Глава 7. Водопад
21 июня 2025, 08:28There's too many misconceptions
In this game of consequence
When you're finding that your hero
Is just who you're up against
Blackmore’s Night – Writing on the Wall
За ним уже была погоня. Элронд знал, что пропажу колец обнаружили почти сразу после его ухода. И не потребовалось много времени, чтобы сопоставить это со стремительно покидающим город всадником. Разумеется, первой за ним отправилась Галадриэль. Элронд не раз видел ее во главе охоты, грациозную и стремительную, как гончие вала Оромэ. Если кто и мог нагнать Элронда, так это она. Но он тоже был быстр. Он подгонял коня, наклонялся и шептал ему в уши нежные слова и просьбы, умолял его поспешить. Пожалуйста, еще хоть лигу. Потом мы отдохнем, мой друг. Потом мы с тобой отдохнем. Но сейчас все время мира, что у них было, сжималось до нескольких ударов сердца. Им нужно было успеть первыми. Расстояние между двумя всадниками неумолимо сокращалось. И спиной Элронд чувствовал гнев Галадриэли, гнев преданного друга. Это пугало – и в то же время вызывало какое-то злое торжество. Пусть и она знает, каково это – чувствовать себя обманутой. Чувствовать, как те, кому доверяешь больше жизни, вдруг идут своим путем, не подумав даже попрощаться на распутье. – Остановись! – кричала она, когда расстояние между ними становилось меньше. – Заставь меня! – кричал в ответ Элронд, не оборачиваясь, и вновь гнал коня. – Элронд, ты не понимаешь, что творишь! – Я прекрасно понимаю, что творю! – Отдай их! С ней бесполезно спорить. И Элронд решил не тратить силы. Он предатель, да, наверное, он предатель. Но он был готов признать это. Готов был на любое наказание, которое придумает для него Келебримбор – или даже Верховный король, если сочтет его дерзость чрезмерной. Он готов был отказаться от всех своих прав и титулов. Но он не был готов мириться с тем, что весь эльфийский народ согласится плясать под чужую дудку из страха увядания. Не был готов к настолько невзвешенным решениям. И единственный, с кем он мог поделиться этой горечью – это он сам. И его конь. Но на последнего и так уже свалилось больше, чем полагалось такому мирному животному. Элронд не хотел усугублять это своими терзаниями. Они скакали день и ночь. Отдыхали ровно столько, сколько нужно было коню, чтобы не рухнуть посреди дороги замертво. Сошли с основной дороги в лес, чтобы не оставаться подолгу на открытом пространстве. И каждую ночь, когда сон брал верх над Элрондом, он засыпал, сжимая под плащом сверток с кольцами. Быть может, если бы он надел одно из них, оно бы придало ему сил. Дало бы ему возможность не спать. Помогло бы ему дать отпор, если его настигнут. Но Элронд боялся. Боялся, что с этого и начнутся все беды. Как только хоть одно из колец будет надето – неведомый план врага начнет свое действие. А потому ему нужно справляться своими силами. Нужно терпеть. И нести их, как он нес когда-то дурные вести – с гордостью глашатая.✧✧✧
– Черт возьми, я уже скучаю по больничной еде. Азгазир отломил кусок дорожного хлеба и макнул в дымящийся на огне бульон. Попробовал – и вздохнул. – Магия эльфийской кулинарии на меня не снизошла. Даром что котелок эльфийский. – Привыкай, – улыбнулась Белензори. Она сидела, скрестив ноги, и срезала кору со старой сухой ветки. – Кухня твоей невесты еще далеко. – Не напоминай… Белензори хмыкнула. По еде она, может, и не сильно скучала, но вот по городу – да. Она не ожидала, что так привыкнет видеть из окна по утрам дым из эльфийских мастерских и засыпать под отдаленное пение флейт. Она жалела, что не может праздно прогуляться перед завтраком по рано просыпающимся улицам и умыться в одном из любимых фонтанов. И даже немного тосковала по эльфам, понемногу привыкшим к присутствию людей в своем городе и приветствовавшим ее улыбками. Конечно, не было и мысли о том, чтобы повернуть назад. Их с Азгазиром снабдили всем необходимым для дороги, дали подробные инструкции и даже подарили двух славных лошадей. После такого промедление могло бы быть воспринято как грубость. И потому пасмурным, но теплым утром они покинули город через те же ворота, через которые когда-то их привезли сюда. Тулуспен не пришел их проводить. Белензори хотелось бы сказать, что ей было наплевать, но на самом деле она немного была задета. Он знал день их отъезда, и, пусть он ничего не обещал по этому поводу, она надеялась, что он… ну, посчитает это нужным. В конце концов, Белензори могла назвать его другом. Возможно, для него этого было мало. Может, у него были дела. Он не говорил ей. Так или иначе… они расстались без полноценного прощания. И это было неприятно. – Оставь мне немного, поем утром. У меня спина отваливается. Хочу спать. – Спокойной ночи, Белензори. – Спокойной. Разбуди, когда будет моя очередь сторожить. Трещал огонь в костре. Сон обнимал ее, только для того, чтобы проводить в следующий день – такой же размеренный и тихий день пути. Путь оказался куда лучше, чем она думала. Широкая мощеная дорога шла, судя по карте, до самых Серых Гаваней. Населенных пунктов было крайне мало, поэтому каждый вечер они сходили с дороги и разбивали небольшой лагерь. Разговаривали, иногда даже пели. Пару раз с ними останавливались на ночлег торговцы, но особо долгих разговоров не получалось – обе стороны упирались в языковой барьер и предпочитали просто вежливо молчать. А главное – не было орков. Первые пару ночей Белензори было трудно засыпать от мысли, что они ночуют на открытом пространстве и в любой момент на них могут напасть. Но, как оказалось, к западу от Ост-ин-Эдиля было куда спокойнее, чем к востоку. Эльфийских дорог темные твари избегали. И со временем сон Белензори становился спокойнее. Иногда, впрочем, им удавалось дойти до небольших поселений. Там жили молчаливые и тихие люди, бледные, с густыми бородами, предпочитавшие уединение и потому взявшие на себя роль хранителей дороги, поддерживающих ее состояние. Сперва путники радовались, увидев человеческие лица, но вскоре обнаружилось, что говорят эти люди на совсем далеком от адунаика наречии, забыв за много лет общие корни их языков. Им позволяли остановиться на день, дать отдых лошадям и как следует отоспаться, но гостеприимными северян назвать было трудно. Поэтому как бы ни было сильно любопытство, надолго там никто не останавливался. Белензори грела себя мыслью о том, что с каждым днем они были ближе к морю. И пусть теперь ей не снились такие яркие сны, как во время жизни в Ост-ин-Эдиле, порой она посыпалась со вкусом морской соли на губах. Она прижимала к себе сумку сестры. Потрепавшуюся, но все еще плотно закрытую – ждущую ее дня рождения. Так прошла неделя пути. За ней – вторая. И вот на исходе третьей недели. И вот леса и холмы на горизонте расступились, и ветер принес знакомый запах. Море было близко. Они дошли до границ Линдона.✧✧✧
Саурон был среди них. Он был во всех их мастерских. В их библиотеках. В залах для совещаний и на городских стенах. Все это время. Это было хуже, чем Элронд мог даже помыслить. Он знал все истории о Сауроне – не день и не два посвятил, помогая Галадриэль собирать по крупицам информацию о ее главном враге. Они оба знали, на что был способен первый из слуг Моргота, знали о его жестокости и коварстве. И теперь… именно она привела его в их дом. Пусть неосознанно, пусть по ошибке, но привела – и скрыла это. Предательница. Стоя на этом обрыве, глядя в лицо Галадриэль, он не видел ни капли раскаяния. Желание остановить его, и не более. Она не видела проблемы, кроме того, что Элронд встал на ее пути. Смотрела на него не как на старого друга. Если так подумать, когда она в последний раз называла его другом? Неужели она думает, что он будет до конца своих дней верить каждому его слову, лишь потому что когда-то она подала одинокому сломленному мальчику на берегу воды? Будь ситуация другой, Элронд отбросил бы эти мысли, не дал себе уйти в них с головой. Но сейчас именно это ему и было нужно. Праведный гнев, который заглушает всякие сомнения. Гнев, который не даст ему подчиниться приказу своего короля. Гнев, который поможет ему сделать шаг. Терпение и спокойствие были важны. Но иногда нужен был просто толчок. Воспитатели рассказывали им с братом, какие силы двигали ими в самых жестоких из битв Войны Самоцветов. Будь у них время на сочувствие сопернику и колебания, они бы не выжили. Им нужно было пламя и решимость. Элронд сжимает сверток в руке. Бросает последний взгляд на Галадриэль, на Гиль-Галада – и окунается в клубы тумана над водопадом. Прыгает. Потому что в этот момент существует лишь одна правда – его.✧✧✧
Белензори знала, что что-то было не так. Пусть неумолимо близилась осень, слишком рано было для деревьев сбрасывать листву. Тем более для прекрасных эльфийских деревьев. Они выглядели… больными. И их тонкие голые ветви на вершинах скал казались сигналами тревоги. Не нужно было быть ясновидящей, чтобы понять, что эльфов это беспокоит. Тот господин, плотник, живший на окраинах города, у которого они с Азгазиром нашли первый в Линдоне ночлег, постоянно останавливал взгляд на съежившихся от какой-то черной болезни листьях. – Что с ними происходит? – спросила она его, выходя во двор. – Все живое слабеет и увядает, – ответил он. Даже для эльфа он казался… не старым, нет, но явно старше многих других. – И ему приходит время уходить. – Уходить? Вы говорите о смерти? Эльф горько усмехнулся. – Хотелось бы, чтобы это была просто смерть. Что-то происходило с эльфами. Что-то неправильное. И Белензори… конечно, Белензори не могла этого изменить. Не могла даже полноценно посочувствовать – ей была чужда их тоска. Но все-таки было горько. Горько, что даже нечто столь прекрасное так скоро… уйдет. Неизвестно,что потянуло ее на тот берег. Может, ей нужно было подумать. А может, ее просто тянуло к морю. Склон был крутой и ненадежный, а вид снизу далеко не лучший из тех, что можно было здесь найти. Но все же, пока Азгазир отсыпался после дороги, она отправилась на небольшую прогулку. Берег был каменистый, местами переходящий в крупную гальку и песок. Совсем недалеко десятками протоков и дымящихся водопадов впадала в море река Лун. Она вилась и дробилась, пробивая себе путь через скалы, только чтобы сорваться вниз. Воистину, это было чарующее зрелище. Даже в такой пасмурный и туманный день водопады сияли и пенились, и от одного взгляда на них начинала кружиться голова. … Показалось ли ей? Что-то темное мелькнуло на фоне этой стремительной воды. Сперва ей показалось, что с вершины склона сорвался камень. Нет, слишком крупное для камня и слишком подвижное. На ветру развевалась ткань одежд. Белензори не успела и моргнуть, как тело скрылось в тумане из брызг. А наверху стояли, глядя вслед, несколько фигур – было слишком далеко, чтобы разглядеть их. Черт возьми. Там… действительно кто-то сорвался. Практически у нее на глазах. Что это было? Несчастный случай? Или… нет. Белензори сама не заметила, как ноги понесли ее вперед, ближе к месту происшествия. Конечно, едва ли она что-то там увидит, слишком было далеко. Но… почему-то она торопилась. Вдруг тело вынесет на берег? Стоит ли ей об этом сообщить? Плеск воды заглушает всякий звук. Белензори вглядывается, пытаясь разглядеть хоть что-то – тень, поднявшуюся со дна ткань, что угодно. Ничего. Бурная вода не раскрывает своих секретов. Белензори опять поднимает взгляд – наверху никого не видно. И вновь плеск. Белая от холода рука отчаянно цепляется за скользкий камень, выглядывающий из воды в десятке шагов от берега. Белензори громко выругивается, стаскивая сапоги и куртку. – Держись там! Эй! Дно крутое, и уже через три шага Белензори оказывается по пояс в воде. Она старается не спускать глаз с зеленой длинной ткани в воде, боясь, что утопающего унесет дальше по течению в море. Почему он не держится второй рукой? Черт. Черт. Рука соскальзывает с камня, но утопающий барахтается и из последних сил толкается в сторону берега. Белензори заходит дальше, ледяная вода щекочет ребра – и протягивает руку. Несколько неловких махов – есть контакт. Она крепко сжимает руку и начинает пятиться к суше. Тяжело дыша, чувствуя, как холод сводит судорогой каждую мышцу, она идет назад. Вскоре утопающий нащупывает сушу, но ноги его плохо держат, и по большей части Белензори его тащит. Шаг. Другой. И так, пока под ногами не оказывается галька. Но незнакомец не падает сразу же на берег – словно по инерции, он идет дальше и дальше, заворачивая туда, где скалы образовали неглубокий грот. И лишь тогда опускается на землю – и его начинает рвать речной водой. Белензори помогает ему, придерживая и надавливая на живот – любой нуменорец с детских лет знал, как помочь захлебнувшемуся человеку. – Ты как? – спрашивает Белензори, когда его наконец отпускает. Вглядывается в мокрую мешанину из одежды и волос. Но когда тонкая рука тянется к лицу и откидывает растрепавшиеся темно-русые волосы, Белензори кажется, что это какая-то дурная шутка. – Тулуспен?✧✧✧
Элронд отплевывался и дрожал, сжимая острый песчаник, в котором нашел опору. Щипало – на ладони выступила кровь. Другая ладонь все еще сжимала сверток. Не нужно было проверять – Элронд чувствовал, что его ноша на месте. Все шумело. Он тряс головой, но вода не сразу вышла из ушей. Он моргал, но мелкий песок с речного дна слепил и заставлял глаза слезиться. – Тулуспен? Слух все еще был искажен речной водой, но Элронд сразу понял. Лишь одно существо могло назвать его так. – Белензори? Что… что ты здесь делаешь? Он вытер лицо и наконец смог поднять взгляд. Она стояла, опустившись на одно колено рядом с ним, все еще придерживая, хотя вся вода уже вышла из его желудка. – Это я должна спросить. Какого… как? Что произошло? Элронд отстранился и сел нормально, прислонившись спиной к стене грота. – Я… это долгая история, и я не знаю, где начать, – он опять прокашлялся. – Мне нельзя здесь оставаться. Нужно идти. – Куда? В самом деле, куда? Несколько минут назад весь его план состоял из одного пункта – “переубедить короля”. Провал. За ним опять будут гнаться. Его будут преследовать с яростью сыновей Феанора, и если придется, кольца сорвут с его трупа. Их нужно уничтожить. – Куда, Тулуспен? Похоже, он слишком затянул с ответом. Но ему нужно было время. – Мне… мне нужен совет, – прошептал Элронд. – В Митлонд. Там живет Кирдан Корабел. Он подскажет. А сейчас нужно уходить. Берег обыщут. Он встал и на нетвердых ногах пошел прочь. Ничего, отдохнуть он успеет. Сейчас нужно уйти с открытого пространства, затаиться. Белензори пропала из его поля зрения на какое-то время, и хорошо – ей не нужно следовать за ним. Но через минуту она уже шла рядом с ним, надев скинутые сапоги и куртку. – Ладно, идем. – Что? – Тебя всего трясет. Пойдем. Мы с Азгазиром остановились тут недалеко, думаю, хозяин дома позволит тебе обогреться у огня… – Нет, ты не понимаешь. Я не могу идти к эльфам, – Элронд продолжал идти, стараясь не смотреть на нее. – Так объясни мне! – в ее голосе был слышен гнев. Белензори сжала плечо Элронда, и в этот раз он позволил себя остановить. Повернулся к ней. Белензори смотрела почти с мольбой. – Я… просто вижу, что происходит что-то странное. Я этого не понимаю. Но что бы ни происходило, я не хочу, чтобы ты проходил через это в одиночку. И добавила, чуть помедлив, словно взвешивая эти слова, но все же уверенно: – Ты ведь тоже не воитель. Элронд замер. Внутри… все бурлило. Страх. Отчаяние. Тревога. Ему в самом деле нельзя было стоять, нельзя было медлить, он не мог позволить себе слабость сейчас. Но ведь он в самом деле не воитель. Он тот, кто любит донимать расспросами рабочих в Кхазад-думе. Тот, кто проехал половину Средиземья, просто потому что захотел повидать северные горы. Тот, кто пытался изучать все и сразу, и постоянно проваливался. Он тот, кто растерялся при встрече с народом своего брата и назвался Тулуспеном. И это не была слабость. Это было признание факта. – Давай просто уйдем отсюда. Я все тебе расскажу. “Все”, конечно, было громким словом. Но… Белензори была уже слишком глубоко в этой истории, чтобы оставаться в неведении. Оно едва ли принесет ей что-то, кроме вреда. Возможно, такова была ее судьба еще в тот момент, когда шагнула на берег Средиземья. А может, только сейчас, когда вытащила его из воды. Да и в конце концов, если кто-то и заслужил немного правды, так это Белензори.✧✧✧
“Азгазир, мой друг! МнеПока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!