Глава 13. Голос

Прошло десять часов с момента начала морских гонок. Первые часы были наполнены борьбой за лидерство, когда каждая команда стремилась обогнать своих соперников, чтобы как можно скорее оказаться возле мыса Королевских альбатросов, чтобы сорвать ленту и вернуться обратно. Члены команды «Саламандра» старались не уступать и продолжали до последнего улучшать свои позиции. По мере того как время шло, наступила ночь, и небо с убывающей луной становилось всё ярче и ярче, отражаясь в морских волнах и создавая волшебную атмосферу. Корабль, на котором находились Джим и Джил, всё ещё держал четвертую позицию. Часть команды несла дежурство, будучи на страже безопасности всего экипажа, в то время как другие, усталые от утомительной борьбы, погрузились в глубокий сон, оставаясь всё также на палубе. Бард и вампир разместились в самом носу парусника, вглядываясь в непроглядную ночную тьму, в которой они искали ночные огни своих соперников, крошечные искорки яркости, которые мерцали, как звёзды среди тёмных вод. Время от времени они поглядывали на часы и изучали членов экипажа. Взгляд Джима привлёк один темноволосый парень в красной повязке на голове, что находился в «вороньем гнезде». Он смотрел на море грустными глазами, затуманенными какой-то неведомой тоской. Пират смотрел вдаль, на бескрайнее море, словно пытаясь найти ответы на свои внутренние вопросы. Смотрящий вперëд держал в руке бутылку с крепким ромом и медленно попивал из неё, наслаждаясь ощущением теплого, жаркого напитка, соединяющего его с тем, что было за бортом, и его тоской. В его глазах отражалась бесконечность моря, его душа была связана с ветрами и волнами, именно здесь, на корабле, он чувствовал себя как дома, но в то же время потерянным в океане своих мыслей и чувств. В какой-то момент их взгляды с Джимом пересеклись. Пират с равнодушием отнёсся к тому, что за ним наблюдают, и всё также продолжая употреблять алкоголь. Джил заметил, что его товарищ куда-то непрерывно смотрит, и отследил объект наблюдения. — Что ты там увидел? — поинтересовался бард. — Ничего особенного, — ответил вампир. — Этот тип, что находится на наблюдательном пункте, — Джим перевёл бегло взгляд на Джила, — есть в нём что-то необычное. Джил задрал голову, оценивая, на какой высоте матрос нёс вахту, хлестая крепкий напиток. — Ну да. Уметь столько пить и умудряться не свалиться, нужно обладать невероятным талантом! В этот момент к ним подошла Марианна, желая узнать, как обстоят дела у её новоиспечённых подопечных. — Развлекаетесь? — Познаём тонкости морской жизни, — ответил Джил, кивком головы указывая наверх. Марианна перевела взгляд на дремлющего смотрителя и поняла, о чëм он. — Невзирая на его дурной характер и привычки, Дофэн всегда в состоянии выполнить то, что от него требуется. Даже если он будет в стельку пьян, то он запросто взберётся и спустится по канатной лестнице. — Но почему у него такой обречённый вид, будто он должен находиться не здесь? — задал вопрос Джим. — Ох, это… — Марианна не знала, как правильно это объяснить. — Он любит море, но не умеет плавать. Как бы он ни пытался, всё безуспешно, словно для воды он чужой. — Я удивляюсь, как его земля ещё держит, — сострил Джил, не в силах удержаться. — Заткнись, — цыкнул Джим, легонько ударив локтем в бок барда. Девушка неловко замялась. Джим не стал дальше развивать эту тему, его больше начало напрягать то, как лицо Марианны резко изменилось, когда внезапно начал подниматься туман с воды, словно из ниоткуда. Сначала он был едва заметен, как слабая мгла, но затем стал густеть и быстро покрыл всю поверхность моря. Из-за этого парусный корабль, участвующий в морских гонках, стал находиться во мгле, что усложнило навигацию и создало опасность для команды. — Что это за место? — с тревогой уточнил Джим. — Похоже, мы в «Туманной долине», — ответила девушка, проводя взглядом сквозь густой туман, который поглотил всё вокруг. Марианна, как капитан, понимала, что они направляются в самую опасную зону морских просторов. Скалы, прячущиеся под мглистым покровом, могли стать не только преградой, но и смертельной ловушкой для неосторожного корабля. Но в глубине ее души просыпалась вся та внутренняя сила и мудрость, которые она получила от своего отца. Девушка не стала паниковать или отступать. Она поднялась на шканцы, принимая на себя управление штурвалом. Её голос звучал громко и ясно, указывая путь и раздавая задачи экипажу. Паруса на корабле начали медленно и неуверенно развеваться во влажном тумане, а звуки морских волн стали приглушенными и загадочными. Все на борту ощущали себя как в мистическом мире, где правила и обычные звуки моря казались перевернутыми и непонятными. Несмотря на туман, Марианна сосредоточенно продолжала управлять судном, следуя указаниям компаса и общаясь со старпомом. Время от времени из тумана доносились призрачные силуэты других кораблей, участвующих в гонках, но после сразу пропадали, и это добавляло волнения и напряженности в атмосферу. Внезапно из недр мрака раздался звонкий женский голос, невероятно чистый и красивый: «Воды пустынны, Ветер гудит. Тьма обнимает, Душа болит. Парус мой чëрный, В море ночном, Где светит русалка, во сне голубом.» — Что это? Пение? — спросил проснувшийся Кристофер. — Похоже на то, — ответила Катрин своему брату. «Я встретил тебя под луной седой, Твои глаза — как сумрак морской. Мягкий твой голос манил в глубину, Не знал я, Что гибель найду я в плену.» Каждая нота женского голоса была наполнена неповторимой красотой и магией, с нежной и теплой текстурой, словно объятье волн, приносящих умиротворение и покой. — Быть беде! — раздался громкий старческий голос. — Это сирена! Все, быстро, заткните уши! «Целовал я твой обманчивый лик, Но солëная пелена глаз затмит. Судно трещало, Гибель грядет. Сказывали, Любовь — лишь лëд.» Экипаж суетился, стремясь спасти себя от обольстительного пения сирены. Но даже закрыв уши, их разум начинал поддаваться голосу, который казался иллюзией красоты, отражаясь от скал и таинственного моря. Внезапно из тьмы раздались другие голоса, словно призраки, заставляющие сердца трепетать от волнения. Гнетущий хор этих звуков предвещал бедствие, призывая к страшному ритуалу погружения в бездну. Мелодия морских сирен наполнила воздух, заставив сердце Джима замирать от трепета. Однако что-то в его душе сопротивлялось этой обольстительной магии, и он не утратил бдительности. Не теряя ни секунды, он вытащил из кармана пару беруш и вставил их в уши, отгородив себя от этого опасного притяжения. Отголоски пения сирены ещё пробегали сквозь плотный ватный барьер, но Джим был непоколебим. Он остался прочным на своем посту, ощущая звуки лишь как далекий отголосок иллюзии, которую он пронзал своим решительным действием. Он так же быстро достал вторую пару и резко воткнул их в уши Джила, потому что пережить очередную потерю контроля над разумом барда, да и ещё в таком месте, он бы не выдержал. — Что ты делаешь? — непонимающе спросил Джил, возвращая контроль над своим разумом. Джим попытался объяснить, однако его слова не долетали до собеседника. В итоге Джим подошёл вплотную к Джилу, вынул одну из беруш и быстро прокричал: — Сирены окружили нас, лучше не вытаскивай затычки из ушей! — предостерёг он, вставив берушу обратно в ухо, а затем извлёк часы из кармана. Увидев светящуюся цифру «VIII», он показал её Джилу. Без слов стало понятно: их цель находилась где-то среди сирен, чьи песни приносили гибель морякам. Но это была лишь часть проблемы. Пока парни обменивались жестами, большинство членов экипажа очарованно двигались к источнику таинственной мелодии, подходя слишком близко к фальшборту. Оценив масштаб бедствия, Джим схватил верёвку, привязав один конец к мачте, а другим обвязывал каждого пойманного члена команды к деревянному столбу, чтобы никто не упал за борт корабля. Пока Джим занимался поимкой команды, а Джил ему с этим помогал, заколдованная Марианна отпустила штурвал и последовала за старпомом, покидая шканцы. Внезапно корабль резко повернул под натиском волн и столкнулся с небольшим каменистым выступом. Под сильным ударом все, кто стоял на ногах, потеряли равновесие, и только Дофэн с трудом удержался в «гнезде», чтобы не вывалиться и не свалиться. Он разгневанно высказал свои претензии по поводу халатности управления штурвалом, но внезапно замолчал, обнаружив, что на месте никого не было. Заметив, что не все члены команды оказались под воздействиями чар, Джим тут же выкрикнул: — Эй, ты! Живо спускайся и помоги нам! — Чë? — неохотно отозвался смотрящий, но обратив, наконец, внимание на пение множества прекрасных голосов, и, повернув голову к носу корабля, то обнаружил, что сквозь туман на их пути возникают огромные каменные рифы. Под внезапным пробуждением ясности от предстоящей опасности Дофэн резко выпрыгнул из смотровой вышки и мгновенно спустился на палубу по канату. Смотровой мгновенно ринулся к штурвалу, хватая его и неистово пытаясь изменить направление судна. Однако стало ясно, что эти усилия недостаточны, и корабль всë же столкнется со скалой. Джил увидел Марианну, шатающуюся по палубе в бессознательном состоянии, и мгновенно бросился к ней, хватая и крепко держа за руку, пока Джил привязывал Декстера к остальным членам команды. Внезапно, словно из ниоткуда, сильный ветер обрушился на борт судна, отталкивая его от опасных скал и уберегая от катастрофы. Под воздействием внезапного и сильного удара Марианну и Джила выбросило за борт. Дофэна и Джима охватил тихий ужас от осознания, что как только эти двое окажутся в воде, они тут же станут лёгкой добычей сирен. Пират уже было хотел бросить штурвал и ринуться за Марианной, но Джим его остановил: — Выведи корабль отсюда, а я пойду спасать этих двоих. От тебя здесь пользы будет куда больше, чем в воде, — после чего подбежал к краю корабля, перепрыгнул через фальшборт и нырнул в море. Дофэн, в свою же очередь, возвратился к штурвалу, сосредотачиваясь на маневрировании среди скал, чтобы уберечь корабль и команду от потенциальной гибели. Оказавшись в воде, Джим немедленно извëлкнул из ножен кинжал, готовясь к защите от морских хищников. Во время поиска Джила и Марианны он столкнулся с двумя безуспешными попытками нападений со стороны сирен. Когда запас воздуха истощался, он с отчаянием всплывал наверх, чтобы потом погрузиться обратно. Произведя ещё несколько попыток погружения, он так и не обнаружил их. В случае ранения барда он был бы способен уловить аромат его крови, однако такого не было, что означало, что они оставались ещё невредимыми. Выплыв и пробыв ещё какое-то время над водой, он внезапно обнаружил, что где-то среди тумана происходили какие-то телодвижения. Подплыв поближе, он обнаружил, как два тела лежали на каменистой поверхности, а над ними возвышался какой-то силуэт. — Прочь от них! Живо! — громко закричал вампир, волнуясь за безопасность своих соратников. Таинственный силуэт медленно обернулся на звук, доносящийся из воды. Заметив вампира, существо вытянуло руку и мгновенно запечатало его в водяном шаре, возвышая над морем. Джим старался освободиться, пробиваясь через водный барьер, но все попытки оказались тщетными. Пока он боролся в воде, шар медленно приближался к таинственной фигуре, пока не оказался совсем рядом, где Джим смог рассмотреть существо, стоящее прямо перед ним. Это был не человек, хотя чем-то его напоминал. У него было тело, покрытое белой чешуей с красными узорами, и такие же белые волосы, из которых выглядывали рога. Его одежда отличалась от обычной, которую знал Джим. Он видел нечто подобное всего один раз, и это было у человека не с их земель. Судя по надменному взгляду красных глаз, четко было понятно, что это существо моря и сейчас они находились на его владениях. Когда Джиму уже стало не хватать воздуха, морское существо, словно потеряв интерес, по щелчку разорвал свой водяной шар, и вампир упал на скалу, сильно кашляя, избавляясь от воды. — Кто ты такой, чёрт возьми?! — недовольно вскрикнул Джим, убирая затычки из ушей. Пение сирен не исчезло полностью, но стало гораздо тише и почти незаметно. Морские девы продолжали преследовать Саламандру, поэтому на данный момент можно было освободить слух. — Я? — в его голосе не прозвучало ни изумления, ни возмущения. Он обернулся к вампиру и ответил: — Морской дьявол, — наклонив голову и указав большим пальцем на себя. — Я — владыка морей и океанов. Тот, кого люди призывают на помощь в открытом море и кого они боятся, когда на них обрушивается моя кара. «Сколько надменности», — подумал про себя Джим. — Значит, это ты их спас? — Спас? Просто проплывал мимо, как вдруг эти двое свалились мне на голову. В этот момент Джил и Марианна медленно начали приходить в себя после потери сознания. Глаза Джила медленно открылись, мелькнув коротким моментом недоумения, где он. Понемногу вспоминая происходящее, бард попытался приподняться, но сильно удивился, увидев перед собой морского дьявола. Марианна же, с закрытыми глазами, слегка пошевелилась, словно ощущая окружающий мир сквозь мутное состояние. По мере того как её глаза открывались, девушка продолжала оставаться под чарами сирен, которые отдаленно продолжала слышать, словно призывающие еë к себе через звуки и пением, что едва проникали сквозь мутный ум девушки. Поднявшись на ноги, увлечённая зовом морских дев, Марианна решительно направилась к морю, стремясь покинуть каменистый островок. Однако морской дьявол одним махом руки вырубил девушку и осторожно уложил обратно на скалу, строго пресекая её намерение покинуть безопасное укрытие. — Так проблем будет меньше, — ответил дьявол на возникший немой вопрос в воздухе барда и вампира. Джил подполз к девушке и осмотрел еë пульс. Несмотря на то, что она была без сознания, сердце всё ещё билось. Он взглянул на Джима и с облегчением кивнул вампиру, давая понять, что с девушкой всё в порядке. — Дальше разбирайтесь сами, — отмахнулся дьявол, поворачиваясь к воде. — Постой! — прокричал Джим, поднимаясь на ноги. — Знаю, что ты в этом не заинтересован, но окажи одну услугу — помоги поймать одну сирену! — Ха? — удивился дьявол такой дерзости. — С чего это я вдруг должен помогать? Где-то написано, что я благотворительностью занимаюсь? — Я выполню любое твоё условие, которое ты мне поставишь, если поможешь, — взгляд вампира горел полной решимостью. Дьявол, без выражения какой-либо эмоции, смотрел на Джима, словно на загадку, которую пытался разгадать. — Люди ещё те хитрецы, когда им что-то надо. Думаешь, я поведусь на твою уловку? — Но я не человек. — Но и не совсем монстр. На мгновение Джим оторопел от услышанного. Обычно все видели в нём только монстра, но в этот раз он услышал совсем иные слова... — Я сдержу своё слово. Таковы мои принципы. Дьявол уставился на барда, затем на девушку, которую обнимал юноша, и, после некоторого раздумья, медленно перевёл взгляд на вампира. — Готов ли ты, когда это потребуется, оказать услугу и помочь моему потомку? — спросил дьявол, не отрывая глаз от своего собеседника. Джим немного удивился: почему потомку и в какой момент ему придется помочь? — Я редко плаваю в открытом море, — отметил он. — Это не так важно, — возразил дьявол. — Как я узнаю, кто нуждается в моей помощи и в чëм именно она будет заключаться? — спросил Джим. — Ты поймёшь по обстоятельствам, с чем помочь, а потомка узнаешь по этим бусам, — он указал на бирюзовый нефрит, который украшал его шею, — и по договору, который мы заключим, — добавил дьявол. — Договор? — А ты думал, я на честном слове тебе помогать буду? Ты принимаешь мои условия? — уточнил дьявол. — Ты задаёшь немного сложные условия задачи, но в данной ситуации у меня нет выбора торговаться, я согласен. Дьявол усмехнулся. Он засучил свой большой рукав, помогая себе снять чёрный нарукавник. Оголив конечность, он подошëл к вампиру и вырвал у него кинжал, делая неглубокий порез на своей правой ладони. Затем он передал кинжал Джиму и попросил сделать то же самое. Послушно выполнив просьбу, юноша снял перчатку и тоже нанёс порез на своей ладони. Дьявол тут же схватил его руку и крепко сжал её. — Я, Широмэ, обязуюсь поймать нужную сирену и предоставить её тебе, а ты… — дьявол показал жестом, что теперь очередь Джима произнести свои слова. — …А я, Джим, в свою очередь, обещаю помочь твоему потомку, когда придёт время. После произнесённых слов, подобно заклинанию, Джим тут же почувствовал лëгкое покалывание в той области, где был нанесëн порез. Затем это ощущение перешло в болезненное жжение, которое стало всё более интенсивным и обжигающим по мере того, как дьявол крепче сжимал его ладонь. В какой-то момент Джим не выдержал и резко отдёрнул руку, потирая пульсирующую от боли рану. Обычно его регенерация без труда справлялась с подобными случаями, но на этот раз порез хоть и затянулся, но остался, словно напоминание о чём-то важном. — Это контракт на крови. Полученный шрам исчезнет, как будет выполнено условие договора, — пронзительно взглянул на вампира дьявол. — Теперь говори, какую конкретно сирену тебе нужно поймать? Джим извлёк из кармана часы, раскрыл крышку и повернул циферблат лицом к дьяволу: — Найди сирену, у которой есть вот такая отметина, как мерцающая цифра на циферблате. Не произнося ни слова, морской дьявол скрылся под водой. В то же время бард начал ощущать дрожь от холода, обволакивающего его на открытом воздухе. Ледяные капли проникали сквозь его одежду, пронизывая тело до костей. Но, несмотря на это, он упорно удерживал Марианну в своих объятиях, стараясь не дать девушке лежать на холодной каменистой поверхности, чтобы защитить еë от переохлаждения. Её кожа становилась холодной и бледной, а дыхание всё слабее. Джил уставился на Джима, его глаза выражали беспокойство и отчаяние. Он хотел спросить, что делать дальше, как им быть в сложившейся ситуации, но лишь увидел указательный палец друга у губ, указывающий на молчание. Бард молча кивнул, понимая, что нужно подождать ещё немного, чтобы покинуть это место. Он повернулся к Марианне, обнимая еë ещë крепче, чувствуя, что это единственное, что он может сделать сейчас. Пока все трое находились в напряжённой тишине, густой туман продолжал обволакивать скалы, застилая собой горизонт. Примерно где-то через двадцать минут из тёмных вод появился морской дьявол, вынырнув на поверхность и держа в руках сопротивляющуюся сирену, что кричала и пыталась вырваться из его стальной хватки. Джим тут же поспешил надеть беруши обратно. — Она? — спросил дьявол, хватая сирену за волосы, задирая её голову назад и приоткрывая взору шею, на которой отчётливо сияла восьмёрка. Джим, прочитав по губам то, что у него спросили, положительно кивнул. — Постарайся её удержать, мне нужно коснуться её шеи, — попросил Джим. Морской дьявол с силой ухватил сирену за лицо и плотно обнял еë за талию, держа прижатой к себе и не отпуская, чтобы она не смогла освободиться. — Давай быстрее! Я не собираюсь всю вечность тут с ней в обнимку торчать! — рявкнул дьявол. Джим не слышал слов, обращённых к нему, но ясно чувствовал, что они не были лестными. Подойдя ближе, он протянул руку и приложил циферблат к шее морской девы. С каждым моментом, как «час» возвращался в часы, вопли сирены стихали, пока в воздухе не повисла тишина. Она пыталась произнести хоть слово, но с губ срывалась лишь глухая немота. Яростный, безмолвный вопль сирены отразил её гнев и вражду, выраженные во взгляде. Она усиленно стремилась избавиться от тисков дьявола, удерживающего её. Девушка металась своим хвостом, пытаясь вырваться из захвата, но дьявол был сильнее. Рыча злобно, она пронзила своими острыми зубами его руку, заставив ослабить хватку и одёрнуть укушенную ладонь. В этот момент сирена высвободилась и кинулась на своего обидчика, который стоял поблизости. Джим достал кинжал, готовясь нанести ответный удар, как в этот момент дьявол ухватил сирену за хвост и отшвырнул её далеко-далеко обратно в море. Морская дева упала и погрузилась в глубины моря, её тело стихло и медленно погрузилось на дно. Её печальный визг затих, затерявшись в мерцающих водных глубинах, там, где рёв прибоя становился лишь бледным эхом. Джим наконец-то вытащил беруши, а дьявол, обернувшись к вампиру, медленно снял с руки нарукавник, показывая шрам, который заживал прямо на его глазах. — Свою часть контракта я выполнил, — порез исчез, словно его никогда и не было, — а ты не забудь про свою часть уговора. Джим взглянул на ладонь, на которой красовался багровый шрам и слегка пульсировал. — Как ранее говорил — я сделаю то, что обещал. — Удачи! Дьявол уже было хотел покинуть этих надоедливых смертных, как вновь услышал: — Стой! Сохраняя свою хладнокровность и стойкость, он ничего не произнёс в ответ. Ничто не выдало его изумления или раздражения, но где-то внутри него зашевелилась тень раздражения, что им начинают в наглую пользоваться. — Помоги нам вернуться на корабль. Если задержимся, то умрём от холода, — Джим надеялся, что ему всё же удастся договориться с дьяволом, иначе как он сможет выполнить часть своего уговора? — Об этом не было и речи. — Но ты сам понимаешь, что до него своими силами мы не доберемся. Морской дьявол тяжело вздохнул. Он оглядел море вокруг, после чего его глаза вновь встретились с пронзительным взглядом Джима. — Ладно… — с ноткой недовольства в голосе произнёс Широмэ. Одним взмахом руки он образовал водный полый шар, куда заключил эту надоедливую троицу, чтобы переправить их через водные просторы и вернуть на корабль. Джим и Джил разбирались со своими проблемами, Дофэн сумел найти возможность выбраться из тумана и оказаться в открытом море, где голоса сирен стихли и со временем утратили свою магическую силу. Под лунным светом, играющим на водной глади, команда корабля начала медленно приходить в себя после магических чар сирен. Их уставшие глаза, долго ослеплённые их сладкими песнями, стали постепенно проясняться, возвращая им ясность мысли. Сначала это было как пробуждение от долгого сна. Матросы медленно начали осознавать своё окружение, восстанавливая память о происходившем. Они обернулись друг к другу, взгляды их были исполнены смешанных чувств: от изумления до облегчения. — Вы наконец-то очнулись? — прокричал Дофэн своим. — Какого… Эй, развяжи нас! — прокричал Декстер. — Сами в это вляпались, сами и выпутывайтесь. — Ну ты и падла! Молись, чтобы я до тебя не добрался! — выругался Рафаэль. — Свои фантазии можешь оставить при себе. — Считай, что твой труп уже кормит рыб! Пока парни перепирались между собой, Декстер и часть команды уже умудрились ослабить верёвку и выбраться из неё. — Погодите-ка… — старпом озадаченно оглянулся вокруг, — а где Марианна? Дофэн, где она? Смотрящий очень сильно напрягся, не зная, как корректно дать ответ на поставленный вопрос, как вдруг со стороны кормы внезапно поднялась огромная волна, обрушившаяся на палубу и принесшая с собой Джима, Джила и Марианну. Мокрые и замёрзшие до костей от пронзительного холода, Джим и Джил судорожно дышали, пытаясь прийти в себя после того, как огромная волна принесла и накрыла их. Джил, обнимающий Марианну, медленно начинал осознавать, где они находятся, а Джим, потирая лицо и потряхивая головой, старался освободиться от воды, которая попала ему в уши. Когда Джил поднял голову и увидел команду, он тут же обратился к ним осипшим голосом: — Ваш капитан! Она жива, но ей нужна помощь! Но в ответ не последовало никаких действий. Когда Джим вытряхнул воду из ушей, то обратил внимание на недоброжелательные взгляды в его сторону. Он приподнял голову и понял, что все смотрели на его волосы и уши, догадавшись о том, кто он есть. — Ты… — Лектор было хотел начать выяснять отношения, как его перебил Дофэн. — Пока вы наслаждались чарами сирен, эти двое спасали ваши задницы и нырнули в открытое море, когда Марианна свалилась за борт. И так вот, — голос пирата перешёл на повышенный тон, — имеет ли сейчас значение, человек перед вами или нет, если он уберёг ваши грёбаные жизни, чтобы сейчас строить из себя обиженных инфатилов?! Джим обернулся посмотреть на Дофэна, но тот сделал вид, что даже не заметил этого. Он испытал внутреннее трепетание от того, что в подобных редких ситуациях за него кто-то заступался, не обращая внимания на его иные природные качества. Когда напряжение в команде начало спадать, часть членов экипажа быстро подоспели к Джилу, чтобы перенять на себя всю заботу о Марианне. Удалившись вереницей в капитанскую каюту, другие члены команды принялись за уборку палубы, стараясь убрать следы хаоса, оставленного после волны. — Вам лучше тоже пойти отдохнуть, — обратился к ним Даг, высокий мужчина лет сорока, с вьющимися, как мелкий бес, копной на голове. Джим молча кивнул в ответ, после чего подошёл к Джилу, тихо спросил, нужна ли помощь, и помог тому подняться. Собравшись, они вместе направились к своей каюте, молча преодолевая расстояние. Добравшись до помещения, где они располагались, парни зажгли лампу и тут же скинули свои промокшие одежды, чтобы переодеться во что-то сухое. Когда Джим обнажился по пояс, Джил краем глаза посматривал нательный крест, который красиво выделялся на бледном теле вампира. Чем больше он на него смотрел, тем сильнее его одолевали странные ощущения, которые он не мог себе объяснить. Переодевшись, они распределились по своим койкам: Джил занял гамак, закутавшись в одеяло, а Джим приготовил себе ночлежку на полу. Только вампир вознамерился улечься в постель, как послышался стук в дверь. Парни молча переглянулись, после чего Джим подошёл и приоткрыл дверь. За ней находился малец, протянувший бутылку бренди. — Это Вам, чтобы согреться. Джим немного удивлённо посмотрел на пришедшего. Он был готов к недовольным разборкам в его адрес, но сейчас он получил своеобразное «спасибо» за их помощь. — Сейчас нам это даже кстати, — Джим не стал отказываться от предложенного подарка и забрал его себе. После выполненного долга Кристофер неловко повернулся и направился к выходу, шагая по коридору. Джим вернулся в каюту, откупоривая бутылку и сделав несколько крупных глотков, после чего передал её Джилу. Тот с радостью принял подарок, выпивая содержимое и наслаждаясь теплом, распространявшимся по всему телу. — После всего произошедшего это — самая прекрасная часть этого приключения! — Сильно не увлекайся, похмелье будет нечем лечить. — Не переживай! — хихикнул бард. Джил расслабленно отдыхал на гамаке, наслаждаясь ароматом бренди, как внезапно из-за гамака появилась рука его друга, которая схватила бутылку и потянула её к себе. В момент сопротивления Джил обратил внимание на шрам внутренней части ладони, и его одолело небольшое беспокойство за напарника. — Ты не жалеешь о заключении договора? — прозвучал взволнованный голос. — Мне не о чем сожалеть. Может, я даже не доживу до тех дней, когда буду должен выполнить его. — А если доживёшь? — Буду действовать по обстоятельствам, — немного помолчав, добавил: — И ты со мной тоже! Но в ответ уже ничего не последовало. Когда Джим приподнялся, то увидел крепко спящего друга. Тот лишь улыбнулся, покачав головой, и тоже лёг спать. В каюте наступила тишина, когда бард и вампир, уставшие после долгих и напряженных событий, крепко заснули, словно получив заветный отдых после суетливого дня. Если Джим мирно посапывал, нарушая царившую тишину, то для Джила же ночь обернулась кошмаром из непонятных фрагментов, вызывая внутреннюю тревогу и волнение. Во сне сменялись урывками фрагменты, словно пазл, складываясь в запутанный сценарий: лесная тропа, укутанная листвой и тишиной; большая каменная усадьба, извивающееся во мгле, словно стена тайны; таинственная женщина без лица, пленяющая взгляд своим загадочным обликом; маленький мальчик, потерянный и одинокий среди сновидений; вопли, крики, кровь, звуки, пронзающие сознание. Эти образы, словно привидения, манили и утомляли, призывая к себе из потаенных глубин его сознания, заставляя его бороться с беспокойными сновидениями. Страх застыл в его сердце, не позволяя полноценно отдохнуть. Всё больше и больше ощущение неведомой тайны окутывало Джила, словно ледяным покрывалом, заставляя его терзаться в кошмарном сне. «Кто ты...», «Прекрасное имя...», «Возвращайся...», «Где он…», «Бежим...», «Я буду рядом…». Бард проснулся в холодном поту, с сердцем, бешено стучащим в груди. Глаза его были широко раскрыты, уставившись в темноту комнаты, словно пытаясь понять, где он находится. В ушах ещё звучали голоса и звуки из его кошмарного сна, который остался в памяти только как мучительное томление и неуловимые образы. Шум сердца заглушал любой другой звук, напоминая о страхе и тревоге, что преследовали его и в реальности. Он вскочил на ноги, пытаясь успокоиться, но чувство беспокойства не покидало его, словно невидимая тень, следуя за ним повсюду. Джим проснулся на шорохи и тяжкое дыхание Джила: — Ты в порядке? Что случилось? — Всё нормально, просто приснилась непонятная ерунда, — он повернулся к Джиму, устало улыбнулся и добавил: — Ложись, спи дальше, не беспокойся об этом. Джим улегся обратно, но не переставал пристально наблюдать за другом. Сквозь полумрак Джим видел, как Джил снова закрыл глаза и, кажется, быстро углубился в сон. За всё время их путешествия Джил впервые спал так беспокойно, но вампир решил всё же отвлечься от мыслей и попытаться забыть об этом, чтобы самому успокоиться и продолжить спать. Ночь в каюте была тихой и спокойной после долгих и опасных приключений, которые пережили Джим и Джил. В темноте в комнате было слышно только ровное дыхание спящих друзей и скрип деревянного корабельного пола под шатанием морских волн. То время, что они спали, тянулось медленно, словно даруя им возможность восстановить силы перед новыми приключениями, которые, без сомнения, ждали их завтра.