9. контрасты...

      Люциус поклонился с ледяной вежливостью, но его серо-голубые глаза не отпускали ее. Он сделал легкий жест рукой, и слуга с подносом тут же материализовался рядом.       — Освежитесь, мисс Грейнджер, — произнес Люциус, подхватывая два бокала с игристым шампанским с подноса и протягивая один ей, как бы невзначай касаясь пальцами её пальцев.       — Вы выглядите… восхитительно взволнованной. Вальс оказался слишком стремительным? — в его голосе звучала сладкая опасность, прикрытая светской любезностью. Гермиона сделала глоток холодного напитка, ощущая, как язык пощипывает игристая сладость.        — Музыка была… напористой и слишком властной, милорд. Как и партнер, — ответила она спокойно, но в карих глазах читался вызов.       Она опустила взгляд, признавая его силу, но не капитулируя перед ним и на губах Люциуса промелькнула едва уловимая довольная, хищная улыбка.       Ну, продолжай, Золотая девочка…мне нравится.       — Власть, — прошептал он, наклонившись чуть ближе, чтобы его слова услышала только Гермиона и его взгляд скользнул по ее губам, влажным от шампанского, — может быть восхитительно опьяняющей. Особенно когда ею делятся…я готов разделить с вами…не только власть.       Напряжение между ними стало почти осязаемым, когда Гермиона выдохнула с едва заметной ухмылкой, глядя куда-то в сторону, поверх плеча лорда Малфоя:       — О, да, милорд…и я знаю, что мы разделим на двоих прямо в эту самую минуту…       Люциус неспешно повернулся через плечо и почти нос к носу столкнулся с леди Малфой. Ее ледяные голубые глаза, столь похожие на глаза мужа, но лишенные одержимого огня, оценивающе скользнули по Гермионе, от платья до лица.        Выражение лица Нарциссы был безупречно вежливым, но в лазоревых радужках плескалось такое невообразимое презрение, что Грейнджер невольно отступила на шаг назад, опуская глаза.       — Люциус, дорогой, — голос леди Малфой был мелодичным, как звон хрустального колокольчика: — Старейшина Блэк желает с тобой поговорить. По поводу инвестиций в рудники Норвегии.        Она повернулась к Гермионе, растянув губы в подобие улыбки и медленно протянула, одаривая её еще одним полным презрения взглядом:        — Мисс Грейнджер, вы действительно стали украшением вечера. Такой… неожиданный образ. Чувствуется тонкий вкус…аристократа… — поджав губы, закончила леди Малфой, сверкнув глазами в сторону Люциуса.        Лорд Малфой на мгновение замер на месте, пряча раздражение, вызванное появлениям супруги под обворожительной улыбкой, проговорил, подхватив Нарциссу под локоток:       — Конечно, моя дорогая, идём.       Его губы коснулись бархатистой скулы жены, когда Люциус вновь бросил полный обещания и предупреждения взгляд на Гермиону, прежде чем удалиться вслед за супругой к ожидающей его делегации.       Гермиона сделала еще один глоток шампанского, пытаясь успокоить дрожь внутри. Воздух вокруг нее словно сгустился от чужих взглядов — любопытных, завистливых, осуждающих. Рядом, будто из ниоткуда, возник Северус, делая неторопливый глоток огневиски из рокса и скользя рассеянным взглядом поверх голов гостей.       Когда он заговорил, по-прежнему не глядя на Гермиону, его голос был тихим и обманчиво спокойным, однако от внимания девушки не ускользнула тонкая тень насмешки в его словах:       — Что ж, после пережитого вами только что… стоит ли мне надеяться на танец или вам нужна моя помощь, как колдомедика?       Грейнджер хмыкнула, поднимая глаза на Зельевара и он протянул ей раскрытую ладонь, чуть склонив голову в полупоклоне. Гермиона с легкой улыбкой присела перед ним в реверансе, принимая приглашение.       Снейп медленно и бережно притянул девушку к себе за талию едва ощутимым прикосновением и мягко повёл, направляя движения.        Этот танец был полной противоположностью предыдущему — в нем не было чрезмерного напора и публичной конфронтации. Снейп вел нежно, чутко реагируя на малейшее движение её тела, а его черные глаза не отрываясь скользили по лицу девушки              Северус едва заметно хмурился, отмечая её остаточное напряжение после танца с Малфоем. Их общение происходило на языке взглядов, синхронности движений и Гермиона почувствовала, как медленно расслабляется в его сдержанных объятиях.       — Профессор … — прошептала Гермиона наконец, чуть сжав пальцы на его плече, — как вам кажется, так ли необходимо столь яростно демонстрировать свою силу и власть, как это делает лорд Малфой?       — Сила бывает разной, — тихий и непривычно мягкий голос Снейпа раздался рядом с её ухом, а его дыхание согрело кожу щеки: — Не всякая сила достойна подчинения, мисс…вы наверняка понимаете это, правда? И вы легко можете обратить его оружие против него самого…        Северус чуть теснее притянул Гермиону к себе, сжав пальцы на тонкой талии и тихо добавил, склонившись еще ниже так, что его губы почти касались скулы девушки:       — Вы даже не представляете, какой силой обладаете, мисс…и не только над лордом Малфоем…       — Вы не понимаете, профессор. Лорд Малфой пытается вовлечь меня в игру, правила которой мне не до конца известны! — Гермиона покачала головой, позволяя Северусу провести себя под рукой в изящном па.       — Все играют, мисс Грейнджер, — ответил Снейп и его взгляд скользнул в сторону, где Люциус разговаривал с группой важных стариков, то и дело бросая внимательные взгляды туда, где в танце кружились пары: — Если вам неизвестны его правила, вы всегда можете установить свои….       Уголки губ Снейпа дрогнули в едва уловимом подобии улыбки, подобной короткой вспышке.        — Он силен своей властью, своим богатством, своей… безудержностью. Но у вас есть сила иного рода. Ваш ум. Ваша воля. Ваше… упрямство. Последнее слово прозвучало почти тепло, как скрытый комплимент:       — Не позволяйте ему заставить вас забыть об этом.       Последние, затухающие аккорды медленной мелодии растворились в гуле голосов и смеха.       Северус аккуратно, почти церемонно, отвел Гермиону к краю паркета, где тени от высоких мраморных колонн были гуще.       Его рука, лежавшая на талии Грейнджер, исчезла, оставив после себя призрачное ощущение… защищенности.       — Спасибо, профессор, — прошептала Гермиона, все еще чувствуя эхо нежного ведения, контрастирующее с властной хваткой Малфоя. Ее дыхание выровнялось, смятение от первого танца отступило, уступив место сложной смеси облегчения и новой тревоги.       — Это было… удивительно успокаивающе…        Снейп лишь слегка наклонил голову и его черные глаза, все еще хранящие отблеск чего-то необычайно мягкого из мгновений танца, снова стали непроницаемыми.       — Спокойствие — редкая роскошь в таких местах, — произнес он тихо, скользнув взглядом по переполненному залу и останавливаясь на фигуре Люциуса, наблюдающего за ними из-за бокала с другого конца зала: — Цените его, пока оно есть. Оно может быть кратковременным.       — Благодарю вас, профессор… — не пытаясь высвободить пальцев из его руки, Грейнджер присела в глубоком реверансе, — вы всегда отличались трезвостью мысли…       — Так уж и всегда… — закатив глаза, едва слышно пробормотал Зельевар, отмечая, как на лице девушки скользнула едва заметная плутоватая ухмылка.       Решив не развивать неудобную тему, он предложил своей даме пройти к столам с напитками, но звонкий, молодой голос прервал их уединение:       — Гермиона! Гермиона Грейнджер!       Драко Малфой стремительным шагом направлялся к ним, грациозно лавируя между гостями. Лицо молодого человека светилось дружелюбием, слегка подпорченным избытком шампанского.       Гермиона улыбнулась, скользнув быстрым взглядом по лицу девушки, сопровождавшей Малфоя — младшего.       Астория Гринграсс-Малфой, хрупкая и по-прежнему невероятно красивая, дарила встречным обаятельную и немного усталую полуулыбку, шествуя вперед с осторожной грацией, чуть придерживая заметно округлившийся живот ладонью снизу…        — Не ожидал тебя здесь увидеть! Рад, что пришла! — Драко окинул Гермиону восхищенным взглядом: — Платье… потрясающее. Кто-то, похоже, не скупился при выборе подарка…       В голосе молодого человека не было злобы, лишь легкая ирония и принятие правил игры своего отца.        Грейнджер улыбнулась Малфою — их прошлые обиды давно были похоронены войной и взрослением, но ее взгляд на долю секунды встретился с взглядом Астории.        В глазах жены Драко она прочитала…сочувствие или, быть может, понимание той ловушки, в которой может оказаться женщина в этом доме?       — Драко, Астория, — вежливо кивнула Гермиона, — спасибо. Вы прекрасно выглядите вместе. Малфой-младший улыбнулся, приобняв супругу за талию и переключил своё внимание на Снейпа.       — Профессор! — его голос стал почтительным, — не ожидал увидеть вас на балу. Очень рад!       Он протянул руку для рукопожатия и Снейп пожал ее с привычной сдержанностью, кивнув Астории.       В этот момент Гермиона почувствовала на себе тяжелый, внимательный взгляд, который будто вынуждал ее повернуть голову и ответить на него.       Девушка медленно обернулась, встретившись глазами с лордом Малфоем.       Люциус стоял, подперев плечом колонну, медленно потягивая шампанское из своего бокала.       На его лице не было никаких эмоций, но в глазах бушевала черная буря ревности и гнева. Он видел, как она расслабленно улыбается другим, как стоит, почти касаясь спиной груди Снейпа.       Музыка снова сменилась и заиграл томный, чувственный блюз.       Люциус медленно, с убийственным спокойствием, поставил бокал на поднос проходящего мимо слуги и неторопливо двинулся вперёд, не сводя глаз с Гермионы.       Его намерение было ясно как день. Он шел за своим следующим танцем.        Грейнджер почувствовала, как рука Северуса на мгновение легла на её локоть, будто предупреждая и поддерживая.       Черные глаза метнули в сторону лорда Малфоя острый, как бритва, взгляд.       — Готовы ли вы к следующему раунду, мисс Грейнджер? — спросил Зельевар тихо и в его голосе слышалось нечто, похожее на вызов самому себе.       Гермиона глубоко вдохнула, ощущая тяжелый шелк платья на коже и жгучий взгляд Малфоя, приближающегося сквозь толпу, как темный корабль сквозь туман.       Бал продолжался. Игра входила в самую острую фазу. Страсть, власть, ревность и скрытые чувства висели в воздухе, готовые воспламениться от одной искры.       — Всегда готова, профессор, — ответила она и в карих глазах загорелся тот самый огонь, который жаждал увидеть Люциус, но теперь он горел не только для него.       — Северус, — голос подошедшего к ним лорда Малфоя был гладким, как полированный мрамор, но в нем звенела сталь:       — Ты, как всегда, удивляешь. Не думал, что найду тебя на паркете…в такой воодушевляющей компании.       Ледяной взгляд лорда вернулся к Гермионе и он медленно, с преувеличенной любезностью, протянул ей свежий бокал шампанского, который словно материализовался в его руке. Его пальцы намеренно коснулись ее пальцев сквозь перчатку. Тактильный контакт был кратким, но обжигающе-властным, напоминанием о его праве.       — Мисс Грейнджер. Вы, кажется, нашли момент перевести дух после нашей… энергичной первой партии. Надеюсь, Северус не утомил вас своей меланхолией?       Гермиона взяла бокал, прямо глядя в серо-стальные радужки. Карие глаза девушки горели спокойным внутренним огнем, который он так жаждал разжечь, но который теперь казался ему вызовом.       — Напротив, милорд, — голос девушки был ровным и почти безразличным: — Танец с профессором Снейпом был освежающей передышкой. Он напомнил мне о ценности… тишины и взаимопонимания.       Она сделала маленький глоток шампанского, не отводя глаз от лица Малфоя, отмечая, как сужаются зрачки серых глаз.       Люциус чуть заметно поджал тонкие губы и его ладонь, свободная от бокала, непроизвольно сжалась в кулак у бедра, скрытая складками парадной мантии.       «Тишина и взаимопонимание. Со Снейпом?»       Гнев, смешанный с ревностью, клокотал в нем, как ядовитое зелье.        — Как трогательно, — его голос приобрел язвительные нотки, едва уловимые для постороннего уха, но читаемые для Гермионы:       — Хотя, должен признаться, я предпочитаю более… интенсивные формы взаимодействия.        Взгляд лорда Малфоя скользнул по ее губам, кружеву ворота и линии талии, затянутой в лиловый шелк.        — Музыка снова зовет. Блюз… — Люциус намеренно затянул паузу и его глаза, пылающие холодным огнем, впились в девичье лицо: — Он требует близости. Глубины. Неужели вы откажетесь продолжить наш… «незаконченный разговор» в движении, мисс Грейнджер?       Это был не вопрос. Это был приказ, облеченный в форму светской просьбы и широкая ладонь, затянутая в тонкую кожу перчатки, уже была протянута в ожидающем жесте.       Второй танец она никак не могла допустить — нельзя позволить лорду Малфою разрушить то чувство спокойствия и равновесия, которое сейчас разливалось по телу. Гермиона медленно опустила глаза на протянутую руку и проговорила, будто раздумывая о чем-то более увлекательном, чем происходящее с ней здесь и сейчас:       — Нет. Я вынуждена отказать вам в танце. Поскольку, мне необходимо отлучиться. Прошу простить.        И с этими словами, Гермиона резко развернулась на каблуках и поспешила к выходу из бального зала, звонко стуча каблучками бальных туфель по мрамору.