46. Маги, пылкость и Быки

      Знакомые с Пятого Мора виды отремонтированных домиков и аккуратной насыпи на набережной пересекались с воспоминаниями десятилетней давности, когда я только-только разбиралась, как мне жить в этом мире. Ужасно дождливые ночи нашествия сотен мелких демонов в телах мертвецов не шли ни в какое сравнение с ухоженной и процветающей деревней, которая успела разрастись выше по берегу озера Каленхад на сотню домов. Редклифф ныне мог гордо носить звание посёлка. Он восстановился после Пятого Мора, после осады мертвецов и после попытки Венатори захватить здесь власть. Семейство Геррин прочно держало Редклифф на плаву и не позволило никаким бедствиям сломить их дом.       И тут случился разрыв Завесы.       Прореха с временными искажениями прямо перед южными воротами, как и докладывали разведчики, тускло поблёскивала молниями Тени. От разрыва чувствовалась неправильность, и едущий рядом Солас очень выразительно нахмурился, остановив лошадь и подняв голову к висящей в двух метрах от дороги ране в вуали между мирами. Алларос её закрыл, но, чуя что-то неправильное, так близко и не подошёл. Закрыть разрыв удалось сразу ещё и благодаря тому, что храмовники из столицы укрепили на въезде Завесу, и нас не ждали увлекательные эксперименты с областями с разным течением времени прямо во время боя с Ужасами. Потребовалось около получаса, чтобы Солас, вооружившись блокнотом, как следует осмотрел последствия вмешательства Алексиуса, вот только пока сделать ничего не смог, хотя выглядел очень заинтересованным. Казалось мне, какого-то определённого магистра во сне ждал допрос с пристрастием. А за время, пока эксперт по Тени проводил расчёты, жестами пальцев словно перебирая струны и расслабленные нити, разведчики успели пробежаться по улицам и собрали необходимые для нас сведения, после чего мы, собирая любопытные взгляды, зашли в замок, мосты к которому были опущены. Прибытие Инквизиции в Редклифф после посещения деревни королём, что со своими рыцарями лично навёл порядок (спровоцированный невольно Героиней Ферелдена, но кто бы знал), местные жители восприняли благосклонно, поэтому общались с разведчиками весьма охотно.       В замке нас тоже ждали и проводили сразу в тронный зал.       Эрл Теган, сложив руки на груди, нервно постукивал пальцами по плечу. Одетый в богатый алый кафтан с элементами брони на плечах и груди, окружённый десятком стражей, он напряжённо сидел на троне, глухо топая ногой по красному ковру. Выглядел он ещё старше, чем с нашей прошлой встречи: до Эамона, седого от не самой лёгкой жизни, конечно, не дотягивал, но виски на медных волосах уже осеребрились и часть рыжины ушла в тусклый бурый. На лице эрла отражались отчётливые нотки раздражения, но, что интересно, оно направлено не на нас.       А на эльфийку почтенного возраста, стоящую у подножия возвышения трона.       Её короткие чёрные волосы и типичная для магов Круга нелепая синяя мантия с элементами солнца по подолу сразу подсказали, кто это мог быть. Фиона. Бывший Серый Страж, каким-то образом получившая иммунитет к скверне. Интересный феномен для этого мира, если так хорошенько задуматься.       — Приветствую, Инквизитор, — Геррин порывисто поднялся с трона и первым двинулся Алларосу на встречу, хотя по правилам приёма это она должен был подойти и представиться.       Эрл обозначил чёткий кивок. Лавеллану оставалось только поднять руку и положить ладонь на ключицу с едва видимым поклоном. Кто-то не в настроении и не собирался расшаркиваться, что для Аллароса, потихоньку вливающегося в общение с высокими мира сего, было даже лучше.       — Без лишних слов. Я помню вашу союзницу, — он указал на меня жестом ладони, — ещё с Пятого Мора, как и её непростой характер и способность грамотно распоряжаться ресурсами, поэтому к вашей должности, Инквизитор, у меня вопросов нет. Его Величество ясно выразился оказывать вам любое содействие, не мне с ним спорить, я верю Алистеру и его способности. А теперь к делу. — Теган вернулся на трон, сжав подлокотники пальцами. — Тевинтерский захватчик находится в подвалах замка, мои рыцари вас проводят. Великая Чародейка Фиона так же остаётся под ваше наблюдение, но через три дня её магов не должно быть в Редклиффе, и мне плевать, как вы это сделаете. А теперь займитесь своими обязанностями миротворца, потому что присутствие второго магистра, свободно разгуливающего по моему замку, скоро спровоцирует меня на выдворение и его, и вас из моих земель.       — Инквизиция создана, чтобы решать проблемы, и мы не доставим вам новых, эрл Теган, — Алларос обернулся к Фионе, которая под его взглядом виновато опустила плечи. Видимо, на неё уже успели наорать за подписание рабского контракта с тевинтерцами и за беспорядки во всём Южном Тедасе в целом. — Кассандра, возьми храмовников и забери магистра из тюрьмы, — походная клетка на колёсах находилась за воротами деревни, поэтому жители успеют поплеваться в Алексиуса, пока того будут вести от замка до выезда и деревни. Специально ли Лавеллан это сделал? Разумеется. Кому-то стоило посмотреть на последствия своих действий и насладиться вниманием. — Мы поговорим со вторым магом и с вами, Великая Чародейка Фиона.       — Он уже идёт сюда, Инквизитор, — вставил Теган и раздражённо процедил: — но кто-то позволил ему опаздывать на собрание, которое решало его судьбу!       — При всём моём уважении, эрл Теган, я никогда не опаздываю, а появляюсь вовремя. Драматичное появление! Ну, как? Получилось?       Человек, вышедший из бокового коридора в сопровождении храмовника, элегантно развёл руки, словно на сцене. Белоснежные одежды в сочетании с серебром и золотом очень выгодно смотрелись на северной тёмной коже, а трёхглавый посох с драконами за его спиной подчёркивал стиль молодого мужчины перед нами. Аккуратные завитые усы, зачёсанные тёмные волосы — даже глаза едва-еда подведены. Прекрасен при своём опасном образовании альтуса.       — Дориан Павус, к вашим услугам, Инквизитор, — тевинтерец беспечно подошёл к Аллароса на расстояние полутора метров и поклонился чуть в пояс. — О, эта чудесная светящаяся рука! Очаровательно, вы и сами не знаете, что эта штука умеет, верно?       — Алларос Лавеллан, — эльф не растерялся, с любопытством изучая мага севера перед собой. Зрачки расширились, а взгляд скользил то по оголенному плечу, то по лицу. О нет, я слишком хорошо знаю этот взгляд. Церковниц удар хватит. — У нас много вопросов, мессир, и мы будем рады с вами сотрудничать.       — Отвечу, на что могу, но давайте вы пока разберётесь с бедными магами. Ладно?       — Это наша первостепенная задача, однако это не помешает нашему эксперту по Тени обсудить с вами странности в Завесе. Что именно здесь устроил Герион Алексиус, вы объясните мессиру Соласу, — краем глаза я увидела, как стоящий рядом Волк кивнул, при этом его выражение лица говорило столь много об отношении к тевинтерцу, что никакой эмпатии не надо. Ой, как они хорошо поладят… Свободный эльф и привыкший к рабам альтус. Может, стоило приставить к ним храмовников? — Великая Чародейка, — Фиона, подняла от пола уставший серый взгляд и поклонилась Лавеллану низко, коснувшись сцепленными руками колен, — вы будете говорить со мной.       — Слушаюсь, Инквизитор.       Покорно. Со страхом: от того, что король и Инквизитор за одно.       Приказы Алларос раздал, и работа закипела. Сэр Баррис будет «в восторге», когда узнает, что им придётся сотрудничать с магами, как и Фиона — с храмовниками, но пока Инквизиция покрывает обе стороны, Лавеллану поперёк и слова не скажут.       Разумеется, будут конфликты. Разумеется, будут недовольные обыватели, не относящиеся ни к одной из сторон.       Но Конклав собирали именно для того, чтобы закончить войну, и если Инквизиции удастся присмирить магов и храмовников на одной территории, то это уже будет считаться огромным прогрессом за все годы противостояния.       Чем ближе становился день закрытия Бреши, тем больше работы возникало, от чего народ нервничал. В Убежище царила суматоха и упорядоченный хаос — каждому нашлось дело, каждый помогал, как умел. Укрепления и стационарные орудия возводили, проверяли и следили; новое приобретённое снаряжение для армии Инквизиции доводили до ума в кузнице Харритта, а сами войска Каллен гонял вместе с наёмниками аристократии Орлея без перерыва, оттачивая оборону.       Мы с Соласом сразу предупредили людей, что закрытие Бреши заметит тот, кто виновен в её возникновении. Тот, кого мы слышали в храме Священного Праха. Старший.       И мы ждём целенаправленной атаки.       Пути отхода канцлер Родерик, смиренно прозябающий в церкви деревни, скрипя зубами, нам показал. Так же я, якобы случайно, обнаружила под слоем льда и старых досок подземный ход около орудий, отчего благоустройством скрытых проходов занялись в тот же день, чтобы защитники Убежища могли бежать с поля битвы, если что-то пойдёт не так.       Я занималась последними приготовлениями, развешивая лириумные зелья на ремни, когда услышала хруст снега под чьими-то шагами. За пределами палатки приветливо светило солнце, потихоньку опускаясь к горизонту. Слышался лязг мечей из лагеря Каллена и виднелись над деревней вспышки магии зачаровывающих стены и оружия магов — Убежище жило и дышало одним огромным организмом. А ведь когда-то всё началось с полусотни добровольцев.       — Заходи! — крикнула я, не отрываясь от возни со снаряжением.       — Я так редко встречал кунари, что не привык к вашему чуткому слуху, как у эльфов, — отодвинув рукой полог, в палатку заглянул Солас, не без любопытства отметив, что все свои вещи я собрала.       С этой стороны повалит армия Корифея, поэтому стоило спасти свой дом. Этой ночью я посплю в келье Лелианы с Нерией, они не против, а в случае успеха и сохранения деревни попрошу плотников отстроить мне хижину на берегу. Уж очень мне нравился вид на Убежище и ледяную гладь отсюда. Ещё бы пристань отремонтировать…       — Есть теория, что в кунари намешано наследие драконов и эльфов, — мельком осмотрев одетого лишь в изумрудного безрукавку и брюки эльфа, приятно удивилась.       Под летним солнцем, разумеется, и в снежных горах тепло, но сейчас Солас почему-то предпочёл навесить на всего себя чары обогрева, а не только на ноги. Странно. Тратить магию на поддержание заклинания прямо перед ритуалом и сражением? У него потихоньку былые силы восстанавливаются, что ли, раз он не скупится разбрасываться запасами энергии?       — Грамотный маг Крови мог бы установить точные корни, — отсутствие у меня реакции на «запрещённые» знания Солас отметил дёрнувшимся в улыбке уголком губ, — но я ни разу не встречал кого-либо, хотя бы немного близко образованного.       А сам-то знает, разумеется, но молчит. Возможно, потом спрошу его в лоб.       — После Пятого Мора я много где путешествовала, однако так и не смогла научиться этому направлению, — отклонившись на кресле-рюкзаке, пару раз подумала, достаточно ли пяти склянок лириума или стоило бы ещё в сумку кинуть штуки три-четыре. Бой мог затянуться как на несколько часов, так и на сутки. — Возможно, есть вариант договориться с демоном Желания? Некоторые просят весьма низкую цену за знания.       — Слышала бы тебя Кассандра, — Солас хмыкнул.       — К счастью, нас никто не слышит.       И хитро улыбнулась, намекнув на приватность моей палатки. На отшибе Убежища. За плотным тентом.       — Я рада тебя видеть, но просто так ты бы не стал брести через всё озеро. Что-то случилось?       — Путь к тебе действительно неблизкий, — уведя взгляд на миг на моё плечо, Солас вновь взглянул на меня. Спокойно и уверенно. Даже как-то оценивая, осматривая меня, словно в первый раз, от глаз до рогов и обратно до сапог. — Я пришёл поговорить. Не в Тени, без… отвлекающих факторов. — Уже огромный прогресс. — Со времени нашей беседы о твоём интересе ты дала мне достаточно времени подумать, за что благодарю ещё раз, и сейчас я готов тебе ответить.       Какой же он душка, когда вот так выражается, словно находится на светском приёме. И ведь даже не притворяется. Это обычная манера речи древнего.       — Мы бы могли попробовать, — Солас произнёс это невозмутимо, но сложенные за спиной руки, судя по дрогнувшим мышцам не скрытых сейчас туникой плеч, напряглись. — Я не знаю, к чему приведут такие отношения, но что точно, рядом с тобой мне комфортно, а твоя забота, несомненно, приятна. Но это… непривычно. Ты кунари. Это ново в моей жизни.       С довольной ухмылкой поднявшись, я встала ровно в шаге от эльфа. Вновь его голова оказалась аккурат напротив расстёгнутых пуговиц рубашки, но, к чести Соласа, он держал взгляд на моём лице. Даже любопытно, что творится в голове Волка в этот момент. Что именно изменило его мнение касательно романа с не-эльфийкой? Моё собственное к нему отношение? Та самая забота и комплименты одинокому Волку?       — Раз ты согласен, — пробежавшись пальцами по бледной кожи его руки, ощущая твёрдость мышц, остановила ладонь на груди, где под лёгкой тканью билось сердце, — то позволь показать тебе, — ладонь сместилась на его шею и нежно остановилась под ухом, накрыв и щёку, — что именно тебя ждёт.       Пальцы огладили раковину и острый кончик, я склонилась ниже, глядя прямо в глаза эльфу. Он не отстранился. Ласка нежной кожи уха наоборот вырвала из него рваный вздох. И когда я коснулась его губ своими, сразу скользнув языком, Солас приятно меня удивил, прикрыв веки. Он ответил, расслабив руки и позволив им безвольно повиснув вдоль тела, а язык сплёлся с моим сначала очень осторожно, будто я кусалась, затем ответил жарко на вдохе, очень проворно сжав пальцы на моей талии и скользнув ниже на ягодицы.       А потом вдруг испугался собственной пылкости и отстранился, замерев и подняв руки мне на талию. Словно ошпарился.       — Не понравилось? — я изобразила печаль, при этом коварно облизнула губы.       — Нет, это… — он невольно проследил за моим действием и закрыл глаза на пару секунд, — очень приятно, всё в порядке. У меня давно никого не было, поэтому не надумай лишнего.       — Не надумать чего? — продолжая ласкать его ухо подушечками пальцев, протянула, любуясь, как кончик неизбежно краснеет. — Твоей сдержанной страсти?       — Страшно представить, насколько глубоко ты видишь, — протянул эльф, на этот раз свободнее уместив руки на моей талии.       — Глубже, чем ты думаешь, мой дорогой.       Солас смутился от обращения, и прямой намёк на тайну Волка утонул в его скомканном прощании.       — Если ты ещё не спал, клянусь, я вырублю тебя чарами на двенадцать часов.       Алларос от моего голоса вздрогнул, уронив фишку.       Я остановилась около эльфёныша, заглядывая через его макушку, и проскользила вниманием по карте Убежища, лежащей поверх карты Юга материка. Отметками пестрел каждый миллиметр: частокол с подпорками и рунной поддержкой, защищённые аркбаллисты и требушеты, а так же места с лучниками и леса для магов-дальников. Ворота укрепляли уже сейчас: дерево, каким бы крепким оно ни было, заменили на обшивку из металла с рунами барьера.       Деревня не должна попасть под лавину.       У Убежища слишком выгодное расположение и высокий потенциал обороноспособности, чтобы терять поселение в борьбе с каким-то свихнувшимся порождением безумия снов Титанов. Горы защищали подходы с одной стороны, а широкий обзор на более пологие склоны позволял заранее заметить противника. К тому же, здесь прямо под носом находился источник подземных вод, что был чище любого родника, а уж после кипячения и прогона в алхимических бочках такую воду можно было смело назвать святой.       — Я бы поспал, но надо сразу решить все проблемы и устранить уязвимости, пока мы не приступили к закрытию Бреши, — Лавеллан зевнул до слёз на половине фразы, сделав слова почти неразличимыми. — Через час пойду…       — Не перетрудись, — фыркнула. — Ты нужен людям живым, а не валящимся с ног.       — А вдруг не выйдет? — Алларос повернулся ко мне и сел на край стола, свесив ноги. — Вдруг все погибнут? Вдруг я ошибусь, и…       — Живи настоящим, — отвесив щелбан когтями прямо в центр лба парнишки, цокнула языком. — Смысл переживать за то, что ещё не произошло? Ты не провидец, чтобы быть уверенным в будущем.       — Зато ты уверена в настоящем, — Алларос сморщился и потёр пострадавшее место. — Так ты и стала Героиней Ферелдена? Потому что не боялась того, что вас ждало во время боя в Денериме?       — Отсутствие страха это показатель глупости, — я хмыкнула. — Храбрость от идиотизма отделяет наличие расчёта и здравого смысла. У Инквизиции есть все шансы отбить нападение в пару тысяч единиц противника — Каллен хорошо оперирует числами, можешь у него спросить с утра.       — Я знаю, но… — так тяжело вздохнув, что я уже кинулась было утешать поток слёз, Лавеллан взглянул на меня задушено. — Инквизитор должен вести своих людей…       — Люди и так знают, что им делать, — я аккуратно сжала его плечо, погладив. — Инквизитор это лидер, общественное лицо, а военачальники у тебя уже есть. Ты не один, понимаешь? Ни в бою, ни в решениях. Друзья всегда ря… — эльфёныш кинулся обниматься, уткнувшись мне в грудь и засопев, — …дом. Я тебя сейчас точно вырублю.       Но угрозу исполнять не потребовалось.       В тёплых объятиях большой женщины после речи утешения измученный волнениями Алларос заснул у меня на руках. Хорошо, что кельи рядом, и тащить эльфёныша пришлось не так далеко и не через всю площадь на потеху страже.              Так проходил день за днём. Оборона Убежища крепла, а гражданское население, наоборот, уменьшалось — люди уходили вниз по склону, ожидая тяжёлое сражение со Старшим. Никого не застанут врасплох.       И именно известность организации привлекла тех, кого я всей душой не желала видеть.       Ранним утром наш скромный совет в ставке командования побеспокоил своим визитом солдат с сообщением, что в деревню прибыли наёмники. Не посланец. Целый отряд разношёрстных вояк с огромным кунари во главе. Моё кислое лицо полностью отразило энтузиазм по вербовке данной компании, однако проигнорировать боевую силу Алларос не мог, а я отговорить его при всём желании не смогла бы — организованная и сплочённая группа это всегда плюс в определённого типа операциях. Уже даже появилась идея приписать их к обороне церкви, где планировали спрятать слуг, работяг и обустроить лазарет на время сражения. Подкину потом идею Каллену.       Пришлось покинуть тёплое, погружённое в полумрак помещение, пропитанное запахом парафина и чернил, и выйти за Лавелланом на солнечную улицу. Погода сегодня особенно радовала, вот только из-за приближающейся осени уже третий день подряд морозные узоры покрывали окна и железные укрепления. Таким условиям пришлось соответствовать, чтобы не мёрзнуть: поверх я накинула светлый плащ с мехом на воротнике.       Улица встретила нас синхронным стуком кулаков о нагрудники солдат на посту у дверей и почтительными поклонами от группок магов, отдыхающих у обители веры после тренировок с Соласом. Волк пользовался успехом у юного поколения, затмив знаниями пребывающую в апатии Фиону, да только прикрикивал он на молодёжь похлеще инструкторов в лагере Каллена, и на эльфа приходили жаловаться — мне, как командующей магическим отрядом. «Дети ничему не научатся, пока на них не наорёшь», — категорически парировал он все обвинения. А я, кажется, где-то это уже слышала, и отнюдь не от Соласа. Странное чувство.       — Инквизитор-эльф! Да Церковь тебя явно обожает, — огромный кунари, без шуток, похожий на шкаф два на два метра, сделал замысловатый жест удивления здоровенной, накачанной рукой.       Его широкие, действительно похожие на бычьи рога угрожающе оказались над головой одного из довольно небольшой, но внушительной группы наёмников, однако стоящий рядом молодой парень едва ли обратил на это внимание.       — Долиец — Инквизитор еретической организации. Ну кто бы мог подумать?       — Шанейдан, Хиссрад, — сохраняя ледяное спокойствие, я ответила на пристальное внимание единственного глаза шпиона не менее «страшным взглядом кунари».       С таким говоруном надо вести себя максимально осторожно и твёрдо, пускай Лавеллан пока послушает. Бен-Хазрат с упорством искали контакта с Инквизицией, и я не желала выслушивать речи о том, что «магия опасна», «Брешь — порождение невежества и беспечности людей континента» и прочие бредни Кун. Бедная Безымянная уже наслушалась.       — О, — кунари приподнял брови, — Аришок, получается, не врал. Беглый сэрабаз теперь Герой, да и у вас тут всё организовано, — Бык оглянулся на упорядоченный хаос беготни с подготовкой к крупному плану по спасению мира.       — Аришок знал, кого отпускал, — а ведь Стэн хорошо подумал, прежде чем пощадить беглого сэрабаза, сомнения и злость на не вписывающееся звено его учения прошли множество стадий принятия, — и ты тоже должен знать своё место.       Бык беспечно улыбнулся… Но тёмный глаз заледенел.       — Хиссрад? — не вмешиваясь в разговор двух рогатых гигантов, Алларос не удержался от вопроса.       — Лжец, — просто ответила я, прислушиваясь к окружающим разговорам. Люди роптали и ныне смотрели на кунари с неприязнью. — Он шпион Кун.       — Арикун надеялся на благоразумие и мнение Аришока, — Бык скрестил руки на широченной груди и прищурился.       — А я надеялась, что Бен-Хазрат не сунут нос не в их дело, — кунари сморщил нос, и на тёмной серой коже проступили мелкие светлые шрамы, похожие на осколки. — Если Арикун и Аришок не могут договориться между собой, пускай хотя бы не мешают.       Советники за моей спиной не проронили ни слова. Я ощущала напряжение Кассандры и нервозность Каллена — а ещё его мучила лириумная ломка, и этим тоже надо будет заняться — а Лелиана готова была выхватить кинжал и защищать её старую подругу от враждебного кунари. Где-то за спиной, в щели дверей церкви, замерла бледная, но уже здоровая и свободная от Зова Нерия. Алларос же ждал момента, чтобы вмешаться в беседу и не огрести от Быка.       Бодание двух кунари, очевидно, являлось опасной ситуацией, однако «Боевые быки» находились на чужой территории, и Хиссрад не смог бы потягаться даже с одной мной, чтобы открыто противостоять не просто тал-васготу. А сэрабазу. Очень злому и почти буквально раздраконенному.       Краем глаза я вдруг заметила Соласа.       Одетый в меха Волк, скрываясь в тени густой ели, стоял на тропе к трём домам: его, Адана и Дориана. Опираясь на посох, эльф недобрым, сияющими аметистами взирал на Железного Быка.       — Брешь — опасная штука, верно? — Бык обратился к Лавеллану, говорил беспечно и стоял расслаблено. Но это очень обманчивое впечатление. — А «Боевые Быки» — весомая военная сила для мелких операций. Я правда обязан передавать информацию в Кун, но раз уж именно ты, — он указал на меня, — друг Аришока, так мне не доверяешь, то я готов поклясться на Писании Кослуна, что эту самую информацию можно отфильтровать, так ничего лишнего о вас в Кун не уйдёт. Взамен, вы получите сведения о действиях Кун, что только вам понадобится. Аришок уж точно тебе не откажет.       — Поверить лжецу? — Алларос с сомнением изучил шкафоподобную фигуру над ним.       — Или вы можете вышвырнуть нас, — проворчал Бык, осознав, что да, таки есть несостыковка.       — Аришок поймёт в любом случае, примем мы тебя с твоими друзьями, — формулировка намеренно указала на отношения в отряде, ведь это было больной темой для Хиссрада, — или откажем. Но Арикун ситуацию с Брешью так просто не оставит.       — Ты что-то знаешь.       — При безвольном сэрабазе много любопытных разговоров вели. Беспечно и глупо.       Напряжение — вот, что витало в воздухе.       И я знала, что Кун планировали вторжение, ведь именно они устроят погоню за элувианами без разрешения Бен-Хазрат. Виддасала с её планом «Дыхание Дракона» наткнётся на агентов Фен’Харела, а втянутой окажется Инквизиция… Потому что Волк стравит обе стороны.       Надеюсь, до этого не дойдёт. Иначе кого-то ждёт порка по голой веснушчатой заднице.       — Раз вы способные воины, то пригодитесь Инквизиции, — размышляя, осторожничал Лавеллан. — Мессир?..       — Зови меня Железный Бык, — кунари равнодушно глянул на эльфёныша единственным глазом, пристыженный и поставленный на место, будто мальчишка-хулиган.       Затем Алларос обернулся к мрачно слушающей наш разговор Лелиане. Девушка перебирала в руках за спиной мелкие ножи, но после движения Лавеллана ловко спрятала их куда-то под рукава.       — Коммандер, — Каллен рядом с Соловей выпрямился и стукнул кулаком по нагруднику, — займитесь обустройством наёмников. Лелиана, вся исходящая и входящая информация будет проходить через тебя. Бык, вы под прямым управлением нашего Мастера-Шпиона, — место Тайного Канцлера находилось куда выше, и Лелиана умела гораздо больше, однако Быку пока не стоило знать, что именно находилось в руках Сестры Соловей, — выполняйте ровно то, что она попросит. Скоро вам передадут инструкции по случаю скорой операции по закрытию Бреши, и вы должны беспрекословно следовать моим приказам. Начнёте спорить — натравлю на вас Шайру.       Я хмыкнула невольно, скалясь на природного врага. Малыш потихоньку точит зубки.       — Так точно, босс.       Бык по мере речи Инквизитора успел впечатлиться, и его эмоции на лице сменились на сдержанный интерес, плавно перетекающий в любопытство. Долиец — Инквизитор. Еретическая организация, которую Церковь буквально терпит, но, пока Старший жив, даже не мешает. Маги и храмовники, враждующие несколько лет подряд, и тут — мирное сосуществование, пускай и с наблюдением за обеими сторонами.       Кун не примет такое. Никогда.       Но отдельный Хиссрад, уже успевший привязаться к своему отряду, находился на грани. Уверена, Лавеллан Кун точно не выберет и перетянет Быка на свою сторону, когда наступит нужный момент.