Часть 5. Битва драконов

      «Мои зубы – мечи. Мои когти – копья. Мои крылья – ураган!»

      2468 Т. Э. Вечная Зима       Я слетал на разведку в места своего детства и тут и остался.       Пересекая с севера Пепельные горы, я обозревал безжизненную пустыню Мордора, покинутую и забытую. Но мой путь лежал дальше, к Форохель, на крайнем севере Средиземья, располагающемся на побережье залива Великого моря. Здесь обитали драконы.       После знойных песков Рун я попал в зимнюю стужу, сковывающую снежным покровом горные хребты. Животные ушли из этих мест, и охота стала частью моего выживания. Но кто сказал, что нельзя есть себе подобных?       За долгие тысячи лет я привык считать себя единственным драконом, и первым, в кого я воткнул свои клыки, был чёрный ящер, обосновавшийся в уютной пещерке. Это был не самый удобный формат гнездовья для меня, учитывая мои размеры, но достаточный, чтобы присмотреть себе что-то покомфортнее, пока я отвоёвывал территории, убирая с дороги соперников.       2570 Т. Э. Юная Весна       Сегодня до меня дошёл слух о том, что гномы обрастают горами золота, черпая их из недр Серых гор.       Решил слетать на разведку и проверить всё сам.       Нашёл гномов по запаху. Это не сложно. Выследил часовых и ночью атаковал один из входов. Снёс каменную дверь, поджарил охрану и добрался до копий. Гор золотых я там не увидел, но кое-что унести смог. Однако успокоения это мне не принесло. На следующий день вернулся к Серым горам и обнаружил нахлебников, решивших облюбовать мою делянку.       В пылу гнева убил одного из драконов, растерзав его тушу и бросив на скалы.       Вот чего я никогда не любил, так это чтобы брали моё.       2579 Т. Э. Конец Зимы       Убиваю ради пополнения запасов. Хорошо, когда под боком носятся румяные дракончики. Среди них я самый сильный, и это тоже радостно осознавать.       Драконье ущелье – так назвали лососсы место битвы, куда я скидывал туши побеждённых мною в битве драконов. Об этом узнал случайно, сначала полагая, что где-то остались места, о которых не знаю, но оказалось, что местные северные жители, заприметив место, стали его так называть и, более того, стали мне поклоняться. Это хорошо. Появилось разнообразие в рационе: от лососс, приносящих себе подобных в жертву, чтобы задобрить богов, до домашней скотины, которую я и раньше периодически крал, пока не подсел на хорошо прожаренных драконов. А с местной травой в качестве приправы и вовсе было наслаждением.       Наверное, забавно было видеть меня, дёргающим травку на равнине. Пучками я её не развешивал, как эльфийка. Трава сушилась стогом сена в дальнем углу в моём логове, на вершине горы, отрезанном острыми скалами. Поэтому гости ко мне не хаживали. А я вот к ним – часто.       2588 Т. Э. Начало лета       Лето в Форохеле было кратковременным: будто испуганный зверёк, оно заглядывало в эти края на один месяцок да и откатывало прочь, уступая место сезону дождей, а те сменялись крупными снегопадами, и снова всю землю укрывало белым покровом.       Сегодня я наведался в Серые горы.       Здесь я бывал так часто, как позволяло время в расписании вечных битв и поисках пропитания.       Гномы укрепили стену. Сменили место обитания, переместились вглубь горы, и пробиться к ним стало сложнее с моими габаритами. Раньше я бы мог пролезть в эти щели в скале, но сейчас это казалось нереальным.       Зато мог бы холодный дракон Кхог, и я решил повременить с его устранением. Тем более он тоже был расположен к перемирию, да только был наивен и, если не сказать, туп. Поверил мне и даже выдвинул теорию, как можно было бы выманить гномов наружу.       Я полагаю, огнём.       Мне предложили – ожиданием. Решение неплохое, но это значит отступить?       Ждать пришлось долго. И результат не заставил себя ждать.       2589 Т. Э. Середина Зимы       Мы дождались, когда снег ляжет на Серые горы плотным покровом.       Я был слишком приметным для внезапного нападения, а вот Кхог, напротив, со своей белоснежной шкурой прекрасно сливался с окружающим пейзажем, имея превосходный камуфляж.       Кхог залёг у центральных ворот в гномье царство в момент сильного снегопада и провёл в ожидании долгую неделю, окопавшись в снегу.       Ожидание дало свои плоды. Гномы расслабились – налёты прекратились, драконы ушли, пора открывать ворота, – решили они и попались в нашу ловушку.       Реакция холодного дракона была молниеносной: он дождался, когда королевская чета подойдёт ближе и метнулся к ней, разметав гномов по сторонам, заглатывая их короля Даина I вместе с секирой, в момент его замаха. Ударом хвоста он вышиб дух из нескольких солдат, обрушившихся на него, и разметал отряд, спешивший на выручку первым. Гномы сколько ни пытались завалить дракона, у них ничего не вышло, когда с высокого пика на них спикировал я, разделывая остальную часть вооружённой армии, хлынувшей из горы.       Но прежде, чем протоптать путь к золоту, я решил убрать с дороги соперника.       Кхог прочухал, что следующим будет он. Метнулся от ворот в надежде скрыться под снежным покровом. Я отлавливал его полдня. Он, бескрылый поганец, шустро бегал. Я поджарил горный кряж, спустил лавину к равнине, обрушил камнепад, пока гонялся за ним.       Не припомню такого давно. Сражения в небе были привычным делом, но на земле, да с белоснежной тварью, да при слепящем снеге – я взмок, если выражаться человеческим языком. Но когда поймал, то хватило нескольких движений, отточенных годами, чтобы прибить его, буквально, о скалы, размотав за хвост.       Мясо у холодного дракона было таким же на вкус, как и у остальных, не лучше, ни хуже. При должной прожарке и некоторых специях Кхог мог бы подаваться при королевских дворах как изысканное угощение, а его кожа… А что кожа? Мне она была ни к чему, и обглоданный дракон занял место в числе прочих поверженных мною соплеменников в драконьем ущелье.       А меня ждали Серые горы, которые я занял, сменив логово Форохель на изысканные гномьи чертоги, полные снеди, вина и драгоценных камней. Но гор золота по-прежнему я не видел и уже понял, что Моргот обманул мои ожидания, но не тот факт, что я стал единственным драконом, оставшимся в Средиземье.