37. Рассказ о том, как падут небеса.

— 30 мая 2018 года —

— Evil, I've come to tell you that she's evil, most definitely.       С придыханием подпевала Барбара Лане Дель Рей, пытаясь одновременно поймать ритм и уследить за кастрюлей с борщом. Кулинария под Лану превращалась в отдельный вид искусства, где движения половником соперничали с жестами рок-звезды. — Evil, ornery, scandalous and evil, most definitely.       Подхватывала она текст, энергично размешивая добавленную соль. — Так, что там у нас? Свёкла, мяско, картошка— всё по бабушкиному рецепту.       Шептала Шульц себе под нос, с гордостью поглядывая на своё творение. — Колька этот борщ готов есть ложками, хотя потом всегда ноет, что переел. Ну ничего, любя можно и поворчать.       Девушка пританцовывала с улыбкой до ушей, подпевая: — The tension, it's getting hotter. I'd like to hold her head underwater.       Мысленно представляла себя в фильме нуар, где она – роковая красотка, варящая борщ для своего крутого детектива. Даже несмотря на то, что перевод был не суперпозитивным, ритм и исполнение делали песню загадочной, словно катание на качели в летние сумерки.       С самого утра Барбара чувствовала себя особенно хорошо. За последние дни, наконец-то, вернулась энергия. «Всё-таки витамины – это вещь!»       Подумала она с улыбкой, когда борщ приобрёл идеальный солоноватый вкус. Ещё неделю назад, после инцидента, когда Барбара второпях выскочила в магазин, забыв закрыть дверь, и потом, вернувшись с полными пакетами, обнаружила, что квартира, к счастью, цела и невредима, но открыта— внутри разлилось ледяное чувство уязвимости. Тогда она перепугалась не на шутку, когда увидела, что входная дверь приоткрыта! Тот страх заставил её, наконец, записаться к врачу и выслушать лекцию о необходимости этих самых цинка, B1 и витамина D для улучшения работы гиппокампа. До этого как-то отмахивалась, считала, что и так сойдёт, но жизнь, как оказалось, умеет подкидывать неприятные сюрпризы. Теперь Шульц каждое утро, как по часам, принимала после завтрака, и мир снова казался ярче, а дни— счастливее. «Вот это жизнь!»       Подумала Барбара, оглядывая уже порядком обустроенную ими за почти два года кухню. Уютный плед, небольшая коллекция кружек, пару стеклянных соломинок с дебильными цветочками и даже десяток магнитов на холодильнике. Всё это, казалось, заряжает энергией просто потому, что существует.              Да даже одежда, в которой она готовила, говорила о многом: джинсы на выход и жёлтый топ, предназначенный явно не дома. Но сейчас всё казалось таким вторичным, что и на пятном можно забить в случае чего. И пойти с ним же в магазин! «Солнце в окно светит, в квартире порядок, борщ почти готов, витамины дают силу, а Лана учит, как быть плохой девчонкой. Что ещё для счастья надо?»       Она уже мечтала о тихом вечере с фильмами и попкорном, а потом – о долгом сне, который в последнее время давался с трудом, т.к. организм внезапно пристрастился к ранним подъёмам.       Как вдруг… БАМ!       Всё вокруг замерло, наткнувшись на невидимую стену. Звук, свет, запахи – всё потонуло в каком-то странном, звенящем молчании. Идиллия разбилась вдребезги, словно дорогой сервиз, упавший на кафельный пол. В этот уютный, предсказуемый мир без стука и предупреждения ворвалось что-то невообразимое. Прямо посреди прихожей, в четырёх метрах от неё, разверзся… круг? Не просто какой-то там серый разрыв в ткани реальности, а настоящий взрыв золотисто-оранжевого света, похожий на подожжённую верёвку. Это нечто напоминало портал, который искрился и переливался, как живое пламя, танцуя безумными тенями по стенам. —Да что ж это такое…?       Прошептала она, застыв с половником в руке, словно очутилась экспонатом в музее восковых фигур. — Лана, прости, но кажется, сегодня evil-вечеринка у нас отменяется. Мир сходит с ума.       На лице застыло недоумение, которое стремительно сменялось тревогой. Это было слишком нереально. Слишком… странно. И Барбара знала: эта тишина перед бурей.       Прежде чем Шульц успела хоть что-то сообразить, из золотисто-оранжевого портала вышел… мужчина. Высокий, в длинном красном плаще и с аккуратной бородкой. И кого-то он точно напоминал… Она видела его фотографии в газетах! Это же… знаменитый нейрохирург? Но увидеть его вот так, в своей кухне, было… сюрреалистично. Да и какого чёрта он колдует?! Магия вне Хогвартса! — Земле угрожает опасность.       Произнёс мужчина, не тратя времени на приветствия. Голос его спокойный, но в ярко-голубых глазах читалась тревога.       Инстинкт сработал быстрее, чем разум. Барбара, не задумываясь, отбросила в сторону половник, который чуть не выпал из рук, и мгновенно окружила себя фиолетовым энергетическим щитом. Музыка прекратилась, чувствуя напряжение в воздухе. Энергия вокруг засветилась мягким, успокаивающим светом, как бы говоря: «Всё под контролем.» Эта реакция была отработана до автоматизма. Годы тренировок дали о себе знать. — Нам нужна ваша помощь.       Продолжил нейрохирург, словно не заметив её реакции. – Ставки высоки, как никогда. — Что за…       Начала было Барбара, но тот перебил, весь красноречиво сжав руку в кулак: — Тони Старк и Брюс Беннер ждут. Времени объяснять отдельно каждому у нас нет.       И тут Барбара замерла. Тони? Если он в этом замешан, значит, дело действительно серьёзное. Тони не будет ввязываться во всякую чушь. А уж если и Брюс тут, то мир точно катится в тартарары, потому о нём за последние года ни слуху ни духу. Видимо мир схлопывается, раз всё идёт по пизде в момент, когда жизнь начинает налаживаться! — Тони Старк?       Недоверчиво переспросила Барбара, подняв руки в защитном жесте. — Он в курсе всего этого? — Я позвал его лично. И я уверен, что вы нам нужна.       Барбара на мгновение задумалась. Доверять ему или нет? Она его не знает. Но Тони… Тони доверяет достаточно, чтобы считать его мнение и решения достаточно авторитетными. И если нейрохирург считает, что её помощь нужна, значит, нужно идти. — Хорошо.       Решительно произнесла Барбара, не рассеивая щит. — Я с вами. Но… позвольте уточнить ваше имя, доктор… колдун?       Шульц физически ощутила, как он закатил глаза, но всё-таки, вздохнув, произнёс: — Доктор Стрэндж. — И, позвольте вопрос, пока мы совсем не окунулись в пучину неотвратимости… откуда вы меня знаете? — Хороший вопрос, Пурпурная Леди. Но и очень простой. Вас сложно не знать, учитывая специфику ваших суперсил. — А я-то думала, что одна такая. Вы тоже из Шульцев? — Нет. Но, уверяю, что десяток глупым вопросов может подождать, верно?       Его холодная сдержанность немного подтаяла, когда он увидел несколько следов, которые оставил, на чужом коврике. Взмахом руки те убрались, и мужчина кивнул в сторону искрящегося портала. Барбара внутренне содрогнулась от перспективы попробовать данный вид аттракциона, однако выключила плиту и, схватив телефон, быстро напечатала Коле: От Вас: «Коль, извини, сорвалась. Что-то срочное. Будь осторожен. Вернусь, как только смогу. Люблю.»       Отправив сообщение, она на секунду замерла, глядя на экран. Представляла, как Коля сейчас, наверняка, слушает музыку, пока идёт пара по экономике, и даже не подозревает, что мир вокруг него рушится. А когда прочитает это сообщение— наверняка начнёт переживать. Но не названивать. И тут не знай, что хуже по итогу. «Прости, Коленька.»       Мысленно произнесла Барбара, кладя телефон задний карман джинс. А ведь через десять минут она планировала сходить в магазин... «Просто доверься мне. Я сделаю всё, чтобы с тобой всё было в порядке.»       Она глубоко вздохнула, собираясь с силами. Мандраж, конечно, никуда не делся, но его заглушало чувство ответственности. Шульц не могла остаться в стороне, пока миру угрожает опасность. Не после всего, что пережила. Не после того, как собственными глазами видела, как рушатся жизни.       Стрэндж посмотрел на неё с пониманием. Это ощущалось в его ауре: вибрирующей от волнения, но миксующей цвета. Тревога смешивалась с лёгким сожаление и даже печалью, что всё слаживается вот так, но другого выхода ни у кого не было. — Готовы?       Спросил он, протягивая девушке руку. Шульц успела надеть ботинки для патрулей, которые всегда стояли на виду, дабы не бегать в случае чего в тапочках. Мало ли, куда они попадут.       После нехитрой процедуры Барбара кивнула и аккуратно уложила свою ладонь в чужую. Прикосновение колдуна было удивительно теплым и уверенным, а сетка шрамов, о которой она узнала из всё той же новостной сводки, оказалась почти неощутимой. Девушка вздрогнула, чувствуя, как по телу бегает мелкая дрожь от лёгкого страха и судорожного ожидания будущего.       Шагнув в портал, Барбара на секунду закрыла глаза. В голове пронеслись образы: Коля, смеющийся с её утренней шутки ещё в постели, когда она отключала его будильник, Маша, приславшая сегодня сообщение о том, что заболела и теперь сидит с котом сопли пускает, мама, Рене… Она должна вернуться к ним. Пурпурная Леди обязана защитить мир. Весь, потому что личный не выживет, если общий— падёт.

***

      В Санктум Санкторум повисла тяжелая тишина. Барбара старалась сохранять спокойствие, но внутреннее напряжение нарастало с каждой секундой. Вонг начал свой короткий экскурс в историю Камней Бесконечности, и каждый в комнате, казалось, затаил дыхание: — На заре творения… была пустота.       В ответ на его слова над ними вспыхнул яркий бело-золотой свет, который тут же оформился в подобие маленького фейерверка. — А затем… бум.       Сдержанно говорил он, не выражая ни радости ни грусти. По лицу едва ли можно понять, что на уме, однако ауру ещё никто не умел скрывать также хорошо, как и люди из ОБС. Колдуны Земли так точно не умели. — И появились шесть первородных кристаллов.       Продолжил колдун, и в воздухе материализовались пять камней: красный, оранжевый, жёлтый, голубой и фиолетовый. — Каждый отвечает за свой аспект бытия.       Барбара, не увидев шестого камня, почувствовала тревогу. «Или они его скрывают, или сами не знают, как он выглядит. Зелёного не хватает. Как там в детстве мама говорила? Каждый Охотник Желает Знать, Где Сидит Фазан…» — Реальность, Душа, Разум, Пространство, Сила и…       Доктор Стрэндж, словно почувствовав всеобщий интерес, сделал замысловатый, напоминающий пса, жест и явил миру сияющий изумрудный камень, скрытый в своем медальоне. — Время.       Завершил он фразу Вонга. — Напомни мне его имя?       Обеспокоенно спросил Старк, стараясь выглядеть спокойно, хотя аура подрагивала от шальных мыслей, роем красно-чёрных витая около головы: — Танос, Тони.       Ответил Брюс, и в его голосе звучала неприкрытая мрачность.        — Он захватывает планеты, берёт что хочет, а потом вырезает половину населения! Та атака на Нью-Йорк… это всё его рук дело!       Слова Беннера ударили по Барбаре, словно разряд электрического стула. Танос. Имя, до этого казавшееся чем-то далёким и неопределённым, вдруг обрело пугающую реальность. Атака на Нью-Йорк… всё он! В голове тут же вспыхнули обрывки воспоминаний, болезненные и яркие.       Разрушенный город, крики, паника. Бегущие в страхе люди. Эти мерзкие твари на инопланетных колесницах, атакующие без разбора. Она помнила, как Коля, увидев, что они с Машей попали в поле зрения одного из пришельцев, отвлёк его на себя, дав им возможность убежать. Потом как с Машей прятались в маленьком магазинчике, забившись в подсобке и дрожа от страха. Но читаури нашёл их. Выломал дверь и решил расправиться, словно тащил не живого человека, а курицу для супа. И Маша закричала, раскованная из-за подступающего ужаса. И тогда… Тогда Барбара, движимая инстинктом защиты, прыгнула вперед, пытаясь повалить. Как уворачивалась, чуть не став месивом на асфальте. Как нащупала камень, переливающийся фиолетово-розовым. И как ударила им в висок пришельца со всей силы, что имела, лишь бы защитить подругу.       И теперь, стоя в Санктум Санкторум, Шульц снова ощущала этот страх и холодную ярость. Сжатая челюсть чётко очертила желваками, гуляющие по щекам. Она понимала: надвигается ещё более страшная угроза. Сердце бешено колотилось, а руки дрожали, но в глазах горел решительный огонь. Нельзя допустить, чтобы это повторилось. Не сейчас, когда у неё есть силы.       Как и говорил Питера: «С большой силой приходит большая ответственность. И ты всегда будешь виноват, что не применил её.»        — Понятно. По времени что?       Спросил Старк, вставая с места. Барбара, обхватив голову руками, нервно раскачивалась из стороны в сторону. Шульц чувствовала кожей, что для каждого присутствующего Атака на Нью-Йорк оставила шрамы. Ей оно даровало силу, позволяющую сравниться с настоящими супергероями, стать им и, в конце концов, страх перед теми событиями свеж.       Как бы не пыталась забыть тот ужасный день, те несколько часов напряжения, боли и усталости, когда лёгкие разрывались от удушья, а во рту не хватало слюны из-за долгого бега, всё было тщетно.       Чужие вышибленные мозги, располовиненные тела, валяющиеся прямо на улице, верещание пожарное сигнализации и массовое обрушение домов, унёсшее десятки жизней.       Всё это стояло перед глазами каждый раз, когда становилось страшно. Больница в Берлине, в которой она умирала, теперь казалась раем на земле, который ты готов пройти снова и снова, лишь бы не иметь возможности поехать в ту злополучную поездку.       Лучше бы тогда самолёт отменили. Лучше бы она осталась обычной инвалидкой с проблемами с памятью. Лучше бы... да не лучше бы! Поздно думать о том, что было, когда имеем, что уже есть!       Никаких «а вот было бы...», «а что если...» или «а может быть...»! Что есть сейчас— это закономерность. Это банальное стечение обстоятельств, в которых не приходится выбирать. Это тебе не сырники на завтрак или пельмени, нет! Эта чёртова жизнь твоей лучшей подруги!       И если бы кто-то сказал, что не возьмись она в тот день за злосчастный камень и не убей им Читаури, не получила бы сил... Барбара ринулась бы в бой снова. Потому что от неё зависела чужая жизнь. И если ты обладаешь возможность помочь... ты обязан это сделать. — Кто знает! Он уже стал сильнейшим существом во вселенной! — И устроит во вселенной геноцид... — Что за словечки.       Фыркнул Тони на заявления Стивена(кажется его имя так звучит) и Брюса(его не запомнит только незаинтересованный в физике), демонстративно разминаясь. В его мозгах, должно быть, творилась полная каша и Барбара ощущала это гнетущее ощущение беспомощности на себе. Её сковала слабая дрожь, но она поднялась с насиженного место, привлекая внимание, пока между Старком и Стрэнджем не образовалась перепалка. И... кажется плащ колдуна летал. Н-да. Вот тебе и магия вне Хогвартса. — Тони, самое время обратиться ко второй половине.       Мягко начала Шульц, понимая, что тема для Старка больная, а потому конкретизировать личностей по именам лишний раз не хотелось. Да, ситуация патовая вышла с «гражданкой», но грани у всего есть. — Звони. — Легко сказать...       Вздохнул Тони, обернувшись на Брюса. — Ты, наверное, не в курсе, но Мстители распались. — Распались? Как Битлз? — В общем с Кэпом мы сейчас в контрах. Я с ним не разговариваю. — Тони, ты, наверное, не понял...       Брюс показался всего на грамм более взбешённым, скорее искренне поражённым чужой «пустоте» конфликта. По сравнению с этим Таносом Роджерс казался несуществующей проблемой. — Но у нас на пороге Танос. И все ваши ссоры такая ерунда.       Барбара осторожно опустила руку учёному на плечо, похлопывая. — Мистер Беннер, Тони всё понимает, просто всё намного сложнее, чем кажется. Дайте ему пару минут собраться. — А мы так и не познакомились...       Сдержанно улыбнулся мужчина, встречаясь с чёрными глазами Пурпурной Леди, которые при тусклом свете помещения горели ярко-фиолетовым вместо зрачка. Старк удалился в сторону, кажется собираясь позвонить. — Я Барбара. Барбара Шульц. Приятно познакомиться с таким умным человеком. Доводится часто слышать от своего протеже о вас. — Мне не доводилось о вас слышать, простите. Вы супергерой? — Ну, можно сказать и так. Вроде как официального статуса у меня нет, но многие считаю меня таковой.       И, закончив фразу, она тут же обернулась назад и устремила взгляд в дыру в потолке. Ещё пять секунд ничего не было слышно, но, вытянув один беруш, Барбара тут же окружила себя щитом с головы до ног, вспыхнув, словно искра в темноте. Всполошился Тони, почувствовав ветер в волосах.       Послышался крик на улице, а затем порывистый ветер застучал в двери. Барбара, переглянувшись с Тони, вышли на улицу вместе с остальными.       Паника, накрывшая людей, обхватила весь город: чужие крики и эмоции переплетались в мелодию ужаса, заставляя мурашки бежать по спине. Шульц сглотнула, тут же выбегая вперёд, идя против толпы. Немногие оборачивались, стремясь скрыться, однако и этого хватило, что её узнали. Опрометчиво? Да похуй на лицо, когда ветер сносит крыши и машины, а люди бегут в панике, спотыкаясь о собственные ноги! — Будь дружелюбной соседкой, Твайлайт! Мы будем хамоватыми хозяевами с нашими гостями! — Будь осторожен, Тони! И не смей вмешивать Питера!       Сгустив энергию вокруг себя, Барбара, словно ракета, взлетела ввысь. Одним точным движением руки она плавно опустила перевёрнутую машину на колеса, позволяя застрявшему внутри мужчине выбраться наружу. Взмахом кисти выпрямила покорежённую крышу автобусной остановки, укрывая опешивших людей от ветра и градом сыплющихся обломков. Ещё два десятка машин обрели нормальное положение, позволяя горожанам спастись, а шестьдесят людей укрыто в подъездах зданий, прежде чем девушка, словно акробат, изящно приземлилась на покосившийся фонарный столб. В глазах слегка потемнело от напряжения, вызванного выполнением такого количества задач одновременно, но она не отчаивалась. «Вдох-выдох, работаем дальше.»              Спустившись вниз, Шульц сложила руки вместе, собирая из воздуха энергию паники и ужаса, словно кузнец, выплавляющий сталь. «Из страха рождается самая прочная броня.»              Барбара отделила от себя часть щит, создавая новую Пурпурную Леди. Теневого клона, лишённого сознания и реального тела, но наделённого четкой целью: спасать людей. Клон, словно отражение, мог повторять все её движения, оказывая помощь тем, кто не мог выбраться из-под завалов или нуждался в эвакуации.              Когда был собран небольшая группа из восьми Пурпурных Леди, Барбара наконец смогла перевести дух. Теперь оставалось только контролировать их перемещения и направлять действия. Задача не из легких, требующая максимальной концентрации, но она знала: если её вовлекут в бой или, не дай боже, вырубят, то люди окажутся в смертельной опасности.       Когда ветер поутих, видимо стараниями колдунов, Шульц почувствовала вибрацию телефона.       А, не дожидаясь ответа, голос, принадлежащий Пятнице, проговорил: — Мистер Старк дал вам повышенный уровень допуска. Теперь вы имеете право пользоваться мной. Вам поручено помогать людям, верно? — Да, Пятница, Да. Где ближайшие пострадавшие? Видишь город через камеры?       Спустя минуту томного ожидания, девушка получает ответ: — Проводится сканирование… Обнаружена группа пострадавших в радиусе трехсот метров. Ориентирую: взлетите на высоту десяти метров и двигайтесь прямо. Через сто метров поверните направо, там завал.       Барбара, доверяя искусственному интеллекту, взмыла в воздух, поддерживаемая слабой фиалковой дымкой, следуя указаниям. Она летела над городом, словно ангел-хранитель, направляемая голосом Пятницы. — Внимание всем!       Прокричала Шульц, усилив свой голос с помощью энергетического поля, вставая на возвышение в виде обрушившегося забора. Позади неё, левитируя, находись стройные фигуры на манер создательницы, окружённые ярко-фиолетовым свечением. — Следуйте за Пурпурными Леди! Они укажут вам безопасный путь к ближайшей станции метро! Не паникуйте и не толкайтесь! Помогайте друг другу! — Эй, это же… Пурпурный Щит?       Услышала она робкий голос из толпы. — Точно! Это она! Она спасла меня от грабителя!       Подтвердил кто-то другой. И тут её накрыла волна внимания. Люди приветствовали её, улыбались, благодарили и купали в надежде. Кто-то пытался пожать руку или просто кричал слова поддержки. Барбара почувствовала себя знаменитостью, звездой, но это было совсем не то, чего она хотела. — Эй, мисс! Вам не холодно?       Услышала она обеспокоенный голос среди толпы. Обернувшись, Шульц увидела худощавого подростка в очках, протягивающего ей свой бомбер. — Возьмите, пожалуйста! На улице холодно, а на вас только топ и джинсы!       Смущенно пробормотал он, опуская голову вниз. Девушка от такого аж растерялась, недоуменно глядя на мальчика. Она никогда не сталкивалась с таким проявлением заботы. Привыкла быть в тени, оставаться на вытянутой руке с каждым спасённым и помогать всем нуждающимся. А теперь… Теперь её узнавали. Ей сочувствовали и предлагали помощь. — Спасибо…       Тихо сказала Барбара, принимая бомбер. — Мне действительно немного прохладно….       Накинув куртку на плечи и застегнув молнию, она почувствовала тепло не только от ткани, но и от искренней заботы этого незнакомого подростка. В этот момент накрыло понимание: больше не удастся прятаться. Она должна быть открытой. Должна показать людям, что они не одни, что есть кто-то, кто готов их защитить. Из обычных людей. Она не выглядит, как греческая богиня, спустившаяся с неба к смертным, или вопиюще особенный Гарри Поттер, нет.              Ей не повезло стать тем, кто несёт колоссальную ответственность. Однако поздно бежать. — В районе библиотеки заблокированы люди.       Сообщила Пятница по голосовой связи. — Обрушение перекрыло выход. Координаты отправлены. — Пурпурные леди!       Скомандовала Барбара, махая левой половине рукой.        — Направляйтесь к библиотеке! Окажите помощь пострадавшим! Двое— помогите этим людям добраться до ближайшей станции метро! Остальные— за мной!       Шульц полетела дальше, улыбнувшись уголками губ мальчику, следуя указаниям ИсКина, туда, где её помощь была нужнее всего. Она не видела битвы, разворачивающейся где-то в паре кварталов отсюда. Не знала, что где-то там, сбежав с экскурсии в МоМА, сражается Питер. Всё силы были сосредоточены на тех, кто нуждался в защите здесь, на земле.              В простых людях, не способных защитить себя от очередных сумасшедших инопланетян. Она станет тем, кто поможет, а не победит. Потому что уже есть воины. Потому что теперь нужны защитники. — Пятница, свяжись с Колей. — Выполняю!       Голос ИИ звучит ровно, однако это больше успокаивает, нежели нервирует. Спустя десять долгих секунд и пять гудков Барбара, наконец, получает заветную вибрацию: — Коля! Как ты? Где ты? Ты в порядке? — Я жив, солнце, спасибо, что позвонила. Тут такой кошмар… Но я помогаю людям эвакуироваться. Направляю их к ближайшим станциям метро. Твой голос сложно не услышать, хах. «Он... Он снова делает это. Без всяких суперсил, без плаща, он просто бросается в пекло, чтобы помочь другим. Я должна быть сильной ради него. Чтобы он знал, что я тоже делаю все, что в моих силах.» — Я надеюсь, что у тебя отпали сомнения, почему я люблю тебя? — Ну, можно сказать за это, и я сам себя люблю. — Тебя сложно не любить, знаешь? Ты лучший. Спасибо. — Если Нед парень в кресле Питера, то я— твой. — Ты скорее мой бронежилет, а не голос в наушнике, Коль.       Парень на другом конце трубки рассмеялся. — Иди спасай мир. Обо мне не беспокойся. Я позвоню твоим, успокою.       Она счастливо улыбнулась, чмокнув губами около динамика, с трудом отрывая телефон от уха, зная, что пора возвращаться к работе. С ним всё в порядке. Можно… дышать глубже.

***

      Спустя время, когда эвакуация была завершена и на месте предполагаемого боя остались лишь развалины и отголоски хаоса, Барбара увидела, как силуэт корабля пришельцев тает в космической бездне. Мобильник пискнул, оповещая о новом сообщении. Девушка открыла его дрожащими пальцами, будто это бомба с часовым механизмом. — Барбара, это Тони...       Донесся хриплый голос из динамика. Аудио-сообщение не в духе Старка. У него имелась раздражающая привычка звонить по фейс-тайму или набирать сообщения, однако, казалось, обычные звонки и голосовые ему совсем не прельщали. — Земля в опасности. Останься с Беннером и тем колдуном, защитите Вижена. И, ради всего святого, поймай Питера. Он скоро спустится на парашюте.       Сердце бешено заколотилось в груди, словно птица, отчаянно бьющаяся о прутья клетки. Питер… Она ощущала его энергетический след на месте битвы, тонкий и слабый, словно нить, которая... тянулась в космос! В этом отпечатке читался его юный энтузиазм, наивная храбрость и дебильная решимость помочь любой ценой. Его энергия бурлила, словно не до конца загнанный в бутылку джинн, и этот заряд, направленный в пустоту, пугал Барбару сильнее, чем самый мощный взрыв. Он доверял Тони, как и она сама, и теперь… Что теперь? Где он!?       Её сердце отлегло, и на мгновение в груди разлилось тепло, словно луч солнца пробился сквозь тучи. Он жив. Он прилетит. Всё будет хорошо... Но эта мысль тут же разбилась о жестокую реальность, как хрустальный бокал о бетонный пол. Шульц начала оглядываться, ожидая увидеть знакомый силуэт, несущийся вниз на парашюте. Десять минут… двадцать… Ничего. В груди поселился ледяной страх. Она обыскала все вокруг, вглядываясь в небо, но там была лишь пустота. Он не прилетел. Питер... остался на корабле пришельцев?       Барбара в панике начала искать Брюса и Вонга, отчаянно пытаясь уловить их энергетические сигнатуры. Пытаясь быть полезной хоть в чём-то. Но после стольких затрат её чувства были притуплены. Сигналы казались размытыми, нечеткими, будто она смотрела на мир сквозь мутное стекло. Закрыв глаза, Шульц сосредоточилась, позволяя своей энергии растечься по городу, подобно тонким фиолетовым нитям. Каждая отзывалась головной болью и усталостью. Ей нужно было больше сил, но где их взять?       Дыхание участилось, сбиваясь с ритма. Руки задрожали. «Питер в космосе… Что я наделала? Я обещала Тони, что буду присматривать за ним! Я должна была пойти с ними! Я должна была его остановить!» — Пятница, где Брюс и Вонг? Отследи их!       Прохрипела она, чувствуя, как горло сдавливает невидимая рука. Казалось, что шейный позвонок сейчас сломается. — Отслеживаю, мисс Шульц.       Отозвался спокойный, словно успокаивающий ментор, голос искусственного интеллекта. – Доктор Беннер находится в пятидесяти трёх метрах от вас, а Мистер Вонг... его след утерян. Предположу, что он переместился с помощью портала. — Чёрт…       Прошептала Барбара, чувствуя, как еще одна надежда ускользает сквозь пальцы. Исчезновение Вонга означало, что Камень Времени в опасности, а она… она не могла быть везде одновременно. Она была лишь одним человеком, уставшим и, как оказалось, беспомощным.       Шульц огляделась вокруг. Обрушения. Хаос. Отчаяние. И где-то там, в космосе, Питер. Один. Без защиты. Нужно собраться. Действовать. Нужно защитить Землю. И, самое главное,— спасти Питера. – Пятница, построй маршрут до Брюса Беннера. И сообщи полковнику Роудсу, что мы заскочим на огонёк.       Пятница сообщает, что через пятьдесят метров прямо и три на право они с Брюсом встретятся. Сердце Шульц забилось быстрее, когда она подбежала к указанному месту. Знакомая энергия.       Она закрыла глаза, сосредоточилась и вытянула руку. Пальцы коснулись воздуха, и кожей почувствовали слабый, едва уловимый отпечаток. Это был Питер. ...Он стоял здесь, смотрел в небо, надеялся… и потом… ничего. Лишь пустота. Нить не оборвалась, а лишь натянулась до предела, вот-вот будто готовая лопнуть.       И вдруг в голове мелькнула мысль. Карен! Костюм! Пятница должна уметь связаться с костюмом! – Пятница!       Взмолилась Барбара, голос сорвался. — Свяжись с костюмом Питера! С Карен! Мне нужно знать, что с ним!       В воздухе повисла тишина, лишь слышалось потрескивание разрушенных зданий. Пурпурная Леди затаила дыхание, ожидая ответа. – Мисс Шульц.       Медленно произнесла ИсКин. – К сожалению, в данный момент отсутствует какое-либо подключение к костюму Питера Паркера.       Сердце сделало сальто и рухнуло в пропасть. Нет подключения… Эта фраза рубануло по мозгу, как топором о голову. Мурашки прошли по телу, заставляя ту укутаться в бомбер сильнее. – Барбара?       Услышала она встревоженный голос Брюса. Доктор подошёл ближе и его лицо показалось бледным и измученным. — Что случилось? – Он… он не прилетел.       Прошептала девушка, чувствуя, как слезы подступают к горлу. – Питер… Он остался там. На корабле. И я… я даже не могу с ним связаться!       Брюс положил руку ей на плечо. – Мы его найдем.       Пообещал он, хлопая по ткани. – Мы обязательно его найдем. Но сейчас нам нужно сосредоточиться на том, что сказал Тони. Вижен.       Шульц, отряхнув с лица пыль, сглотнула комок в горле и посмотрела Брюсу в глаза, поджав губы. – Ты прав…       Сказала она, стараясь, чтобы голос звучал твердо, а глаза не слишком блестели из-за слёз. – Нам нужно защитить Вижена.       Девушка предложила подбросить его до загородного комплекса Мстителей. Её трясёт, но Барбара старается держаться. Нужно скрыть свой страх. Свою вину. Свою боль. Она должна быть сильной. Ради Питера. Ради Тони. Ради всех тех, кто слаб.

***

      Барбара и Брюс прибыли на Базу через пятнадцать минут полёта. Предполагалось, что они достигнут точки позднее, однако девушка волновалась так, что невольно увеличила скорость, лишь бы побыстрее прояснить дальнейший план действий. Пока они летели, Шульц несколько раз пыталась связаться с Тони, но в ответ была лишь тишина. Это только усиливало её беспокойство.       Беннеру полёт был в новинку точно также, как и Наташе когда-то. Это даже было забавно, видеть, как уважаемый доктор и профессор, боится высоты и щурится от ветра, бьющего прямо в лицо, что девушка невольно улыбнулась. Барбаре в подобной ситуации помогал энергетический щит, окружающий тело и не пропускающий ветер, однако на другом человеке использовать что-то такое было опасно. Силы тратятся не быстро, конечно, но она уже и так порядком устала, поэтому стоит обойтись без веры в собственный непогрешимый контроль.       Тем более, что в случае катастрофы винить будет некого.       Они приземлились около двери и ей пришлось немного придержать доктора, которого укачало от такого полёта. — В следующий раз постараюсь помягче. — Всё в порядке... меня всегда укачивает.       Отмахнулся Брюс, но всё-таки держался ближе к стене, когда они шли по коридорам комплекса. Барбара чувствовала на себе взгляд, полный сочувствия и беспокойства. Ей хотелось рассказать все, выплеснуть страхи и сомнения, но она не могла. Роудса они нашли в переговорной, где царила тихая суета, но, видимо, совещание ещё не началось, а потому имелось время обменяться любезностями: — Привет, Джеймс.       Поздоровалась девушка, махая рукой и стараясь выглядеть непринуждённо. — Тебе не надоело называть меня так? Знаешь, каждый раз приходится приспосабливаться.       Он хмыкнул и пожал ей руку, коротко обнимая за плечи и получая подобное в ответ. Его взгляд говорил: «Отлично держишься. Я тебя понимаю.» — Тогда можешь сменить имя на Роуди Роудс, если не нравится.       Хмыкнула Барбара, отстраняясь от объятий. Они успели обсудить её крайне опасный поступок в аэропорту ещё в больнице, пока оба лежали на обследованиях. Забавно, что несмотря на спасение собственной жизни, Роуди не был доволен тем, сколько проблем доставил бедной девушке.       А та справедливо заметила, что лучше сама пострадает, чем он умрёт.       На том и порешили, а теперь встречались пару раз в несколько месяцев, когда Старку взбрело в голову вместе посидеть в баре. Ну, Роудсу точно было не нужно слушать про Питера, но его лучший друг просто не мог заткнуться о Человеке-Пауке, поэтому Барбары со временем ему стало мало.       Ей всегда было приятно общаться с Роуди. В отличие от Старка, он был более спокойным и серьёзным, словно старший брат, готовый выслушать и поддержать.       Тони же напоминал заботливого отца, который со всеми стремился поделиться фотографиями своего любимого ребёнка. И эти люди стояли здесь. Брюс, похоже, ещё не вкатился в ситуацию, раз не понимал, а как они вообще могли познакомиться. — Я покажу, где находится новая одежда. Тебе нужно в медпункт или в комнату? — Был бы не против второго варианта.       Улыбнулся Беннер, проходя следом за Барбарой, плечи которой ни на секунду не расслаблялись. Оба оказались в большом однотонном коридоре с бесконечными дверями. — Тони, видимо, предусмотрел твоё возвращение, раз сделал отдельную комнату. Дальше по коридору и последняя направо. Там есть своя ванная и туалет. Одежда в шкафу, я думаю, но, если не найдёшь— обратись вслух к Пятнице. Она выдвинет. — Спасибо за помощь.       Хмыкнул тот, пожимая девушке руку. Она улыбнулась, поднимая уголки губ, чтобы не казаться грустной. — Всегда пожалуйста. Я к Роуди. Пятница проведёт обратно, если запутался. Я тут первые десять раз терялась. — Проблемы с кратковременной памятью? — Инвалидность, доктор.       Хмыкнула девушка, помахав рукой. Они встретятся совсем скоро, но хотелось быть вежливой с тем, кто вежлив с тобой, потому как портить своим подавленным лицом атмосферу не хотелось. Прежде чем уйти, Барбара незаметно коснулась браслета на запястье, вспоминая Питера. Мальчик заметил в одном из патрулей её подвеску и на новый год, чуть ли не в самый канун, пришёл с милой коробочкой, а там— тонкий браслет. Бижутерия, но зато подвеска… точно такая же, как и на шее. Четырёхлистный клевер. «Сколько же он пропускал обедов?» — задалась тогда вопросом Шульц, но не посмела игнорировать подарок. Надев на левую руку, она всегда ощущала тепло металла, напоминающее энергию Питера. Такую приятную и лёгкую, словно аромат шоколада в летний день.              Перед тем, как уйти к Джеймсу, она заскочила в выделенную ей гостевую комнату и, найдя припрятанную Тони копию костюма Пурпурного Щита(как объяснила Пятница: на всякий случай их здесь ещё три), быстро освежила внешний вид: умылась, собрала часть волос на затылке и, немного подумав, всё-таки надела поверх супергеройский «униформы» бомбер того мальчика. Неизвестно, когда будет нападение, а она слышала, что в Африке по ночам холодновато. Снимет по дороге. Цепочка в голове выстроилась мгновенно и, спросив у ИскИна, где находятся ножи, Барбара надела ремень на ногу, пряча оружие. Остальная экипировка, вроде наручей и нагрудника, надёжно спряталась под объемной тканью бомбера.       Шульц сьёжилась, понимая, что в костюме не хватает души. Той самой частички дома, которая преследовала её на всех миссиях. Вышивка в виде ириса. Ма́шина гордость.       Чувство, словно она собрала не все «амулеты на удачу», неприятно впилось острыми ногтями в бока.       

***

— Они преступники, потому что вы считаете их таковыми. Если бы не договор, Вижен был бы здесь.       Видимо собрание уже началось. Роуди звучал так, словно держал в руках гранату без чеки, и любое неверное слово могло спровоцировать взрыв. Махнув ему рукой, девушка отошла в угол, как бы говоря: «Крепись». Ну, идея Заковианского договора реально была неплоха, а со временем пришло понимание: замысел-то благородный, однако это дуршлаг, а не договор. Столько лазеек, что червяки обзавидуются такому количеству дырок. — Что, мучения совести? — Уже нет. — Здравствуйте, госсекретарь.       Заходя, поздоровался Капитан Америка. Чёрная Вдова (неожиданно – блондинка), Сокол и Вижен, которому тот помогает идти, прошли следом. Замыкающей оказалась Ванда. Шульц почувствовала их ещё с улицы, а потому мысленно настроилась на дружелюбный лад, натянув настроение повыше. – Однако смелости… вам не занимать. – Она бы и вам не помешала.       Сострила Романофф, когда голограмма госсекретаря двинулась к ней. – Мир полыхает, и вы решили, что вам всё простили? – Я пришёл не за прощением.       Ответил Роджерс, слегка прищурившись. – Земля осталась без лучшего защитника. Мы пришли сражаться. А если будете стоять на пути… и вас сметём. – Арестовать.       Приказал Росс полковнику Роудсу. Тот, пожав плечами, с усмешкой заявил: – Обязательно.       И смёл голограмму совета директоров в сторону, словно назойливую муху. Вызов, судя по всему, был прекращён. – Ну, здравствуй, Кэп. – Здравствуй, Роуди.       Они обменялись рукопожатиями и лёгкими прикосновениями к плечам. Оглядев их всех, Джеймс с усмешкой заявил. – Выглядите, если честно, паршиво. – Н-да. По отелям и всё не пятизвёздочным. – А по мне так огурчики.       Выплыл Брюс из тени, в которой скрывался. Романофф, услышав голос, тут же развернулась, словно ее ударили током. Взгляд пробежала по Брюсу, будто ощупывая, пытаясь понять, реален ли он. В голубых глазах смешались шок, радость, надежда и боль. – Я вернулся. – Привет, Брюс.       Прошептала Наташа, и на лице появилась редкая, но такая искренняя улыбка. Тяжелый груз упал с плеч. – Нат…       Повисла неловкая тишина, в которой острый слух девушку уловил голос Сэма: – Неловкий момент.       Вижен и Ванда фыркнули, забавляясь, но натянутые как струна нервы давали о себе знать.

***

– Как понимаю… они возвращаются. – И найдут нас в два счёта.       Уверенно заявила Ванда, не поднимая глаз. Её слова повисли в воздухе, точно предзнаменование. Все понимали, что она права. Они обречены. Вопрос лишь в том, когда и как их найдут. Энергия чужой ауры казалась хаотичной и беспокойной, как и мысли в голове. – Ну так… свистать всех наверх. А где Клинт? – После того, как случился договор, Клинт и Скотт пошли на сделку. Нужно было думать о семье. – Кто такой Скотт? – Муравей. – У нас теперь и паук, и муравей?       Переспросил Брюс, оглядываясь вокруг. – Что дальше, таракан-каратист? – Два паука.       Хмыкнула Барбара, показывая большим пальцем на стоящую рядом Романофф. Та, кажется, улыбнулась. Барбара, заметив напряжение между ними, тактично отвела взгляд, понимая, насколько сложной должна быть их история.       Роуди покачал головой, немного забавляясь от шутки. – Танос собрал величайшее войско во вселенной. И не остановится, пока не… достанет.       Брюс обратил всеобщее внимание на камень в голове Вижена. – Значит, охраняем камень.       Уверенно предложила Романофф, однако встретила сопротивление от самого андроида. – Лучше его уничтожить. Я долго размышлял о сущности этой субстанции… О её природе, но также и составе…       Держась за бок, Вижен выглядел излишне жалобно. Барбара чувствовала его боль, как физическую, так и душевную. Он был раздираем между долгом и любовью. И Шульц искренне удивлялась тому, насколько, казалось бы, неодушевлённое могло казаться настоящим человеком.       Кэп перевёл крайне обеспокоенный взгляд на него, поджав губы. Андроид взглянул на Ванду, которая сразу же встрепенулась. – Если противопоставить равнозначную по мощи камня энергию, схожую по сигнатуре, то, возможно, он утратит… молекулярную целостность и погибнет. И по силам это… только тебе одной.       Аура Максимофф задрожала, как и губы девушки: неверие смешалось с клокочущим страхом и теперь превратилась в ядовитый коктейль. Зеленый цвет сменился ярко-синим, и комнату словно затопило ледяной водой. Ванда чувствовала, как ее начинает рвать на части: любовь к Вижену, страх перед Таносом и ужас от мысли о том, что ей придется сделать. Она отвернулась, обнимая себя, словно пытаясь сдержать бушующую внутри бурю.       Барбара нахмурилась, вскинув руки. — Но тогда вы погибнете. Жонглирование жизнями— не та стезя, в которой мы должны прогрессировать. Должен быть другой выход.       Роджерс взглянул на андроида, и на Ванду, читая в этих взглядах не высказанную мольбу о сохранении. Видя это, он поджал губы. – Танос уничтожить половину вселенной. Одна жизнь— ничто, на фоне такой угрозы. – Не согласен. Мы не торгуем жизнями.       Поддержал Шульц Стив, смотря Вижену прямо в глаза. – Капитан... семьдесят лет назад вы спасли несколько миллионов жизней своей. Разве здесь не такая же ситуация? – Здесь... всё сложнее, чем кажется. Мы не должны решать, кому жить, а кому умирать.       Барбара молчала, нервно ожидая вердикта. – Твой мозг— конструкция с массой сложнейших настроек. Джарвис, Альтрон, Тони, я, Камень Разума, взаимообучение.       Согласился Брюс, вмешавшийся в разговор. – Я имею ввиду, что Камень Разума стал частью его, повлиял на личность и восприятия. Он не просто запрограммирован, он обучается, чувствует, развивается. – Ты можешь изъять этот камень, не убив его?       Вступила в разговор Романофф, делая шаг вперёд. В её голосе звучала надежда и отчаяние. – Не я. И не здесь. – Соображайте, к кому его везти и куда. У нас мало времени.       Поджал губы Роудс, нервно ходя из стороны в сторону. Шульц разделяла его беспокойство, однако и сама не могла придумать ни одного достойного варианта. Из доступных хакеров у неё было двое, однако Вижен— не программа, а почти живой человек, которому мозг не перенастроишь из прихоти. Нужно не просто желание и талант, а гениальность и оборудование. Но что она могла сделать? Барбара не гений или учёный, а просто девушка с необычными способностями, оказавшаяся не в том месте и не в то время.        – А Росс так просто от вас не отстанет.       В комнате повисла напряженная тишина. Казалось, время замерло, пока каждый обдумывал возможные варианты. И вдруг Кэп, словно скидывая с себя оковы сомнений, произнес: – Я знаю куда.

***

— Точно всё хорошо? Звучишь уж слишком побито. — Да, Рене, всё хорошо. Правда. Я... просто устала. — Ты поела? Поспала? — У меня на второе нет времени. — То есть поела? — Ты сейчас допытываешь меня, как бабушка! Не представляю, что стало бы с мамой и остальными, узнай они обо мне. — Я не хочу тебя расстраивать, Бал-Бал, но уверена, что твоё лицо скоро дойдёт и до маминой ленты новостей. — Надеюсь, что ЩИТ оперативно подчистит. А если нет— то и бог с ним. Мне всё равно, знают мою личность или нет. Просто Старк посоветовал некоторое время держать интригу, прежде чем раскрываться. — Да он пиар-менеджер. — Ещё какой.       Хмыкнула Барбара, улыбаясь. Её руки тряслись так сильно, что пришлось сжать их в кулаки, дабы это не было заметно. Глаза бегали по внутреннему убранству квинжета, пытаясь найти что-то, что могло бы ее успокоить, но вокруг была лишь сталь и провода, напоминающие о войне. Битва, которая предстояла, выходила за все рамки, в которые когда-то удавалось вписываться.       Теперь же... лишь пан либо попал. — Барбара, прошу, будь осторожной. Я переживу, если ты что-то себе сломаешь, переживу, даже если сердце на десять секунд остановится, но прошу, выживи. Мне нужна сестра, а не герой.       Серьёзно заявила Верена, явно извиваясь от страха за неё на другом конце. А весь несчастные четыре часа назад всё было так хорошо. Борщ, должно быть, уже остыл, не успев доготовиться всего десять минут. — Ты можешь останавливать автобусы сколько угодно, выводить людей взводами из пожара или завалов, но сейчас это не игрушки. Понимаю, на кону стоит ебучая судьба вселенной, но, если из всех них не выживешь именно ты... я не знаю, что со мной будет. Что с мамой будет. С Колей и Машей, в конце концов! — Я выживу. Обещаю. — Не врёшь? — Теперь— никогда.       Верена, наверняка беспокойство мотая прядь на палец, проговорила с ней ещё тридцать минут, прежде чем наконец-то успокоилась и пожелала удачи. Набрать сообщение Коле сил не осталось никаких, а потому она просто оттянула вверх значок голосового сообщения и сказала: — Я люблю тебя. В этот раз побудь моим ментальным бронежилетом, darling.       И отложила мобильный в сторону, обхватив голову руками. Усталость почти спала с плед, однако лёгкое напряжение из-за стремительного перелёта не доставляло радости. Ей никогда не нравились самолёты, а тут чуть ли не истребитель, несущийся со скоростью звука.       Мысли в голове стремительно множились, тут же забывались или размножались в геометрической прогрессии в худшем из направлений. Радостью так и не пахло. Беспокойство за Питера и Тони, улетевших хуй пойми куда, сжирало изнутри. Отвечать на звонки Пеппер тоже пришлось ей самой, потому как гений не догадался оповестить свою миссис Старк о том, что интернета за пределами земли не существует. Удалось временно заверить женщину, что Железный Человек вернётся. Теперь оставалось молиться на иконы и уверовать в Иисуса, чтобы её обещания сбылись, иначе Вирджиния четвертует и не побрезгует.       Нога тихо постукивала по поверхности квинжета, синхронизируясь с биением сердца. Наташа то и дело поглядывала на неё в отражении стекла, и этот взгляд, полный понимания и сочувствия, словно пытался заглянуть в самую душу, вытащить на свет все страхи и сомнения. Барбара чувствовала себя обнаженной под ним, и это вызывало жжение где-то глубоко внутри . Вот кого-кого, а самого Капитана Америку она подле себя не ждала обнаружить.       Мужчина сел рядом, предлагая рукопожатие. Оно вышло некрепким, т.к. пальцы ещё подрагивали от стресса. Опустить бы их в миску со льдом. Всегда помогает. — Я знаю, что ты меня недолюбливаешь из-за той битвы в аэропорту, но... теперь мы на одной стороне. Я рад, что ты с нами. — Несмотря на разногласия я рада работать с вами. Я Барбара.       Наконец представилась официально она, хотя на 100% была уверена, что её пробили по базам. Ну, невежливо, конечно, но на подобное Барбара уже давно перестала обижаться.       Квинжет дрожал, пробиваясь сквозь плотные слои атмосферы. Свист ветра, гул двигателей, приглушенные голоса— все это сливалось в какофонию звуков, которая действовала на нервы даже в берушах. В животе неприятно потяжелело, словно там вдруг образовался камень или всё меню свадебного застолья.       Сэм, сидя за штурвалом, ловко управлял машиной. Его взгляд был сосредоточен на приборах, но Барбара чувствовала, что он её видит. – Нат, порулишь немного?       Бросил он через плечо, не отрываясь от управления. – Роуди, координаты проверь еще раз, пожалуйста.       И, бросив быстрый взгляд на Стива, добавил: — Кэп, будь другом. Твоя психологическая помощь нужна ещё Ромео и Джульетте, а меня, думаю, хватит здесь.       Он сделал это так непринужденно, что Шульц едва не улыбнулась. Сокол понимал, что напряжение, царящее между ними, сгущается как грозовая туча, готовая разразиться ливнем. Барбара чувствовала, что воздух вокруг них искрит от сдерживаемой энергии, и это вызывало легкое покалывание на коже. А потому мужчина сделал благо всем, тактично воспользовавшись ситуаций. «Молодец, Сокол. Не зря ты мне нравишься.»       Сэм приблизился, присаживаясь рядом и аккуратно касаясь ее плеча. Это было легкое, почти невесомое прикосновение, но оно ощущалось как попытка «поделиться» своей энергией и дать то чувство минутного умиротворение, которого достиг сам. – Как ты?       Спросил он, глядя на нее с беспокойством и мягкой прищуром. — Выглядишь так, словно тебя трижды пережевали и выплюнули. — Я... в порядке.       Ответила Барбара, стараясь улыбнуться, но уголки губ лишь дрогнули. — Просто немного устала. Спасибо, что помог мне тогда. Ну, с платком. Благодаря тебе форма осталась чистой. И спасибо за тот милый цветок, который ты передал через Тони. Это было очень приятно.       Уилсон(благо фамилия запомнилась быстрее имени) улыбнулся, словно вспоминая что-то приятное.        — Я рад, что именно ты спасла Роуди.       Сказал он искренне, хмыкая. — Ты бешеная. Нам такие нужны. – Бешеная?       Переспросила Барбара, изумлённо хлопая глазами.        – В хорошем смысле.       Заверил Сэм, разводя руками. – Ты бесстрашная. И готова рискнуть жизнью ради других. Это дорогого стоит.       Шульц постаралась улыбнуться в ответ, чтобы немного развеять густую энергию стресса, повисшую в квинжете. Но губы дрогнули, и улыбка получилась натянутой и неестественной. – Мозг не варит.       Сказала она с трудом подбирая слова, заплетающимся языком. – Мне сложно говорить по-английски сейчас.       Сокол понимающе кивнул, не настаивая на разговоре. Он просто посидел немного рядом в тишине, позволяя Барбаре успокоиться и прийти в себя. Он чувствовал, как девушка рядом дрожит, и хотел как-то помочь, но не знал, какие подобрать слова. Иногда молчание— лучшее лекарство. И сейчас оно помогало.       Через несколько минут Сэм нарушил молчание, аккуратно выводя на более мягкую тему. – Кстати… Какие ещё автографы собирает твоя сестра? Может, мне стоит подготовиться?       Барбара улыбнулась искренне, вспоминая восторженное лицо Верены, когда она привезла ей на день рождение подпись Питера, Старка и Роудса в добавок к основному подарку. А Маша и вовсе чуть не утопила телефон, когда увидела в подаренной на новый год книге закладку в виде таких же росписей. – Все, кто даст автограф из Мстителей, в этом списке. Она без ума от вас всех. И не только она, так что мне нужны по два от каждого.       Она бросила быстрый взгляд на хмурую Ванду, словно говоря: «Тебя это тоже касается.» Надежда на то, что им удастся найти общий язык и помочь друг другу, согрела изнутри.       Шульц улыбнулась Уилсону, чувствуя, как на душе становится немного спокойнее. Сэм хороший человек. И она была рада, что именно он оказался рядом.       Вдалеке показались очертания Ваканды, сокрытой от обычных людей каким-то странным полем. Ей на секунду показалось, что это мозг перегрузился, прежде чем они действительно оказались «под колпаком». Барбара сделала глубокий вдох, готовясь к тому, что ждет их впереди.

***

      Квинжет пролетел сквозь энергетическое поле, и перед глазами Барбары открылась захватывающая дух панорама. Город-столица Ваканды, носящий имя Бирнин Зана, был великолепен. Величественные небоскребы из блестящего металла взмывали ввысь, словно хрустальные пики, но при этом гармонично сочетались с буйной тропической зеленью. Водопады низвергались с отвесных скал, образуя сверкающие реки, которые извивались среди зданий. Так выглядел идеальный город будущего, построенный в самом сердце дикой природы.       Квинжет мягко приземлился на подготовленной площадке, а у трапа уже стояла личная охрана короля, облаченная в красно-золотые одежды. В центре стоял сам король Ваканды— Т'Чалла. Без изысков, в просто чёрном одеянии, но даже в своей простоте он излучал величие и силу.       Стив и Наташа вышли первыми, словно возглавляя делегацию. За ними последовали Сэм, Брюс и Роуди. Ванда помогала Вижену, который выглядел измученным, отказавшись от чужого предложения помочь. Барбара задержалась на секунду, оставляя телефон в квинжете. Не хотелось, чтобы он отвлекал от предстоящей битвы. Краем глаза она заметила, как семья Максимофф уходит в сопровождении стражи.       Брюс нервно натянул серый кардиган, оглядываясь вокруг. – А надо ли кланяться?       Прошептал он Роуди. Тот сделал серьезное выражение лица.        – Обязательно. Это проявление уважения к их культуре.       Барбара поняла, что он подшучивает над Брюсом, судя по слишком серьёзному тону и смешинке в глазах, а потому решила поддержать шутку. – Да, док.       Сказала она с знающим видом. – Это очень важно.       Стив и Наташа, хмыкнув, обменялись понимающими взглядами. Когда они подошли к Т'Чалле, Стив протянул ему руку.        – Т'Чалла… Я вечно тебе за что-то благодарен.       Тот улыбнулся и ответил на рукопожатие. Брюс, следуя совету Роуди, вдруг резко поклонился. – С ума сошел?       Прошипел половник, делая вид, что ужасно возмущен. – Я же говорил, что кланяться не надо!       Беннер посмотрел на него с полным недоумением, хлопая глазами. Барбара коротко хихикнула, прикрывая рот рукой, чтобы не выдать себя, однако поймала такой же недоуменный взгляд, на что получила одобрительную улыбку от Роудса и тихое пять.       Король, наблюдая за этой сценкой, лишь слегка приподнял бровь, смущённый таким почтением.        – У нас это лишнее. Не стоило.       Вакандец кивнул Шульц, узнавая: – Пурпурный Щит… Рад вас видеть. – Ваша Величество. Приятно вновь увидеться.       Ответила она сдержанно, чуть склонив голову. Т'Чалла пошёл вперёд, сопровождаемый охраной. – Насколько массированным будет вторжение? – Максимально.       Заверил Брюс, поддаваясь чуть вперёд, чтобы его точно расслышали. Наташа шла по левую руку от короля, а Стив— по правую.        – Что у вас по бойцам?       Т'Чалла сделал широкий жест рукой, указывая на собравшихся воинов, а после в куда-то в сторону: – У нас есть стража, приграничники, Дора Миладже...       Он сделал паузу, указывая на фигуру, подходящую к ним: – И вот...       Из тени вышел Джеймс Барнс с новой металлической рукой, на этот раз сияющей словно обсидиан, а не банка советской тушёнки. – Недолеченный старик Баки Барнс.       Проворчал он, но в голосе звучала теплота. Стив улыбнулся, сжимая друга в объятиях.        – Как ты?       Спросил Стив с искренним беспокойством.        – Неплохо. Для конца света сойдет.       Баки перевел взгляд, замечая среди более-менее знакомых лиц будто совершенно новое. Его глаза на мгновение расширились от удивления, а затем в уголках губ появилась улыбка, когда он опознал в незнакомке девушку, с которой дрался в аэропорту. Видимо отросшие волосы придавали лицу другие черты.        – Лаванда...       Произнес он задумчиво, слегка улыбаясь. – На вкус просто гадость.       Барбара на секунду впала в лёгкую прострацию, пытаясь вспомнить, о чем Барнс говорит. Затем её осенило. Лавандовый раф... Он помнит эту шутку? Усмешка вырвалась сама собой. – Зато пахнет приятно. Выглядишь свежее, чем в последнюю нашу встречу.       Ответила она, прищурившись, на что Джеймс фыркнул:        — Единственную встречу. — Тогда уж точно есть, с чем сравнивать. Я Барбара. — Можешь звать меня Джеймс.       Роуди, стоящий рядом, хмыкнул, закатывая глаза: – Теперь нам придется соображать, к кому из нас двоих ты обращаешься.       Баки с легкой усмешкой протянул Барбаре свою металлическую руку. На женском запястье красовался браслет с клевером, слегка позвякивающий от ветра. – Приятно познакомиться, Барбара.       Девушка улыбнулась уголками губ и пожала протянутую руку своей левой, чувствуя легкий холодок металла, а не сдавливающую мощь биопротеза.

***

      Лаборатория Шури, гения-сестры Т’Чалла, была ослепительно белой и залитой ярким светом. Стены, казалось, состояли из стекла и металла, а повсюду мерцали голографические дисплеи и искрились странные приборы. Это было похоже на космический корабль, а не на научную лабораторию.       Внезапное, громкое урчание живота заставило Барбару покраснеть. Казалось, этот звук заполнил всю лабораторию, заглушив даже жужжание приборов. Неравнодушный Роуди лишь хмыкнул и, покопавшись в прихваченной сумке, протянул ей бутерброд.        – Не волнуйся.       Сказал он с усмешкой. – У всех бывает.       Бутерброд оказался с курицей, сыром и листиком салата. Барбара укусила, чувствуя, как голод утоляется, а к ней возвращаются потраченные из-за стресса силы. Пока Шури колдовала над Виженом, Барбара наблюдала за Вандой, стоящей совсем рядом с операционным столом, скрестив руки на груди с непроницаемым лицом. Но Барбара чувствовала ее силу. Ощущала те волны хаотичной энергии, подобно свету маяка среди тумана. Подпитывалась от них, пытаясь отфильтровывать дурные мысли, лезущие в голову. Максимофф обладала той мощью, что способна уничтожать камни бесконечности, но в то же время сама девушка была ранимой и эмоционально нестабильной из-за гнетущей обстановки. Барбара понимала: Ванда— их единственная надежда, но также чувствовала, что, если Ванда потеряет контроль, всё может быть кончено.              Едва успев дожевать бутерброд, Барбара тут же встрепенулась, ощущая тоже, что в Санктум Санкторуме. Но в этот раз в спину дул не ветер, а дыхание неизвестности. Чужеродная энергия, прорвавшая воздушную оболочку земли, стремительно приближалась к поверхности.              Она подскочила со стула, машинально окружая себя энергетическим щитом. В то же мгновение бусы на руке бритоголовой женщины зажужжали. Спустя секунду показалась голограмма, а стражница сказала: — А атмосферу вошёл некий объект…       Шульц втянула побольше воздуха в лёгкие, стряхнув щит плавным движением кистей. Они ещё далеко. Не стоит растрачивать энергию попусту. Наташа, переглядывающаяся с ней уже некоторое время, спросила: — Ты у нас теперь что-то вроде пожарной сигнализации? — А я уж думала, что сравнить меня больше не с чем. Ты удивляешь.       Романофф напряжённо хмыкнула. — А ещё… я твой подарок потом отдам. Сама понимаешь— собираться было некогда.       Чёрная Вдова, кажется, приятно удивилась, однако хмурые брови и беспокойный взгляд врезался в защитный купол. Спустя секунду с неба начали сыпаться, подобно метеоритам, корабли врага, сжигая под собой все деревья и траву, параллельно поднимая метры пыли. Те врезались в купол, как горох и стену. В воздухе чувствовался запах гари и озона. Это было начало конца. — Слишком поздно… Камень надо уничтожить…       Начал Вижен свою шарманку, держась за рану, на что получил красноречивое от Наташи: — Вижен, а ну-ка лёг обратно. — Ванда… как только извлечёте камень— взорви его. — Конечно.       Заверила Роджерса Максимофф, кивая. — Эвакуировать город! Поднять всех по тревоге.       Приказал король, двигаясь в сторону выхода, а после развернулся, указывая на Капитана. — И выдать ему щит.       Барбара затрепетала от стресса и повисшего напряжения, буквально окутывающего изнутри и снаружи. Желудок словно съедали бабочки, щекоча своими крыльями стенки. Стало не по себе, а потому рвота тихими шагами, в купе с тошнотой, подкрадывались к горлу, обещая вытолкать сэндвич.

***

      Завывание сирен резало воздух, перекрывая даже грохот ломающихся деревьев. Барбара подошла к Ванде, когда та, казалось, совсем ушла в себя, стоя у окна и неотрывно смотрела на надвигающуюся угрозу. В бледном свете лаборатории лицо Максимофф казалось болезненно-решительным, а глаза— полными какой-то нечеловеческой решимости. — Ты невероятно сильна, Ванда.       Тихо сказала Барбара, стараясь перекрыть тревожную какофонию снаружи. Ее голос звучал серьезно, но в нем чувствовалась теплота. — Ты нужна здесь, с Виженом. Я, как смогу, извернусь, положу себя ради победы, но пожалуйста… оставайся здесь. Защити его. Он нуждается в тебе.       Барбара сделала шаг ближе, чувствуя, как между ними плетется невидимая нить ответственности. – Я знаю, что тебе сейчас очень тяжело, но ты не одна. Я буду там. Мы можем работать вместе. Если что-то случится с Виженом— все будет напрасно. Ты должна защитить его, а я буду защищать остальных.       Сердце Барбары бешено колотилось, отбивая чечётку по рёбрам. В животе нарастало ледяное ощущение, предчувствие надвигающегося кошмара, а во рту на мгновение пересохло. – После битвы попрошу ваши автографы. Моя подруга в бешеном восторге от Мстителей в красном.       Ванда слабо улыбнулась в ответ. В её глазах все еще читалась глубокая тревога. – Тогда тебе следует уже сейчас искать ручку и приличный листок. Боюсь, после битвы у меня может не останется сил на подобное.       Барбара сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Шульц чувствовала, как страх сковывает тело, как он медленно лишает сил, а затем болезненно вкалывает иглу с адреналином прямо в шею. Она не могла позволить ему взять верх.       Ванда закрыла глаза, ее лицо исказилось от усталости. — Ты сможешь. Мы в тебя верим. — Я постараюсь.       Барбара сжала кулаки, готовая к бою. Страх не исчез, но перестал быть парализующим. Она должна быть сильной. Должна быть готова к тому, что произойдет. Потому что на кону стояла не только собственная жизнь, но и всех тех, кто ей дорог.              Шульц, выйдя из комнаты, направилась вниз, не утруждая себя культурным спуском по лестнице. Спустя минуту она оказалась на первом этаже и села в одну из «летающий шлюпок», чтобы не тратить лишнюю энергию на перелёты.              Мандраж охватывал каждую мышцу в теле, а мозг, словно парализованный, воспринимал реальность искажённо. Кажется только в момент, когда они высадились, Барбара наконец почувствовала, будто бы действительность прояснилась.       Шульц быстро огляделась: Наташа, Стив, Т'Чалла и еще несколько знакомых лиц уже занимали позиции. Линии обороны выстраивались лихо и быстро, действуя, то лейкоциты при ранении.       Барбара встала в один ряд с Мстителями, чувствуя, как по телу пробегает дрожь. Враги не намерены их щадить. Это ощущалось почти физически, давящей тяжестью на плечах. Волна чужеродной энергии прокатывалась по полю, заставляя волосы на затылке вставать дыбом.       Пурпурная Леди нервно сжала кулаки, чувствуя, как вокруг неё сплетается энергетическая сеть, готовая выплеснуться наружу в любой момент. «Вдох. Выдох. Сосредоточься. Сейчас не время для страха. Сейчас время для действий.»       Она подняла голову, глядя прямо. В глазах отражался не страх, а решимость. Сейчас главное – защитить тех, кто стоит рядом. Защитить Землю. И победить. Даже если ценой её станет нарушенное обещание.