Глава вторая. «В тумане».

Чем дальше мы шли, тем сильнее туман сгущался вокруг нас, сводя любую видимость к минимуму. Внезапно… Шаги. Справа. Я обернулся, но это был лишь туман. Крейдл, прижавшись ко мне, спросила: — Что это было? — Мы здесь не одни. Шаги становились всё громче, окружая нас со всех сторон. Я вынул меч из ножен, скрестив руки на рукояти, и мы медленно шли по туманному городу, озираясь на каждый шорох. Чувство неминуемой опасности не покидало меня. Раздался громкий топот, и нечто выбежало из тумана, остановившись прямо перед нами. Бледное, тощее, обрывки одежды висели на нём, колыхаясь под нежным дуновением ветра. Перекрученные под неестественными углами сросшиеся кости местами разрывали тонкую белую кожу, обнажая гниющую плоть. Его руки были лишены мышц, представляя собой длинные и острые костяные лезвия. Рукой я отстранил Крейдл назад, покрепче сжав меч. Существо дёрнулось и с ужасающим первобытным воплем рванулось к нам. Я пригнулся, увернувшись от размашистого удара лезвием, и проткнул тварь мечом насквозь. Вырвав клинок из туши монстра, я схватил Крейдл за руку, и мы побежали в сторону одного из домов. Позади был слышен топот, что придавало нам сил бежать быстрее. Девочка не сопротивлялась, полностью доверившись мне. Вломившись в небольшую комнату без окон, я захлопнул за нами дверь и опрокинул шкаф, который по счастливой случайности оказался рядом с ней. Позади раздался громкий стук, будто кто-то со всей силы молотил в дверь. Существа пытались прорваться внутрь. Я отступил назад, всё ещё сжимая в руках меч. Однако вскоре стук прекратился. А судя по удаляющимся шагам, твари решили найти себе более доступную жертву. Всё же я решил не рисковать и притащил к двери пару стульев и тяжёлую тумбу, создав нечто наподобие баррикады. Я осмотрелся. Вероятно, раньше это был продуктовый магазин. Повсюду стояли полки с давно испорченной едой, а в углу был небольшой столик с кассовым аппаратом. Крейдл прислонилась к одной из витрин, разглядывая в руке карту, которую она выменяла у Шаркспира. Я подошёл к ней. — Что это было, чёрт его дери? Крейдл ответила, не поднимая взгляда от карты: — Осквернённые — несчастные жертвы алых волн… Когда-то они были людьми… Она посмотрела на меня и продолжила: — Многие из них остаются в сознании даже после заражения. Но они уже не способны контролировать себя. — Это… Довольно жутко. Ощущать себя уродливым, кровожадным чудовищем… Крейдл посмотрела на меч, который я всё ещё держал в руках. Ржавый, в зазубринах и покрытый алой, склизкой жидкостью, вероятно, кровью Осквернённого. Она протянула мне карточку. — Вот, возьмите. Это поможет починить ваш меч. Я с недоверием посмотрел на карточку, но всё же взял её. — Ты сказала, что научишь меня пользоваться ими. — Да… Она встала и подошла ко мне. — Вот, сложите руки вот так… Словно вы молитесь Богу. Она сложила мои руки вместе у груди, я чувствовал нежное прикосновение её тёплых и мягких ладоней. — А теперь вложите карту между ними. Крейдл аккуратно просунула кончик карты между моими ладонями. — Каждая карточка — это волшебный артефакт, который может одарить владельца определённой силой, в зависимости от её знака. Теперь закройте глаза и представьте себе то, каким будет ваш меч после починки. Если сложно представить, можете проговорить про себя. Вы должны поверить, что, когда вы откроете глаза, ваш меч будет именно таким, каким вы его представили. Я постарался представить себе меч. Длинное прямое лезвие стального цвета, обоюдоострое, без единой зазубрины. Чёткая полоска закалки и клинок, крепко держащийся в рукояти. Да, наверное, я выглядел словно маленький ребенок. Внезапно я почувствовал тепло, медленно согревающее мои руки. Когда я открыл глаза, карты в моих руках уже не было. Я вынул из ножен меч и с удивлением обнаружил сияющий серебряным светом клинок. — Поверить не могу… — прошептал я. — Да нет, результат показывает, что вы очень даже смогли. Крейдл тихо хихикнула, а на её лице промелькнула озорная улыбка. — Эмм… — я опустил взгляд в пол. — Давай на «ты». Так будет проще. — Как скажешь. С улыбкой на лице ответила она и продолжила: — Ты выглядел очень мило, стоя вот так, с закрытыми глазами. Но на самом деле, есть куда более простой способ заставить карту работать. Называется он… Обычная зажигалка. Крейдл взяла с прилавка зажигалку и кинула мне. — Но… Зачем тогда нужен был этот странный обряд? Крейдл игриво посмотрела на меня. — Просто я хотела, чтобы ты немного поизображал волшебника. В этом своём плаще ты очень похож на какого-то мудрого чародея. Не хватает только длинной седой бороды. Я с недоумением посмотрел на девочку. На протяжении нашего путешествия она всегда старалась быть холодной и бесчувственной, и даже в некоторой мере загадочной… А сейчас она ведёт себя словно ребёнок. Я не то чтобы был против… Но мне казалось странным, как подобное может сочетаться в одном человеке. — Ну и что, ты была удовлетворена результатом? — Нет… Куда больше ты напомнил мне молодого рыцаря, которого обучают магии. У него не получается, и от этого он чувствует себя неловко. Она снова улыбнулась. — Именно это и показалось мне милым. Всё же, роль воина подходит тебе куда больше, чем роль мага. Я ещё раз посмотрел на клинок меча, а потом перевёл взгляд на Крейдл. — Эти артефакты… Они ведь нужны не только для ремонта снаряжения, верно? Я достал из-под подола плаща несколько карточек со странными знаками. — Конечно. Основная задача артефакта — сделать своего владельца сильнее. К примеру, ты используешь меч, верно? Есть артефакт, который зовётся «Воля Меча». Данный артефакт позволяет владельцу изучить техники использования пространственных клинков при владении мечом, что делает меч ничуть не менее эффективным, чем огнестрельное оружие. — Это звучит… Довольно мощно. — Да. Однако уже те артефакты, которые имеются сейчас у тебя, сделают твой меч куда эффективнее огнестрела. Вот эти две. Крейдл указала пальцем на две карты у меня в руках. На одной из них было изображение глаза, на другой — песочные часы. — Как ты думаешь, какие усиления дадут тебе эти артефакты? Я посмотрел на карты. — Ну… Вероятно, дальше видеть? Управление временем? Крейдл усмехнулась. — Для того чтобы дальше видеть, не нужны древние артефакты. Достаточно простого бинокля. А что до управления временем, то подобное, скорее всего, под силу лишь богам. Эти артефакты могут увеличить скорость твоего передвижения и улучшить твою реакцию. Ты сможешь летать по полю боя, словно ветер, а каждый удар противника будет для тебя словно в замедленной съёмке. — Такие сильные артефакты… Я искренне удивился. — На самом деле, они не такие сильные, как ты думаешь. Они сильные конкретно для тебя, как для мечника. И они сильные потому, что у тебя есть оба артефакта. К примеру, карта скорости считается одной из самых бесполезных. Какой толк в скорости, если ты не можешь с ней совладать? Я ещё раз взглянул на карты, а после сжёг их, чиркнув зажигалкой, подаренной Крейдл. Тем временем туман на улице начал рассеиваться, и мы решили продолжить наше путешествие. Но не успели мы пройти и сотни метров, как большая группа Осквернённых преградила нам путь. — Боюсь, что они не позволят нам просто так пройти дальше. Я вынул из ножен меч, когда Крейдл взяла меня за рукав моего плаща. — Артефакты сильны, но… Прошу тебя, будь осторожен. Крейдл отступила к одному из разрушенных зданий. Я сделал несколько шагов вперёд, взмахнул клинком. Осквернённые повернули свои изуродованные головы в мою сторону. Шаг. Я срываюсь с места. Словно ворон, единый с ветром, я пролетел сквозь толпу Осквернённых, разрезая своим сияющим клинком искажённые багровыми волнами тела и освобождая от вечного страдания заключённые в них души несчастных. Кто-то искал избавления, кто-то просто хотел сбежать из этого проклятого мира. И теперь они встретили свой долгожданный конец. С каждым ударом моего меча алая вязкая жидкость летела мне в лицо, заливая глаза и ухудшая видимость, когда я прорубал свой путь сквозь орды Осквернённых. Когда последнее существо с воплем отчаяния и боли упало на землю, я оглянулся и увидел трупы существ, раскиданные по асфальту. У кого-то не было рук, у кого-то ног, кого-то я разрезал напополам одним резким взмахом меча. Лужи окрасились алым от крови и полусгнивших внутренностей Осквернённых. Крейдл шла ко мне прямо по их трупам, не пытаясь как-либо перешагивать и обходить, словно богиня смерти — нежная и грациозная. Я взмахнул мечом, стряхнув кровь, и резким движением вложил его в ножны. Она подошла ко мне и тихо спросила: — Ты в порядке? Я не могла ничего разглядеть в пылу битвы, ты двигался так быстро, что я видела лишь твой развевающийся плащ и блеск твоего клинка, когда ты наносил удар. Это было… словно смертоносный танец. Я, смущённый, опустил свой взгляд. — Постой, ты же весь в крови! Её тон был взволнованным, когда она достала из своей накидки маленький зелёный платочек и протянула мне. — Но… Он же потом будет весь грязный… — промямлил я. — Это не страшно. Пожалуйста… Я не хочу, чтобы ты ходил… вот так. Вновь посмотрев на Крейдл, я нехотя вытер лицо платком, и мы продолжили наш путь. Так мы шли дальше, пока не увидели впереди силуэт. — Снова Осквернённые? — спросил я. — Нет… Не похоже. — Откуда человеку взяться в забытом городке на краю умирающего мира? Чем ближе мы подходили, тем ярче становился силуэт, открывая нам молодую женщину в тёмно-фиолетовом платье и чёрном цилиндре. Её длинные пепельные волосы развевались на ветру, а в руках она держала зонт-трость. Я положил руку на рукоять меча, но Крейдл аккуратно коснулась моей руки. — Постой, мне кажется, она нам не враг. — И ты ей поверила? Быть может, сейчас она не проявляет агрессии, однако она точно не выглядит безобидной. Кто знает, может, это ловушка? — Ну, если это и правда ловушка, то это значит, что мы уже в неё попались, — тихо сказала Крейдл, улыбнувшись мне. — Я могу сама поговорить с ней. — Нет уж, я иду с тобой. Мы подошли к странной женщине. — Хеей! Эй, вы! Да-да, вы! Меня зовут Лилит. Я фокусница и гадалка. Не желаете ли вы узнать своё будущее, господин Мечник и Багряная Дева? — Да, — Крейдл тихо ответила, посмотрев Лилит прямо в глаза. — Мы бы хотели узнать наше будущее. Лилит на мгновение отпрянула, стараясь избежать взгляда Крейдл. Я наблюдал за происходящим со смесью недоумения и любопытства. Оба чувства боролись во мне, каждое не в силах взять верх. Лилит подкинула одной рукой колоду карт. Колода рассыпалась в воздухе, когда Лилит поймала все карты вместе другой рукой. Сделав лёгкий взмах, она превратила их в большой веер. — Что ж, тогда тяните карту. Крейдл протянула руку и взяла карту. Стоило ей это сделать, как Лилит исчезла, оставив за собой лишь сноп фиолетовых искр. Я подошёл к Крейдл. — Что это было? Эта… Лилит. Она назвала тебя «Багряной Девой». Вы знакомы? Крейдл постаралась отвести взгляд. — Нет, я… Я не понимаю, почему она так сказала. Я в первый раз вижу её… Я понял, что Крейдл не хочет об этом говорить, и вместе с тем не хотел на неё давить. Я решил перевести тему. — А насчёт будущего… Что там, всё-таки, на карте? Крейдл безмолвно передала мне карту. «Башня». — Я… Я не сильно разбираюсь во всём этом, тем более в Таро… — начал я. — Но я слышал, что «Башня» — это отнюдь не самая лучшая карта. Даже наоборот, одна из худших. И даже «Дьявол» не столь страшен, как «Башня». Крейдл посмотрела на меня, блеснув своими жёлтыми глазами. — Да, «Башня» без сомнения одна из сильнейших карт. Однако всё не так плохо. «Башня» означает разрушения и изменения. Крах старого порядка и перерождение. — Разрушения и изменения… Мне вспомнился тот странный пейзаж из мгновенного откровения в заброшенной часовне. Разрушенный город, беспощадно поглощаемый нескончаемым Алым Потоком. — Честно, мне сложно даётся понимание подобных вещей. Как по мне, это всё звучит странно и жутко, хоть я и могу ошибаться. Крейдл посмотрела на меня. — Все люди в своей жизни ошибаются. Это нормально, особенно если у тебя есть силы признать свои ошибки, извлечь из них урок и двигаться дальше. Скоро ты поймёшь. Пойдём, нам нужно поспешить.