Часть 9

Санеми проснулся, когда за окном уже вовсю горланили птицы и плясало где-то высоко в небе солнце. Кровь резко прилила к голове, в ушах загремел звон. Санеми подскочил с постели и едва же не распластался у порога. Он проспал. Очень сильно проспал. Санеми сжал кулаки, выдохнул. Видимо, отвар и правда сработал; видимо, его тело наконец тоже вспомнило, что такое крепкий сон. Крепкий сон без кошмаров и приступов. Наспех одевшись, Санеми выбежал из дома. Его куча бревен наверняка уже заждалась пробежки, которую сегодня точно придется заканчивать в потемках. Санеми и не подумал удивиться, что Мичи-сан даже не стал будить его — видимо, просто как обычно забыл о нем. Конечно, с Масачикой ему ведь было всяко интересней. Санеми ополоснул лицо студеной водой, взъерошил и без того растрепавшиеся волосы. Стало легче. Теперь он точно проснулся. На улице нещадно пекло, но день уже клонился к вечеру — значит, он провалялся почти сутки. Это Санеми нисколько не напрягло, не раздражило — главное, сейчас он был полон сил для новых тренировок. Недолго думая, Санеми наконец подхватил охапку бревен и побежал по уже знакомой дороге, надеясь на обратном пути еще успеть заскочить к Масачике и Мичи-сану — наверняка у этих двоих были очередные бои на мечах. Санеми бы посмотрел. И, может быть, тоже напросился бы на тренировку на радостях. Санеми дополз до поля к глубокому вечеру. Никакой битвы ему даже не померещилось — везде было пусто, тихо. Только Мей сидела у дерева и задумчиво зачем-то плела венки из какой-то вьющейся травы с белыми цветками. — Они в город ушли. Бабушка очень попросила. Ну как, хорошо сегодня выспался? — она не оторвала взгляда от почти довязанного венка. Санеми, взмокший и уставший, недолго думая привалился рядом. Сегодня убегать от Мей ему совсем не хотелось. На это не было сил и настроения. — Отоспался на всю жизнь, — на выдохе бросил он, задрав голову. На небе уже загорелись звезды, Санеми бы их даже посчитал, но сейчас все его внимание заняла Мей. Он ведь уже понял: она не просто так тут рассиживалась. Она ждала его. Как обещала. Вот только… тренировки, кажется, у него сегодня никакой не намечалось. Зря только время потратила, поглазеть ей будет не на что. — Отлично. Это я попросила Мичи-сана тебя не будить. Санеми нервно вздрогнул, недоверчиво покосился на Мей. Опять она лезла не в свои дела, будто ей было больше всех надо. Будто он ее просил. Санеми с корнем вырвал попавшуюся под руку траву. Он не сразу понял, что совсем не злится. Ему было лишь немного интересно, что у этой любопытной на уме. — Зачем? Мей развернулась к нему и вдруг осторожно нацепила сплетенный венок ему на голову. Совсем не боясь, что он бросит ей его обратно прямо в лицо с руганью. Санеми не дернулся, почему-то даже не подумал зарычать — долгий сон на него как-то по-особенному повлиял. Санеми пока не понял, хорошо это было или плохо. — Мне тоже хотелось, чтобы ты отоспался на всю жизнь. Ну, или хотя бы попробовал. Санеми сморгнул. Солнце тем временем совсем скрылось за горизонтом. Казалось, день был потрачен впустую. Но Санеми почему-то и не думал об этом жалеть. Не хотел жалеть. Сейчас в его голове было подозрительно пусто — хорошо. — Хочешь, я тебя на речку провожу? Санеми нахмурился. Не понял. — Зачем? Мей отвела взгляд, но Санеми заметил, как уголки губ ее немного дрогнули. То ли в улыбке, то ли в усмешке. — От тебя пахнет. Бутоны на венке завянут. Мей поднялась на ноги и выжидающе посмотрела на Санеми. Тот все-таки не посмел отказаться от ее предложения. Тем более, освежиться ему и правда не помешало — перед очередным крепким сном. — Ладно, — буркнул он и тоже подорвался с земли. Съехавший на бок венок упал в траву, Санеми невольно тряхнул головой. Зачесался. — Я еще как-нибудь сплету, тебе очень идет. А до реки тут недалеко. И на этот раз я точно подглядывать за тобой не буду — на тропинке подожду, хорошо? Санеми хотел было в третий раз за вечер задать вопрос «зачем?» и отправить ее сразу домой, но быстро осекся. От Мей он так просто все равно не избавится, да и сегодня она ему совсем не мешала. Сегодня все было как-то совсем по-другому. По-особенному просто. Когда они быстро сошли с тропы в густую рощу, стало будто холоднее. Вокруг будто все запахло, зазвенело водой. — Пройдешь вон до того дерева и свернешь налево. Там берег крутой, осторожней, — Мей пальцем показала на кривое согнувшееся дерево, которое в следующую непогоду точно обещало свалиться прямо на заросшую дорогу. Что ж, будет очередная работа для Санеми от Мичи-сана. Санеми фыркнул. И в последний раз мрачно взглянул на Мей: она все еще беспокоилась за него как за какого-то немощного. Удивительно, что вообще за ручку его к реке не отвела. И сама же не помогла помыться. Санеми невольно передернуло. — Ты плавать умеешь? Не утонешь? — Без тебя разберусь. Санеми пошел на слабый шум воды, уже не слыша позади легких шагов Мей. Он без труда нашел небольшую тихую реку с заросшим берегом и, быстро скинув с себя всю одежду, побежал в воду. Холодно. Свободно. Хорошо. Санеми давно не было так хорошо: он нырял, доставал до самого дна и снова вырывался назад — навстречу чернеющему небу в звездах. Санеми не знал, сколько времени он «отмокал», но был почти уверен, что Мей все это время его где-то там терпеливо ждала и наверняка плела уже не первый венок из какой-нибудь другой дряни. Поэтому нужно было торопиться, вечером и правда уже начинало сильно холодать. Озябнет там, небось. А он вонючие отвары даже от простуды делать не умел. Как Санеми и думал, Мей верно ждала его на том самом месте, где он ее и оставил. Только без венков. Она прислонилась к дереву и скучающе посчитывала звезды — сегодня их почему-то было особенно много. — Ну как, освежился? Я бы тоже перед сном поплавала, да заболеть боюсь. Пойдем домой? Санеми ничего не ответил — пошел, путаясь в своих же приятно ослабевших после купания ногах. А Мей засеменила следом за ним. Дойдя до поля, Санеми резко развернулся в сторону деревни, Мей же невольно остановилась. — Ты куда? — она в удивлении вскинула брови, когда Санеми обернулся и непонимающе посмотрел на нее. — К тебе домой. За отваром. Ты же… сделаешь его мне еще? Мей не сдержала улыбки, подошла ближе. — Я его уже отнесла к вам домой. И еще рисовых лепешек взяла — Мичи-сан с Масачикой ушли и ничего тебе не оставили. А ты, наверное, весь день ничего не ел? — Я весь день спал, — хмыкнул Санеми. — Спасибо. В непроглядной темноте лицо Мей так засияло, будто ее благодарили за что-то первый раз в жизни. Будто Санеми первый раз в жизни ее благодарил — что было, конечно же, не так. — Ты сегодня какой-то не такой… — Мей запнулась, завела руки за спину. Ее дурацкая вспыхнувшая на лице растерянность передалась и ему. — Какой? — хмуро кинул Санеми, не особо желая услышать ответ. — Добрый? — Мей подняла голову, задумчиво приложила палец к губам. — Сон тебе пошел очень на пользу. Надеюсь, завтра ты тоже выспишься. — Тебе пора, — Санеми посмотрел будто куда-то сквозь Мей. По телу прошлась дрожь — подул ветер. — А? — Мей мотнула головой. Санеми и правда ей сегодня казался странным. Санеми сам себе казался странным. — Тебе тоже побольше спать надо, — брякнул он и бросил тяжелый взгляд в сторону своего дома. — Ага. Тогда спокойной ночи, Санеми. Санеми кивнул. Он еще немного постоял в гордом одиночестве на поле, пока Мей совсем не пропала из виду, свернув с тропы за кусты. Ему не особо хотелось признавать, но что-то в их каждодневных встречах и прощаниях все-таки было. Что-то теплое. И уже опасно привычное.

***

— Ну теперь ты хоть на человека стал похож. Что, отоспался? Твой личный лекарь мне на днях нашептал, что у тебя, оказывается, до вчерашнего дня тяжелая бессонница была. То-то ты заторможенный какой-то бегал. Ну хорошо хоть прошло у тебя все. Что, готов к первой тренировке настоящих мечников? Следующий день Санеми начался как нельзя лучше. Мичи-сан с Масачикой вернулись под самое утро и даже раньше, чем он сам того ожидал. А Санеми на этот раз даже умудрился не проспать — встал с первыми лучами солнца. И, кажется, точно не зря. — Что, на тренировку прямо? С вами? — Санеми недоверчиво зыркнул на Мичи-сана исподлобья. Он уж думал о нем вспомнят где-нибудь через полгода, а не сегодня с утра пораньше. Так было даже лучше. Санеми огорошили прекрасной новостью прямо на кухне, когда он наконец добил еще вчерашние лепешки. Мичи-сан, вернувшийся из города, выглядел потрепанно и возбужденно. Этот его видок был явно не к добру. Санеми тщетно пытался услышать где-то во дворе шаги или голос Масачики, но, кажется, тот уже побежал на поле вместе с чучелами. Теперь Санеми очень уж хотелось его догнать. Теперь Санеми мог его догнать. — А что, передумал? — в глазах Мичи-сана заиграла знакомая усмешка. В глазах Санеми заплясали черти. — Я думал, ты, учитель, передумал. Мичи-сан громко рассмеялся, да так, что пустая посуда затряслась на столике. Санеми напрягся. — Я не такой плохой учитель, как ты думаешь. Да и от бревен тебе передохнуть надо, будешь теперь у меня с оружием по полю бегать. Только пока с деревянным, а то убьешься еще. Санеми был согласен и на это. — Я тебя на поле подожду, — Санеми резко подорвался на улицу. Ему вовсе не верилось, что наконец-то начнутся его настоящие тренировки, наконец-то он поймет, каково это — лупить по «врагу» с умом, а не как попадется. Санеми ведь знал, что учитель у него был не совсем пропащий. И не только он в этой странной деревне был не совсем пропащим.