Глава 6. Сердечное средство

— Это была моя голень! Я мгновенно отдернула конечность, скривившись от неприятного ощущения. — Угх, прости, — бросила я Изабелле, а затем парировала гневный взгляд Джейкоба своим, ещё более ядовитым. — Во всём виноват Джейкоб. Уверена на сто процентов, Билли явился сюда не по своей воле. — И что это должно означать? — прошипел Джейкоб, по крайней мере, благоразумно понизив голос. Билли и шеф Свон вроде бы обсуждали спорт, но судя по рассеянным ответам Билли, его куда больше занимал наш разговор. — Лия, просто оставь это, — сказала Изабелла мне, а затем добавила для Джейкоба: — А ты перестань провоцировать Лию. Вы оба действуете мне на нервы. Я нахмурилась, чувствуя, как закипаю. — Я всего лишь пыталась помочь… — Да, я знаю, — успокоила она меня, всё так же шёпотом. — Но подначки в адрес Джейкоба ситуацию не улучшат. Несмотря на уязвлённое самолюбие, я понимала, что она права. Но, конечно же, Джейкоб не смог оставить последнее слово за ней. — Я знаю, вы что-то скрываете. Я с силой прикусила язык, удерживаясь от очередной колкости. Изабелла уставилась на него с притворным изумлением. — …Прошу прощения? Но когда он лишь упрямо продолжил буравить нас взглядом, она повернулась к отцу и громко врезалась в его одностороннюю беседу: — Пап, мы можем пойти посидеть во дворе? — Конечно, Беллс. Идите, разомнитесь. — Спасибо! Я вскочила на ноги, побросала грязную посуду в раковину и ринулась за ней, оставив Джейкоба дымиться от негодования. Едва задняя дверь захлопнулась, Изабелла резко развернулась ко мне. — Что происходит? Что ты ему наговорила? — Эй, я ничего ему не говорила, — фыркнула я, скрестив руки на груди. — …Разве что поинтересовалась, помнит ли он те старые легенды, что мы слушали в детстве. Больше я не припоминала за собой других подозрительных высказываний в его или чей-либо адрес. Ну, разве что спрашивала, не было ли у него жара, но это легко можно было списать на обычную вежливость. — Лия! — простонала она, закатив глаза. — Что?! — выдохнула я в ответ. — Я не могла спросить об этом у собственного отца! Мы с ним в последнее время не в самых тёплых отношениях! Её поражённый вид застал меня врасплох. Но прежде чем мы успели что-либо добавить, на крыльцо с грохотом вышел Джейкоб, с силой захлопнув за собой дверь. — Уже одно то, что Лия сама, по своей воле, проводит со мной время, было более чем подозрительно, — врезался он в разговор, давая понять, что слышал каждое наше слово. — Потом мой отец сходит с ума, узнав, что Изабелла встречается с Эдвардом Калленом, и является сюда без приглашения. И, сюрприз-сюрприз, Лия уже тут как тут. Быть занозой в заднице — это для неё привычно, а вот играть в телохранителя — это что-то новенькое. Я язвительно усмехнулась ему. Что он вообще понимал в моей манере защищать друзей? — И что с того? — огрызнулась я. — Мы с тобой не друзья, Джейки. А вот Изабелла и я — друзья. Так что если я хочу уберечь её от суеверных сказок твоего отца? Джейкоб смотрел на меня с нескрываемым недоверием. — Суеверных сказок? Если они такие суеверные, почему ты сама была так одержима ими всего пару дней назад? Я тщательно сохраняла маску насмешки, пока дразнила его: — Только не говори, что веришь в эти нелепые бабушкины сказки. И, как я и ожидала, в его глазах мелькнула тень сомнения. — …Нет, конечно нет. Но я не идиот. Ты вела себя странно, Лия. Тусовалась с Квилом, Эмбри и со мной? Это ненормально. Я тут же почувствовала себя дурой за свою неуклюжую попытку его запутать. Разве не этого я хотела? Разве не я сама жаждала рассказать им всё? Так почему же Изабелла была так против? Почему только я одна была удостоена чести знать правду? Когда я повернулась к ней, она уже смотрела на меня, ожидая объяснений. — …Ты помнишь наш последний телефонный разговор? — Конечно, — ответила она, казалось, искренне озадаченная. И затем до неё дошло. Её глаза расширились. — Ты хочешь рассказать им. — Ну, это несправедливо! — Слова хлынули из меня с силой прорванной плотины. — Мы все заслуживаем знать правду! После всего дерьма, через которое они меня пропустили? Я заслуживала знать. Мой голос дрогнул, но я продолжила, уже не в силах остановиться: — А Эмбри… Эмбри, который мог бы быть братом любому из нас. Это было чудовищно несправедливо. Голос Изабеллы смягчился, когда она сказала: — Тебе не нужно оправдываться передо мной. Я не член племени, и это дела племени. Тебе решать. Я выдохнула с облегчением. При всей её порой раздражающей проницательности, она была права. Это был мой выбор. Несмотря на её первоначальное неодобрение, мне не требовалось её разрешения, хотя её поддержка была мне нужна. — Верно, — сказала я ей. — Но мне нужна твоя помощь. Сомневаюсь, что те идиоты поверят мне на слово. Джейкоб мрачно посмотрел на меня, оскорбление не осталось незамеченным. Но вместо того, чтобы снова сорваться в спор, он отрывисто бросил: — Так что же ты пытаешься нам сказать? — Не сегодня, — вдруг оборвала его Изабелла. — Мы можем посидеть, выпить чаю и посплетничать о племенных секретах в другой раз. Мне ещё нужно кое-что обсудить с Лией наедине. Беспокойство вернулось, неприятно скребясь под рёбрами. Что бы Изабелла ни хотела мне сказать, ничего хорошего оно не сулило. Джейкоб нахмурился. — Не может подождать? — Нет, — резко ответила Изабелла, шокировав нас обеих своей резкостью. — Это вопрос жизни и смерти. Но поскольку ты скоро, вероятно, присоединишься к клубу, сделай нам одолжение — забери своего отца домой. Я бы действительно обошлась без его вмешательства, какими бы благими ни были его намерения. Джейкоб тщательно скрыл обиду за маской упрямства. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты любишь покомандовать? Изабеллу, похоже, не особо задело за живое. — Нет, но спасибо, что заметил. — Это был не комплимент, — пробормотал он себе под нос. — Я знаю. Я наблюдала за их перепалкой без особого сочувствия. Мы все дали Джейкобу понять, что Изабелла не заинтересована в нём. Его уязвлённое самолюбие со временем заживёт. Лично меня куда больше волновало её драматичное заявление о «жизни и смерти». Тяжёлое предчувствие в животе сгущалось, как туча перед штормом. — Серьёзно, — сказала Изабелла Джейкобу более мягким тоном. — Мне нужно поговорить с Лией. Срочно. Ему хватило её умоляющего взгляда, чтобы сдаться. Фу. Щенячья преданность. Как отвратительно. — Ладно, ладно. Я уведу его отсюда. Увидимся. — Спасибо, Джейкоб, — с облегчением вздохнула Изабелла. Он развернулся и, небрежно помахав нам на прощание, скрылся в доме. Изабелла тоже повернулась и уселась на ступеньки крыльца, жестом приглашая меня присоединиться. Я неохотно подошла и опустилась рядом, больше не скрывая своего опасения. — «Вопрос жизни и смерти»? Пожалуйста, скажи, что ты просто соврала, чтобы отвязаться от влюблённого придурка. Но, как я и предполагала, Изабелла покачала головой, её выражение лица стало мрачным, как сама ночь. — Дай знать, когда они уедут. Я оглянулась через плечо, прислушиваясь к разговору Джейкоба и Билли внутри с большей лёгкостью, чем ожидала. К счастью, он выполнил просьбу, убедив Билли, что уже поздно, и предложив вернуться домой. — Почему бы не позвать Беллу на секунду, чтобы я мог попрощаться? — А, нет, я не могу, — сказал Джейкоб, полностью теряя самообладание, как последний идиот. И затем: — Лия не в себе, а Изабелла куда лучше справляется со слезами, чем я. — …Понятно. — Этот придурок! — прошипела я, сжимая кулаки. — Он сказал Билли, что я рыдаю, а ты не можешь прийти попрощаться, потому что занята, утешая меня! Я придушу его собственными руками! Глаза Изабеллы вспыхнули мимолётным весельем. — В его защиту скажу, что он выполнил мою просьбу. Пусть и топорно. — Ага, — продолжил Джейкоб, болван, — ты же знаешь, какой она бывает резкой. Я бы не хотел снова туда выходить, если можно этого избежать. — К чёрту это и к чёрту его. Он труп. — Лия. Я подняла палец, продолжая слушать. — Подожди немного с этой мыслью. К счастью, после этого Джейкоб заткнулся, и отец Изабеллы проводил их. Когда я наконец услышала, как завелся и затих в отдалении двигатель их машины, я повернулась обратно к Изабелле. — Они уехали. Взгляд Изабеллы опустился, её лицо исказилось странной смесью вины и решимости. — Ты не ладишь со своим отцом? Я уставилась на нее в полном недоумении. — …Нет. Но ты и так в курсе, мисс всезнайка. Что? Неужели ей нужно было моё напоминание? Я с горечью выдохнула: — После всего дерьма, что Сэм вытворял со мной, отец едва ли изменил к нему отношение. Вместо того чтобы выгнать его к чёртовой матери, он нанял его вместе с другими старейшинами племени. Только узнав правду, я начала понимать всю глубину этого цирка. Но это знание не смягчило ни острую боль, ни тлеющий все эти месяцы гнев. — А теперь ты знаешь почему, — сказала она, словно читая мои мысли. — Ещё бы. Но это не отменяет того, что они все лгали мне в лицо. Изабелла не стала спорить, приняв этот факт. — Как его здоровье? Неожиданный вопрос застал меня врасплох. Конечно, меня не должно удивлять, что она в курсе его проблем со здоровьем, но это всё равно казалось неуместным сейчас. — Не самое лучшее, — с неохотой признала я. — Мама постоянно пилит его по поводу здорового питания с тех пор, как у него обнаружили высокий холестерин. А что? Изабелла ухватилась за края ступеньки, её костяшки побелели, словно она готовилась к удару. — Когда я сказала, что это вопрос жизни и смерти… Моё сердце провалилось куда-то в пустоту. — Ох. На мгновение зрение помутнело, а лёгкие сжались, отказавшись наполняться воздухом. Каким-то образом мне удалось выдавить из себя: — Он умирает? И внезапно всё остальное перестало иметь значение. Не имело значения, что он поддерживает отношения с Сэмом. Не имело значения, что реальность легенд была для него важнее моего разбитого сердца. Ничто не имело значения, потому что на кого тогда осталось бы изливать всю эту ярость, если бы его не стало? — Всё немного сложнее, — выпалила Изабелла, вскакивая на ноги и сходя на мокрую от росы траву, нервно расхаживая взад-вперёд. — Перед твоим превращением вы много спорили. — Мы и сейчас много спорим, — горько усмехнулась я. Неужели в этом дело? Неужели я причинила ему столько горя, что необратимо подкосила его здоровье? Горло сжалось от кома боли при этой мысли. Изабелла остановилась и сказала с убийственной серьёзностью: — Это должно прекратиться. Его сердце этого не выдержит. Моё собственное сердце бешено колотилось в груди, угрожая разорвать её изнутри. — Он умирает из-за меня? Из-за наших ссор? Слова посыпались из неё потоком, быстрые и безжалостные: — Вы спорили, и в пике гнева ты превратилась в волка. Его сердце не выдержало шока от увиденного. А затем, увидев смерть отца, Сет тоже превратился. Я вскочила и со всей силы ударила кулаком по деревянной стойке крыльца. Древесина с треском поддалась, оставив на моих костяшках ссадины. — Типично, — выплюнула я, и ярость, так долго тлевшая во мне, вырвалась наружу в одном взрывном монологе. — Мало того, что мой парень превращается в гребаного оборотня. Мало того, что он бросает меня ради моей кузины из-за какого-то мистического чертовщины. Мало того, что мне уготована та же участь, и я буду вынуждена делить ментальное пространство с ним. Нет. Теперь выясняется, что мой отец умирает из-за меня, а мой брат страдает из-за этого. Что за гребаная помойка! Я спустилась по ступеням, прошла мимо Изабеллы и закричала в надвигающуюся темень леса, впитавшую все дневные краски: — Ну что, Вселенная?! Хочешь ещё чего-нибудь в меня швырнуть?! Может, убьёшь и воскресишь в виде призрака, чтобы хорошенько посмеяться?! Или просто астрально спроецируешь прямиком в ад?! По крайней мере, тогда я получу передышку от всей твоей хрени! Я судорожно вздохнула, а затем снова закричала: — Ничего?! Ну тогда отвали! — …Ты закончила будить всех лесных тварей в радиусе пяти миль? — раздался спокойный голос Изабеллы у меня за спиной. Я фыркнула без тени юмора и развернулась. — Пока да. При всей моей ненависти к своему будущему, не всё из этого кошмара ещё свершилось. Было не поздно всё изменить. — Слушай, Свон. Потому что ты, без обид, худшая предсказательница на свете, и я ни за что не позволю остальной части твоей гнилой истории случиться. Изабелла смотрела на меня с горящей решимостью. — Я вся во внимании. — Вот что мы сделаем, — начала я, скрестив руки на груди и задумчиво склонив голову набок. — Во-первых, придётся рассказать всему идиотскому трио всю правду. После сегодняшнего Джейкоб нас так просто не отпустит. — Я могу это сделать, — тут же согласилась она. — Что касается моего отца… тут ничего не поделаешь, — вздохнула я, чувствуя тяжесть ответственности. — Заставить его питаться правильно будет непросто. Но я буду впихивать в него здоровую еду силой, если понадобится. Он не умрёт, пока я за ним слежу. — Я впрягу в это дело Чарли, — решительно заявила она. — Это должна быть командная работа. Ты не сможешь присматривать за ним двадцать четыре часа в сутки до конца своих дней. Я скривилась, представляя этот перспективный кошмар. — Возможно, нет. А что до меня… ты случайно не знаешь ничего об управлении гневом? Прежде чем она успела ответить, задняя дверь распахнулась, и на пороге появился её отец, шеф Свон. — Лия! Это ты орешь здесь, как банши? — …Я выражала свои чувства. Артистично, — парировала я. — Люди пытаются спать. Выражай их потише, — строго сказал он, но в его глазах читалась скорее озадаченность, чем гнев. — Кроме того, разве тебе не пора домой? Твои родители будут гадать, чем ты занимаешься. — Сейчас не так уж и поздно. — Всё в порядке, пап, — вмешалась Изабелла, вставая и подходя к нам. — Она как раз уходит. — Боже, ладно, я понимаю, когда мне не рады, — с театральным вздохом фыркнула я и направилась через двор их дома обратно к своей машине, припаркованной спереди. — Увидимся. — Пока, Лия! — крикнула мне вслед Изабелла. Я лишь помахала ей через плечо, не оборачиваясь, и поспешила прочь, вглубь наступающей ночи. В конце концов, впереди была ещё куча работы, и отступать было уже некуда.