18. Избранные за одним столом

— Значит, все согласны? — спросила Селестина и посмотрела на прежних «носителей» по очереди, а получив согласный кивок от каждого, подытожила: — Отлично, значит теперь мы Фавориты Тьмы! — Отличный выбор! — одобрил новое название Соник, демонстрируя свой фирменный большой палец. — Теперь можно и злодеев изучить… — пробормотал Бродяга, первым возвращаясь к своей папке.       Похоже, ему было очень интересно её содержимое. Если подумать, несмотря на мягкий, на первый взгляд, характер, этот пёс имел цепкий ум и умел сосредоточиться когда надо. То, как он лип к Астре, меня раздражало, но тот разговор, что состоялся у нас при первой встрече, то, как он пригрозил мне последствиями, если я её обижу, несмотря на то, что хорошо осознавал нашу разницу в силе, заставляло его уважать. И та часть меня, что не ревновала, радовалась, что рядом с моей девушкой есть такой мобианец. — А для меня список опасностей ты не подобрал? — шутливо надулся синий.       Как раз обходя стол с его стороны, я притормозил рядом, грозно глядя сверху вниз, и даже чуть наклонился, угрожающе нависая. — Посмотри мне в лицо, — тихим, пробирающим голосом посоветовал я. — Это единственное, чего тебе стоит опасаться.       Сверхскоростной театрально закатил глаза, всем своим видом выказывая безразличие к моим угрозам, а остальные засмеялись. В этот раз мне понравилось быть причиной смеха.       Первым в папке лежала анкета Эггмана. Все земляки Астры согласились, что ничего нового в ней нет, хотя и удивились, что он, оказывается, из другого измерения Соника, а местный Эггман погиб.       Слушая их упоминания о родном мире и том, что они оттуда узнали о нашем, я порой снова ощущаю себя экспериментом в капсуле, заполненной питательным гелем, за которым периодически наблюдают, но что-то из моей жизни мне всё-таки удавалось скрывать. Ассоциация была мрачной, но не являлась виной присутствующих в этой комнате.       Когда Астра рассказывала о том, что наблюдала за мной из другого мира, я вспоминал то ощущение, когда среди холодных профессиональных лиц учёных и ассистентов появилось доброе лицо со светящимися восторгом и любопытством голубыми глазами. Это ощущение смешивало много чувств, но не вызывало отторжения. Приятно иметь кого-то по ту сторону на своей стороне. — А что это за ряд цифр? — поинтересовался Бродяга. — Я так предполагаю, это внутренняя нумерация дел G.U.N., но почему почти все цифры зацензурены?       Его внимательность подтверждала моё мнение о нём. Обычно гражданские о таких вещах даже не задумываются. — Ты прав, это внутренняя нумерация дел, и она предназначена только для работников Подразделения, поэтому вам доступны только номера дел, — ответил я, сев обратно за стол рядом с Астрой. — В любом случае эти цифры ничего вам не дадут без знания их значения. — А что это за разноцветные значки? — полюбопытствовал Артэмис, видимо имея в виду символ уровня угрозы, расположенный под номером дела.       Красный, жёлтый, синий и зелёный символы, состоящие из разных вариаций круга и стрелок, иногда с дополнительным символом в центре (что удобно, когда, к примеру, в очках ночного видения, не передающих цвета, пытаешься определить, насколько опасный груз в ящиках), G.U.N. использовала не только для обозначения уровня опасности объектов на файлах в архиве, но и на всём, что требует маркировки. — Это классификация уровня опасности. На неё тоже можете не обращать внимания. В этой подборке исключительно опасные преступники, встреча с которыми для вас может закончиться очень плохо, — объяснил я.       Все Носители… Фавориты продолжили листать документы. — Магия? Опять? — пробормотала Астра себе под нос как-то скептично. — Ты не веришь в магию? — тут же спросил Наклз, и в его голосе явно слышалось возмущение, даже осуждение.       Похоже, такое недоверие как-то задевало его гордость древнего рода ехидн. У них особые отношения с Энергией Хаоса. Во время совместных с командой Соника походов или прогулок в городе, на которые соглашалась Руж и, конечно, тащила меня с собой, Хранитель Мастера Изумруда порой рассказывал что-то о своём народе, как он жил на острове Ангела и какие у них традиции. Но всё это ушло, осталось в прошлом… Как и люди из моего прошлого. От этого я порой чувствую с ним странное родство. — Нет, верю, конечно. Просто… Странно слышать о магии в мире, где есть изумруды хаоса, где столько всякой энергии… — высказывала своё сомнение Астра, но Наклз резко перебил: — Это и есть магия! Под магией не подразумевается ничего, кроме глубочайших познаний в области природы и свойств энергии хаоса, — помягче объяснил красный ехидна и ответил на мой предостерегающий взгляд своим серьёзным.       Поучить бы его такту, да момент неподходящий. — Я даже об этом не задумывалась… — удивлённо пробормотала Коссандра, ни к кому конкретно не обращаясь. — Подожди, так под магией подразумевается контроль хаоса? — удивилась моя девушка.       Похоже, она не так много знает о Контроле Хаоса, как я думал. — Н… — промычал Наклз, собираясь с мыслями, чтобы ответить. — Не совсем. Хаос Контроль, которым обычно пользуется Шедоу и Соник, как и большинство любителей, — на такое замечание я фыркнул, а Соник недовольно хмыкнул, но ехидна нас проигнорировал, — это применение поверхностных знаний по владению энергией хаоса. Часто это просто интуитивное применение врождённых способностей. Магия же — это глубокое изучение сути природы и свойств энергии хаоса её разных ипостасей и направленностей, её благородное использование и обретение гармонии с великим потоком энергии, объединяющей всё живое. — А, ты про Могула, — себе под нос проговорила Селестина. — Это многое объясняет, — почему-то обрадовалась Астра.       Магия, может, и давала возможность показывать всякие фокусы, но в конечном итоге когда нужно нанести серьёзный точечный урон, нет ничего лучше мощной и понятной направленной Хаос Контролем энергии. — А её сложно освоить? Магию хаоса… Для этого необходима природная склонность? Какой-то талант? — полюбопытствовал Артэмис. — Думаю, вы могли бы постигнуть тайны владения магией, но… Изучению этого искусства нужно посвятить много лет, — ответил ему Наклз. — Мамонт?! — вдруг повысила голос Селестина. — Я подумала, что это слон… Но тут написано «мамонт», и у него маленькие уши, и… шерсть… Но мамонты жили, когда люди только появлялись. Как мамонт мог стать мобианцем, если они вымерли задолго до появления на Земле Ксордо, до мутации?.. — девушка смотрела обескураженно то на Наклза, то на Дюка, словно обвиняя их во лжи. — Возможно, ты превратно понимаешь мутацию, вызванную оружием Ксордо, — впервые за эту встречу заговорил Дюк. — Ты решила, что их генные бомбы вызвали мутацию в конкретных животных, которые в этот момент бегали по земле, но это не так. Часть фауны земли, что подверглась их воздействию, погибла, и только её гены, смешавшись, подарили этому миру новую форму жизни — мобианцев, и под этим термином я подразумеваю и так называемых оверлендеров, и морфов, и других разумных живых существ. Все они представляют собой единый вид, поделённый на разные подвиды и породы, — его низкий грудной голос и рассудительная спокойная речь напомнили мне отчёты учёных во время бесчисленных брифингов, на которых мне довелось присутствовать. — Поэтому необязательно, чтобы живые мамонты были на земле во время Эры Ксордо, достаточно, чтобы их гены сохранились где-то в почве. — Так и Древние Скитальцы появились? — спросила Селестина у Наклза. — Те, о которых ты рассказывал: мудрецы, что направляли расу ехидн и всех Избранных. Ты говорил, что они были динозаврами.       Судя по лицу, красного вопрос слегка озадачил, а когда он уже открыл рот, чтобы ответить, его опередил Дюк: — Пешеходы появились гораздо раньше, и к мобианцам они не имеют никакого отношения, кроме высокой восприимчивости к энергии хаоса. Они-то и были теми, кого вы называете Избранными, первыми из них. Именно они нашли первыми Изумруды Хаоса, даровавшие им интеллект и долголетие. И они направляли нас, Избранных среди прежних обитателей Земли. Они учили нас управлять энергией волшебных камней и помогали своей мудростью направить свои силы, решать, кем нам быть, и не позволять силе решать за нас… — паука говорил, задумчиво глядя вперёд, но не на Соника, а куда-то сквозь него, словно заглядывал в описываемое прошлое, так что никто из присутствующих не решался его перебить, а затем мужчина печально опустил голову. — С одобрения Пешеходов я ушёл в другое измерение, когда Ксордо только явились… Очень жаль, что я не вернулся раньше… Я даже не успел попрощаться.       Повисла драматичная пауза. Сумей он попрощаться, навряд ли ему бы стало легче, но… Может, и хорошо не понимать этого. — Так ты, значит, тоже Избранный? — жизнерадостно переспросил сверхскоростной. — Мой брат, — начал он и пояснил для Астры: — Тэйлз, тоже такой. Он-то как раз этому недовымершему магу уже наподдал. — Тэйлз тоже избранный?! — громко удивилась моя девушка, поражённо глядя на брата. — Я думала, Избранный, это… ну, ты, — добавила Коссандра.       Соник развёл руками, смущённо улыбаясь, словно говоря «уж так вышло». — А он и есть. С мудростью моих лет несложно такое понять, — с лёгкой усмешкой сказал Дюк. — За этим столом все Избранные, если говорить в широком смысле этого слова.       Некоторых, таких как Соник и Тэйлз, понятно почему он причислил к Избранным. Фавориты были призваны из другого мира, так что отрицать их избранность глупо. Но остальные… Я ведь даже не был рождён как все остальные. — Так ты тоже у нас избранный? — обратилась Селестина к Наклзу с саркастичной насмешкой.       Это действительно интересный вопрос. Если Соник — избранный для этой вселенной, а Тэйлз — для всех вселенных, то Наклз не должен быть Избранным. Хотя его связь с Энергией Хаоса порой превосходит даже мою. И он также обладает Супер Формой. — Не совсем, — удивил своим тоном Хранитель, подавленно опустив глаза в стол. — Я, скорее, как Шедоу, — сообщил он, словно каялся в грехах, и стал стягивать с себя перчатки.       Заметив, что Астра смотрит на меня, я повернулся к ней, и она растерянно пожала плечами, видимо недоумевая не меньше моего.       Под перчатками ехидны оказались красные ладони, крупнее среднего, немного грубые на вид. На их внешней стороне располагалось по два крупных шипа.       Наклз так держал их перед нами, словно это был странный артефакт неизвестного происхождения. — Накс, что не так? — первым не выдержал Соник. — Мы все помним про твои костяшки, тебя в честь них зовут, — неловко пошутил он. — Прикольные, — восхитилась Астра и протянула руку через стол.       Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не дёрнуться вслед.       Хранитель всё ещё находился в задумчиво-лиричном настроении, но послушно протянул ей свою ручищу. — И у меня такие есть, — сообщила Селестина, судя по голосу так же как все сбитая с толку поведением красного ехидны. — Только маленькие. — Это лишь ещё раз подтверждает, что ты избранная, — задумчиво проговорил Наклз. — Потому что у других ехидн таких шипов нет.       Серьёзно? На множестве изображений ехидны именно с этими шипами. Правда, я не могу вспомнить, видел ли хоть одно изображение ехидн без перчаток.       Селестина раздражённо хмыкнула и привстала, чтобы дотянуться до руки красного. Она ухватилась за ладонь Наклза и отодвинула её. Нужно было самому это сделать! Но его слова о нашей схожести всё ещё занимали мои мысли. — Лапай своего ежа, — проворчала чёрная ехидна на мою девушку.       Она обиженно фыркнула. Наклз в это время стал тихонько цветом щёк приближаться к остальному окрасу. — Ну и ладно, — шутливо дуясь, Астра повернулась ко мне и запустила пальцы в мой длинный грудной мех. — Тут тоже есть что пощупать.       Все тихонько посмеивались себе под нос, но мне было плевать. Прикосновения этих рук как по волшебству создавали уютную атмосферу даже в напряжённый момент. — А Эми мне говорила, что для ехидн нормально иметь или не иметь шипов, — с лёгкой растерянностью в голосе сказала Селестина, и Астра снова повернулась к ней. — Она, скорей всего, действительно верит в это, — тихо сказал красный, втянув голову в плечи и наблюдая, как Селестина осторожно ощупывает его ладонь у начала костяных наростов. — Что ты имел в виду, говоря, что, скорее, похож на меня, чем на Соника? — не желая больше теряться в догадках, спросил у Хранителя я.       Прежде чем ответить, красный тягостно вздохнул, глядя в стол. — Дело в том, — начал Наклз и потянулся за своей перчаткой, а Селестина, видя это, отпустила его ладонь, — что мой отец, ещё до моего рождения, проводил на себе усовершенствования, используя давно запрещённые технологии… А когда я родился, он ещё и облучил яйцо полной силой изумруда хаоса…       Трагичный тон, которым он вещал, спрятав ладони обратно в перчатки, сделал повисшую за этим паузу драматической.       Неожиданно, но Астра прыснула со смеха. — Прости, я не смеюсь над тобой. Просто, ты говорил таким тоном, словно исповедуешься в смертном грехе, — объяснила она. — Но уж для нас-то усовершенствования, хоть природные, хоть искусственные, ничего, даже удивительного, не представляют.       Лёгкое удивление на лице Хранителя сменилось тёплой улыбкой. Он даже выглядеть стал расслабленней, словно с него сняли груз. — Это и вправду… только чуть-чуть необычно… — тихонько проговорила Коссандра, словно была не уверена, стоит ли вообще подавать голос. — Нам, твоим друзьям, без разницы, как ты родился и чем тебя облучали. Мы ценим тебя за другое, — весомо заметил Бродяга. — Ты стал нашем лидером не потому, что ты такой как все, — впервые за всё время подал голос Эспио, хотя я чувствовал его присутствие с момента, как мы все зашли в эту комнату, — а потому, что ты такой как есть. Никакое облучение для нас ничего не меняет. — И правда, Накс, — Соник легонько стукнул красного друга кулаком в плечо, — чего ты так напрягся? Вон Шед пару раз мир уничтожить пытался, и не парится же. — Я же просил так меня не называть, — скептично глядя на собрата, попросил я скорее по привычке.       Мысли всё ещё занимали слова, сказанные всеми Наклзу. Они говорили не обо мне, но игнорировать схожесть нашей ситуации я не мог, и то, что все так легко это воспринимали, несло просвет и в мою душу. — А какое яйцо облучил твой отец? — спросила Селестина.       Наклз посмотрел на неё озадаченно, но тут же его лицо осветило озарение. — Ты… Не в курсе, как размножаются ехидны? — уточнил главный представитель названного вида. — Мне не пять лет! — тут же яростно возмутилась чёрная ехидна и тише добавила: — Извращенец…       Её неосведомлённость только подтверждала рассказы Фаворитов об их прошлом. — По-моему, это ты неосведомлённая извращенка, — с лёгкой усмешкой заметила Астра, а когда убийственный взгляд Селестины резко метнулся на неё, пояснила: — Насколько я помню, ехидны и утконосы — единственные млекопитающие, которые несут яйца.       От того как вытянулось лицо Селестины, моя девушка снова засмеялась. — Астра права, — подтвердил Наклз. — Эту особенность мы унаследовали от наших диких предков, поэтому женщины-ехидны рожают яйцо… Хотя я слышал, что в парах с другими видами бывали случаи обычного живорождения… И через три дня младенец вылупляется… Но я вылупился через один… По крайней мере мне так говорили.       Раздосадованная Селестина хмыкнула и, скрестив руки на груди, отвернулась от нас. Бессовестный синий ёж в открытую посмеивался над ситуацией, но и другие улыбались. — А?.. — неуверенно подала голос Коссандра. — А почему твой отец… так с тобой поступил? Он же… не злодей?       Хранитель откинулся на спинку стула и снова вздохнул, но в этот раз хмурость лица говорила скорее о том, что его и самого омрачала эта тема, но не давила так, как его «мутация». — Он говорил, что ему приснилось, будто мне суждено сразиться с каким-то великим злом и Атаир… тот ещё чудак… Посоветовал ему… — Хранитель замялся, подбирая слова. — Совместить прошлое и будущее… В общем, он использовал на себе и на мне технологии, которые в нашем народе считались запретными.       Похоже, из благих намерений часто рождаются… неоднозначные ситуации. — Твой отец сделал это просто из-за плохого сна? — усомнилась Астра. — Скорее… Он был уверен, что это предсказание, — немного подавленно объяснил красный. — Он хотел как лучше для меня… Просто он… бывает слишком упрям.       Теперь понятно, в кого Наклз такой. — Кого-то мне напоминает, — видимо, моя девушка подумала о том же, побуждая красного вздохнуть и театрально закатить глаза. — Твой старик и вправду был тем ещё ворчуном, вы с ним одного поля ягода, — поддакнул Соник. — Почему вы говорите о нём в прошедшем времени? — спросила Астра, и по едва уловимой дрожи в голосе было ясно, что она уже представляет, каким будет ответ. — Он… Погиб, спасая меня, — холодно сообщил ехидна, глядя в стол перед собой. — Мне очень жаль, — тихо выразила сочувствие Астра, и я знал, что это не просто слова из вежливости.       Наклз молча кивнул. — Так поэтому ты захотел сегодня тоже прийти? — спросила Селестина. — Потому что эта тема с Избранными касается и тебя? — Именно… — начал он, но Астра его перебила: — Утверждай, что пришёл только ради неё, — шутливо отгородив рот ладошкой, словно хотела скрыть от Селестины, что говорит, нарочито громким шёпотом посоветовала моя девушка.       Она не исправима. Все захихикали, а Наклз, на мгновение замявшись, нахмурился. — Так и было, — с умным видом согласился он, отчего остальные засмеялись громче. — Так держать, — похвалил Соник. — Красавчик, — одобрила Астра, заимствуя фирменный жест сверхскоростного, показала большой палец.       И тут на неё обрушился град ударов со стороны Селестины, заставив меня напрячься. Но вмешательства не требовалось — это явно была просто игра. — Ах ты!.. Назойливая!.. Навязчивая!.. Докучливая!.. Прилипчивая ежиха! — приговаривала она при каждом ударе. — Это всё… синонимы, — ответила моя девушка сквозь смех.       Бить всерьёз Селестина и не смогла бы. Во-первых, потому что она тянулась через Коссандру, которой приходилось отклоняться на спинку стула, чтобы не попасть под горячую руку. А во-вторых, потому что била она всего лишь папкой с бумагами. Так что Астра просто опустила лицо вниз, чтобы удары приходились на головные иглы. — Интересно… — задумчиво пробормотал Артэмис, когда запыхавшаяся чёрная ехидна наконец унялась. — Здесь и птицы есть…