Честь и правда

      - Сударь, я прошу об отставке или о вашем наказании... - начал свою речь Гильом.       Сен-Люк обомлел. Он был готов к тому, что разговор будет непростым, Гильом сразу сказал, заходя в его кабинет, что тема несколько деликатна. Он мог ожидать новость о смерти Бюсси, о бегстве Дианы, о проблемах у Жанны - о многих несчастьях, но не о том, что его верный лекарь хочет уйти со службы.       - Как это так? Гильом, позволь мне сначала услышать причину такого внезапного изъявления.       Гильом поник головой. Было ясно, что он был готов к разговору, но то, о чём он собирался рассказать, было тем, к чему нельзя быть готовым на сто процентов.       - Сударь, я убил человека... - траурно сообщил лекарь.       Сен-Люк закрыл рот рукой, думая, что он понимает мысль Гильома.        - Бюсси... - начал Сен-Люк говорить о своих догадках.       Однако Гильом сделал протестующий жест.       - Раны господина стали затягиваться, думаю, скоро он придёт в себя, - сообщал он хорошую новость довольно печальным голосом. - Однако я причина моего ухода не в этом.       Дворянин был в смятении, он не знал, что делать: радоваться выздоровлению друга или бояться того, что лекарь скажет дальше.       - Но это стоило особой цены: я убил человека, - продолжил Гильом. - Сударь, помните, вы мне дали оружие, чтобы я защищал себя и Диану от случайных свидетелей?       Сен-Люк кивнул.       - Поздно ночью я возвращался во дворец Бюсси от господина де Рибейрака. Он получил ваше письмо и собирался покинуть Париж. Я отнёс тот свёрток, что вы мне дали, ему и сообщил, что он вполне здоров, чтобы уехать. Идя по тёмным улицам города, я услышал женские голоса. И это был голос Дианы. Я заподозрил, что она покинула дворец и, как любая женщина на тёмных улицах города, находится в определённой опасности. Я решил присмотреть за ней, но не стал вмешиваться в её замыслы. Она и её служанка Гертруда вышли за стены города в лес. Там на неё напал мужчина. Он был очень уверен в себе и, как я понял, узнал её, потому я решил сначала лишить его возможности двигаться, выстрелил в ногу, а потом решил избавиться от него и выстрелил в грудь, чтобы не мучался.       Миньон, привыкший к смертям и жестокости с момента начала службы Генриху, когда тот был ещё принцем, спокойно слушал рассказ врача.       - Гильом, - обратил его внимание Сен-Люк. - ты поступил как должно. Когда на благородную женщину нападают, самое лучшее, что можно сделать - защитить её! Я тебя хвалю и я не вижу причины тебя отсылать из Парижа.       Дворянин хотел уже подойти ближе, чтобы похлопать по плечу старого друга, но тот покачал головой.       - Боюсь, мой господин, это не то, за что меня стоит хвалить. Я не знал, в кого я стреляю. Я принял этого человека за разбойника, но оказалось... - тут он остановился, чтобы дать себе время на правду. - Диана сказала, что это был господин д'Эпернон.       Сен-Люк замер, не зная, что сказать. Он бледнел от осознания всей опасности и ужаса ситуации.       - Смерть Христова! Господин д'Эпернон... мёртв? - прошептал от удивления дворянин.       - Боюсь, сударь, всё так. - кивнув, согласился Гильом.       Сен-Люк отвернулся от лекаря и опустил руки на стол, чтобы дать себе время подумать. Гильом стоял терпеливо и спокойно, ожидая, какое решение примет его господин.       - Гильом, Диана, что же вы наделали? - в растерянности, близкой к панике, спрашивал в пустоту Сен-Люк. - Что Диана там делала? Это д'Эпернон её туда пригласил?       - Нет, сударь, - продолжил рассказ Гильом. - Диана рассказала, что их лекарь, Реми, выжил. Служанка, о которой я вам рассказал, нашла его и спасла. Он недавно пришёл в себя. Реми понял, о каком яде речь, и рассказал, где найти ингредиенты для антидота. Не желая ждать, девушки направились на поиски.       Сен-Люк закрыл лицо руками. Теперь его друг будет жить, но им всем угрожает опасность разоблачения.       - Вас ещё кто-то видел? - тихо спросил он.             Гильом покачал головой.       - Я никого не видел.       Наконец Сен-Люк решился повернуться к своему старому другу.       - Тогда сделаем так: ты останешься подле Бюсси, пока он не придёт в себя. Сам посуди, как я отпущу тебя, когда ты ещё представлен к моему другу и когда д'Эпернон пропал только прошлой ночью? Это вызовет подозрения.       - Сударь, - прервал его Гильом. - вы можете сказать королю, что я убил его. Это была моя вина, но убивал я по своему замыслу, а не по вашей ошибке. Меня казнят, но король оценит вашу верность.       Сен-Люк лишь покачал головой.       - Нет, - отказался он. - Я не сдаю своих друзей. Ты побудешь подле Бюсси, проследишь, чтобы он пришёл в себя. Потом ты уедешь. Я спрячу тебя далеко. Но для начала... Где ты оставил тело господина д'Эпернона?       - Оно на той полянке. Если хотите, я проведу вас.       - Благодарю вас. Но не сейчас, а позже, ночью. Нам не нужны любопытные глаза. И, кстати, есть ли у тебя кто-то, кого ты мог бы порекомендовать мне на твоё место?       Гильом поклонился.       - Сударь, до августа я учил своего племянника Жана. Как мне рассказывала сестра, сейчас он работает у какой-то знатной дамы, но его должность не так высока, чтобы за него держались. Если вы хотите, я могу направить его к вам.       - Он достаточно подготовлен.       - Я обучал его шесть лет, он знает многое. На днях я навещу господина Реми и попрошу его направлять Жана.       - Благодарю.       Гильом направил письмо сестре с просьбой забрать Жана на его новую службу, а ночью дворянин и его слуга пришли к месту убийства, однако там не оказалось ни крови, ни тела - никаких следов преступления. Сен-Люк решил, что, возможно, тело миньона уже нашёл кто-то и остаётся только ждать, что при дворе будет происходить дальше. Гильом, как и было приказано, остался помогать Бюсси и навещать Жанну.       Через несколько дней Бюсси действительно пришёл в себя, о чём было сообщено Сен-Люку. Он дал лекарю последние указания и через несколько дней с грустью в сердце попрощался со своим старым другом, а Жан приступил к новым, ответственным задачам: ему нужно было помогать Жанне, которая ждала ребёнка, помогать Реми и слушать его наставления.       Сен-Люк поехал в Лувр на встречу новому испытанию. Он понимал, что, возможно, не сейчас время сообщать эти новости королю. Он уже который день не может найти себе места от пропажи своего последнего любимчика. К нему приходят только Шико и Луиза. Но дальше таить было опасно. Ведь никто не знает, когда ситуация выйдет из-под контроля.       Он ждал аудиенции короля уже три часа. Ожидание было тоскливым и напряжённым одновременно. В скуке приходили разные тревожные мысли. Что будет делать король, когда узнает? Заключит в Бастилию? Отправит на войну или в ссылку? Убьёт? Тем не менее, он понимал, что, что бы ни случилось, все они были готовы принять исход событий. И это его успокаивало.       Наконец, к нему пришёл король.       - Что за новости, господин де Сен-Люк, - Генрих говорил раздражённо и отстранённо. – Шико уже битый час говорит, что у вас есть новость. Новость для меня.       Сен-Люк поклонился.       - Ваше Величество, - почтенно обращался миньон. – Я пришёл сказать, что господин де Бюсси пришёл в себя и, как говорит мой лекарь Гильом, через несколько дней сможет присутствовать на мероприятиях дворца. Вы также желали видеть госпожу де Меридор. Я направил ей письмо, через несколько дней она прибудет в Париж.