Раскаяние

Дождь лился не переставая, омывая пустые улицы Фонтейна. Капли дождя пускали ряби по многочисленным лужам на дороге. В одной из таких луж отражался маленький мальчик, уставившийся на свое отражение пустым взглядом серо-голубых глаз. Его черные непослушные волосы поникли от воды, но мальчика это совершенно не волновало. Пара алых капель была смыта с его рук и края некогда белоснежной рубашки. Внезапно за его спиной послышались неторопливые шаги и теплый черный плащ накрыл фигуру мальчика полностью. Оглянувшись на незнакомца, мальчишка безразлично уставился на него: черные волосы с парой алых прядей были уложены назад, открывая чистый и ровный лоб. Мужчина слегка промок под дождем, оставшись в одной красной рубашке с портупеей. Но самым примечательным в незнакомце были его малиновые глаза: безмятежные и спокойные, как водные глади Фонтейна. Его брови были слегка нахмурены, но юноша не чувствовал от него враждебности по отношению к себе. — Детям не стоит стоять под проливным дождем на безлюдной улице. Мальчишка безучастно посмотрел на него перед тем как отвернуться. Плащ он не откинул, ему действительно было холодно и если уж незнакомец решил поиграть в благородного взрослого, то почему бы не воспользоваться этим. Постояв немного в странном молчании, мальчик понял, что незнакомец не сдвинулся с места, все так же спокойно глядя перед собой. Решив подыграть, мальчик спросил: — Вы пришли после недавних вестей? Действительно, новость об убийстве двух членов общества, известных как супружеская пара с множеством приемных детей ошеломила жителей Кур-де-Фонтейна. И самым немыслимым было то, что убийцей являлся юноша, приходящийся им «сыном». От вестей о хладнокровном убийстве ребенком, общество пришло в ужас. До сих пор ведется расследование и берутся показания. Обычно к преступнику не подпустили бы гражданского, не говоря уже о том, чтобы оставить того без наблюдения. Вот только Круэлл не был «обычным гражданским». — И да и нет. Я пришел в первую очередь чтобы выразить свои извинения, пусть и считаю что этого недостаточно, — мужчина непонятно усмехнулся, но в его усмешке не было и следа веселья. — Я так же хотел бы помочь тебе в смягчении приговора. Мальчик резко развернулся, впившись взглядом в странного взрослого. Честно говоря после всего что он пережил, ему было трудно верить людям. Тем более если ими являлись «мутные» незнакомцы. — Кто вы и зачем вам это? — голос юноши был холоден подобно льду, а взгляд настороженным и слегка напуганным. — Меня зовут Круэлл Хант. Я глава детективного агентства «Ноденс», — мужчина улыбнулся шире, обнажив пару выступающих клыков. — И я бы хотел извиниться. Я уезжал в Сумеру по делам и в момент моего отсутствия произошло подобное… Под конец его речи, глаза его потемнели на оттенок, а улыбка погасла. Он продолжил, спокойно посмотрев в глаза мальчика: — Если бы я был в городе, то не допустил бы того, что случилось с тобой и членами твоей «семьи». Ни один ребенок не заслуживает подобной участи. Приемные родители мальчика занимались торговлей «найденышей», детей, которых выращивали для своих недобрых целей. От неудачливых же детей избавлялись. Информационная сеть Круэлла, взбешенного их халатной работой, предоставила все что есть для своего работодателя. — Как ответственный за безопасность граждан, я извиняюсь за то, что мои люди не справились со своей работой и допустили подобные зверства прямо под носом нашего Архонта… — Круэлл слегка опустил веки, взгляд его стал чуть теплее, с ноткой печали. — Но как стороннему человеку, мне больше всего жаль вас, детей. Вы не должны сталкиваться с подобным. Искренне прошу прощения. Если бы люди услышали эту речь от обычно холодного и смертоносного главы детективного агентства, то определенно не поверили бы своим ушам. Однако для Круэлла произошедшая трагедия имела большое значение. Как человек, столкнувшийся с жестокой реальностью в юном возрасте, вынужденный практически в одиночку разбираться в причинах смерти своей приемной матери и построивший целую шпионскую империю, он очень трепетно относился ко всему, что могло навредить гражданам Фонтейна, тем более — детям. — Мне не нужны ваши извинения. — мальчик поспешно отвернулся. Его плечи, накрытые угольно-черным плащом, опустились. Круэлл успел заметить как серо-голубые глаза блеснули от сдерживаемых слез, а мальчишеский голос звучал сипло. Молча положив большую ладонь на макушку ребенка, Круэлл выражал свои соболезнования. Он не обманывал, что добьется смягчения приговора для мальчика. Юдекс был хорошо знаком с ним и знал, что Хант был беспристрастным человеком, ратующим за справедливый вердикт. К тому же сам месье Невиллет был очень раним внутри и ему не чужды людские эмоции. Он бы определенно вынес справедливое решение. Через мгновение плечи юноши дрогнули. Потом еще раз. И еще. В конечном итоге мальчик молча плакал, сбрасывая пережитый стресс и душевные переживания. Оказывая тому молчаливую поддержку, Круэлл слегка поглаживал спину ребенка, давая тому выплеснуть свои эмоции. Мальчик постепенно успокоился, слегка вздрагивая от озноба. Пусть они и были под козырьком дома, дождь иногда хлестал по ним. Даже теплый плащ не спасал от остаточного холода, все же малец успел продрогнуть до прихода Круэлла. — Я не злюсь на вас. Мне нужно было это сделать. — глаза юноши обрели ясность, утратив былую меланхолию. — Даже если бы злодеяния моих приемных родителей и были бы раскрыты, их бы просто посадили за решетку, обладая связями они бы быстро вышли сухими из воды. Казалось мальчишка ни во что не ставил судебную систему Фонтейна: — Я ни о чем не жалею. Я лишь хотел защитить своих братьев и сестер. — под конец речи его голос стих. Рука Круэлла замерла на мгновение, а затем переместилась на макушку ребенка, слегка взъерошив непослушную копну черных волос. Мальчишка недоуменно уставился на странного детектива. Он вполне ожидал непонимания, даже отвращения. В конце концов он убийца. Однако мужчина —«Круэлл Хант» запомнил он — не казался в равной степени ни напуганным, ни настороженным. Казалось он даже выражал молчаливое согласие. — И как же я могу обращаться к тебе, юный герой? — малиновые глаза тепло сверкнули, лицо Ханта выражало странную ностальгию. Мальчик хотел ответить, но чуть помедлил, замолчав на какое-то время. Он что-то обдумывал и Круэлл не торопил его. — Ризли. Меня зовут Ризли. Мальчик, Ризли, выглядел собранно, словно принял для себя решение, понятное только ему. — Будем знакомы, Ризли. — редкая искренняя улыбка появилась на лице Круэлла, смягчая его резкие черты лица. Солнечные лучи пробились сквозь облачные своды, озаряя город ярким светом. На поверхности луж отражался только Ризли, задумавшийся настолько, что не заметил ухода детектива. Поняв что плащ незнакомца все еще у него, Ризли хотел вернуть его искомому владельцу. Мальчик озирался по сторонам, пытаясь выхватить очертания образа высокого черноволосого мужчины в рубашке, но кругом были лишь пустые улицы.

***

Дома, освещаемый лишь светом восковых свеч, Круэлл сидел в глубоком кресле. Задумчиво перебирая страницы отчетов, он позволил себе усталый вздох. За окном был глубокий вечер и он приказал своим подчиненным обеспечить безопасность детей, утихомирить граждан и подготовить все к предстоящему суду. Бокал с нетронутым вином стоял на массивном столе из черного дерева. Круэлл слегка помассировал виски, обдумывая произошедшие события.

[Системное уведомление:

Первый трейлер почти готов.]

Круэлл проигнорировал уведомление, уставившись в точку перед собой. Трагедия, произошедшая с Ризли была необратима. Система запретила ему напрямую вмешиваться в истории и Легенды игровых персонажей, аргументируя это тем, что у Ханта «недостаточный уровень популярности персонажа». То как Система бесстыдно заставляла его копить очки популярности было возмутительно. Он ничего не мог поделать на этом этапе. И пусть мысль о том, что ребенку пришлось пережить буквально убийство была для него отвратительна и он бы все отдал, чтобы детям не пришлось проходить через подобное… Для чего мне сила и влияние, если я даже не могу воспользоваться ими так, как того пожелаю? И вновь рациональная его часть твердила, что сложившаяся ситуация не так плоха. В конце концов он образовал первую связь с будущим игровым персонажем, который будет иметь не последнее влияние в сюжете Фонтейна. Такими темпами у меня разовьется диссоциативное расстройство идентичности. Круэлл усмехнулся, отставив отчеты в сторону. Он вспомнил свой недавний разговор с Игроком.

***

— Умных смертных надо награждать. Чего бы ты хотел? — Я желаю отсрочить свою награду. Когда придет время я дам тебе знать, чего хочу. Круэлл твердо озвучил свою просьбу. Он догадывался, что его былая мощь не слаба. Так что пока он не столкнется с огромной нуждой в силе, то не станет слепо просить божественной мощи. Знаний Системы Круэллу было достаточно. Он не собирался оставаться в этом мире надолго, планируя методично добиться популярности у игроков и вернуть себе память. Из оговорок Игрока он так же знает, что они явно знакомы, так что Круэлл не боялся возможного гнева безумного бога. «Уста» растянулись в зловещей улыбке, громогласный смех сотрясал комнату. — Ты все такой же хитрый, каким я тебя помню, Охотник! Что ж, так тому и быть, я оставлю за тобой возможность загадать одно желание в будущем. В комнате прозвучал тихий щелчок и Круэлл остался в помещении один, заметив что окружающие звуки вернулись: кареты за окном, пение птиц, разговоры прохожих снаружи. Способность останавливать время?