Часть 11. Продолжение самого длинного сна: «Суд»

      Верховная Жрица вбежала в храм: вся возбуждённая, раскрасневшись, в одежде простолюдинки. Ни на кого не обращая внимания, она быстро пересекла главный зал, свернула в боковой коридор и поспешила к винтовой лестнице, которая вела на крышу, а вернее на площадку под золотым куполом, что висел в воздухе над святилищем Анай-Шед.       Только одна мысль, как набат, билась сейчас в голове Ингру: «Я должна скорее увидеться с отцом!» А отцом её являлся сам Ооу — Главное Божество, тот, кто спустился к людям со звезды Шед. И теперь Ингру предстояло признаться ему в том, что всеми силами старалась скрыть. Она понимала, что Ооу ужасно на неё разгневается и, конечно, серьёзно накажет: ведь за нарушение обета целомудрия и тем более за рождение ребёнка полагалась смерть — это не страшно! Пусть он убьёт преступную дочь, но вырвет из рук негодяйки Орны ни в чём не повинного младенца, который по жестокому стечению обстоятельств страдал за грехи родителей. Она не сомневалась, что Ооу найдёт малыша, только бы несчастный малыш подольше продержался и не умер!       Вскоре Светлейшая торопливо преодолела последнюю ступеньку винтовой лестницы, выскочила на гладкий настил и запрокинула лицо к огромному золотому куполу. Он полыхал как солнце, однако не слепил и не обжигал. Хотя дочери не раз приходилось так же близко видеть дивные чертоги отца, но подниматься к нему не довелось ни разу. Сейчас ей предстояло это сделать. «Как же мне взлететь на высоту без крыльев?» — озадаченно подумала она. И тут кто-то сверху услышал её мысли. «Вытяни правую руку вверх. Концы замерцают голубым светом. Нацель их на купол!» — прозвучал властный голос в голове. До сих пор Ингру не пользовалась своей чудесной способностью, просто знала, что обладает особым даром.       Жрица послушно выполнила указание. Как только кончики пальцев затеплились лазурным светом, она направила их на золотой купол. Тот сразу ослабил сияние. Глазам предстала полусфера — громадная и величественная, при этом переливалась, как радуга! Воистину обитель богов! Раздалось негромкое гудение: снизу полусферы вырвался ровный столб огня, точно сотканный из разноцветных нитей. «Подойди ближе», — снова распорядился этот таинственный голос. Ингру смело приблизилась к яркому столбу и не заметила, как неведомая сила втянула её наверх, а затем обнаружила себя в белоснежном зале, совершенно пустом, с отполированным, как зеркало, полом.       Не успела Светлейшая опомниться, как одна из стен раздвинулась. В зал вошли четверо высоких существ с прекрасными, словно застывшими лицами: ни одна эмоция не отражалась на их изящных чертах. Серебристые просторные одежды облачали стройные тела небожителей и спадали до низа мягкими складками. Среди божеств особенно выделялся один: самый рослый, с величественной осанкой и, вероятно, старший из четверых. Как только Ингру его увидела, она сразу упала на колени, а следом вовсе распростёрлась на полу, не смея даже пошевелиться. Потому что перед ней предстал сам Ооу — Великий и Могучий — Главный Бог народа анайев.             «Поднимись, дочь моя!» — снова раздался голос в её голове.       Она несмело встала на ноги и смущённо взглянула на отца. Он смотрел на дочь холодно и строго. Причём третий глаз на его лбу открылся и буквально пронзал её взглядом.       Под пристальным прицелом сразу трёх отцовских глаз Ингру совсем оробела, ощущая себя жалкой букашкой. Куда подевалась её решимость? А ведь она пришла сюда, чтобы воззвать к святому отцу о помощи, и надеялась, что её жгучие слёзы, отчаянные просьбы и мольбы тронут гордое сердце Ооу, хоть он и являлся Богом. Он ведь тоже когда-то любил её мать, значит, и Богу не чуждо подобное чувство. Так неужели он откажется найти собственного внука? Да, ребёнок рождён во грехе, но в его венах течёт кровь небожителей, пусть всего лишь толика…       Наконец дочь собралась с духом и только хотела открыть рот, как отец её опередил.             «Ингру, можешь не утруждать себя объяснениями, почему ты пришла. Ты забыла, кто я? Тот, кто каждого видит насквозь! Я наблюдал за тобой и за Леу, но не вмешивался. Предоставил вам выбор: жить во грехе или воздержаться от него. Вы выбрали первое, отлично понимая, чем за это расплатитесь рано или поздно. А теперь не ропщите. Вы все понесёте заслуженное наказание», — жёсткие слова отца, точно гвоздями вколачивались в голову дочери.       Ингу протянула к нему руки и заплакала.             — О, мой Великий отец! Я прекрасно осознаю свои грехи и готова понести любое наказание, но пощади бедного малютку, моего сына и твоего внука, ведь ты наверняка знаешь о его рождении. Он ни в чём не виноват! Помоги найти его! Пусть мы с Леу умрём, но не наказывай несчастное дитя. И если всё-таки снизойдёшь до моей просьбы и найдёшь ребёнка, отдай его на воспитание в царскую семью, как когда-то отдал меня. Он ведь тоже царского рода… — дрожащим голосом сквозь слёзы умоляла она.       Ооу поднял руку, останавливая дочь и отправляя ей мысленный посыл:             «Завтра в это время жду вас вместе с Леу. Я объявлю вам о своём решении».       После этих слов Ооу повернулся и направился к проёму в стене. Трое сопровождающих двинулись следом. Неожиданно Верховная Жрица Храма вновь обнаружила себя на площадке под золотым куполом. Впечатлённая встречей с Ооу, она в задумчивости спустилась по винтовой лестнице, прошла в свои покои и заперлась изнутри на засов.

***

      И вот перед глазами спящей Инги развернулся новый сюжет истории. Она видит Верховную Жрицу Ингру вместе с её возлюбленным Леу. Они находились в том же белом зале, в апартаментах небожителей. Зал был по-прежнему пуст. Но вдруг — о чудо! У дальней стены прямо из ниоткуда возник великолепный трон, чья высокая резная спинка завершалась золотой головой льва с открытой пастью. Слева и справа от трона вздымались по двенадцать серебристых колонн с капителями в виде перламутровых лилий. Стены зала, прежде ровные и гладкие, покрылись выпуклыми, изумительными по красоте узорами, и узоры эти, словно живые, постоянно сменялись на другие, ещё более фантастические! Потолок превратился в ночное небо, усеянное множеством звёзд, среди которых выделялась одна, самая яркая и сверкающая. Священная Звезда Шед — райская обитель богов, откуда боги спустились к людям.       В восхищении от всего этого волшебства Ингру и Леу посмотрели вокруг. А когда они снова повернулись к трону, Главный Бог Ооу там уже восседал. Как всегда прекрасный и величественный. Золотой обруч с синими сапфирами увенчивал его гордую голову, белоснежная длиннополая одежда облачала тело. Возле каждой колонны стояло по одному сопровождающему в таких же широких белых одеяниях до пят.       Ингру и Леу распростёрлись на полу, не смея подняться и взглянуть на Главного Бога.       Спустя немного времени раздался его твёрдый повелительный голос:             — Поднимитесь! Я буду вашим судьёй.       Сегодня Ооу соизволил говорить вслух, а не с помощью телепатии, как обычно делал.       Ингру и Леу встали на ноги и прямо посмотрели в лицо Божества: оно выглядело невозмутимым. Третий глаз Ооу, что сиял у него на лбу, смотрел строго, но не излучал, как ожидалось, особо страшного гнева. Скорее всего, Бог уже принял справедливое решение и на этом успокоился.             — Ингру, дочь моя, и ты, Леу, сын царя Леонелла, вы оба совершили грех, который карается смертью.       Подсудимые поникли, но не испугались, поскольку заранее знали, что им не миновать своей участи.             — Однако я решил изменить вам наказание и не намерен объяснять почему.       Ингру и Леу посмотрели друг на друга: в их глазах затеплилась надежда.       Ооу спокойно продолжал:             — Каждый из вас пройдёт испытание. Если вы оба выдержите его, значит, докажете этим, что достойны того, чего больше всего хотите. Но прежде чем огласить наказание, я представлю вам одну особу. Вы её хорошо знаете.       Неожиданно в зале буквально из воздуха возникла Орна. Она испуганно закричала, пытаясь понять, куда её занесло, а когда увидела перед собой самого Ооу, да ещё Леу с Ингру, вообще истошно завопила и повалилась на колени, протягивая к ним дрожащие руки.       Как только Ингру и Леу увидели Орну, они с гневными криками бросились к ней, стремясь растерзать злодейку на куски, но сперва вырвать у неё признание: где спрятала их маленького сына? В ту же минуту Ооу вытянул руку раскрытой ладонью вперёд. Мстители ударились в невидимую преграду и застыли, не в силах сдвинуться с места.             — Я не давал вам права совершать дознание и наказание. Здесь Я творю суд и выношу решения, — ровным голосом напомнил Главный Бог.       Орна от страха вся затряслась. Ооу опустил руку, приблизился к Орне и положил ей ладонь на голову. Женщина сразу почувствовала, что страх внезапно исчез. Затем он так же подошёл к Ингру и погладил её по лицу. Леу приложил ладонь ко лбу. Эти двое тоже быстро успокоились. Удовлетворённый результатом, Ооу направился к трону, вновь там уселся и возобновил суд:             — Безусловно, отчаявшимся родителям не терпится узнать о судьбе ребёнка. Итак, Орна, рассказывай, что ты сделала с ним во всех подробностях.       Преступница очень боялась говорить о содеянном, но понимала, что Главный Бог всё равно узнает, как только заглянет ей в душу третьим глазом. Орна глубоко вздохнула и заговорила. Чем больше она рассказывала, тем сильнее Ингру бледнела, а когда услышала, что злодейка задушила ребёнка, а потом зарыла его в землю под кустами, материнское сердце не выдержало: Ингру рухнула на пол и лежала как мёртвая. Леу горестно вскричал и кинулся к несчастной, пытаясь привести её в чувство. Спустя какое-то время Ингру пришла в себя. Взгляд её потух, лицо застыло как маска. Леу обхватил голову ладонями и согнулся, сотрясаясь в беззвучных рыданиях.             — Орна, ты осознаёшь свою вину? Ты готова понести наказание? — спросил её Ооу.             — Да, о Всемогущий Бог, я готова умереть от твоей священной руки, — ответила она недрогнувшим голосом.             — Нет, не я убью тебя. Отныне твоя жизнь принадлежит Ингру. Ты убила её дитя, взамен она возьмёт твою жизнь. Никто не смеет этого сделать, кроме неё. Но сначала ты пройдёшь испытание, которое я выбрал для тебя.       Ооу поднялся с места, спустился по ступеням трона и простёр руки. Стены, пол и потолок вмиг исчезли, окружающее пространство почернело и покрылось мириадами сверкающих звёзд. Ингру, Леу и Орна потеряли опору под ногами и взлетели, но страха они не ощущали и с благоговением смотрели на охваченную чудесным сиянием белую фигуру Главного Бога народа анайев. Ооу поднимался всё выше и выше. При этом он стал расти, пока не достиг огромных размеров, и завис впереди с раскинутыми в стороны руками, покрытыми широкими белоснежными рукавами, словно крыльями. От прекрасного лика Божества исходили лучи. Все три его глаза горели ярким лазурным светом.       И вдруг, точно гром прогремел, раздался голос Главного Божества:             — Слушайте моё решение!       Подсудимые вмиг насторожились и услышали:             — Ваши души покинут свои тела и понесут кару за содеянное.       Ооу указал светящимся пальцем на Леу.             — Сын царя Леонелла! Твоей душе предстоит долгое странствие в веках: ей придётся искать душу Ингру. Для этого ей позволено десять раз вселяться и оживлять детей мужского пола в момент их смерти. Им предназначено жить и взрослеть только до двадцати пяти лет. Если за это время ты, пребывая в новом облике, не найдёшь ту девушку, в чьём теле воплотится душа Ингру, и не сумеешь возбудить в ней любовь, и она не скажет тебе заветных слов, тело носителя твоей души умрёт. Твоя душа вновь начнёт искать прибежище с той же целью через многие века. Но если она так и не отыщет душу Ингру, тогда рассеется и больше никогда не возродится. Однако, если ей удастся осуществить задуманное, она вновь обретёт свою плоть. Ты, Леу, получишь прощение и вознаграждение.       Далее светящийся палец Ооу указал на Орну.             — Ты, Орна, великая грешница. Тебе нет прощения. Поэтому твоя душа никогда не вернётся в своё тело. Но прежде чем погибнуть, ей предстоит путешествие сквозь века. Однако лишь пять раз она воплотится в телах мёртвых детей женского пола из разных столетий и оживит их, чтобы они выросли и занимались одним и тем же: колдовством, ворожбой и гаданием, что всегда порицалось и преследовалось в обществе, особенно в Средневековье. Если ведьма с твоей сущностью избежит сожжения на костре или других подобных напастей в иные времена, она ещё долго проживёт. Но бойся встретиться с Ингру! Помни: тебе не миновать её мести и не одолеть её — она уничтожит твою душу гораздо раньше отпущенного срока.       И вновь Ооу навёл свой светящийся палец, в этот раз на Ингру.             — Дочь моя. Ты огорчила и разочаровала меня. Признаюсь, я готовил тебе другую судьбу: стать женой Эоу, пришельца со звезды Шед. Но Леу, сын царя Леонелла, смутил твою чистую душу. Стараясь её сберечь, я определил тебя жрицей в храм Анай-Шед, чтобы в дальнейшем снять с тебя сан жрицы и отдать тому, кому ты была обещана. Однако любовь Леу настигла тебя и в храме, а ты ответила на его страсть такой же сильной страстью. Вы согрешили и должны за это претерпеть кару. Леу уже знает, что ждёт его душу, чья миссия — самая трудная. Теперь настала пора узнать и тебе.       Глядя на дочь, Ооу мягко улыбнулся, чего раньше почти никогда не делал. И эта улыбка подбодрила Ингру, дала ей надежду, что отец не сердится, что не всё так безнадёжно, как кажется.             — Твоя душа, Ингру, — продолжал вещать Ооу, — также совершит путешествие через многие века, но воплотится только один раз — в тело живого ребёнка женского пола. В этой девочке станут существовать две души: одна — её собственная, а другая — твоя, спящая. Да, Ингру, твоя душа будет спать до тех пор, пока Леу не найдёт эту девочку, к тому времени уже выросшую, и сумеет её увлечь. И когда она полюбит Леу сильной, светлой любовью, твоя душа пробудится и скажет Леу устами влюблённой девушки заветные слова: «В тебе моя жизнь». Эти слова послужат знаком того, что вы прошли испытание. Ваши души вернутся в свои тела. Я дарую вам прощение и соединю ваши судьбы.       Как только Ооу объявил решение, он взмахнул руками. Темнота вмиг исчезла. Леу, Ингру и Орна вновь обнаружили себя в тронном зале с узорчатыми стенами и высокими колоннами. Священная звезда Шед так же ярко сияла среди мерцающих созвездий на чёрном небосводе.       Бог Ооу стоял напротив.             — И напоследок ещё кое-что, — произнёс он очень серьёзным тоном. — Воплощение ваших душ в чужие тела на протяжении всех веков будет происходить только в землях нынешнего царства анайев.       Далее Ооу достал из рукава небольшой блестящий шар и протянул его Леу:             — Возьми. Это Шади. Он поможет тебе с поисками души Ингру и в других трудных ситуациях. Держи его всегда при себе. Также Шади сообщит мне, если ты справишься с поставленной задачей. Я скажу ему, куда вам с Ингру прибыть для встречи со мной. Но об этом пока рано говорить, ведь испытание ещё предстоит пройти. Никто не знает наверняка, пройдёт ли оно успешно. И запомни: тебе нельзя убить женщину с душой Орны, если вы случайно встретитесь и узнаете друг друга. Иначе твоя душа погибнет вместе с её, так и не достигнув цели.       Леу молча склонил голову и подставил руку — Шади перелетел ему в ладонь.       После этого Леу, Ингру и Орна упали на пол бездыханными. Спустя немного времени над каждым лежащим телом всплыло полупрозрачное светлое облачко и быстро растаяло в пространстве.       Сразу же трон вместе с другими декорациями исчезли. Зал снова выглядел пустым: с белоснежными стенами и гладким полом. Ооу сделал знак своей свите. Двое помощников вышли через образовавшийся проём в стене в соседнее помещение. Вскоре они вернулись с двумя продолговатыми стеклянными капсулами, которые перемещали по воздуху, уложили в них тела Ингру и Леу, а затем также удалились с ними из зала.       Ооу наклонился над телом Орны, его пальцы вспыхнули ярким синим светом, он приложил их к голове преступницы — её тело тут же начало усыхать, пока не рассыпалось в прах.       Выполнив приговор, Главный Бог народа анайев повернулся и вышел из зала.