула на вывеску, ощущая, как предвкушение сладкого аромата кофе наполняло её.        В кафе царила уютная атмосфера, наполненная ароматом свежезаваренного кофе и сладкой выпечки. Стены были украшены деревянными панелями, а мягкий свет ламп создавал теплое и приветливое настроение. Немногочисленные посетители сидели за столиками, погруженные в разговоры или наслаждаясь моментом с книгой в руках. Дарла с Ноттом встали в очередь за мужчиной, который уже завершал свой заказ.       Как только они подошли ближе, Дарла заметила, как девушка, стоявшая за прилавком, бросила на неё странный взгляд. Затем, словно забыв о ней, она мило улыбнулась Нотту, который стоял позади. В голове у Дарлы мелькнула первая мысль: «Они знакомы». Когда очередь подошла к ним, её догадки подтвердились.        — Привет, Тео, я вижу, ты не один сегодня, — произнесла девушка, её голос звучал как мелодия, знакомая и уютная. В её тоне чувствовалась легкая игривость, которая сразу выдала, что Нотт частый гость в этом кафе. Дарла заметила, как на её лице мелькнула тень ревности — это было очевидно даже без магии. Нотт, почувствовав взгляд, расправил плечи, словно павлин, демонстрирующий свои великолепные перья. Его улыбка была широкой, а голос уверенным, как у бывшего школьного разбивателя сердец, который знал, как очаровать окружающих.       — И вам доброго дня, Миранда, — произнес он, наклонив голову в легком поклоне, что добавляло ему галантности. Его манера общения была изысканной, с лёгким налётом старомодной вежливости, как будто он вышел из старинного романа о рыцарях и дамах. Он смотрел на неё с искренним интересом, но в его глазах была и капля флирта, что не могло не подметить внимательное око Потс.       — Знакомься, это моя дальняя родственница Дарла, — добавил он, указывая на неё с лёгкой гордостью. Взгляд Миранды тут же стал теплее, словно тень соперницы рассеялась, и теперь в ней не было места для ревности. Дарла почувствовала, как её собственное сердце забилось быстрее, но не от волнения, а от легкой иронии. Соперницы в ней больше не было, и эта абсурдная ситуация лишь позабавила её. Она улыбнулась, осознавая, что чистокровный Нотт не может крутить роман с этой... маглой.        Дарла пошла занимать столик. Она выбрала место, откуда открывался прекрасный вид на улицу, где прохожие спешили по своим делам, а солнечные лучи играли на поверхности стекла. Пока Нотт делал заказ и обменивался новостями с Мирандой, Дарла наблюдала за ним, словно видела его в первый раз.       В этот момент она осознала, что Нотт общался с этой маглой так, будто они были на равных. Это удивило её. Она привыкла к тому, что чистокровные маги, особенно из семей с такой историей, как у Нотта, смотрят на маглов свысока, с презрением и высокомерием. В Канаде и здесь, в Англии, она встречала множество таких, у которых было крайне плохое отношение к маглам. Но Нотт, казалось, разрушал этот стереотип прямо на её глазах.       Её мысли вернулись к его семье. Отец и дед Нотта были Пожирателями Смерти — наследие, которое тянулось через поколения. «Чёрт бы их побрал», — подумала она с раздражением. Она знала, что это только вопрос времени, когда после воскрешения Тома Реддла Нотт получит свою метку. И, возможно, в этот момент он вновь станет тем, кем его покойная семья всегда хотела видеть — настоящим Пожирателем Смерти.       Пока её мысли плутали в лабиринте, Дарла не заметила, как к столику подошёл Нотт. Он появился, словно из ниоткуда, с двумя стаканчиками кофе в руках и аккуратно расставленными пирожными, которые он с лёгкой улыбкой подвинул к ней. Аромат свежезаваренного кофе, смешивавшийся с запахом сладкой выпечки, наполнил воздух вокруг, создавая атмосферу уюта и тепла. Нотт, с игривым блеском в глазах, смотрел на неё, будто приглашая разделить этот маленький момент радости. Дарла, отвлечённая от своих размышлений, не могла не улыбнуться в ответ на его искренность.       — Давно знакомы?       Она кивком указала на Миранду, которая скучала за стойкой без дела в отсутствии посетителей.       — Как только нашел поместье, около полугода, — в его глазах промелькнуло нечто, что заставило Дарлу насторожиться.       Она сразу поняла, что Нотт не просто так уточнил этот момент. Хотя сама она также хотела задать этот вопрос, прошедшие недели были насыщены делами, да и их недавнее знакомство не располагало к откровенным беседам. Но что-то в атмосфере изменилось. Возможно, это было легкое волнение или пробуждение доверия, но Дарла почувствовала, что между ними возникла новая связь, позволяющая заглянуть глубже, чем прежде.       — Как ты жил после окончания войны? — осторожно спросила она, с интересом вглядываясь в его лицо.       Тео лишь усмехнулся в ответ на её вопрос, словно предвосхищая, что она задаст что-то иное. Однако он не стал уклоняться от темы и прямо ответил, как есть. Его откровенность заставила Дарлу замереть на месте, и она боялась пошевелиться, словно каждое слово могло разрушить хрупкий момент между ними.       Теодор не принимал участия в битве за Хогвартс и покинул замок по настоянию отца. Он не знал, было ли что-то известно его отцу о падение Лорда или он просто беспокоился о судьбе сына. Но тот день стал для него роковым — отец погиб.       Как и многие другие ученики, Тео был вынужден повторно проходить седьмой курс и сдавать ЖАБА. Однако после этого произошло нечто особенно неприятное. Его фамильное поместье было арестовано, а его палочка временно изъята. Но Мерлин с этой палочкой, достать можно было и другую, но на многих таких он, детей Пожирателей Смерти, было применено запечатывание магии. Новая разработка Министерства. Когда Нотт дошёл в рассказе до этого момента, его словно передёрнуло, а в глазах появился странный алый блеск, который тут же исчез.       — Как ты… выживал? — Дарла почувствовала, как пересохло во рту, но к кофе она так и не притронулась. Она сидела, затаив дыхание, боясь упустить хоть одно мгновение этого откровения.       Нотт, не спеша, покрутил в руках полупустой стакан с остатками кофе, его взгляд был сосредоточен, а голос звучал непринужденно, будто он говорил о чем-то обыденном. — Меня приютили… — и, сделав небольшую паузу, добавил с лёгкой улыбкой: — маглы.       В этот момент завеса тайны над его спокойным отношением к маглам приоткрылась, обнажая внутренние противоречия. Дарла заметила, как его лицо слегка изменилось, и стало ясно, что его воспитывали с отвращением к людям без магии. Он вряд ли ожидал, что именно они окажутся теми, кто протянет ему руку помощи в самые его тёмные времена. Взгляд Нотта стал задумчивым, и в его глазах мелькнуло что-то, что напоминало о глубоком внутреннем конфликте. Это было не просто признание — это была история о выживании в мире, где надежда могла возникнуть из самых неожиданных источников, даже среди тех, кого он когда-то считал грязью под ногтями.       Они сидели в тишине несколько минут, каждый погружённый в свои мысли. Дарла не могла понять, почему Нотт решил помочь вернуть Темного Лорда. В её памяти всплыли сцены, когда он пытал того парня, которого сам же называл причастным к ужасным делам. Могла ли она так просто доверять ему? И всё же, несмотря на все сомнения, она верила ему. Не зная почему, но эта вера была крепка.       В этой гнетущей тишине они могли бы оставаться ещё долго, если бы Теодор вдруг не произнёс слова, от которых у Дарлы зашевелились волосы на затылке.       — Не буду скрывать, Дарла, каждый из нас преследует свою цель, возвращая его к жизни.       Он словно улавливал её мысли и понимал, что происходит в её душе. Это было странное и несколько тревожное ощущение, как будто её внутренний мир стал открытой книгой, доступной для чтения.       — Какая девичья фамилия твоей матери?       На первый взгляд, это был простой и безобидный вопрос. Однако именно он дал понять, что Нотт знал гораздо больше, чем казалось, и уходить от ответа не имело смысла. Сегодня он открыл ей то, о чем, вероятно, не рассказывал многим, и пришло время приоткрыть завесу тайны над её семьей.       — Отец взял фамилию матери, но ты ведь уже это знаешь, не так ли?        Он лишь кивнул, не отрывая внимательного взгляда от неё. Его глаза словно пронизывали её, фиксируя каждую эмоцию, мелькавшую на её лице. Это было нервирующее, и она чувствовала себя уязвимой, словно все её тайны были выставлены напоказ. Убежать от этого взгляда не было никакой возможности.       — Дедушка, отец моего отца, состоял в особом отделе Министерства Канады. Он назывался, если я правильно помню, «Хранители».       Тео поморщился, как будто в его памяти всплывали смутные образы, но он не стал её перебивать, позволяя ей продолжить.       — Туда отбирались только маги с уникальными способностями. Всё закончилось тем, что они задумали переворот с целью захвата власти. Но ничего не вышло. Их убили.       В отличие от подробного рассказа Теодора, её слова звучали скомкано и сжато. Она действительно знала об этом немного, и её воспоминания были смутными. Дедушку она видела только в раннем детстве, когда мир вокруг казался простым и беззаботным. А её отец, стремясь вычеркнуть это позорное прошлое из своей жизни, даже решился на переезд в другую страну, как будто надеялся, что расстояние сможет стереть тени прошлого, которые преследовали их семью.       — Какая способность была у него? — спросил Нотт. Дарла глубоко вздохнула, пытаясь вникнуть в закоулки своей памяти и вспомнить те немногочисленные рассказы, которые когда-то делился с ней отец.       — Он был чем-то вроде интуитивного мага. Он великолепно чувствовал магию и без труда определял, какие чары использовались, даже не прибегая к палочке, — Дарла немного замялась, но затем продолжила. — У него была прекрасно развитая интуиция.       Теодор кивнул, погружённый в свои мысли, и посмотрел на неё. Дарла снова заметила странный алый блеск в его глазах, который продержался всего долю секунды. Это её насторожило, но она старалась списать всё на игру света.       Тишина между ними стояла такой плотной, что казалась почти осязаемой, словно невидимая вуаль, давящая на плечи. Нотт, погружённый в свои мысли, выглядел так, будто весь мир вокруг него перестал существовать. Дарле пришлось самой нарушить это затянувшееся молчание, чтобы вернуть их в реальность.       — Я читала сводки погибших. Ты остался последним представителем рода Нотт? — спросила она, стараясь произнести слова как можно более осторожно.       На её слова Нотт лишь усмехнулся, а затем рассмеялся, — Да, но я поправлю эту ситуацию, — ответил он, и в его голосе проскользнула нотка уверенности, которая смутила Дарлу. Она поняла, о чём он говорит. Дальше развивать этот разговор Потс не видела смысла.        Просидев ещё некоторое время в кафе, они засобирались обратно. Миранда проводила Теодора грустным взглядом, в котором читалось множество невысказанных слов, и они двинулись обратно к поместью.       Их шаги звучали в полной тишине, словно мир вокруг замер в ожидании. Каждый из них погрузился в свои мысли, обдумывая произошедшее. Чем ближе они подходили к поместью, тем сильнее замедлялся шаг Дарлы. В какой-то момент Теодор заметил, что она совсем остановилась, отстав от него минимум на десять шагов.       Он развернулся и вопросительно посмотрел на неё, его глаза искали ответ на её молчание.       — Что с тем парнем?       Тео вздохнул, будто сбросил с плеч огромную тяжесть, и его голос стал более серьёзным.       — Тебя действительно волнует судьба этого насильника? — в его словах звучала смесь недоумения и разочарования. В воздухе повисло напряжение, и Дарла почувствовала, как её сердце забилось быстрее от неожиданной тяжести вопроса.        — Нет, но не хотелось бы находиться с трупом в одном доме, — в её голосе звучала решимость, скрывающая лёгкую дрожь.       В этот момент Нотт резко преодолел расстояние между ними, почти вплотную подойдя к ней. Дарла почувствовала, как вокруг неё повисла угроза, внезапно и остро возникшая от его близости. Её сердце пропустило удар, а по спине пробежал холод, словно кто-то прошёлся по ней ледяной рукой.         Он смотрел ей в глаза с такой пронзительностью, что она почувствовала себя уязвимой. Дарла знала, что Теодор владел легилименцией, но никогда не использовал эту силу на ней. Даже сейчас, когда его гнев был почти осязаем, когда он, казалось, стремился узнать, что творится у неё в голове, она чувствовала, что сама не в силах разобраться в этой запутанной каше эмоций.       Нотт глубоко вздохнул, его грудь наполнилась воздухом, словно он пытался найти в нём силы для объяснения. На мгновение он прикрыл глаза, погружаясь в свои мысли, прежде чем вновь встретиться с её взглядом.       — Я понимаю, что ты не сразу осознала, что дневник — это крестраж, — произнёс он, его голос стал серьёзным и почти настойчивым. — Но сейчас ты должна начать понимать, во что ты ввязываешься. Это не просто ерунда из магазина вредилок. Это опасный крестраж, который может нанести тебе непоправимый вред.       — Том не навредит мне! — резко ответила она, в её голосе звучала решимость.       Тео снова прикрыл глаза, стараясь сдержать нарастающее раздражение. Он улыбнулся, но в этой улыбке не было радости, скорее, это была улыбка человека, который общается с ребёнком, не понимающим всей серьёзности ситуации. Ему было жалко эту девчонку, которая, как будто наивный цветок, нашла этот дневник и теперь оказалась под массированной атакой Волдеморта.       Он чувствовал, как влияние крестража медленно, но верно проникает в её сознание, и не мог ничего с этим поделать. Это было мучительно — осознавать, что она находится в ловушке, и даже то, что дневник перешёл к Дереку, сыграло Тео на руку, но не приносило утешения. Он понимал, что ей нужно защититься, но как? Как объяснить ей, что за её невинностью скрывается опасность, которую она не в силах осознать?