Метеоритный дождь

      В руках Бернадетт Барнс находилось множество принадлежностей для растений. Девушка, кусая губы наблюдала за парнем, который, собственно, делал всю работу. СОВ приблизился незаметно и очень подло подошёл со спины. Девушка даже не поняла, как оказалась на своём первом экзамене. Травологией она особо не интересовалась, хотя напрашивается логичный вопрос, а что ей вообще нравится? Сколько можно из себя недотрогу корчить?       Бернадетт всё еще наблюдала за тем, как её неожиданный напарник в задании, а точнее, Регулус, что ни на есть Блэк, пытался правильно обрезать Зубастую герань. Растение с боем пыталось отвадить от себя волшебника и переодически старалось укусить побольнее.       Она устало бросала взгляды на Крауча, который в этот момент на другом конце теплицы работал вместе с напарницей. Ему повезло больше, чем другу, он делал задание со слизеринкой. Регулус скрипел зубами, но промолчал на приказ учительницы. Тут уже ничего не изменить. Он старался игнорировать блондинку на протяжении пяти лет, но естественно, это получалось плохо. Там, где его брат, там и она. И вот сейчас, он довольно грозно глядел на неё. Взял всю работу на себя и говорил с ней только тогда, когда что-то понадобилось. И то, обычные приказы, говорил, что ему подать. Регулус ей не доверял и также как и друг, считал не слишком далёким человеком. Наложилось ещё и ненависть как чистокровного волшебника на маглорожденную. В серых глазах замечались льдины и холод, когда он обращал внимание на Барнс.       Девушка, казалось, смирилась с подобным, но внутри также бушевала буря. Что она, девочка на побегушках, чтобы он так с ней обращался? Где всё хлоднокровие Блэков, про которое все так говорили? Он же довольно избалованный мальчик, который считает, что ему все должны.       С Краучем она после всего не общалась. Один раз пришла со свитером на астрономическую башню, но его там не было. Как и все следующие разы. Он её избегал, причём очень явно. Девушка повздыхала, но прекратила ходить на башню. Подружки, что с ней жили, конечно начали задаваться вопросом откуда у девушки зелёный свитер. Конечно, не было чёткого правила, что цвета враждебного факультета носить нельзя. Просто у Бернадетт Барнс была такая репутация. Во всём виновата она. Святослава внутри неё лишь грустно вздыхала и думала, как же она попала в такую задницу.       Об этом она и рассуждала, держа в руках садовые принадлежности. В глазах стояло лёгкое чувство вины. Уж что осталось у неё с прошлой жизни, так это вспыльчивость, которую она не умела контролировать. Стоило держать язык за зубами. И с Барти, и с Сириусом, который, к слову, молчал как упёртый баран. Молчал и с ней и мародёрам её тайн не выдавал.       Всё стало тихо, лишь парни к ней настороженно относились. Правильно, боялись, что проболтается. Девушка же с головой погрузилась в учёбу, думая как обезопасить свою жизнь, ей было совсем не до чужих тайн. Один раз уже умерла — не понравилось.       — Дьявол, — из мыслей её вывел чужой злобный шёпот. Регулуса в очередной раз укусила эта герань.       Девушка сочувствующе прикусила губу. Ну она же знает, что сделать надо, но Блэк ей сто процентов не поверит. На удивление, уроки Крауча не прошли бесследно. Надо отдать должное, он хороший учитель. Девушка запомнила многое из того, что он пытался донести. Но даже если она скажет, то что изменится? Конечно, потом у них будут индивидуальные задания, на которых она сможет проявить себя, но наблюдать за беспомощностью Блэка перед растением уже наскучило.       — Ей надо у корня почесать около цветка, как собаку за ухом, она тогда успокоится, — она точь-в-точь повторила слова Крауча. На неё тут же обратили взор серые глаза, с неизменным льдом внутри.       — Это бред, — прошипел он зло. Вот еще один упёртый баран. Всё же они с братом похожи, как бы оба не отрицали этого, — Нигде об этом не сказано.       — Но так сказал Барти, — Бернадетт пожала плечами, мол, делай, что хочешь. На немой вопрос в глазах, она тут же поправила себя. Зачем же портить репутацию среди змей золотому мальчику? — На каком-то уроке отвечал.       Регулус кинул взгляд на друга, который был занят абсолютно другим. Вероятно, в нём проснулись сомнения, но он медленно поднёс палец под цветок. Растение уже хотело его укусить, но внезапно расслабилось от аккуратных движений юноши. Похоже, для него это стало приятной неожиданностью, но желч никуда не делась.       — Удивлён, что ты на уроках вообще кого-то слушаешь, — усмехнулся Блэк, чем заставил Барнс залиться краской от злости. Вот же индюк напыщенный.       Её губы по-злому поджались, а щёки естественно стали красными. Подобная бестактность от чистокровных переходила все границы. Их же учат сдержанности и манерам с рождения, что случилось рядом с маглорожденными? Куда это всё девается?       — Смотри не лопни от злости, Барнс, — знакомый голос прозвучал прямо над ухом, из-за чего она подскочила от неожиданности. Как можно вообще так подбираться тихо? Он звучал насмешливо и резко, от чего стало как-то неприятно в груди.       — Смотри не навернись на какой-нибудь кочке, Крауч, — в такт ему прошипела девушка. Да, понятное дело, что они не друзья и никогда ими не были, но ей показалось, что отношения были нейтральными и он немного, но относится к ней с уважением. Видать, показалось.       После этого девушка надула губы и вновь повернулась к Регулусу, что уже заканчивал задание. На его же лице была вполне себе довольная ухмылка. Так и хотелось пнуть под бок, чтобы стереть с него всю напыщенность. Бернадетт решила принять самое высокомерное выражение лица, которое было у нее в арсенале. Когда он просил ту, или иную принадлежность, она, не смотря на него, отдавала вещь максимально резко.       Сдав задание профессору Стебель, оба покинули теплицу. После обеда будут индивидуальные задания, сейчас можно часик передохнуть. Девушка немного задержалась, во-первых, чтобы полюбоваться видом июньского Хогвартса и его красот, ну а во-вторых, чтобы отстать от Блэка. Ветер дул потрясный, такой свежий, но и не холодный. Её волосы, заплетённые в косу, и так растрепались, а теперь и вовсе выбивались прядями. Что же они такие непослушные? В прошлой жизни Свята могла такую причёску забабахать и ни одна прядочка не выбивалась. А сейчас что случилось? Резинка с волос перекочевала на запястье, а белые пряди тут же разлетелись в разные стороны.       Под взгляд попало поле для квиддича. Тренировки прекратились, как и соревнования. Последние закончились для них едва не плачевно. Джеймс поймал снитч, но по баллам они проиграли. Девушка как раз была охотницей и именно она должна была забрасывать квоффл. Стоит отдать должное, четыре из пяти забросила она, так что Джеймс ворчал на её друзей по несчастью. Может с учёбой у Бернадетт и не очень, но в квиддиче она никогда не была плоха. Даже после возвращения памяти. Наоборот, спорт помогал отвлечься.       Невольно вспомнился недавний разговор с капитаном и на душе немного потеплело. Всё же, Джеймс был неплохим, за исключением наклонностей к буллингу. По крайней мере, к друзьям он относился с трепетом и разбрасываться ими не собирался.       Девушка уже надела спортивную форму. До начала матча всего лишь каких-то десять минут. Сердце учащенно билось и был какой-то страх. Он всегда был, но не такой заметный. Ой, не нравится это ей. Команда разбрелась по уголкам шатра, как и сама Бернадетт. Она сидела на лавочке и застёгивала перчатки на руках. Девушка, конечно, слышала, что рядом с ней кто-то присел, но не обратила внимания. Какая ей разница? Не её плечо упала мужская ладонь и девушка медленно повернула голову. Глаза встретились со светло-карими, что смотрели на нее с серьёзностью и лёгкой теплотой.       — Готова? — голос Джеймса был тихим, не хотел, чтобы их слышали. Девушка настороженно кивнула, не совсем понимая, к чему он ведёт, — Ты как?       — В порядке, — она пожала плечами, всё еще не осознавая. С того дня прошло несколько месяцев и ни разу никто не хотел к ней подходить. Мародёры испарились из её жизни, а она смогла сконцентрироваться на учёбе.       Джеймс казалось совсем смутился из-за её непонимания. Да, ему неудобно с кем-то говорить на серьёзные темы. Разговоры по душам никогда не были его лучшей стороной, всегда всё понимал чуткостью и друзья делали то же самое. Но Бернадетт другая. С ней надо говорить, молчание лишь усугубит положение. Он надеялся, что стреляя в нее виноватые взгляды, всё само пройдёт, но девушка упорно игнорировала каждого. Честно говоря, Поттер уже давно собирался поговорить, но откладывал серьёзный разговор. А вот сейчас, видя её потерянный вид, он не сдержался. Теперь же, не готовясь, старался подобрать нужные слова под тяжёлым взглядом голубых глаз.       — Мне плевать на твои тайны, у каждого есть на них право, — звучит грубо и резко, но он старался говорить честно, — Чтобы ты не скрывала, ты всё ещё наша подруга. Моя подруга. И я поддержу тебя в любом случае.       Он держал взгляд до последнего, ища в глазах напротив оттепель. Девушке как будто выбили воздух из лёгких, она прикусила губу и опустила взгляд. Лёгкий укол вины почувствовался где-то в носу. Эти слова её растрогали, расковыряв в мозгу те воспоминания, где она с наслаждением веселилась, наблюдая за шалостями четвёрки. Бернадетт машинально закивала головой, а на лице сама по себе начала появляться смущенная улыбка. Она видела искренность юноши и в мыслях не было, что он фальшивит.       — Спасибо, — хотелось добавить, что ей это очень нужно и важно, но слова застряли в горле. Она старалась не подавать виду, но слёзы были уже в горле и больно щипали его вместе с носом.       — Если нужна будет помощь с СОВ, то мы все вместе готовы помочь. Лунатик тебе в ноги бросится. Ему… неловко, — неловко стало и Джеймсу, который понял, что всё же поднял эту тему.       — Нет, спасибо, вроде справляюсь, — в словах был смех, а на лице улыбка. Уже поздно загребать информацию ложками. Экзамены на следующей неделе, сейчас стоит учиться, но умеренно.       На лице Джеймса была ответная улыбка и взгляд его бросился на поле. Там уже выходила профессор Трюк, а значит, пора собирать всю команду. Девушка, заметив это, подскочила на ноги и взяла метлу. Поттер расплылся в улыбке, как только идея пришла в голову.       — Итак, дорогие друзья, поднимаемся, мы обязаны вырвать этим змеям клыки, — пробабасил капитан и сам подскочил на ноги. В одной руке метла, а для свободной было другое занятие.       Он подошёл к Барнс вплотную и присёл. К слову, он мгновенно выпрямился, только на плече уже весела возмущённая Бернадетт.       — Поттер, пусти меня на землю, — выкрикнула девушка, понимая, что они движутся прямо к полю. Краска тут же появилась на лице, а свободная рука пыталась держаться за чужую форму, — Твою мать, Поттер, отпусти!       — Кстати, моя мама на трибунах, — усмехнулся Джеймс, а глаза Барнс на глаза полезли.       — Тем более пусти! — взвизгнула Бернадетт, замечая, что они уже на поле. Остальная команда с насмешкой наблюдала за парочкой, чувствуя боевой настрой.       Что же, игра тогда действительно была заряженной. Обед прошёл незаметно, как и остальная часть дня. На индивидуальном задании девушка себя выжала целиком и, в принципе, была горда собой. После, под вечер, побежала в гостиную, рассказывать всё парням, завлекая соседок и спрашивая, правильно ли она всё сделала. Теперь, за травологию она не переживала.       На следующий день первый экзамен был по зельеварению. Девушка надеялась получить удовлетворительно. Как бы не старалась, с этим предметом особой любви не было. Скорее походило на абьюзивные отношения, где лишь профессор Слизнорт пытался сгладить углы.       На экзамене ей предстояло сварить Животворящий эликсир. Девушка стояла за партой и мешала зелье. Всё продвигалось спокойно и она даже была рада, приготовление шло как надо. Тугой высокий пучок был завязан на её макушке, так, чтобы ни одна прядка не выбилась. Ошибки были учитаны.       Её соседкой была слизеринка, что напряжённо помешивала отвар. Ей достался Укрепляющий раствор. На удивление, Слизнорт просто раздал им задания и поручил Снейпу следить за учениками. Так вообще можно поступать? Девушке не было до этого дела, главное, чтобы он не припомнил ей старые обиды.       Она почти доделала зелье, осталось только довести до нужной температуры. Бернадетт внимательно наблюдала за котлом, пытаясь отрегулировать огонь. Но взгляд зацепился за лишнюю вещь на их столе. Точнее, вещью это не назовёшь. Твою ж на лево, откуда здесь крыса?! Её маленькие красные глазки рассматривали котлы, стоящие на парте. Девушка впала вступор, не зная, что ей делать. Не сказать, что она их боялась, скорее эти существа вселяли в нее ужас и отторжение. Она бы спокойно сбросила её, если бы не визг одноклассницы.       Слизеринка тут же отскочила от парты, не понимая, стоит ли ей спасать зелье или самой убегать в ужасе. Бернадетт немного затрясло от незнания, что ей делать. Крыса, поняв, что ей здесь не особо рады, начала бегать по парте, быстро вынюхивая что-то съедобное. Она перебежала на сторону девушки, из-за чего та замахала руками.       — Блять, вон! — не зная, что делать, кричала она.       — Ты же гриффиндорка, сбрось её! — слизеринка всё же решила спасать котёл, поэтому подошла ближе. Хвост крысы тут же тряхнул лежащую склянку, где должно быть итоговое зелье на проверку, и она упала. Девушка лишь выдохнула, надеясь, что та не разбилась и просто укатилась куда-то.       — А ты слизеринка! Убери её хитростью! — парировала девушка. Глаза бегали из стороны в сторону. В её руках уже была тряпка, которой непонятно что вытирали. Бернадетт в надежде взглянула на Снейпа, который всё же припомнил старые обиды и смотрел с лёгкой насмешкой. Девушка, чуть ли не плача от безысходности, взмолилась, — Снейп, убери её пожалуйста, ну в конце-то-концов!       Но планы нарушились и новый девичий визг снова поднялся. Кот, с немного приплюснутой мордочкой, прыгнул на парту и погнал крысу прочь. Его хвост, а может, и сама задница, опрокинул котёл с зельем Бернадетт. Девушка довольно быстро отреагировала, квиддич не прошёл незаметно. Она ловко подхватила кота и сама отошла от парты, с которой стекало всё зелье. Ну только ей так могло повезти. Этого кота она узнает из тысячи, поэтому Барнс со злостью прошипела.       — Блять, Эванс, убью к чертям, — её немного трясло от злости.       — Это ты виновата! — взвизгнула расстроенная слизеринка, которой немного запачкало одежду.       — А я тут причём?! — на повышенных тонах спросила Бернадетт.       В этот момент сзади подошёл Крауч. Он молча оглядел её. Девушка заметила его и лишь расстроено поджала губы. Наверное, ей поставят неуд за это задание. А его насмешливый взгляд сейчас она не выдержит. Девушка поняла, что делать ей нечего и лишь переложила кота в его руки, а сама принялась искать тряпки, чтобы всё вытереть.       Барти в который раз закатил глаза и тут же отдал кота в руки однокурсницы, что брезгливо поморщилась и стала держать животное на вытянутых руках. Он же взял тряпки у Снейпа, который смотрел на него с сильно сжатыми губами.       — Блять, Барнс, дура, — это не было вопросом, это была констатация факта. Но девушка возмущённо на него взглянула.       — Ну причём тут я?! — чуть ли не плача спросила она. Бернадетт не понимала, почему он помогает, но молча приняла поддержку. Барти с усмешкой перевёл на неё взгляд и будто бы думал, стоит ли ему говорить колкую фразу.       — Знаешь, хотел стать учителем. Но потом понял, если все ученики будут такими же пустоголовыми, то я не выдержу, — прошипел он, чтобы никто не услышал его двухсмысленные слова. Никто не должен заподозрить.       — В жизни обычно какой учитель, такие и ученики, — она в такт ему проворчала, слегка поддаваясь вперёд. Лица были в сантиметрах друг от друга и Барти, замечая маленькое расстояние, лишь мерзко ухмыльнулся. Девушка отодвинулась и продолжила вытирать пол.       Тряпки были полностью мокрые. Девушка выпрямилась и вытянула свободную руку, чтобы Крауч отдал свои, но он лишь кивнул головой в отрицании. Бернадетт нахмурилась в непонимании.       — Я закончил, — он пожал плечами, словно это было очевидно, и кивнул на дверь. Его брови дёрнулись, — И ты закончила.       Девушка разлечила в словах лишь насмешку и недовольно поморщилась. Что же, ну раз завалила, уже ничего не сделаешь. Приготовить новое она не успеет.       Они вдвоём двинулись к прачечной, чтобы отдать грязное домовикам. Девушка шла, насупившись, стараясь нести так, чтобы тряпки не касались одежды, не хотелось ее испачкать. Она столько этого избегала за сегодня.       В голове у девушки шло бурное обсуждение произошедшего. Она успела и поссориться сама с собой и помириться. Но единственное, обе стороны вынесли вердикт, который невольно сорвался с её губ.       — Теперь пересдавать, — она устало выдохнула и опустила взгляд, рассматривая пол.       — Не нужно, — Крауч сказал это уверенно и легко. Девушка нахмурилась и обратила взгляд к парню. Он не смотрел на неё, но явно что-то недоговаривал, — У тебя ведь Животворящий эликсир, верно?       Бернадетт тихонько кивнула и до неё стало доходить.       Крауч только закончил варить, почему бы не понаблюдать за этим шоу? Барнс взвизгнула, когда крыса стала двигаться в её сторону, и немного отпрянула. Барти смотрел на происходящее с усмешкой и забавой. Да, грешен, за этим действительно смешно наблюдать. Вдруг, к его ногам подкатилась именная склянка, на которой было написано имя и зелье. Такое же как у него.       Крауч смотрел секунд десять, а голове пролетело множество сомнений. Мерлин, он же только что над ней смеялся, что произошло? В груди поселилось какое-то сомнение и странное желание помочь? Он разрывался между двумя желаниями: послать её к дьяволу или помочь. Юноша вспомнил, как она усердно пыталась запомнить его слова и записывала на пергаменте уточнения. Она действительно училась и была довольно прилежной ученицей. Она достойна хорошей оценки. Да о чём он думает?!       Ему потребовалась еще секунда на сомнения и две на ругательства. Он быстро, оглядываясь, чтобы никто не дай бог не заметил, поднял склянку с полу. Пальцем убрал с надписи пыль, ещё секунду подумал и влил в неё зелье. Теперь с поднятой головой и прямой спиной он прошёл к Снейпу, который не без наслаждения наблюдал за происходящим.       Северус оглянулся, в его взгляде было одобрение, что Крауч первый сдал работу, но после сменился непониманием и злостью.       — Я это у тебя не приму, — прошипел Северус, быстро всё анализируя и понимая, кому принадлежит вторая склянка.       — Примешь, — Барти пожал плечами, — Иначе все узнают о заброшенном классе, — «где ты варишь зелья», пронеслось у него в голове, но по понятным причинам, не произнёс этого. Обе склянки стояли на штативе и Крауч в последний раз обратился к Снейпу, прежде чем уйти помочь, — И не болтай лишнего. С меня должок.       Девушка удивлённо глядела на него и не понимала. Зачем он это сделал? Сам же открещивался от неё. Сначала ей это даже польстило, но благодарность перекрыл резкий порыв раздражения. Это еще что за аттракцион невиданной щедрости?       — Крауч, уже определись, ты мне помогаешь или ненавидишь? — её щёки немного покраснели, а брови сдвинулись к переносице, что не укрылось от глаз Барти. Он немного усмехнулся и закатил глаза.       — Да, на благодарности я и не рассчитывал.       — Я и сама бы справилась, — поджала она губы, но в его взгляде так и читалась ирония. Теперь его губы были сильно растянуты в улыбке.       — Он должен был быть другого цвета, — ликующе прошипел Барти, замечая замешательство девушки.       Бернадетт после потупила глаза, понимая, что всё же прокололась. Судорожно вспоминала, что сделала не так, а потом в голове всплыли слова из учебника «по часовой стрелке». Она прикрыла глаза и поджала губы. Как же глупо ошибиться на таком.       — Не думай, что после всего мы продолжим общаться, — сказал Крауч, подходя к нужной двери.       — И зачем ты тогда вообще начал со мной общаться? — проворчала девушка сквозь зубы, отмечая про себя, что парень ведёт себя очень странно, а именно, устраивает эмоциональные качели. Слова вырвались сами, ей не хотелось знать ответ. Парень же развернулся к ней и чуть наклонился, будто ребёнка собрался наказывать.       — Сначала я думал, что мне интересно наблюдать за твоими переменами. Девочка-подлиза стала другой. Перестала липнуть ко всему, что движется и, о Мерлин! Отвлеклась от Мародёров, — говорил он с растановками, — А теперь понял, меня бесят твои тайны. Выводят из себя. Словно ты всё знаешь, а ты ничерта не знаешь, Барнс. Чувствую себя, как будто убью раньше приказа, понимаешь? В твоих же интересах от меня отстать.       Он, не дожидаясь ответа зашёл за дверь, оставив её стоять. Девушка надула губы и устало выдохнула. В её мыслях крутилось только одно.       — Как будто я тебя заставила зелье подменить.       Все его слова ощущались будто метеоритный дождь на землю. Словно он хотел её закопать под грудами камней, а потом самостоятельно протянуть руку.