Глава четвертая. «Мрачная цитадель».

Пройдя по песчаному берегу, мы добрались до огромных древних врат с двумя маленькими башенками, на шпилях которых развевались серебряные флаги. Стоило нам подойти, как ворота беззвучно отворились, словно приглашая нас внутрь. Впереди простирался огромный стальной мост, поросший плющом и уходящий по воде прямо к центральному замку. Также от моста отходило несколько ответвлений в меньшие башни, каждая из которых была соединена мостами с центром крепости. — Плавучая цитадель Атлантиды, врата к Первородной Тьме, центру мироздания… Ты слышишь их? Алые волны. Эта цитадель — последняя попытка людей сдержать Мировую Кровь. Я посмотрел на Крейдл.                                         — Я так понимаю, это единственный путь, верно? У меня дурное предчувствие насчёт этого. Это место… Оно будто давит на тебя своим размером и величественностью. Крейдл опустила голову. — Боюсь, что да, это единственный путь. Существует множество входов в Бездну, однако все они либо слишком далеко отсюда, либо там в разы опаснее. — А ты уже бывала здесь? — Нет, но я видела другие проходы к центру мира. Я… Я видела достаточно, чтобы понимать уровень опасности там. Я не знаю, что ждёт нас здесь. Однако здесь нет орд Осквернённых… Во всяком случае, пока. А это уже делает этот путь куда более безопасным по сравнению с теми, что я видела. — Получается, у нас нет выбора… Как всегда. Я вздохнул. — Что ж, тогда в путь. Не думаю, что нам стоит отвлекаться на исследование боковых башен. У нас нет времени, чтобы подвергать себя излишней опасности. Так что предлагаю направиться сразу к замку. Я протянул руку Крейдл, и мы медленно двинулись к центру цитадели. Наши шаги отдавались глухим эхом о металлическую поверхность моста, волны нежно ласкали своими гребнями грубую сталь. Когда мы проходили мимо одного из мостов, ведущих к боковой башне, раздался жуткий, леденящий душу вопль. Крейдл, державшая меня за руку, вздрогнула и посмотрела на меня. — Что это?                          — Не знаю. Думаю, нам не стоит подвергать себя лишней опасности. Там может быть всё что угодно. Я посмотрел в сторону башни. — А вдруг там человек? И он нуждается в помощи? Я вновь посмотрел на башню, а затем обвёл взглядом кровавый закат, обдумывая ситуацию и возможные выходы из неё. В мире, пожираемом алыми волнами, почти не осталось людей. А если верить Крейдл, то цитадель уже давно заброшена. Но если это и правда человек, то он может обладать информацией… Весьма полезной информацией, которой, возможно, захочет поделиться, если ему помочь. — Хорошо, ты права. Пойдём. Боковая башня оказалась куда больше, чем я полагал. И чем ближе мы подходили к ней, тем сильнее становилось у меня ощущение, что эта цитадель — совсем не то, что я представлял себе. Ровные стены из серого металла со странными надписями и цифрами на них, грязные стеклянные панели окон, автоматические двери… Данное строение отнюдь не напоминало средневековый замок. А высокие шпили оказались лишь причудливой формы крышей. Я обвёл взглядом вход. Сломанные створки автоматических дверей были наполовину открыты, а внутрь вёл кровавый след. Рядом лежал мигающий фонарик. Когда мы продвигались вглубь помещения по кровавому следу, ко мне наконец пришло осознание того, что же это за место. Большая часть дверей была закрыта, а вдоль стен коридора лежали странные запечатанные контейнеры с пометками. Всё это напоминало какой-то заброшенный научный центр. И тогда раздался ещё один крик. Мы бросились на звук и оказались в просторном помещении с бассейном, между двумя частями которого был мост. Вечернее небо давало слабое освещение, проникая сквозь стеклянные панели на потолке. Инквизитор с большим топором загнал в угол мужчину в изорванном чёрном балахоне. — Грязный еретик! Всем последователям Алого Порядка место на костре! Вы все будете гореть вечным пламенем за свои грехи и злодеяния! Тут мужчина заметил нас. Он с мольбой посмотрел сначала на Крейдл, а затем на меня. Девочка нежно коснулась моей руки. — Церковь часто выдаёт ложные обвинения, преследует и жестоко наказывает невинных… Я думаю, нам стоит вмешаться. Я не знал, виновен ли этот человек или нет. Однако сам акт столь жестокой расправы вызывал у меня отвращение. Я кивнул в согласии. В одно мгновение я оказался за спиной инквизитора и придушил его, лишив сознания. Крейдл тихо подошла ко мне и протянула руку мужчине, чтобы помочь ему подняться. Однако он лишь опустил взгляд. — О, Прекрасная Кровавая Леди, Матерь Падших, Повелительница Страдания и всего Алого… Багряная Принцесса, рождённая кровью, чтобы эту кровь воздать… Вы… Вы услышали зов этого жалкого смертного, вашего покорного слуги, чтобы снизойти до него, чтобы привести Паладина Крови. Я… Этот жалкий раб вырвет себе язык за то, что позволил себе такую дерзость, как говорить с вами… Мужчина ёрзал по полу и бормотал какие-то несвязанные речи религиозного характера, обращаясь к Крейдл. — Что вы говорите? Я… Я не понимаю, о чём вы… Крейдл попыталась коснуться его, но он отпрянул от её руки, словно от огня. Тогда я заметил серьёзную рану у него на животе, которая сильно кровоточила. И в этот момент он посмотрел на меня. Бледное лицо, дёргающиеся глаза с кровоподтёками. — И вы, Великий Кровавый Паладин, Тёмный Мессия нашей Госпожи… Вы… Вы не представляете, как долго мы ждали… Сильнейший, мудрейший из всех нас. Да пребудет с тобой благословение Её. Да не иссохнет кровь нечестивцев на клинке твоём на пути во исполнение воли Её. Скрыв руки под подолом плаща, он достал небольшую склянку с алой жидкостью и протянул мне. — Молю вас, о Последний Рыцарь Алого Перерождения… Примите этот дар. Это эликсир, содержащий мудрость всех членов культа Багрового Порядка. Он поможет вам понять Её цели и следовать воле нашей Прекрасной Госпожи, — сказал он, с благоговением глядя на Крейдл, лицо которой выражало чистый шок. Я с недоверием посмотрел сначала на мужчину, а затем на флакон с эликсиром в его руках, который он с почтением протягивал мне. Всё это выглядело слишком абсурдно, оторвано от реальности. Буквально несколько минут назад мы шли по павильонам заброшенного научного центра, а теперь я стою перед выбором — принять «дар» безумного сектанта Алой Церкви. Я на мгновение задумался. Этот чёртов псих наверняка окончательно свихнулся в предсмертных галлюцинациях. Он бредит. Точно, бредит. Но что, если этот странный эликсир даст мне знание об Алых Волнах? Ведь он содержит воспоминания других таких же, как он. Может, это позволит мне лучше осознать происходящее? Я старался мыслить рационально, однако одна дурная мысль не покидала моё сознание. А что, если он говорит правду? Я тут же вспомнил Лилит. "Не желаете ли вы узнать своё будущее, господин Мечник и Багряная Дева?" Мурашки пробежали по моей спине. Нет, нет, это же всего лишь совпадение, так ведь? Я посмотрел на Крейдл. В её глазах читались смятение и непонимание. Нет, наверное, я всё же всё это надумал. Но эликсир всё-таки стоит взять. Я аккуратно взял баночку, и в этот момент культист схватился обеими руками за горло. Тонкие ручейки крови потекли из его глаз. Он согнулся пополам, и его начало рвать потоком алой жидкости, вперемешку с внутренностями. Его словно выворачивало наизнанку. Крейдл тут же отвела взгляд, не желая видеть столь отвратительное зрелище, и даже мне стало не по себе. Спустя несколько мгновений мужчина уже лежал мёртвый перед нами, утопая в луже собственной крови. Я посмотрел на Крейдл. — Как ты? Она посмотрела на меня, в её глазах застыли слёзы. — Со мной всё хорошо, я… Я видела вещи и пострашнее. Однако каждый акт человеческой жестокости — это… ужасно. Я никогда не смогу привыкнуть к этому. Каждый раз, когда я вижу подобное, чувствую, будто в моё сердце вонзают острый нож. Я аккуратно приобнял Крейдл за плечи и прижал к себе. — Прости, что заставила тебя волноваться за меня, Путешественник… Это я виновата. Я уговорила тебя пойти сюда и помочь ему. Я нежно коснулся её волос и успокаивающе погладил. — Нет. Ты не виновата. Ты лишь дала мне совет, а последовать ему было сугубо моим решением. Ведь я верю тебе. Крейдл ответила мне милой улыбкой. — Спасибо тебе, Путешественник… Я поднял небольшой вещмешок, принадлежавший ранее культисту, и, обнаружив несколько медных печенек, положил в него эликсир. А затем мы вновь ступили на путь к тайне.