Глава 4: Между нами лёд

/Спустя 3 дня/ Солнце пробивалось сквозь плотные облака, будто неуверенное дыхание перед криком. Утро в городе пахло гарью, асфальтом и сдержанным гневом. Такое утро подходило идеально — к тому, что зрело между ними. Эстель вышла из квартиры, крепче сжав ремень сумки. Ночь была странной. После того поцелуя… ничего. Ни звонка. Ни сообщения. Ни стука в дверь. Ничего. Дерин исчез. Нет — не исчез. Она знала, что он рядом. Он всегда рядом, как будто тень в её голове. Но теперь он выбрал холод. И это раздражало до дрожи.Она достала телефон. Последняя переписка с ним — три дня назад. Эстель: «Ты в порядке?» (не прочитано.) И тишина. Настоящая, тяжелая. Тишина, в которой ты слышишь только собственные сомнения. Она почти не заметила, как вышла на улицу — а там, будто из ниоткуда, стояла Элизабет. В ярком пальто цвета вина, с идеально уложенными волосами и новой сумкой, которую точно подарил кто-то с деньгами. — Доброе утро, солнечная, — усмехнулась она, словно знала, что в груди у Эстель сегодня только иней. — Слышала, ты вчера была в доме Экхарта? Как романтично. Эстель сжала зубы. — Что тебе нужно, Элизабет? — Немного честности. — Она сделала шаг ближе. — Дерин… он не для тебя. Ты слишком… сломанная. Он любит женщин, которые умеют держать удар, а не падать в обморок при слове «страсть». — Ты судишь по себе? — Эстель склонила голову. — Потому что ты ломаешь, когда тебя не выбирают? — Потому что я знаю мужчин. А ты знаешь страх. Это делает нас разными. — Ты слишком уверена в своей пустоте. Думаешь, если её выкрасить в красное, она станет теплее? И вот тогда на лице Элизабет появился этот еле уловимый огонёк — ненависти, старой, как они обе. — Он был у меня, Эстель. — Голос стал тихим. — После тебя. Ночью. И, знаешь, он не говорил о тебе. Совсем. Мир на секунду сжался до точки. Но Эстель не дрогнула. — А ты довольна тем, что берешь крошки? Или притворяешься, что сама приготовила пир? Элизабет отступила — не видом, но взглядом. Она выиграла момент — но проиграла глубже. Потому что в Эстель не было сомнений: Дерин мог быть у Элизабет. Но если и был — не ради неё. А вопреки себе. — Позже она встретилась с Мэлани — впервые вживую. Та стояла у входа в кафе, закутавшись в черную кофту с капюшоном. Волосы рыженького цвета, по плечи, глаза цвета грозы. Интернет-дружба, которая стала чем-то большим. — Ты выше, чем я думала, — усмехнулась Мэлани, обнимая её неловко. — И у тебя злой взгляд. Мне нравится. — Привет. — Эстель почти улыбнулась. — Добро пожаловать в мой город. Не бойся, тут только немного токсично. — Да ладно, я выросла в цифровом аду. По сравнению с ним, реальный — почти курорт. Они заказали кофе. Мэлани смотрела на неё проницательно. — Ты выглядишь, как человек, который не спал три ночи и хочет врезать кому-то, — выпалила Мэл рассматривая свою подругу. — Почти. Только я ещё должна отвезти брата на занятия. — Из-за парня? — напрямую. — Или это из-за тебя самой? Эстель молчала. Мэлани не торопила. — Мы были близки. Почти. Но что-то произошло. Я не понимаю, что. Он просто… ушёл. Как будто выключил всё, — сказав это девушка посмотрела на Мэлани, и в её взгляде читалась потерянность. — Тогда, может, и хорошо. Люди, которые умеют выключать чувства, чаще всего делают это снова. И снова. Эстель кивнула. Но всё внутри неё сопротивлялось. Потому что она не хотела сдаваться. Даже если он — лёд. Даже если её жгёт. — Вечером она пошла через сквер, где часто каталась на велосипеде в детстве. Деревья тянули ветви к небу, будто пытались выбраться из земли. Листья кружились, как чужие мысли. И вдруг… она увидела его. Дерин. Стоял у машины. Разговаривал с кем-то. И этот кто-то — Кемп Карлсон. Высокий, ухоженный, как актёр с постера. Глаза хищные, улыбка фальшивая. Его имя она слышала только в пересказах: конкурент, завистник, тот, кто постоянно пытается «переиграть» Дерина. Сейчас они говорили спокойно. Слишком спокойно, чтобы это было правдой. — Ты снова ввязываешься в чужие истории, Экхарт, — сказал Кемп. — Это может плохо кончиться. Не для тебя, для неё. — Ты хочешь пугать меня, Карлсон? — Дерин скрестил руки. — Давай. Но знай: если она пострадает — ты умрешь не от руки. От того, что останется в тебе, когда я закончу. — Грозно. Очень грозно. У тебя талант. Может, тебе в политику? Эстель подошла ближе. — Интересная встреча. Дерин вздрогнул. Он обернулся, глаза потемнели. — Что ты здесь делаешь? — Смотрю, как ты проводишь время с врагами. Интересное хобби. Много даёт? Или просто притупляет совесть? Кемп усмехнулся. — А вот и та самая девушка, ради которой наш мистер лёд начал плавиться. Забавно. Она выглядит… слишком настоящей. Слишком живой. Это опасно для таких, как ты, Экхарт. — Исчезни, Кемп, — прошипел Дерин. — Уже иду. Только скажи своей девочке: игра с тобой не спасает. Она — просто ещё один кусок в твоем красивом разрушении, —и Кемп ушёл. Между Эстель и Дерином повисла пауза. — Ты всё знал, но молчал. — Я пытался тебя уберечь. — От кого? От него или от себя? Он не ответил. — Я не игрушка, Дерин. Я не хочу быть частью твоих манипуляций, твоих мёртвых пауз и внезапных исчезновений. Если ты хочешь оттолкнуть меня — скажи. Не молчи. Он шагнул ближе. Но уже не с той тьмой, которая была раньше. С ледяной пустотой. — Я не могу дать тебе то, чего ты хочешь. Я — не целый. Я — оружие. Я разрушаю. — А я — уже разрушена. Так что, что ты можешь сделать, чего не делали до тебя? Слова повисли. Она посмотрела на него ещё секунду, потом отвернулась. И ушла. — Позднее, уже дома, она набрала Рэми. Та не брала трубку. Тогда — Мэлани. — Ты не думала, что может, он боится? — спросила та. — Не тебя. Себя. — Тогда пусть уйдёт окончательно. Не половинками. Я не кукла. — Нет. Ты волк. И именно поэтому он не может тебя просто вычеркнуть. Потому что ты — не одна из его. Ты — его слабость. А он, похоже, ненавидит слабости. Эстель прижала телефон к уху, как будто из него могло вырваться хоть немного тепла. — Я устала. Мне кажется, я снова всё делаю одна. — Значит, делай это как королева. С высоко поднятой головой. Пусть жалеет. Пусть мучается. Пусть либо идёт до конца — либо не трогает вовсе. Эстель закрыла глаза. В груди горело. После этого девушка попрощались и девушка решила немного посмотреть заготовленный давно ею фильм. — Тем же вечером она пошла к Рэми. Нужно было выговориться. Но Рэми не открыла дверь. На звонки не отвечала. Телефон — в «режиме полёта». — Что за… — прошептала Эстель и уже собиралась уйти, когда рядом остановилась машина. Из неё вышел Дерин. — Ты тоже ищешь Рэми? — спросил он. Голос был грубее, чем обычно. — Она не отвечает. — Эстель сжала ладони. — Я беспокоюсь. Он подошёл ближе. В его лице была тревога. — Я послал Фела проверить ещё пару мест. Она могла уйти добровольно, но… кое-кто мог и вмешаться. — Кемп?.. — прошептала она, и парень кивнул. — Он играл в грязные игры раньше. Может, он думает, что через Рэми сможет дотянуться до тебя. — Почему? Почему я стала мишенью в этом? — Потому что ты — точка, в которой всё во мне ломается. И это видно. — Тогда найди её. Найди мою подругу. Если ты ещё не окончательно мёртв внутри. Он посмотрел ей в глаза. Впервые — по-настоящему. — Обещаю.