Глава 9. Колодец желаний

После ночного проливного дождя утро встречало прохладой и свежестью. Первые лучи утреннего солнца проникали сквозь щели деревянной стены. Джим проснулся с первыми петухами и ощутил тяжесть и скованность в своём теле. Сначала он подумал, что его мышцы отяжелели, потому что вчера он слишком устал, но когда он открыл глаза, то обнаружил, что рука и нога барда оккупировали его тело. С одной стороны, его это взбесило, так как Джим не особо любил тактильные прикосновения к себе, но, отталкивая наглое тело, он чувствовал тепло, с которым он проспал эту ночь, исходило от этого нахала. Джим поднялся с лежанки, потянулся, подошёл к двери сарая и осторожно выглянул, чтобы осмотреть окрестности. К тому моменту Джил уже проснулся и, сонно потирая глаза, накрылся одеялом с головой. — Проснулся? — вампир заметил, как проснулась его спящая красавица. — Не совсем, — донеслось из-под покрывала. — Нам следует выдвигаться, пока на улице никого. Больше всего Джилу хотелось просто спокойно отоспаться и никуда не двигаться. — Как твои раны? — Ох, точно! — проснувшись, Джил даже позабыл об этом немного. Покрутив немного телом то вправо, то влево, особого дискомфорта он не ощутил. — Сегодня чувствую себя получше. Джима радовало, что больной шёл на поправку без значительных последствий. Собравшись и переодевшись, они без лишней шумихи покинули амбар. По прошествии нескольких часов пути они оказались у развилки. Одна дорога вела к ведьминой лавке, другая — к деревне. Джим призадумался. — Ты чего? — уточнил Джил — Нам надо в ведьмину лавку. — Зачем? — недоумевал бард. — Объясню по пути. Джим потянул поводья вбок, заставляя лошадь свернуть налево. Джил, ничего не понимая, просто последовал за напарником. В лавке Джим приобрёл два пузырька оборотного зелья. Оно могло на сутки изменить облик человека. Стоило оно, конечно, недёшево, но очень было полезно для использования в критический момент от преследователей. Джил был удивлён, что подобная вещь существует и Джим о таком знает. Вампир же поделился, что однажды ему заказали добыть такую штуку, поэтому сейчас он решил воспользоваться ею сам. Получив желаемое, они покинули ведьму, вернулись обратно к развилке, где на этот раз уже повернули направо, где дорога вела к городку Крокус. Лошади медленно шагали по лесной тропе, давая путникам возможность насладиться тишиной и спокойствием леса, забыв о суете и проблемах повседневной жизни. На подъезде к городку Джим проверил часы и, к своему удивлению, обнаружил, что на циферблате бледно мерцала «V». Теперь оставалось проверить — искать это где-то в городке или в его чертах. Они объездили почти все улицы, но результатов никаких получено не было. Не добившись ничего, путники решили немного передохнуть. Джим остановился возле проходящих мимо людей и поинтересовался у них, есть ли здесь где-нибудь возможность перекусить? Местные жители отправили их на постоялый двор. Там, на подъезде, была одна таверна, где вкусно готовили. Джим поблагодарил горожан и взглядом показал Джилу следовать за ним. Найдя то место, про которое им говорили, Джим с Джилом разделились — бард отправился заказать еду, а вампир тем временем повёл лошадей в конюшню. — Заказал? Джил приподнял голову, глядя на присаживающего напротив него напарника за столик. — Да. Две похлёбки и пару лепёшек. — Платишь ты. — Может, договоримся? — И не думай! — Ну что за жмот! — Джил подпёр голову рукой и недовольно взглянул на Джима. Но в какой-то момент его центр внимания с лица медленно сместился на глаза. Он вспомнил те мёртвые, безжизненные глаза вампирши, которые смотрели ему чуть ли не в душу. Но глаза Джима отличались. Они имели необычный окрас цианового цвета. В какой-то момент вампир невольно словил на себе чужой взгляд. — Ты чего? — Джиму стало не по себе от такого пристального внимания к своей персоне, да и ещё с такой дебильной улыбкой. Джил не заметил, как погрузился в свои мысли и всё это время смотрел на своего товарища. — Глаза у тебя красивые. У Джима из рук аж выпали часы на стол. — Ты успел где-то головой удариться, пока я отсутствовал? Но барда эта реакция лишь позабавила. — Вчера, когда одна из девиц приблизила ко мне своё лицо и я увидел её глаза, то осознал, что совершенно не помню, какие они у тебя, но оказалось, что другие. — Внешне полукровки мало чем отличаются от чистокровных. Мы лишь имеем чуть румяный и загорелый цвет кожи из-за возможности находиться на солнце и цветные радужки глаз. В остальном: кончики ушей, цвет волос, когти, клыки — мы одинаковые. Разве не по этим признакам ты счёл меня за чистокровного? — Тогда я не знал о таких тонкостях! — попытался оправдаться бард. — А как насчёт тебя? — Джим внезапно перевёл тему вопроса. — А что я? — с недоумением переспросил бард. — Как ты потерял свой дар? Джим совершенно ничего про это не знал, как и про то, как сам Джил к этому относился. — Я потерял его в детстве. Мы со средней сестрой пошли в лес за травами и нарвались на кабана. Сестра не успела спрятаться, и зверь её сильно потрепал. Когда я подбежал на помощь, она была на последнем издыхании. Я использовал магию восстановления. Сестра не умерла, но взамен я лишился способностей. — Ты сожалеешь о потере дара? — Нет, — в голосе читалось равнодушие. — Что есть дар, что нет его — одна брехня. Не скажу, что я когда-либо особо рвался кого-то спасать, но и плохого ничего не вижу в его отсутствии. — А как отреагировали родители на потерю дара? Джил на секунду замер. — Лишь отругали, что за сестрой не уследил, а остальное им было без разницы. Не велика потеря. — Прошу, кушайте, — диалог парней прервала девушка, что принесла еду. — Что за прекрасный цветок явился моему взору? Больше чем уверен, что еда, поданная этими ручками, имеет просто волшебный вкус! — Джил не смог устоять от комплиментов в адрес красавицы. Девушка немного смутилась, но внимание ей явно понравилось. — Если всё будет вкусно, то можете попросить ещё, я принесу. — Непременно, — Джил мягко улыбнулся, а девушка, чуть смущённая, но довольная, убежала обслуживать других клиентов. — Когда-нибудь ты обожжёшься, если будешь так легкомысленно со всеми общаться, — надкусив пшеничную лепёшку, вампир следом запрокинул в себя ложку супа. — Не могу устоять, когда на меня бросают такие взгляды, — усмехнулся тот. — Она так на меня смотрела. Уже чуть ли не раздевала глазами. — И тебе такое нравится? — Просто жить без этого не могу! — рассмеялся бард. Джим молча закатил глаза, а после перевёл взгляд на часы. Лёгкое мерцание на циферблате сохранялось. Нужное «время» необходимо было искать где-то за пределами данного места. После непродолжительного обеда и отдыха они покинули деревню. Проехав некоторое расстояние, часы начали непрерывно указывать на лес, мимо которого они сейчас проезжали. Парни обменялись взглядами, давая друг другу понять, что дальше им идти пешком. Оставив лошадей у дороги, путники отправились в глубь леса. Высокие деревья возвышались над головой, а их ветви переплетались, создавая естественный зелёный купол, в то время как слабый свет солнца просачивался сквозь листья, отбрасывая пятнистые тени на заброшенную деревню. Было видно, что жизнь давно покинула это место и нога человека давно здесь не ступала. Осматривая местность, единственное, что выделялось на всём этом фоне, — это был колодец. — Часы определённо указывают на это место, но, кроме колодца, я здесь ничего не вижу, — Джим прошёлся вокруг, пытаясь обнаружить ещё хоть что-нибудь, что могло быть неочевидным, но существенным. — Похоже, всё же придётся нырять… — с явной неохотой Джим начал раздеваться, зная, что кроме него в воду никто не полезет. Джил облокотился на колодец и с ехидной улыбкой стал наблюдать за страданиями друга. — Не переживай, я присмотрю за твоими вещами. — Да иди ты! — злобно рыкнул в ответ, а бард лишь хихикнул. Когда Джим оголился по пояс, Джил вновь обратил внимание на крест, что выделялся на бледном теле вампира. — Симпатичный крестик. Я его ещё на озере у тебя заприметил. Джим коснулся украшения кончиками пальцев, попутно ощущая усиление сердцебиения. Лишь бы тот ничего не заметил. — Это подарок от одного моего друга, — ответил он, пересилив через себя. Джим медленно перевёл взгляд на Джила, смотря прямиком ему в глаза. На самом деле Джим до недавнего времени не мог вспомнить происхождение данной вещи у него. И ему всегда казалось это странным. Нечто подобное никто из знакомых и родственников никогда не дарил, да и у родителей тоже не было такого предмета. Так откуда же? Порой ему казалось, словно это было напоминание о чём-то важном, но о чём? И вот это «напоминание» сейчас стояло прямо перед ним и неосознанно ломало все выстроенные преграды Джимом против него. Единственное, о чём Джим сейчас думал, узнаёт ли Джил этот крест или всё же не вспомнит? Чтобы сдержать хладнокровие, Джим отвернулся от рыжего провокатора своего спокойствия и принялся снимать обувь. — Да ладно тебе, не смущайся! — не унимался Джил. — Прекрасный подарок! Но Джим ничего не ответил. Джил, от нечего делать, стал разглядывать колодец, пока его внимание не привлекло собственное отражение. Внимательно вглядываясь в воду, бард услышал какое-то неразборчивое бормотание. Джил подумал, что ему показалось, но чем сильнее он вслушивался, тем больше подавлялась его воля, пока в какой-то момент он не услышал загадочное: «Что ты желаешь?». — Чего я желаю? — невнятно пробормотал Джил. — Ты что-то сказал? — уточнил Джим, но в ответ ничего не последовало. Тогда он решил обернуться, чтобы лучше расслышать, что ему только что сказали, но увиденная картина его немного удивила — Джил стоял, склонившись над колодцем, держа медный пятак у себя в руке. — Я хочу… — Джил? — Джим слегка напрягся. Возможно, он себе накручивал лишнего, но было чувство, словно что-то не так во всём этом. — …чтобы мама меня полюбила, — и на этих словах медный пятак со звоном полетел вниз. Как только монета коснулась воды, колодец озарился ярким светом и из него полилась вода. Джим попытался оттащить друга в сторону, но тот ни в какую не сдвинулся с места. В какой-то момент столб воды резко отбросил Джима в сторону, чтобы тот не мешался, а после бесформенная субстанция обрела форму, выглядя точь-в-точь как мать Джила. — Сынок, — послышался нежный женский голосок. Джил, лишённый воли, находился в забвении, но инстинктивно следовал своим желаниям. — Мама, — робко послышалось в ответ. Джим стоял немного растерянным и не до конца понимающим, что конкретно сейчас происходит. — Прости меня, — женщина подошла и нежно обняла юношу. — Я не хотела так с тобой поступать. — Мне так тебя не хватает, мама, — в голосе читалась переполняющая боль и тоска, крепко обнимая женщину в ответ. От увиденного сердце Джима сжалось. От того беззаботного и легкомысленного барда сейчас ничего не осталось. Это был несчастный человек, ищущий любви и понимания, которые так и не дал ему этот мир. «Он просто хочел быть нужным», — пронеслось в голове Джима. Он вспомнил, что в детстве Джил от этого сильно страдал, но он не представлял, что эта боль перешла с ним и во взрослую жизнь. Мать Джила выросла в большой семье, имея пятерых старших братьев. Они никогда не считались с ней и помыкали, как могли, пока взрослых не было рядом. Такое отношение надломило девочку, после чего она начала ненавидеть мужчин своего рода. Когда она выросла и стала прекрасной девушкой, то вышла замуж за кузнеца, что жил в её деревне, а спустя время оказалась в «интересном» положении. Будучи беременной, мать Джила хотела только девочку, она даже и близко не допускала мысли о мальчике. Для первенца она даже придумала имя — Джизабель. И у них действительно родилась девочка, но только роды были сложными и ребёнок родился мёртвым. Это сильно ударило по психике женщины. Муж приложил много усилий, чтобы не дать той упасть в отчаяние. Спустя год она всё же сумела забеременеть повторно, но только на этот раз родился мальчик. Мать не могла смириться с этим, поэтому для неё это была всё ещё её Джизабель, которую она потеряла год назад. Женщина растила его как дочку, одевая в девичьи наряды и заплетая длинные красивые косы. Джил узнал свою истинную сущность где-то лет в пять, когда играл с другими детьми, и обратился с этим вопросом напрямик к матери, на что та пришла в ярость и побила его, чтобы тот не говорил всяких глупостей. С того момента, как Джил стал настаивать быть ему тем, кем он является, мать отстранилась от него, словно для неё это был чужой ребенок. Следующая беременность его матери случилась, когда Джилу было лет шесть. Почему отец не препятствовал такому отношению матери к сыну? Он просто любил жену и не хотел делать то, что причиняло бы ей боль. Ему было жаль сына, но и против возразить он ничего не мог. В итоге, дальше воспитанием Джила занимался отец, но только всё своё время он пропадал в кузнице, и Джил стал часто сбегать из дома куда глаза глядят, пока однажды не забрёл в сад одного особняка, где жил я. Вот так и случилась трагедия двух людей, не познавших своего счастья: мать Джила пыталась заменить его тем, кем он не являлся, а Джил хотел, чтобы в нём видели того, кем он был на самом деле. Пока Джим размышлял о своём, тело женщины вновь стало прозрачным и в одночасье поглотило Джила в себя. Вампир даже не успел быстро среагировать. Он подбежал к барду, пытаясь тому помочь, но терпел неудачу, пытаясь раз за разом пробить водный панцирь. Глядя на своего задыхающегося друга, Джим быстро начал искать выход из сложившейся ситуации. Если всё началось с колодца, то на нём и должно всё закончится. Он решил попробовать нырнуть туда и всё прекратить, найдя на дне «время», но Джиму вновь не удалось пройти сквозь водный покров. Он ничего не понимал, почему он не может пройти сквозь воду, но при этом Джил может. — Желание! — внезапно его озарило. Вампир быстро вскочил на поверхность и лихорадочно начал искать монеты в своем кошельке. Схватив одну, он возвратился к колодцу и второпях начал загадывать желание, как вдруг резко остановился. В голове пронеслось лишь одно — какое желание лучше всего загадать? Если загадать возможность добраться до «времени», то пострадает Джил, а если загадать спасение напарника, то под угрозой окажется уже он сам. По сути, выбор был очевиден: — Желаю, чтобы Джил выжил! — и бросил монетку в колодец. Тут же из колодца вспыхнула яркая вспышка света, и водная оболочка, окружавшая Джила, лопнула, как мыльный пузырь, освободив барда из плена и дав ему возможность вздохнуть. Джил стоял на четвереньках и громко откашливался, при этом не понимая, что происходит. Он только краем глаза заметил, что Джим сиганул в колодец и исчез в нём. На этот раз вампир не нашел никаких препятствий и с лёгкостью вошёл в воду. С каждым метром погружения Джиму начинало казаться, словно этот колодец бездонный. Если бы не его особенность, то неизвестно, как долго бы он продержался под водой. Проплыв ещё немного, он наконец заметил что-то мерцающее в темноте. Подплыв поближе, Джим обнаружил дно, усеянное монетками и костями. Видимо, это были все те, кто когда-либо загадывал здесь желание. Он очистил дно колодца от того, что закрывали собой сияющую цифру «V». Достав часы, он приложил их к заветному «часу». Короткая вспышка, и на циферблате стало на одну цифру больше. Джим думал, что, когда проблема с цифрой разрешится, колодец осушится и ему останется лишь вскарабкаться наверх, но он даже не предполагал, насколько сильно ошибался: колодец как был наполнен водой, так и остался. Ему пришлось приложить достаточно усилий, чтобы выплыть на поверхность, а после вскарабкаться наверх. Оказавшись на поверхности, он увидел Джила, сидящего возле колодца и приходящего в себя. — Ты как? — вампир вылез из колодца и плюхнулся на землю рядом с ним. — Что случилось и почему я мокрый? Джим, тяжело дыша, перевёл взгляд на собеседника. Он пристально на него смотрел, пока не начал говорить: — Колодец околдовал тебя, заставив загадать желание. — И что я загадал? — Джил выглядел слегка побледневшим, словно сейчас будет раскрыт самый позорный его секрет. — Ты пожелал… Ты пожелал себе целый гарем красоток, от которых я устал отбивать твою задницу! Джил так изумлённо посмотрел на Джима, а после его лицо исказилось болью: — Целое! Море! Красоток! И я ничего не помню! А-а-а-а-а! — Неужели тебя только это беспокоит?! — возмутился Джим, переживший весь этот кошмар. — А что ещё должно? Джим разжал кулак, и в воздухе на цепочке повисли открытые часы. Присмотревшись, Джил обнаружил, что на них сейчас горели первые пять цифры. — Ты достал «V» час? Джим ухмыльнулся в ответ. — Красава! Только… Давай покинем это место, а? А то оно на меня столько жути нагоняет… — внезапно предложил бард. — Я даже не удивлён… — подметил вампир. День подходил к концу, и ребята устроили привал для ночёвки на открытой поляне. Разведя огонь, они разложили все свои вещи и зажарили зайца, которого поймал Джим во время пути. Приправленное мясо травами, которые прихватил с собой Джил, получилось отменным, что непременно подняло настроение. В такую уютную ночь Джилу захотелось достать лютню и под лёгкий треск костра что-нибудь сыграть. Слушая и наблюдая за бардом, Джим вспоминал о сегодняшнем дне. Там, у колодца, когда Джил спросил его о том, что произошло, то понял, что не в силах рассказать тому правду. Услышанное могло убить барда, а этому нельзя было случится, поэтому ему и пришлось соврать. Как бы ни было Джиму горько, но иногда мечте стоит оставаться мечтой, иначе она просто убьёт тебя. Мужчина ещё долго размышлял о своём. Он не любил лезть в чужие души, особенно когда тебя туда не просят, но сейчас он не знал, что с этим делать. Ему не хотелось, чтобы Джил продолжал испытывать чувство одиночества, но только для Джима не было места рядом с ним. Когда в костре медленно догорали угли, а на ночном небе мерцали яркие звёзды, Джим присоединился к спящему Джилу. Так ему было проще избавиться от накатившей тревожности. Закрыв глаза, он постарался больше ни о чём не думать, чтобы погрузиться в мир сновидений и забыться в мире ночной степи, наполненной покоем.