Вслед за громом

Харгеон, когда-то процветающий город, теперь погружён в мрак и безысходность. Улицы, некогда полные жизни, теперь заполнили тени, а гнетущая тишина словно давит на грудь. Люси и Лексус идут по мощёным булыжником, который местами покрыт трещинами, как и сами здания, стоящие по обе стороны. Их фасады изуродованы, окна выбиты, а крыши обрушены, словно город пережил нечто ужасное. Запах гари витает в воздухе, напоминая о недавнем пожаре, который оставил за собой лишь пепел и разрушения. Ветер, проносящийся по улицам, приносит с собой шёпот страха и отчаяния, словно сам город стонет от боли. Люди, которых они встречают, выглядят потерянными и заплаканными, их лица искажены горем и безысходностью. Глаза, полные слёз, смотрят в никуда, как будто они уже смирились с тем, что надежда покинула их навсегда. На углу улицы стоит старая женщина, её руки дрожат, когда она пытается собрать обломки своего разрушенного дома. Её голос, едва слышный, сливается с тишиной, когда она шепчет молитвы, обращаясь к богам, которые, похоже, отвернулись от этого места. Вдалеке слышен глухой звук, напоминающий раскаты грома, но это не природа, это эхо магии, оставившей свой след на этом несчастном городе. Дреяр чувствует, как мрак окутывает их, и в воздухе витает предчувствие беды. Каждый шаг по этому опустошённому месту напоминает им о том, что даже в самые тёмные времена, когда надежда кажется недостижимой, они должны продолжать искать свет, даже если он едва виден в этом бездне отчаяния. Разрушения, которые они видят, не просто трагедия — это словно божья кара, обрушившаяся на город. Почерневшая земля, когда-то щедро одарившая жизнь, теперь выглядит как иссушённая пустыня, покрытая трещинами, словно сама природа отвернулась от этого места. Каждый шаг по этой земле напоминает о том, что здесь произошло нечто ужасное. Увядшие и сгоревшие растения, некогда зелёные и полные жизни, теперь напоминают лишь обломки былого. Их стебли искривлены и обожжены, листья опали, оставив лишь сухие, хрупкие ветви, которые трясутся на ветру, как призраки, шепчущие о потерянной надежде. В некоторых местах можно увидеть, как корни растений, словно искалеченные руки, тянутся к небу, прося о милости, которая так и не пришла. На стенах разрушенных зданий появляются религиозные символы, вырезанные или нарисованные с отчаянием и страхом. Кресты, звёзды и другие знаки, когда-то олицетворявшие веру и надежду, теперь выглядят как зловещие напоминания о том, что боги, возможно, отвернулись от этого города. Эти символы, покрытые копотью и пылью, словно кричат о страданиях, которые пережили его жители. Они становятся частью пейзажа, как будто сами стены просят о прощении за грехи, которые привели к этому ужасу. Хартфилия предполагает, что эти символы появились после ударов молний, которые разразились над городом в ту злополучную ночь. Эти молнии, сверкающие, как гнев небес, оставили за собой не только разрушения, но и следы, которые навсегда изменили облик Харгеона. Каждая молния, ударившая в землю, оставила на стенах зданий знаки, словно божья рука оставила свой отпечаток, напоминая о том, что здесь произошло нечто большее, чем просто катастрофа. Ветер, проносящийся по улицам, приносит с собой шёпот молитв, смешанных с всхлипываниями, и Люси понимает, что даже в этом мраке люди продолжают искать утешение, даже если оно кажется недостижимым. Каждый уголок Харгеона, каждое разрушенное здание, каждая увядшая трава напоминает о том, что здесь произошло нечто ужасное, и что гнев небес, вызванный, возможно, человеческими грехами, оставил за собой лишь пустоту и отчаяние. Они понимают, что их задача не просто в том, чтобы исследовать этот город, но и в том, чтобы понять, что же привело к этому ужасу, и, возможно, найти способ вернуть надежду в сердца тех, кто остался. Лексус, идя рядом с Хартфилией, вдруг останавливается, его внимание привлекает нечто странное. Он чувствует знакомые колебания магической энергии, которые пронизывают воздух, словно невидимые волны, искажающие пространство вокруг. Это ощущение напоминает ему о его собственных силах, но здесь оно кажется искажённым, как будто кто-то намеренно пытается походить на него. Сердце Лексуса стучит быстрее обычного, и он настораживается, прислушиваясь к этому зову, который словно шепчет ему о том, что в этом городе происходит нечто большее, чем просто разрушение. Эти колебания проникают в его сознание, вызывая тревогу и беспокойство. Лексус оборачивается к Люси, его глаза полны решимости и тревоги. Он понимает, что они не просто исследуют стихийное бедствие в городе. — Люси, я чувствую что-то странное, — говорит он, его голос звучит напряжённо. — Это воздействие и вправду очень схоже с моими силами. В этот момент он осознаёт, что их путешествие в Харгеон может обернуться не только поиском ответов, но и столкновением с силами, которые они не могут контролировать. Люси и Лексус, пробираясь сквозь руины и обходя плачущих жителей, наконец, находят Миру. Она стоит в центре небольшой импровизированной палатки, оказывая помощь раненому ребенку. На её лице застыла смесь усталости и сострадания. Она поднимает глаза, замечая их приближение, и её взгляд становится серьёзным. — Лексус, Люси… Я знала, что вы придете, — говорит Мира тихим голосом, отрываясь от своей работы. Она жестом предлагает им присесть на ящики, заполненные бинтами и лекарствами, – Эльза с ребятами уже опрашивает жителей, другие гильдии тоже прибыли сюда. — Что здесь произошло, Мира? Кто это сделал? — его голос звучит резко и взволнованно. — Это ужасно, Лексус. Не просто разрушение, но… отчаяние. Здесь царит атмосфера, словно над городом нависло проклятие. — Мира вздыхает, ее глаза наполняются грустью. Она замолкает на мгновение, словно подбирая слова — Магия была похожа на твою, Лексус… электричество, молнии… Но она была…изкажена. — Ты уверена? — настаивает Лексус, его голос звучит напряженно. — Я чувствовала это сама, Лексус. И другие маги, прибывшие на помощь, подтверждают это. Это магия Убийцы… чего-то… Но чего именно, пока неясно. Некоторые говорят, что слышали раскаты грома, звучавшие как гнев богов и сине-серебряные молнии. Другие утверждают, что видели ангелов, падающих с небес, — она потирает виски, словно пытаясь отогнать навязчивые видения. Люси вздрагивает, услышав эти. Она чувствует, как по коже пробегают мурашки. — Местные жители в панике, — продолжает Мира. — Они говорят, что это кара божья. Что они чем-то прогневили небеса. Они потеряли веру и надежду. Лексус, ты что-нибудь знаешь об этом? Кто мог использовать магию таким образом? — Я… я не знаю, - Лексус отводит взгляд, чувствуя, как его охватывает вина. — Но я найду этого ублюдка. И он заплатит за то, что сделал. Лексус бросает быстрый взгляд на Люси, и на мгновение его лицо смягчается. Он видит в её глазах веру и сочувствие. Но затем он снова отворачивается, его лицо вновь становится непроницаемым. С этими словами он встает и направляется к выходу из палатки. Люси смотрит на Миру с беспокойством в глазах. — Что происходит, Мира? Почему Лексус так себя ведет? — спрашивает она. — Боюсь, это связано с его прошлым, Люси. С тем, что он пытался скрыть от всех. Но что бы это ни было, я уверена, что это опасно. Громовержцы сейчас в Магнолии ищут ответы, так что не позволяй Лексусу делать глупости. Лексус и Люси погружаются в хаос руин, некогда бывших домами и магазинами Харгеона. Запах гари, словно саван, окутывает всё вокруг, давит на грудь, напоминая о недавней трагедии. Пепел, как мелкий, зловещий снег, хрустит под ногами, каждый шаг отзывается эхом в звенящей тишине, подчёркивая хрупкость того, что когда-то было жизнью. Лексус чувствует себя чужим в этом месте, словно он сам часть этого разрушения. Он старается не смотреть в глаза выжившим, пряча взгляд, полный вины и стыда. Он концентрируется на своей задаче – найти хоть что-то, что прольёт свет на случившееся. Люси молча идёт рядом, её присутствие – якорь, удерживающий его от погружения в пучину отчаяния. Он благодарен ей за её поддержку, за то, что она разделяет с ним этот ужас, не осуждая. Они методично осматривают каждый закоулок, каждый обломок стены, каждый сгоревший предмет. Лексус использует свои навыки Убийцы Драконов, чтобы почувствовать отголоски магии, но всё тщетно. Лишь пустота и давящее ощущение тьмы. Магия Убийцы Богов Грома оставила за собой не просто разрушение, а выжженную землю, где ничто не может укорениться. На стенах обугленных зданий, словно зловещие граффити, проступают странные символы. Они выцарапаны, нарисованы кровью или выжжены пламенем. Символы, чуждые и пугающие, сплетаются в сложные узоры, вызывающие чувство тревоги и беспокойства. Люси проводит пальцами по одному из таких символов, нахмурив брови. Она пытается вспомнить, где она могла видеть что-то подобное, но в её памяти не всплывает ни одного знакомого образа. Созвездия, выжженные на стенах, переплетаются с этими символами, создавая жуткую картину. Люси чувствует, как её собственная магия Звездных Духов откликается на эти изображения с тревогой, словно предостерегая от неминуемой опасности. Она касается одного из выжженных символов, и ее пронзает видение: темная фигура, стоящая на вершине горы, простирающая руки к небу, заполненному багровыми молниями. Фигура выкрикивает слова на непонятном языке, и ее голос звучит, как раскат грома, разносящийся по всему миру. Люси отдергивает руку, отшатываясь от стены. Ее сердце бешено колотится в груди, а тело дрожит от страха. — Что-то не так? — спрашивает Лексус, обеспокоенно глядя на нее. Люси молчит, не в силах произнести ни слова. Она чувствует, что эти символы – ключ к разгадке тайны, но она также понимает, что разгадка может быть слишком страшной, чтобы с ней справиться. Она поднимает взгляд на Лексуса, и в ее глазах он видит отражение своего собственного страха. Они оба понимают, что то, с чем они столкнулись, – это не просто дело рук безумного мага. Это нечто большее, что-то древнее и зловещее, что может изменить весь мир. Лексус видит отражение ужаса в глазах Хартфилии и чувствует, как по спине пробегает холодок. Он не знает, что она увидела, но одно ясно – это было что-то ужасное. Он подходит ближе, кладет руку ей на плечо, пытаясь успокоить. — Что случилось? Ты что-то увидела в этих символах? — он вновь тихо спрашивает, стараясь не привлекать внимания. Люси тяжело дышит, пытаясь собраться с мыслями. Она отворачивается от стены, не желая больше смотреть на зловещие символы. — Я… я не знаю, как объяснить, – говорит она, её голос дрожит. — Это было… видение. Я увидела фигуру… Она стояла на вершине горы… и призывала гром. Она говорила на каком-то непонятном языке… Это было страшно, Лексус. Очень страшно Лексус сжимает её плечо сильнее. Он чувствует, как в его душе разгорается гнев. Кто бы ни был этот человек, он причинил боль Люси, и за это он заплатит. — Неважно, что ты увидела, — говорит Лексус, его голос становится твердым и решительным. — Мы остановим его. Мы выясним, кто стоит за всем этим, и заставим его ответить за свои злодеяния. Люси кивает, но её глаза по-прежнему полны страха. Она знает, что они столкнулись с чем-то очень опасным, и что им предстоит пройти через тяжелые испытания. Они продолжают осматривать руины, пытаясь найти что-то еще, что могло бы помочь им в их расследовании. Дреяр сосредоточивается на том, чтобы почувствовать остатки магии, пытаясь выделить что-то конкретное, какой-то уникальный отпечаток, который мог бы указать на его личность. Он закрывает глаза, сосредотачиваясь на потоках магической энергии, пронизывающих воздух. Он чувствует отголоски грома и молний, но они кажутся какими-то… искаженными. Словно кто-то взял его собственную магию и извратил ее, наполнив ее ненавистью и злобой. Внезапно, он чувствует что-то знакомое. Что-то, что вызывает в его памяти смутные воспоминания о прошлом. Это слабый отголосок магии тьмы, той самой магии, которую использовали в "Хвосте Ворона". Лексус открывает глаза, его лицо становится серьезным. Он понимает, что за всем этим стоит кто-то, связанный с его прошлым. Кто-то, кто знает его слабости и стремится использовать их против него. — Я знаю, кто это сделал, — говорит Лексус, его голос звучит тихо, но в нем чувствуется сталь. — Кто? Кто стоит за всем этим? Лексус молчит, не желая произносить его имя вслух. Он боится, что, произнеся его имя, он даст ему силу, что он снова станет жертвой его манипуляций. Он смотрит на Люси, и в его глазах она видит боль и отчаяние. Он понимает, что ему предстоит столкнуться с темными воспоминаниями, которые он так долго пытался забыть. Но он также знает, что он не одинок. У него есть Люси, которая будет рядом с ним, друзья и гильдия.

***

Мрачный тренировочный зал "Хвоста Ворона", освещенный лишь несколькими тусклыми факелами, отбрасывающими зловещие тени. Лексус, около восемнадцати лет, стоит в центре, хмуро наблюдая за бойцами, которые спаррингуют с явным страхом перед ним. Он только что разбросал нескольких из них, используя свою магию молнии, и теперь они избегают его взгляда. Рейвен, его ровесник, стоит в тени, облокотившись на стену. Он наблюдает за происходящим с холодным, изучающим взглядом. Он не говорит ни слова, но его присутствие ощущается в зале. — Что тебе нужно, Рейвен? — Лексус чувствует на себе его взгляд и поворачивается, скрестив руки на груди. — Именно это меня и беспокоит, Лексус. Ты слишком… прямолинеен. Ты используешь грубую силу, когда можно обойтись хитростью. Ты давишь на людей, когда можно ими манипулировать. — Рейвен усмехается. — Манипулировать? Зачем мне это нужно? Я могу просто уничтожить их. — Лексус хмурится. — Уничтожение - это временное решение, Лексус. А вот контроль… это навсегда. Если ты научишься управлять людьми, ты сможешь заставить их делать всё, что тебе нужно. Ты сможешь построить империю. — Рейвен качает головой. Лексус задумывается. Идея власти и контроля ему нравится. Он всегда хотел быть лидером, но он никогда не задумывался о том, как этого добиться. — Начни с малого. Посмотри на них. Что их пугает? Что они любят? Что они скрывают? Используй их слабости против них. Пообещай им то, что они хотят, а потом отними это. Заставь их сомневаться в себе, бояться тебя, подчиняться тебе. — Рейвен улыбается, но в его улыбке нет тепла. Лексус смотрит на спарринг-партнеров, и теперь он видит их в другом свете. Он начинает замечать их страхи, их слабости, их желания. Он понимает, что Рейвен прав. Этих людей можно контролировать. — Это… интересно, — говорит Лексус, медленно кивая. — Ты можешь стать великим лидером, Лексус. Но для этого ты должен научиться мыслить, как человек или божество, а не как дракон. — Рейвен кладёт руку ему на плечо. Лексус смотрит на Рейвена с благодарностью. Он всегда чувствовал, что ему чего-то не хватает, и теперь он, кажется, нашел того, кто может ему это дать. Рейвен убирает руку и отходит назад, оставляя Лексуса одного в раздумьях. Он смотрит на своих спарринг-партнеров, и в его глазах появляется холодный, расчётливый блеск. В зале повисает тишина, нарушаемая лишь приглушенными стонами и звоном оружия. Лексус начинает понимать, что сила - это не только магия, но и умение управлять людьми. И он готов научиться этому любой ценой.

***

Лексус и Люси продолжали угрюмо бродить по руинам, каждый поглощенный своими мыслями. Город, казалось, затаил дыхание в ожидании чего-то неизбежного. Солнце, и без того тусклое, практически скрылось за надвигающимися тучами, окрашивая горизонт в зловещие оттенки багрового и фиолетового. Ветер усилился, принося с собой запах озона и пепла, а также смутное ощущение тревоги, которое пронизывало все вокруг. Внезапно, тишину прорезает первый раскат грома. Это не обычный гром, не глухой гул вдали. Это резкий, пронзительный звук, словно небеса разрываются на части. Звук, который заставляет кровь застыть в жилах и вызывает первобытный страх. Жители Харгеона вздрагивают и замирают, словно парализованные. Они поднимают головы к небу, их лица искажены ужасом. Они знают, что это значит. Они знают, что это - предвестник новой атаки. Люси хватается за руку Лексуса, её пальцы судорожно сжимают его кожу. Она чувствует, как приходит в смятение, словно предчувствуя надвигающуюся катастрофу. — Лексус… — шепчет она, её голос дрожит. Лексус смотрит на небо, его лицо становится мрачным и сосредоточенным. Он чувствует, как Рейвен приближается. Он чувствует, как его магия становится все более мощной и зловещей. — Он здесь, — говорит Лексус, его голос звучит тихо, но в нем чувствуется сталь. — Он пришел, чтобы показать свою силу. Раскаты грома становятся все громче и чаще, словно небеса разгневались на Харгеон. Молнии начинают сверкать, разрывая тьму своими яркими вспышками. Каждая вспышка освещает разрушенный город, подчеркивая его опустошение и отчаяние. Лексус и Люси бегут к центру города, к главной площади, где собралось большинство выживших. Они знают, что там они смогут оказать помощь большему количеству людей. Когда они достигают площади, они видят, что люди в панике и Миру, которая мечется взглядом, понимая, что после разбора завалов с самого утра её силы и так на пределе. Люди кричат, плачут, молятся. Они ищут укрытия, но знают, что нигде не будут в безопасности. — Мы должны что-то сделать! — кричит Люси, перекрикивая раскаты грома. – Мы должны защитить их! — Я сделаю всё, что в моих силах, — Лексус кивает. — Но я не знаю, смогу ли я остановить его. Он закрывает глаза и сосредотачивается, пытаясь почувствовать энергию Рейвена. Он ощущает её повсюду, словно она пропитала весь город. Она вибрирует, пульсирует, словно ждет момента, чтобы вырваться наружу и уничтожить всё вокруг. Лексус открывает глаза, его лицо становится бледным. Он понимает, что Рейвен не просто хочет разрушить город. Он хочет сломить дух его жителей. Он хочет посеять страх и отчаяние, чтобы люди потеряли всякую надежду. Паника на площади достигла своего пика. Люди метались в поисках укрытия, но его не было. Раскаты грома слились в оглушительный гул, а небо разверзлось, извергая потоки молний, словно божественное возмездие. — Откройтесь врата! Дева! — Люси глубоко вдохнула, собираясь с силами, и выкрикнула, поднимая вверх золотой ключ. Она понимала, что времени почти не осталось. — Наказание? — Появившись в облаке дыма, Дева тут же склонилась в поклоне. — Дева, нам нужно укрытие, — ответила Люси, перекрикивая грохот. — Пророй туннели под площадью, чтобы укрыть людей от молний! Дева кивнула и тут же принялась за работу. Её руки засверкали, и она начала быстро прорывать землю, создавая узкий, но глубокий проход, ведущий под площадь. — Все сюда! Быстро! Следуйте за Девой! — закричала Мираджейн, указывая на вход в туннель. Люди, сначала ошеломленные, начали медленно двигаться в сторону спасительного прохода. Некоторые боялись спускаться под землю, но страх перед молниями был сильнее. — Не бойтесь! Там безопасно! Идите! — подбадривала их Люси, помогая пожилым и детям. Внезапно, с небес обрушилась очередная волна молний. Они падали на площадь, словно клинки, уничтожая всё на своём пути. — Откройтесь врата! Овен! — воскликнула Люси, отчаянно пытаясь выиграть время. — Что происходит? Здесь так страшно! — Появившись в облаке мягкой шерсти, Овен испуганно захлопала глазами, прижимая руки к груди. — Овен, нам нужна твоя шерсть! — ответила Хартфилия. — Создай облака, чтобы смягчить удары молний и падающих обломков! Овен кивнула, хотя её руки дрожали от страха. Она начала энергично трясти головой, высвобождая из своей шерсти облака мягкой, пушистой шерсти. Они медленно опускались на площадь, создавая временную защиту от падающих камней и обломков. Тем временем, Лексус стоял в центре площади, его лицо искажено от напряжения. Он собрал всю свою магическую силу, готовясь отразить надвигающиеся молнии. — Я не позволю ему причинить им вред, — прорычал он, сжимая кулаки. С небес сорвалась очередная молния, нацеленная прямо на группу людей, пытающихся спуститься в туннель. Лексус мгновенно среагировал. – Рев Громового Дракона! — выкрикнул он, выдыхая мощный поток электрической энергии. Его молния столкнулась с "божественным" громом Рейвена, создавая ослепительную вспышку света и оглушительный взрыв. Обе магии на мгновение нейтрализовали друг друга, но затем "божественный" гром Рейвена прорвался сквозь защиту Лексуса и обрушился на площадь. К счастью, облака шерсти Овен немного смягчили удар, и люди успели укрыться в туннеле. Но взрыв был настолько мощным, что несколько зданий вокруг площади обрушились, завалив вход в туннель. — Дева! — закричала Люси. — Нужно расширить проход! Люди не могут выбраться! Дева тут же принялась за работу, копая новые проходы и расчищая завалы. Лексус продолжал отражать атаки Рейвена, но с каждой новой молнией он чувствовал, как его силы истощаются. Магия Убийцы Богов Грома была слишком мощной, слишком разрушительной. Он не мог долго её сдерживать. — Люси, нам нужно уходить отсюда! — закричал Лексус, перекрикивая грохот. — Я не смогу долго их защищать! Рейвен просто играет с нами! Он ждёт момента, чтобы нанести решающий удар! Люси посмотрела на него с тревогой в глазах. Она видела, как он устал и как ему трудно сдерживать магию Рейвена. Она понимала, что они не смогут долго продержаться. Но она не могла просто бросить людей. Она должна была найти способ спасти их. В этот момент с небес обрушилась очередная волна молний. На этот раз они были гораздо мощнее и злее, чем прежде. Рейвен перестал играть. Он был готов нанести решающий удар. Отчаяние сгущалось. Люси видела, как Лексус, измученный и израненный, с трудом сдерживает натиск "божественного" грома, его магия искрила и трещала под давлением. Люди в туннеле, задыхаясь от страха, молили о спасении, но проход был завален, а времени оставалось катастрофически мало. И вдруг… над площадью пронесся оглушительный свист, а затем мощный взрыв. Земля задрожала, и над разрушенным зданием взметнулся столб пламени. — Нацу! — выдохнула Люси, в её голосе звучало нескрываемое облегчение. В это же мгновение из-за угла показалась Эльза, облаченная в свои доспехи Небесной Оси. Она неслась по улице, разрушая обломки и освобождая проход для бегущих людей. — Эльза! Остальные жители здесь! - крикнула Люси, показывая на вход в туннель. Эльза кивнула и, не останавливаясь, пронеслась мимо, оставляя за собой след из искр и обломков. Грей, появившись словно из ниоткуда, создал массивный ледяной щит, защищая бегущих людей от падающих обломков и раскаленных углей. — Живее! Не задерживайтесь! — кричал Грей, концентрируясь на поддержании щита. Но самое интересное было в другом. Пока команда "Хвоста Феи" отвлекала на себя внимание, Люси заметила, как к ним приближаются представители "Чешуи Змеедевы" и "Пяты Русалки". Они уже были в городе, помогая раненым в других районах и изучая странные символы, которыми был испещрен Харгеон. Шеррия Бленди, с выражением решимости на лице создавала воздугшные потоки, блокируя осколки и развеевая летящие искры сражения. — Мы уже здесь! Мы позаботимся о них! — крикнула Шеррия, улыбаясь Люси. Кагура Миказучи, оставаясь в тени, руководила действиями своих согильдийцев. Маги "Пяты Русалки" использовали свои заклинания, чтобы тушить пожары и оказывать первую помощь раненым. Они двигались быстро и эффективно, словно единый организм, знающий своё дело. — Люси Хартфилия, — произнесла Кагура, приближаясь к ней. — Мы изучили эти символы. Они связаны с древним культом, поклоняющимся богу грома и разрушения. Похоже, кто-то пытается пробудить эту силу. — Мы тоже их видели — ответила Люси. — Но что там написано и кто за этим стоит мы не смогли разобрать. Вы перевели их точнее? Прежде чем Кагура успела ответить, с небес обрушилась очередная волна молний, гораздо более мощная, чем прежде. Лексус, несмотря на усталость, принял на себя основной удар, но его сил явно не хватало. — Нам нужно действовать сейчас! — закричала Эльза, появляясь рядом с Люси. — Этот мерзавец использует магию, которую мы раньше не видели! Он становится только сильнее! Пока они обсуждали план действий, Нацу прорвался сквозь завалы, его тело пылало огнем. — Я чувствую этого электрического придурка! — закричал Драгнил, его глаза горели яростью. — Он прячется где-то здесь! Я собираюсь его найти и надрать ему задницу! Нацу бросился вперед, словно разъярённый дракон, готовый смести всё на своем пути. Битва за Харгеон продолжалась, но теперь у Люси и её союзников появилась надежда на победу. Объединив свои силы и знания, они могли попытаться противостоять даже самому сильному врагу.

***

В то время как в Харгеоне разгоралась битва, а Лексус и Люси отчаянно пытались защитить мирных жителей, в Магнолии, в гильдии "Хвост Феи", Громовержцы переживали собственную бурю. В центре гильдии, окруженные немногочисленными посетителями, увлеченными своими делами, стояли Фрид, Эвергрин и Бикслоу, погруженные в напряженный спор. — Я всё равно не понимаю, почему Мастер ничего не рассказывает! — возмущался Бикслоу, похлопывая своих кукол. — Что он скрывает? — Наверняка что-то знает, — поддакнула одна из кукол. — Мы обязаны знать правду. Лексус наш лидер! Если он что-то скрывает, это касается нас всех. — Фрид, обычно спокойный и собранный, был явно взволнован. — А может, и не должен рассказывать? Личная жизнь Лексуса - это только его дело, — возразила Эвергрин, скрестив руки на груди. — Мы должны ему доверять. Он уже доказал свою преданность гильдии. — Доверие нужно заслужить, а не выпрашивать! — парировал Бикслоу. — А с его прошлым... кто знает, что у него на уме. В этот момент к ним подошел Мастер Макаров, его лицо было серьёзным и уставшим. Он услышал часть их разговора и понимал, о чём они спорят. — Я знаю, что вас беспокоит ситуация в Харгеоне, — сказал Макаров, глядя на них сверху вниз. — И я понимаю ваше желание узнать больше о прошлом Лексуса. — Так расскажите нам! — воскликнул Бикслоу. — Мы имеем право знать! — Есть вещи, которые лучше оставить в прошлом. Рассказывать о них - значит бередить старые раны. — Макаров покачал головой. — Но это может помочь нам понять, что происходит сейчас! — настаивал Фрид. — Если мы узнаем больше о прошлом Лексуса, мы сможем лучше ему помочь. — Иногда лучшее, что мы можем сделать - это просто доверять друг другу. Лексус искупил свои ошибки. Он доказал, что достоин нашего доверия. — Макаров посмотрел на Фрида долгим и проницательным взглядом. — Но что, если он снова оступится? — спросила Эвергрин, её голос звучал тихо, но искренне. — Что, если прошлое возьмет над ним верх? — Тогда мы будем рядом, чтобы поддержать его. Мы не позволим ему упасть. Ведь мы - семья. — Макаров улыбнулся, но в его улыбке чувствовалась грусть. — Семья… Это всё красиво звучит, но что, если эта семья взорвется у нас под ногами? — Бикслоу фыркнул. Мастер лишь промолчал, развернулся и направился к своему кабинету, оставив громовержцев в тишине. Сомнения и подозрения по-прежнему терзали их души. Они не были уверены, что Мастер говорит им всю правду. Они не были уверены, что могут доверять Лексусу. Но они знали одно - они должны быть готовы к любому развитию событий. — Что будем делать? — спросила Эвергрин, глядя на своих товарищей. — Пока ничего. Будем ждать новостей из Харгеона. И надеяться на лучшее. — Фрид вздохнул. Бикслоу промолчал, но его куклы злобно зашипели, словно предчувствуя надвигающуюся бурю. В Магнолии висела напряженная атмосфера, словно и здесь собирался разразиться гром, грозя разрушить всё, что им дорого.

***

Пока Нацу, словно огненный вихрь, крушил руины, пытаясь выследить врага, Эльза, Грей, Шеррия и Кагура координировали усилия по защите и эвакуации жителей. Их объединенная магия создавала временные убежища, тушила пожары и залечивала раны. Но даже с такой мощной поддержкой, чувствовалось, что они лишь сдерживают надвигающуюся катастрофу. Небеса продолжали извергать "божественный" гром, каждый удар которого был сильнее предыдущего. Лексус, несмотря на помощь союзников, чувствовал, как его силы истощаются. Он сражался не только с магией Рейвена, но и с собственной виной, которая терзала его душу. Внезапно, грохот прекратился. Молнии перестали падать. Над Харгеоном воцарилась зловещая тишина. — Что случилось? — спросила Люси, тревожно оглядываясь вокруг. Лексус нахмурился. Он чувствовал, что Рейвен никуда не делся. Он просто затаился, готовя новый удар. — Будьте осторожны, — предупредил Лексус. — Что-то не так. Он что-то задумал. — Я обыскал весь город! Этот трус спрятался, как крыса! — Нацу, вернувшийся с пустыми руками, выглядел разъяренным. — Он не трус, — возразил Лексус. — Он просто играет с нами. Он хочет сломить нас, прежде чем нанести решающий удар. И тут, словно в подтверждение его слов, в тишине раздался звук. Это был смех. Едкий, злобный смех, который эхом разнесся по всему Харгеону. Смех, который замораживал кровь в жилах и вселял ужас в сердца. — Неужели вы думали, что я покажу вам все свои козыри? — прозвучал в небе голос Рейвена, усиленный магией. — Я великий Рейвен и это была всего лишь разминка. Я показал вам, на что я способен, но это лишь малая часть того, что вас ждет. Пока, наивные герои! Наслаждайтесь своей маленькой победой. Скоро вы узнаете, что такое настоящая кара божья! Голос Рейвена затих, и смех оборвался, оставив за собой лишь звенящую тишину и чувство неминуемой беды. Нацу зарычал от ярости. — Рейвену не нужна просто победа, — ответил Лексус. — Он хочет меня уничтожить. Он хочет заставить меня страдать. Он хочет доказать всем, что я чудовище. Он посмотрел на Люси, и в его глазах она увидела боль и отчаяние. Битва за Харгеон была выиграна, но война только начиналась. Рейвен отступил, но его зловещий смех эхом отдавался в их сердцах, напоминая о надвигающейся угрозе. После того, как зловещий смех Рейвена затих, над Харгеоном нависла тягостная тишина. Несмотря на то, что угроза прямого нападения миновала, в воздухе чувствовалось напряжение, словно невидимая пружина сжалась до предела, готовая вот-вот лопнуть. Лексус, не произнося ни слова, оглядывал разрушенный город, его взгляд полон мрачной решимости. Нацу выплескивал свою ярость, уничтожая последние очаги пламени и обрушивая обломки, словно пытаясь выместить свою беспомощность на бездушных камнях. Эльза и Грей, сосредоточенные и молчаливые, координировали усилия по оказанию помощи раненым и укреплению временных укрытий. Шеррия и Кагура, несмотря на усталость, продолжали поддерживать моральный дух жителей, вселяя в них надежду на будущее. Люси, чувствуя, как магия покидает её тело, медленно закрывала один за другим врата Звездных Духов. Овен, Дева - они отдали все свои силы, чтобы защитить Харгеон. Она чувствовала их усталость и разделяла их тревогу. Когда последние врата закрылись, Люси, обессиленная, опустилась на обломок стены. Её тело дрожало от изнеможения, а голова гудела от боли. Она посмотрела на небо, затянутое серыми тучами, и почувствовала, как её охватывает пустота. — Всё кончено, — прошептала она, её голос едва слышен в тишине. — Он ушел. Но это была лишь видимость. В глубине души она знала, что это не конец. Враг лишь отступил, чтобы подготовить новую, более изощренную атаку. Он затаился в тени, словно змея, выжидая момента, чтобы нанести смертельный удар. Люси чувствовала себя беспомощной. Она отдала все свои силы, но этого оказалось недостаточно даже для защиты. Рейвен был слишком силен, слишком хитёр. Она боялась, что они не смогут остановить его, что он уничтожит всё, что им дорого. Слезы навернулись на глаза, но она быстро смахнула их, не желая показывать свою слабость. Она знала, что сейчас не время для отчаяния. Она должна быть сильной, она должна быть надеждой для тех, кто в ней нуждается. Она посмотрела на Лексуса, который стоял неподалеку, словно каменная статуя. Она видела боль и вину в его глазах. Она понимала, что он чувствует себя ответственным за всё, что произошло. Она хотела подойти к нему, обнять его, сказать ему, что всё будет хорошо. Но она знала, что сейчас не время для этого. Ему нужно время, чтобы разобраться в себе, чтобы найти в себе силы для дальнейшей борьбы. Люси тяжело вздохнула и снова посмотрела в небо. Серые тучи по-прежнему застилали горизонт, словно предвещая новую бурю. Она чувствовала, что надвигается что-то ужасное, что-то, что изменит их жизни навсегда. Она закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Она понимала, что им предстоит долгий и трудный путь. Но она также знала, что они не одиноки. У них есть друзья, у них есть союзники, у них есть надежда. И пока у них есть хоть немного надежды, они будут продолжать бороться. Они будут бороться до самого конца.