Глава V: Реалистично и печально.

Тревожные мысли очень трусливые. Они всегда группируются и нападают все разом, с максимальной неожиданностью. Вайлет резко кинула наливное яблоко на поднос, следом добавила туда колы и бургер, после чего отошла от раздачи. Ей показалось, конечно, но от этого только страшней — что на короткий миг она увидела перед собой не яблоко, а повтор недавней сцены в коридоре. «Плохо. Плохо…» Вайлет чувствовала себя грязной. Умом-то понимала, что она не причем — всегда сверкала порядочностью и чихала в другую сторону, чтобы не запачкать свою кристально-чистую робость. Пол был, безусловно, талантлив. Он мастерски ковырял все свежие раны Вайлет, и та, почувствовав приближение слез от очередного воспоминания об этом парне, быстро укрыла глаза в подносе. «Голос… Голос?» Еда, как еда. И столовая, как столовая. Уроки такие же. Ничем школьные будни не выделялись, а все равно мир в этих стенах — рухнул. Пока тут расхаживал Лейхот. Вайлет дернулась, когда на ее плечо упала чья-то рука. И эта рука тоже дернулась, оскорбленная испугом девушки. Та навострила взор на подошедшего Джареда. Он излучал абсолютную безопасность. Да такую, что хоть сейчас заключай с ним договор о нерушимой дружбе до гроба. — Я с миром, Беркли, — промурлыкал Джаред. Жалел, наверное, в одной из параллельных реальностей, что потревожил хрупкую психику Вайлет. Но та решила не благодарить парня за безграничную деликатность. — Ты что-то хотел? — Ты в порядке? Она кивнула. Давно перестала гадать, отчего Кэмерон иногда задавал ей такой вопрос. Буря благодарностей в душе девушки за это никогда не клокотала. И сейчас она, конечно, в порядке. С гениального плана Джареда по внезапному тактильному контакту. Он одарил Вайлет самой искренней улыбкой, на какую был способен, что, конечно же, не заставило ее почувствовать себя еще более неловко. — Весенний бал на этих выходных. Ким сказала, что хочет утащить тебя с нами, но ты отказалась, — весьма умело Джаред добавлял лицу Вайлет все больше нахмуренных морщин. — Ну и я, в общем, пришел к тебе с известием, что не против. Погнали, Беркли. Развеешься. Вайлет вздохнула поглубже приторного налета фееричной любезности Джареда. Она передернула плечами, ответив: — Я не хочу. — Да будет тебе, — парень закатил глаза. — Танцы-шманцы, пунш алкогольный. Все будет четко. И разрешаю забрать Ким на все медленные танцы. Не сдержавшись, Вайлет улыбнулась, отметив, что под влиянием своей любви Джаред изменился от кроссовок до кончиков волос. Он держал в руке поднос с легким салатиком, облитым химозным чесночным соусом — самая приемлемая бурда из всех прочих, которую Ким могла переварить. — Я подумаю, Джаред, — Вайлет кинула отмазку. Парень ее поймал, играючи подкинул в воздух и отправил к Вайлет назад, отказываясь принимать что-то, кроме уверенного «да, я буду.» — Не чахни, Беркли. Ты нагнетаешь атмосферу в любом месте, где появляешься. Кажется, Джаред пытался ее утешить. С этого Вайлет опять улыбнулась. Ведь в мире, полном опасностей, нет ничего более успокаивающего, чем Кэмерон, излучающий свою фирменную ауру лютейшей прямоты. Но Вайлет обделила парня вниманием. Его дух-волк был гораздо интересней. Как всегда, темно-коричневая тушка дерзко щелкнула пастью, таким образом здороваясь с Вайлет. Та машинально кивнула. Просто воспитание. А потом она съежилась. Зря подняла глаза. Они часто не показывали ничего хорошего, как и в эту минуту. Джаред ее заполонил внимательным взглядом, чрезвычайно внимательным. Похоже, он сейчас проводил глубокий психологический анализ Вайлет. — Джаред, я подумаю, ладно? — поспешно спросила она. Глаза парня от Вайлет не отлипали. Они умели прожигать дыры в ее самооценке. Сама себя она воспела больной. Потешной, странной, жалкой. Нигде Беркли, конечно, не угадала, но Джаред все равно иногда считал ее очаровательно-нелепой. Но впился в девушку взглядом исключительно из-за ее неожиданного шаманского дара. Ведь поразительно, черт побери, как волков скинули с пьедестала, когда в резервации появились фокусы поинтересней. — Лады, Беркли, — чуть позже ответил он и добавил. — У тебя кола сейчас прольется. Вайлет быстро решила проблему. Теперь она держала поднос ровно, чтобы тот не смел ее лишать возможности хоть как-то попытаться проглотить ком в горле. Без газировки это будет сложно. И в ее жизни, как бы, и так слишком много волнений, чтобы еще и беспокоиться о чистоте джинсов. План имитации нормальной жизни Вайлет был прост и безупречен. Он начинался за одним столом с Ким, а заканчивался на работе, под боком Беллы. Все провалилось еще до стола, когда девушка невольно упала взглядом на Эмбри. Сидел он за самым дальним столиком, портя во всей столовой погоду мрачным видом. Даже на расстоянии Вайлет увидела какие-то мутные глаза парня. Он ими смотрел на банку содовой. А банка содовой смотрела в ответ, не понимая, чем заслужила такое пристальное внимание. Было похоже, что Эмбри следил за Вайлет, но не придумал, как ему не вызвать подозрений, если она ему ответит. Случайно или намеренно. Девушка вздохнула, остановившись. Другие школьники шныряли мимо, каждый в своих проблемах и в своей жизни. И Вайлет, вспомнив о собственной, подумала, что можно отвесить Эмбри еще одну благодарность за защиту. Не поцелуй любви, само собой. Совместный проект по физике, как вариант. Джейкоб не появлялся в школе, а с другими одноклассниками она не общалась. Разумеется, когда Ким услышала от Вайлет непреклонный факт, что она пообедает с Эмбри, девушка надулась и лопнула возмущенным: — Лапа, ты орешь надо мной? В смысле ты будешь обедать с ним? — Да пусть, Ким, — смело включился Джаред, но глаза на Ким не поднимал. Для этого он был недостаточно смелым. — Кимми, прости, но я сама решу. Не злись. — Не злись, — передразнила Ким, но вернулась на свой стул. Тому ничего не оставалось, как выдерживать на себе сорок килограмм ярости и беспокойства. Вайлет их покинула тихой поступью, внимательно наблюдая за Эмбри. Он на нее не смотрел, продолжая пожирать взглядом банку с содовой. Но, когда Вайлет встала у стола, делясь самой нервной улыбочкой из всех прочих, Эмбри отправил ей привычную любовь в своих глазах. «Мой волк.» — Ты что-то хотела, Вэй? — тут же он дернулся, подумав, что звучит грубовато. — Я тут… поговорить, — замешкавшись, Вайлет решила просто присесть за стол. Просто взять и присесть. Убрав прядь волос за ухо, Вайлет осторожно заглянула в лицо Эмбри. Чуть съехало, но в остальном очень знакомое. На нем все признаки сумасшедшей влюбленности. Когда нет аппетита, нет сна, только обожание Вайлет и маниакальное стремление писать ей стихи. — По физике всем задали проект. Кинематика материальной точки, — непринужденно начала Вайлет, разворачивая жирную упаковку бургера. — Все должны разбиться на парочки. И, я подумала, что мы можем сделать этот проект вдвоем. «Голос. Любимый голос. Мой.» Эмбри в последнюю секунду удержался, чтобы не открыть рот. Парень поступил умно и лишь проглотил огромное изумление, ответив: — Конечно, Вэй. Я за. — Тогда начнем завтра. Встретимся в библиотеке, — кажется, что Вайлет специально зазвучала бесцветно. И она ясно говорила о нейтральной территории. Эмбри было все равно. Если потребуется, он может вообще засесть в каком-нибудь бункере и слышать красивый голосок Вайлет о ненужной кинематике с поверхности. Она притихла. Зажевала свой бургер, тихо прихлебывая колой. Эмбри поддержал и приступил к своей еде. Так они и сидели, за одним столом, и в разных мирах. В своем Эмбри вновь отдался мыслям о Лейхоте. Сукин сын проник в его разум заразой. Коллу бы хотелось его видеть глазами Вайлет. Поток заботы он не сдержал, когда острый глаз поймал легкое передергивание девушки. Дело явно было не в крайнем укусе бургера. — Вэй, я понимаю, что уже заебал тебя, — Вайлет ненадолго на него взглянула, и вновь передернулась. Но Эмбри передернулся лучше, эффектней; и его волк внутри вскочил, готовясь защищать нареченную. — Расскажи, что у тебя с ним было. Я слышал твои последние слова в коридоре, что ты ему ничего не сделала, и что он — мразь. Вэй, — Эмбри едва слышно промолвил ее имя, и укрыл лицо в ладонях. — Я хочу помочь. Если мне не даешь, то поделись с кем-нибудь еще. Неправильно, что он тебя все еще обижает, хотя вы расстались. Да даже если бы не расстались. Вэй… Вайлет попыталась прикрыться улыбочкой от прожигающего взгляда Эмбри, но все, на что ей хватило сил — ни на что. Она замерла, остекленев. — Мы уже расстались, Эмбри. Это все больше неважно. Я его не люблю. Это верно. Встречаться с кем-то без любви Вайлет запретили еще диснеевские сказки. — Он от тебя не отстает. — Иногда навязывается, да. Поэтому расстались, характер — не сахар. Тоже верно. Даже если бы Лейхот не угрожал и не рычал, Вайлет бы с ним не сошлась. Он просто требовал слишком много и слишком много забирал. Такого мало кто выдержит. — Извини, но я сам узнаю правду, от него, если ты и дальше будешь делать вид, что он ничего не творил. — Я расскажу, — соврала Вайлет. — Потом, ладно? — Врешь, — Эмбри тихо цокнул. — Но ладно. Вайлет кивнула. Эмбри кивнул. Разбив лица об твердую стену, они вернулись к своей еде. Теперь бургер Беркли не давался. Она вообще ощутила тошноту, едва поджаренный кусочек бекона попал на язык. Беспардонно сплюнув его в тарелку, Вайлет сразу сказала: — Меня подташнивает. А то знает своего защитника. Он взволновался так, что и бекон мог заставить извиниться за плохое самочувствие Вайлет. Пока она делала осторожные глотки колы, ощущая во рту горечь, Эмбри думал и думал о гребаном Лейхоте. Слишком много он затянул узелков, крепко — ни один из них Колл не мог распутать и сложить полную картину. Он считал, что Вайлет Пол угрожал. Что он кричал на нее. Но, когда Эмбри пришел к мысли, что Лейхот мог Беркли побивать, легко и просто, он тут же переключил внимание на запах дождливой лаванды. Она хорошо успокаивала волка, пусть и не до конца. Вайлет на него смотрела, испытывая сожаление. Да, волк выглядел злобным. Но в то же время печальным. Подумав о его неразрывной связи с Эмбри, Вайлет взглянула на него. И правда. Один в один. Только один — кожаный, а другой — мохнатый. — Ты… — в ней вспыхнуло спонтанное желание увлечь в левый разговор. — Ты пойдешь на бал, Эмбри? Бог знает, чем оно было вызвано. Больше беспокойством за хранителя этого парня, чем за самого парня. Тот поднял глаза, криво дернув уголком губ. — Вряд ли. Мне не с кем. «Любимый голос.» Вайлет пожала плечами. Если это был намек, то он прошел мимо нее пролетом. А помнится, как она мечтала хоть на один ежегодный весенний бал сходить с Эмбри. Гнала и гнала ее любовь к этому парню, с которой Вайлет легко бы надела платье, игнорируя существование ненормальной скромности. Ему раньше это было не надо, как растрепал дух. А сейчас это не надо ей. Может, когда-нибудь такая карта вылетит из колоды. Все еще Вайлет становилось не комфортно в его присутствии. Когда она представляла, что Эмбри решит ее коснуться ее бросало то в жар, то в холод. Вайлет начинала дрожать, представляя, как его горячая рука, сильная, осмелится нарушить ее неприкосновенность. И Эмбри всегда чувствовал такие неприятные эмоции в девушке. Как сейчас, когда он отставил пустой поднос на край стола, а Вайлет, зевая и прикрывая рот ладошкой, махнула ей и коснулась его запястья. Поразительно, как одна секунда рассказывает о многочасовых слезах. Такая она больная, что просто коробит Эмбри чувством абсолютной никчемности. И глубоким сожалением к Вайлет. Это все ей, наверное, не нужно. Вздохнув, Эмбри начал новый разговор. — В вашем магазине продаются туристические плитки? — Конечно, — она протирала губы салфеткой. Бургер не доела — от одного запаха ее вновь начало подташнивать. «Плохо. Плохо.» И не поспоришь. — Мама попросила купить такую плитку, — рассказывал Эмбри чистую правду. Да, он так умеет, но тщательно маскируется. — Не помнишь, сколько стоят? — В районе сорока долларов, — призадумавшись, ответила Вайлет. Разговор, вроде, у них завязался неплохой. В безопасной зоне, подальше от жара и мускул, девушка спокойно его поддержала: — А зачем вам плитка? Там только две конфорки, больше не бывает. — Наша сломалась. Нет подачи газа на конфорки, — неожиданно Эмбри смутился. Странно. Он, видать, так и не привык существовать в вечной бедности, временами граничащей с нищетой. — Мама копит на нормальную, а пока нам хоть какая-то нужна. В общем… Заеду сегодня в ваш магазин, — чуть подумав, Эмбри добавил. — Говорю, чтобы ты не удивилась, Вэй. И… и не испугалась. — Знаешь, Эмбри, — Вайлет опустила голову, играясь со своими пальцами с легкой ноткой неловкости. — Я тебя уже не так… Боюсь. Иначе не предложила бы вместе делать проект. Но спасибо, что предупредил. — Что поменялось, Вэй? — да, Эмбри это спросил. Вселенной не показалось. Взмахнув ладонями, она громогласно потребовала не сваливать на нее вину за очередной признак неразумности этого парня. Но Вайлет не хмурилась и, кажется, пока не собиралась признавать в нем оборотня, заварившего на ее ушах лапшу со вкусом своего необъятного желания хоть как-то облегчить ее жизнь. — Я тебе поверила, Эмбри, — сердце Вайлет подсказывало каждое слово. — Поверила в то, что ты больше меня не обидишь. Ну, а за остальное… Извини. Я за себя не в ответе. — Я понимаю, — Эмбри вздохнул, но очень радостно. Кажется, что на доверии строятся все отношения. Значит, у него с Вайлет не все потеряно. Пока Эмбри притворялся, как занят важными делами в своем телефоне, девушка допивала колу, изредка бросая на парня взгляды. И когда Вайлет прониклась привычкой гладить лезвие ножа, который ее ранил? Это вообще нормально, что она к Эмбри… тянулась? «Мой волк.» Вайлет дернулась. Ну и дух. Он точно ее доведет. Обед закончился в гробовой тишине. Эмбри и Вайлет одновременно встали, вместе избавились от подносов, вдвоем вышли из столовой. На урок шли параллельно друг другу. Беркли нравилось, что парень не пытался ее разговорить. Может, он выжидал удачного момента, в котором она не станет прожевывать все буквы в словах. Либо не хотел лишний раз навязываться. Все варианты Вайлет устраивали. На химию она пришла с легкой улыбкой. Эмбри сел за другую парту, потому что приглашение подсесть к Вайлет он не получил. Урок шел скучно и монотонно. Все, из-за чего Вайлет выдавливала эмоции — исключительно злость, было ответственностью духа. Может, он просто над ней издевался? Вот этими вот… «Мой.», «Моя.», «Мой волк.», «Мое.» И самый надоедливый повтор: «Голос? Голос? Голос?» Он жаждал, чтобы Вайлет говорила. Или Эмбри. — Отстань, — злобно прошипела Вайлет, не выдержав. Ответ последовал незамедлительно, но не тот, на который она рассчитывала. «Страшно…» Вайлет насупилась. Обычно дух делился ее состоянием. Ему становилось страшно, когда Вайлет испытывала страх. Но сейчас его в ней не было. Дух отвечал сам за себя. И его голос бился дрожью. Куснув губу, Вайлет шепнула: — Прости. Я не хотела тебя пугать. Дух подумал, подумал, и трепетно ответил: «Безопасно. Безопасно…» В очередной раз обделив его вниманием, Вайлет слушала урок. Ее опять начало тошнить. И слабость проворными пальцами заскользила по телу. Плохое самочувствие не спишешь на тонкую душевную организацию, не выдержавшей напора знаний. Вайлет положила голову на замочек ладоней, прикрыв глаза. Массивная спина Коллина ее защищала от нотаций учителя. Эмбри прекрасно слышал Вайлет. Ему так было положено природой и своими чувствами. В парне взыграло, разумеется, беспокойство. Было очевидно, что девушка беседует с каким-то духом. И они не дружат. Расспросить бы Вайлет, конечно… Расписать, что Эмбри может решить все ее проблемы, а если не может, то сделает все, чтобы смочь. Естественно. А она ему на такую пылкую речь ответит тройным сальто сердца и чечеткой на обледеневших костях. Табуном мурашек. Это все ответы, какие может получить Эмбри. Но не время страдать. Для этого есть ночь без Вайлет, дом без Вайлет, дежурства без Вайлет и жизнь без Вайлет. Беспокойство за нее парень не выключил, но старался проникнуться любимым запахом. Ах, эта дождливая лаванда. Бальзам на его израненную душу. Якорь, его путеводная звезда в океане вселенской тревоги. «Голос?» — Голос, голос, — ехидным шепотом отвечала Вайлет, собирая все свое в рюкзак. «Беспокойно…» Опять. Тяжело вздохнув, Вайлет не пообещала себе, конечно, следить за шириной открытого рта. Но извинилась она честно. — Извини. Дух фальши тоже не уловил. «Спокойно.» Вайлет хотелось хорошо побеситься. Она будто оказалась должна этом духу, раз была в ответе за его ранимую психику. Интонации в ее голосе его не устраивали, видите ли. И молчание он не любил. Навешал на Вайлет обязанностей с три короба, а сам даже на глаза не мог попасться. Хоть мимолетом, тенью; пылью или ветром. Нездоровые у них выдались отношения. Самочувствие Вайлет все еще было не очень. Но в обморок она не падала, потому что они у нее никогда не получались. Решив не позориться, Вайлет только чуть пошатнулась, тут же вперив ладонь в столешницу парты. Запахло знакомой тревогой. Подняв глаза, Беркли ни капли не удивилась, как Эмбри остановился для ожидаемого вопроса: — Ты в порядке? — Не очень себя чувствую, — Вайлет опустила голову. Но моментально подняла. В ней вспыхнула блестящая идея. Она вышвырнула здравый смысл и, взяв бразды правления, поведала: — Ты можешь меня подвезти до работы? Я не очень хочу садиться на мотоцикл. Эмбри дернул бровью, расширив глаза. Вайлет радовало, что не только ей своя благотворительность казалась странной, но и ему тоже. Девушка не находила объяснений подобным предложениям. Ее просто к Эмбри начало тянуть. Тянуть. В особенности, когда рядом с ним появлялся хранитель. Тогда Вайлет даже улыбалась. Как и сейчас. Но она чуть померкла, вернув глаза на Эмбри. Он тоже чуть померк. Опять замахал крыльями без повода. — Я не против, Вэй, — непринужденно ответил Эмбри. Осмелев, он кивнул рукой на рюкзак девушки. — Можно? — Угу, — она не спорила, отдав рюкзак. До того момента, как они подойдут к мотоциклу Эмбри, в очередном гробовом молчании, Вайлет должна была досконально понять, что с ней происходит. Найти отдел мозга, хранящей в себе информацию исключительно об Эмбри. И там выяснить, почему ее к нему тянет. Ни в объятья, ни на руки, ни, прости господи, в ноги. Нет. К легкой, не интимной близости. Посидеть рядом, постоять рядом. Завязать небольшой разговор. Вайлет могла списать за это ответственность на его духа, поведавшего об Эмбри много хорошего. Но это странно — ехать на одном мотоцикле только потому, что Колл, например, никогда не смотрел «Короля Льва.» И неизвестному духу очень нравился Эмбри. Ну очень. — Во сколько завтра встречаемся, Вэй? Для проекта? «Мой голос. Любимый. Приятный.» — После занятий, — ответила она. Путь на улицу вышел очень странным. Пока Вайлет была убеждена, что время тянулось, а Эмбри не сомневался, что время летело — само время шло обычным ходом и недоумевало, что с этой парочкой не так. Они остановились у мотоцикла Эмбри. Тот приготовился попросить Вайлет взять свой шлем, потому что она всегда должна быть в безопасности. А потом он вспомнил, что чаще всего ей с ним — небезопасно. Особенно, когда они поедут на одном мотоцикле. Мысли в голове Колла закрутились со скоростью света, в поиске решения такой проблемы. Он подвис, видимо, раз Вайлет тихо спросила: — Ты чего? Девушка видела, как его дух тоже ушел в себя. Не отреагировал на аккуратный взмах ее ладони. Эмбри прогулялся глазами по школьному двору, после чего встрепенулся, охватившись довольством. — Подожди, пожалуйста. Оставив Вайлет слабую улыбку, парень уверенным шагом устремился к их однокласснику. Дерек, чью фамилию Эмбри упорно отказывался запоминать, поймал на себе пристальное внимание. В нем было не больше 1,70, а сильный ветер всегда мог подхватить его малый вес. Парень расплылся в легкой панике, когда Эмбри, на пару со своей дурной репутацией, подошел. — Дерек, ты не одолжишь мне свою машину? Я верну через час, куда скажешь. Дерек растерялся. Но его слегка утешало, что качок Колл ставил не перед фактом, что машина парня больше ему не принадлежит, а действительно интересовался, может ли он ее забрать. Эмбри проявил вежливость. Он, несомненно, беспокоился о чувствах слабого Дерека, не желая причинить ему ни малейшего дискомфорта. Но Эмбри было необязательно так стараться. Шайке Сэма Дерек отдаст все, даже если они ничего не попросят. — Конечно, — он моментально протянул Эмбри ключи. — Верни на парковку, когда захочешь. Эмбри кивнул, чуть смутившись. Просто Дерек за километр источал тревогу. Улыбнувшись, Эмбри вернулся к Вайлет. Та захлопала глазами, перед которыми он махнул ключом, проговаривая: — Поедем на машине. Машину Дерека Эмбри нашел просто. Сам Дерек на нее указал, едва перехватил взгляд парня, и в мыслях почтенно поклонился. В салон простенького седана Эмбри присел удрученным. Ему не нравилась своя репутация. Может показаться, что это невозможно, но Эмбри даже драться научился исключительно из желания когда-нибудь отвесить Лейхоту хороший удар в солнечное сплетение за его комментарии и до обращения; а не потому, что Коллу нравилось пугать слабых школьников. Вайлет догадывалась, почему Эмбри попросил у их одноклассника машину. Но она все равно спросила об этом вслух, чувствуя, как теряет контроль над благодарной улыбкой. — Почему на машине? Эмбри кинул на нее взгляд, но вернул его на дорогу. Машина уже плыла в сторону Форкса. — Чтобы лишний раз тебя не тревожить, Вэй. «Безопасно. Тепло. Тепло. Тепло…» Вайлет ответила кивком и прилипла взглядом к лобовому стеклу. Резервация жила своей жизнью. Ветер упорно дул, как ни в чем не бывало. Такие мелочные мелочи, как мудрый поступок Эмбри, всерьез воспринимался только Вайлет. Парень заработал себе хороший плюсик. Форкс встретил проливным дождем. До магазинчика Вайлет оставалось ехать не больше минуты. Погода была отвратительной, поэтому девушка представила, как проведет четыре часа на работе за ничегонеделанием. Подумает об Эмбри, Эмбри, Эмбри. И, безусловно, сама с собой обсудит его неожиданный поступок. Едва на горизонте показалась покатая черная крыша одноэтажного здания, со всевозможными походными товарами, Эмбри резко вжал ногу в педаль. Вайлет подпрыгнула на сиденье. Ей тут же прилетело: — Извини, Вэй. Вайлет пыталась понять, написано ли на лице парня объяснение такой резкой остановке. Нет. Там были только последствия. Вайлет съежилась, видя бледность, поджатые губы, нахмуренные брови. В короткой секунде у Эмбри дернулся нос, и тогда сам парень сморщился, скрипнув зубами. Вайлет отвела глаза на руль, который парень продолжал сжимать. У него костяшки побелели от крепчайшей хватки. Вовремя доперев, что его вид Вайлет немного напрягает, а соседнее много грозится ее испугать, Эмбри отвесил самую неестественную улыбку. Потому что на другую у него сил не хватало. — Извини, Вэй. Я вспомнил Лейхота. «Мой голос.» Что ж. Объяснение было достойным. Вайлет приняла его с понимающим кивком, хотя ее здравый смысл его не принял. Эмбри излишне медленно включал зажигание и, когда его нога нависла над педалью, он вдруг спросил: — Вэй, а ты можешь взять сегодня отгул? Вайлет потеряла дар речи. Он к ней вернулся, когда Эмбри повторил свой вопрос, но тише. — Зачем, Эмбри? «Любимый голос.» — Ты нехорошо себя чувствуешь. Тоже хорошее объяснение такому неожиданному вопросу. Вайлет пожала плечами, думая, что легкая тошнота рядом не стоит со странным поведением Эмбри. Всем видом Беркли намекнула, что не хочет продолжать этот разговор. Он не приведет ни к чему хорошему. Вздохнув, Эмбри продолжил движение. Машина, остановившаяся на парковке, выпустила сначала парня. Вайлет зависла, ухватившись за ручку двери. Обзор через грязное стекло, промокшее под дождем, добавлял эффект дополнительной мрачности. А за все остальное отдувался Эмбри, вперившийся взглядом в одну из запаркованных машин. Вылезая наружу, Вайлет натягивала капюшон и проследила за взглядом Эмбри. Неизвестно, чем его не устроил богатый «Mersedes», раз парень его прожигал, но Вайлет лишь позавидовала богатству его обладателя. — Пошли, — Эмбри понял, что лучше не молчать. Парень кратко махнул Вайлет рукой, так, будто это он продавал рюкзаки и палатки. И именно Вайлет нужна была походная плитка. Эмбри шел и думал, что очень вовремя решил купить ее сегодня. Он не верил в такие неудачи, что в любой другой день мог наткнуться в магазинчике Вайлет на одного из кровососов. Там был Каллен. Его трупную вонь, заколовшую ноздри, Эмбри заранее почувствовал. Он раньше зашел в магазин и, пока Вайлет только волочилась от парковки, в два счета парень добрался до источника удушающего смрада. Из Калленов он видел только Эдварда. В волчьем эфире его обликом поделился Джейкоб. С Эмбри тот сошелся в одном мнении — представлять кровососа, укравшего Беллу, гораздо приятней растерзанным в клочья. Сегодня Эмбри встретил девушку из их семьи. Они впились в друг друга взглядами. Белла стояла у стенда с собранными палатками, стояла и думала — вот это встреча. Эмбри сощурил глаза, ожидая, что первый выпад будет от кровососки. Но она хранила молчание. И лицо ее было безмятежным. Парень видел метр с кепкой. — Эмбри, привет… — Белла заговорила тихим писком. — Эм, Эмбри… Элис. Это Эмбри, а это Элис. Неслышно пошумев на фоне, Белла утихла. У нее возникло чувство чего-то нехорошего. Неприятности, как минимум. Скользя взглядом по рваному каре Элис, Эмбри пытался придумать гениальный план, как ему сделать все возможное, чтобы Вайлет не гуляла в окружении кровососа. Вдруг Элис тихо цокнула и покачала головой. На миг она ее опустила, а когда подняла, то ослепила Эмбри неуместной улыбочкой. Золотые глаза вампирши сверкали. — Что ты на меня смотришь, милый, такими злыми глазами? Они у тебя слишком красивые, ими нужно смотреть поприятней! Разумеется, Эмбри выпал в осадок. Комплимент молниеносно перерос для него в страшное оскорбление. Элис разговаривала с ним так, будто они были на одной волне, не имея к друг другу претензий. — Она надолго тут? — сквозь зубы Эмбри обратился к Белле. Белла неопределенно пожала плечами, бегая растерянными глазами по двум природным врагам. Элис опять цокнула, опять покачала головой и опять подогрела кровь Эмбри, так хорошо, что его волк защекотал ребра, просясь тоже поздороваться с кровосоской. — Зайчик, ты очень злобный. Все девочки от тебя отвернутся, если ты не будешь улыбаться и игриво подмигивать. Не ворчи, — Элис прижала ладони к щекам, широко улыбаясь и смотря на Беллу. — Белла, если все волки такие хорошенькие, то я собираюсь пересмотреть условия нашего договора. Эмбри сам себя успокоил, едва нюх уловил запах Вайлет. Она поздно зашла в магазин, ибо решила перекурить. Очень мудро было также задержаться в дверях, на что-то отвлекаясь. Она пропустила шторм сарказма внутри Эмбри, который он направил в громкое рычание: — Сейчас сюда придет девушка и, если ты, пиявка, даже дыхнешь в ее сторону, я нарушу договор и разорву тебя на месте. — И эта девушка, конечно, воскликнет: «Мой герой»! — Элис умело ходила по тонкой веревочке, и не думала падать. — Я тебе не верю. Не сомневаюсь, что ты душка. И умная душка, которая понимает, что ни я, ни моя семья не причиняем вреда людям. — Я тебя предупредил, — Эмбри перестал рычать, заговорив ледяным тоном. Элис запрокинула голову, скрывая в золотых глазах досаду. Да уж. Эдвард в чем-то прав. Эти псы слишком однобоки, чтобы посмотреть на общую ситуацию, с другой стороны. Белла прервала молчание молниеносно, когда Вайлет попала в зону радиуса ее глаз. Прежде чем на девушку взглянул Эмбри, который глупо забыл расслабить перекошенное лицо, Белла подскочила к Беркли, мягко ее приобнимая. — Привет, Шайло, как дела? — пела Свон, надеясь, что ее слабая улыбка вышла не подозрительной. Зря она надеялась. Все равно стала для Вайлет подозрительной, ведь раньше ее никогда не обнимала. Но девушка поздоровалась в ответ, после чего Белла утянула ее в подсобку. Хотела взять за ручку, но вовремя одумалась — такого даже она не выдержит, не то, что Беркли. Вайлет тут же захотелось громко ахнуть, когда она увидела Элис. С ума сойти, что Бог мог создать настолько красивых людей. Ослепительная и низкая девушка, у стенда с дешевыми палатками, смотрелась также уместно, как Королева в обгаженном подъезде. От греха подальше, Вайлет зашла в подсобку, раздеться и надеть форму, а то сама не заметит, как начнет пожирать взглядом эту покупательницу. Элис пришла в магазин не просто так. Во-первых, тут Белла, которая ей очень любима. Во-вторых, она вступила в комитет школы и теперь сама отвечала за будущий весенний поход, закупая все необходимые палатки, мешки и прочие нужные товары. Ну, а в-третьих — если бы она сегодня не пришла, то не поймала бы одного из квилетов. Его вид был потрясающе комичен — он все время отрывался от созерцания газовых плиток, даруя Элис обжигающие взгляды. Но она не приняла никакой дар и, в конце концов, устало заговорила, попутно складируя палатку за палаткой на пол, собирая вторую неустойчивую башенку. — Милый, я сюда пришла закупиться палатками, спальными мешками, посудой и всем остальным, потому что готовлюсь к подходу. У меня в сегодняшних планах нет желания причинить вред не только твоей девушке, но и кому-либо другому. Эмбри замер. Вот так коротышка — взяла и порадовала, приняв Вайлет за его девушку. Но вновь волка закоробила трупная вонь. Он хлопнул рукой по одной из плиток, выплескивая агрессию и сплюнул: — Когда ты отчалишь отсюда? — О, извини, — Элис вспыхнула, театрально раскинув руки. — Я не заметила, зайчик. Здесь где конкретно написано, что это твой магазин, раз ты сам для него выбираешь покупателей? — Иди нахуй со своими зайчиками, пиявка! — вскрикнул Эмбри, также развернувшись к Элис. Но он моментально съежился, вспомнив о присутствии Вайлет. Ему нельзя устраивать скандал. Можно переживать, но переживать молча. Элис игриво дернула бровью и повела плечом, с показательной внимательностью рассматривая Эмбри с ног до головы. По законам подросткового пубертата, хотел парень того или нет, но он смутился и отвернулся с фырканьем. Звонкий смех Элис заполонил весь магазин, но заговорила она тихо. — Твоя внешность не для скромника, конечно. Но ты очарователен, за-а-а-йчик, — смело напевая эту кличку, Элис заранее закатила глаза на громкий рык. — Да будет тебе. Я что, тебя оскорбляю? — Вообще со мной не разговаривай. — Ты ведешь себя, как ребенок. Хотя, по сравнению со мной, ты и так ребенок. Ладно, — Элис замолчала, но ненадолго. Иначе бы хорошенький квилет расслабился, и она бы точно не смогла его околдовать своим игривым настроем. — Ты на меня так злишься, зайчик, из-за истории Беллы и Джейкоба? Эмбри нахмурился. Уж чего-чего, а такого вопроса он не ожидал. Только ничего Элис не ответит, а то она его доведет. Все белоснежные улыбочки этой кровососки развязывали звериные инстинкты парня. Ну, а что касаемо Беллы и Джейкоба, то у Эмбри было золотое правило по жизни, когда в этой жизни появилась Вайлет — нельзя зацикливаться на чужой любви, когда ты не можешь разобраться с собственной. Эгоистично, наверное, но Колл нередко забывал даже отзванивать Джейку, погрязшему в депрессии. Своего дерьма хватало. — Не слышу твоего красивого голоса. — Отъебись! — Или что? — Элис забавлялась. — Выйдешь со мной раз на раз? Чур, я атакую поцелуем первая! — Так, — Эмбри заговорил тише, но с тем же раздражением. — Я понял, что ты с миром. Но это не означает, что меня устраивает твое присутствие вблизи моей девушки. — Ладно. Давай я буду вблизи тебя? Эмбри опять нахмурился. Уже начал думать, что эта пиявка искренне с ним флиртовала. Правда это или нет — неважно, ведь ему, естественно, такое внимание не нужно. Элис забрала со стенда последнюю палатку и, лениво потянувшись, запела: — Думаю, что мы бы нашли с вами общий язык, красавчик. Если бы вы научились контролировать свою агрессию. Я тут рядом с палатками стою, а ты считаешь меня опасной? Что будет, если мы пересечемся с тобой в лесу? — Вообще не понимаю, зачем ты мне это все говоришь, — Эмбри закатил глаза. — Когда тебе просто нужно взять и исчезнуть. — А ты мне не приказывай, — Элис тоже закатила глаза. — Тут не только не твой магазин, но и не твоя территория. Надеюсь, что твоя девушка более воспитанная. Эмбри промолчал. Он резко подошел к Элис. Дикая злость его уже не разрывала, но раздражения было достаточно. Элис давила улыбочку, запрокинув голову под злобный взгляд парня абсолютно спокойно; и глаза ее все еще были шальными. После обращения рост Эмбри перевалил за 1,85, и с такой высоты ему было очень удобно относиться к коротышке Каллен с большим пренебрежением. — Я беспокоюсь за свою девушку не просто так. Согласна? Или вы всех обманули, и на завтраки, обеды, ужины поедаете бургеры, а не сосете кровь? — Из животных, — Элис максимально громко цокнула. — А вы животных едите. Или ты вегетарианец? — Ну дурой-то не прикидывайся. Слишком много шансов, что ты, например, можешь когда-нибудь сорваться. — Ну, нет, — с недовольством проговорила Элис. — Больше шансов на наш поцелуй, зайчик, чем на твой прогноз. — Все, достаточно, — Эмбри отошел, уже не выдерживая такой признательности. Наигранная, не наигранная, неважно. Эмбри уже осмелился подумать, что Элис действительно не так плоха. Но думал он недолго, потому что из подсобки вышла Вайлет. Убрав волосы в короткий хвост, она поправляла на себе синюю жилетку, выходя из-за кассы. Девушка изящно отодвинула Эмбри в сторону, когда Элис спросила: — А еще есть палатки? — Да, — кивнула Вайлет, указав рукой на проход во второй зал. — В том зале. Я провожу вас. Элис напряглась. Потому что Эмбри вообще поймал паралич, узнав, что его нареченная будет слишком близко к пиявке. Но Вайлет ничего не замечала, с неловкостью повторив: — Пойдемте, — она просто иногда любила консультировать покупателей. — Я вам покажу лучшие палатки. — Конечно, — согласилась Элис, вздохнув. Совсем юный зайчик, подумала она, уходя за Вайлет. Вроде как, реально не понимает, что на дыбы вставать не стоит, пугая этим свою девушку, которую интересовали исключительно продажи. И только. Белла удачно появилась в зале как раз тогда, когда Эмбри подумал броситься за Беркли. Он должен ее защищать. — Эмбри, извини, но держи себя в руках, — Белла заговорила удивительно громко, на что Эмбри непонимающе дернул бровью. Она всегда так умела? Да еще и смотреть на него в упор, не краснея? — Ты можешь испугать Шайло, — Свон просто иногда дружила со здравым смыслом, и им пыталась заразить парня. Тот громко фыркнул, показательно тряхнув рукой. Белла за нее ухватилась, словно была уверена, что это ей поможет его сдержать. Вздохнув, девушка укрыла ладони в карманах жилетки. Эмбри она остановила другим. — Я забыла пересказать наш последний разговор о Лейхоте, Эмбри. Парень встрепенулся. Ну очень интересная тема. А еще интересней, почему Белла об этом забыла. Будто не стала секретным агентом, по доброй воле. Поймав недоумение на лице Эмбри, девушка заговорила себе под нос. — Вылетело из головы. Мы разговаривали за день до… До моего отъезда, — Эмбри отвел глаза от Беллы, решив ее совсем не смущать. Ему было больно за брата, но в Свон он не видел козла отпущения. Просто она чересчур преданная своей первой любви. Грустно, конечно, но с этим мало чем поспоришь. — Рассказывай, Беллс. — В общем, — Белла зазвучала уверенней, даже иногда поднимала на Эмбри глаза. — Они тогда еще встречались. Он ее забрал после работы, но они сразу не ушли. Я краем уха поймала часть разговора. Лейхот ей сказал, что когда-нибудь она его взбесит настолько, что их свидание в машине продолжится с того момента, когда она заревела. Вот. Слово в слово передаю. Только… Эмбри, эм… Белла быстро пожалела, что открыла рот. Нужно было это сделать в другом месте, в особенности, подальше от Вайлет. В любой момент она может вернуться в основной зал и увидеть, как тело Эмбри лихорадит, а сам он громко рычит, пытаясь дать волю гневу. Занервничав ни на шутку, Белла попросила: — Успокойся. Успокойся, пожалуйста. — Успокаиваюсь, — Эмбри подал глухой голос. Молниеносно он вскинул ладонь, когда Белла надумала приблизиться. Решила, наверное, что какие-то ее прикосновения сработают удачно. Колл отскочил еще дальше, твердо сказав: — Я успокаиваюсь. Не подходи ко мне. Белла кивнула, после пожав плечами. Как нельзя не вовремя, в зал вернулась Вайлет, ведя за собой Элис. Этот хвостик взглянул на Беллу беспокойно. Чувствительный вампирский слух, поймав каждое слово, не думал ни о чем хорошем. Не отводя глаза от бледного Эмбри, Элис тихой поступью подходила к кассе. Белла встрепенулась и, постепенно складируя на стойку все собранное Каллен, тоже следила за Эмбри. Тот проявил себя в лучшем свете. Но окончательно его успокоил голос Вайлет, тихий и спокойный, которым она поддерживала беседу с Элис. Мол, походы — это классно. Погода чудная, природа отличная. Но, когда Элис расплатилась за все покупки, Беркли прикинула их общий вес в четырех огромных сумках, после чего вышла в зал и тихо подошла к Эмбри. Ее теплая ладонь на оголенном плече, не скрытым под темно-синей безрукавкой — лучшее за сегодня, что с ним случалось. А дальше все стало не очень. — Эмбри, помоги девушке донести покупки до машины. Пакеты тяжелые. — О, я с радостью, — зачирикала Элис, одобряя такую идею. Может, на свежем воздухе этому зайчику станет полегче. А то Элис переживала, пока он был в окружении Беллы и своей девушки. Эмбри до такой степени забился яростью, что дышать боялся, чтобы не попасть ей на Вайлет. — Какой галантный, — Каллен снова пела, пела и улыбалась, отлично игнорируя пылающее лицо Колла. Для надежности он взял все четыре сумки за раз, под изумленным взглядом Вайлет, и полетел к выходу из магазина, на ходу спрашивая: — Какая машина? — Мерин, — крикнула Элис и, достав ключи, добавила. — Лови! Эмбри поймал. Без труда он вскинул руку, не отпуская две огромных сумки и вышел из магазина сплошным комом вопиющей ярости. Вайлет комично поморгала, но увиденное ей не показалось. Да, Эмбри был силен — это было очевидно, но чтобы настолько… Поразительно. — Хороший парень, — Элис не отходила от Вайлет, когда произнесла такое. Хорошо, что они были рядом, и Вайлет, не желая позориться, устояла на ногах. Белла замаячила за спиной Элис, тактично на ту покашливая, но для Вайлет — покашливая исключительно на пыльные полки, которые она не протерла на прошлой смене. Элис не унималась. — Он так на тебя смотрит. Хм… — золотые глаза прочитали имя на бейджике. — Думаю, что этот парень влюблен в тебя по уши, Вайлет. — Эм… Хорошо, — нервная улыбка грозилась порвать Вайлет рот. Элис почувствовала спиной такой шквал эмоций в Белле, что мигом представила, как та от них лопнет. — Извини, я просто подумала, что ты этого не видишь, Вайлет. — Что не вижу? — она совсем не понимала, что происходит. «Любимый голос.» — Его глаза. Он так на тебя смотрит, будто готовится поднести к ногам весь мир. Белла могла задохнуться от непонимания и возмущения. Элис была, конечно, болтлива и прямолинейна. Но что ей двигало сейчас — непонятно. Стояла Каллен и топила за любовь, будто не видя, как Вайлет пытается распасться на атомы и молекулы. Эмбри удачно появился в магазине и, пока его не разорвало, подошел к Вайлет, спрашивая: — Не знаешь, какая плитка самая лучшая? Она бодро закивала, показывая, что знает. И улыбкой благодаря, что он вернулся. Но когда они подошли к плиткам, и Беркли взяла самую лучшую, лучшую из лучших, ее глаза на Эмбри задержались. На глазах самого Эмбри. Та покупательница может и не понимала, что своим твердым изречением, абсолютно неуместным, хорошо ее зацепила.

Так смотрит, будто готовится поднести к ногам весь мир…

Кричали, говорила Элис, его глубокие карие омуты такие громкие слова. Эмбри тоже подвис. Вайлет не отводила от него глаз. В его глазах… Целые симфонии разворачивались, а не отражение лампы. Он наглядно был очарован ее вселенской значимостью. Громкие возмущения Беллы из другого зала, с какими она расписывала Элис за жизнь, сообщая о неправильности ее поведения, Эмбри вскоре перестал слышать. Вообще. Он оглох, ослеп, онемел. Был рожден для таких моментов, где Вайлет смотрела на него с неподдельным интересом. Но дальше ее глаза прикрылись. Распахнулись. И Эмбри не сомневался, что теперь она видит не его, а что-то другое. Видение… Беркли думала, что Билли Блэк унялся, раз избавил ее от своего присутствия на долгие две недели. Но нет. Видимо, он собирался с силами на более эффектное появление, где Вайлет со своим ступором попалась под шесть непонимающих глаз.

«Что-то страшное надвигается. И мы должны быть готовы.»

«Страшно. Страшно…» — Вэй, ты тут? — из Эмбри вырвался нервный смешок. Он пощелкал перед Вайлет пальцами. Но та пока упорхнула из реальности, и даже на тычок в бок не отреагировала. Билли Блэк проносился перед ней уже в третий раз. — Словно будущее видит. Дернувшись от тихого голоса Элис, заговорившей с Беллой, Эмбри быстро сложил дважды два. Точно. Видеть будущее абсолютно логично девушке, которая видела духов. Любой талант Вайлет Эмбри примет с восторгом. Только если он не приносил ей вреда. Ведь, очнувшись, Беркли была бледней смерти. Ее сердце нагло пропустило пару ударов, а голос сорвался на хрип. — Я чуть отвлеклась, — она ухватилась за лучшую плитку, показывая ее Эмбри. — Вот эта модель… Лучшая. Не получив ответа, Вайлет взглянула на парня. «Мой волк.» Сделав вдох и выдох, она поджала губы, не слишком одобряя затянувшуюся тишину. — Я чуть отвлекся, Вэй, — заговорив, Эмбри отвел взгляд. — Давай эту плитку. «Тепло. Тепло.» Вайлет порадовалась, что он решил не заваливать ее вопросами. Но вот Эмбри не радовался. Проиграв сам себе, он досадно признал, что заговорить с Вайлет о личном и не публичном у него не получится. Пролетит и все. Нужно… Скрепить их связь получше, покрепче. А не портить все на каждом шагу, начиная от его реакции в машине. Белла щелкнула ценник лучшей походной плитки, упаковала ее в пакет и протянула Эмбри с улыбкой. По крайней мере, она надеялась, что это выглядит улыбкой. Найдя взглядом Вайлет, парень увидел, как она складировала на пустые полки новые палатки. Эмбри собирался подойти и кратко попрощаться. Но Элис, черт побери, эта гребаная Элис, возвращала его к знакомой злости. Все ее пакеты уже были в машине, к другим товарам она не прикасалась, но всем видом показывала, что уходить не собирается. — Зайчик, она будущее видит? Эмбри выпал в осадок. Ну, коротышка… Стоило верить во все неприятные росскозни о кровососах хотя бы потому, что с одним из них под кожей парня проходила чесотка. Видит, не видит. Это, мягко говоря, не ее дело. Эмбри ответил злобным прищуром и ушел от кассы. Вайлет его услышала, заранее подняв глаза. Колл приостановился на секунду, сделав вид, что вообще к ней не подошел, а так, проходил мимо; пролетел со своей необъятной любовью, не думая в нем утапливать Беркли, как бы того не хотелось. — Пока. «Мой голос.» — Пока, Эмбри. Эмбри не уезжал. Ни в коем случае, пока в магазине была Элис. Он стоял у входа, облокотившись на мокрую стену. Кулаки чесались все больше, пока время шло, а кровососка не выскальзывала из магазина. Когда она это сделала, Колл был как никогда близок к тому, чтобы забить на все осторожности и зубами протащить Элис на выход. Та встала напротив парня и, чудо, не назвала его зайчиком, милым. Она не запела, а зачитала уверенное: — Ты лучше направь свою агрессию в нужное русло, парень, учитывая то, что тебе сказала Белла. — Это… Это не твое дело, — изумившись, Эмбри вновь начал рычать. Элис зацокала, отворачиваясь и упирая руки в боки. — Я не понимаю, у вас что, заводские настройки рычать беспричинно? — Суй нос в другое место, Элис! Элис вмиг засветилась, но до Эмбри не дошло. — Ты, кажется, сломался, зайчик, — Эмбри понурил плечи. — Раз даже запомнил мое имя. Ладно. Не ворчи. Пока-пока! — И нахуй ты со мной так разговорилась? — не выдержав, Эмбри попытался выяснить, чем заслужил такое внимание. Не прерывая путь до своей машины, Элис развернулась к нему и, раскинув руки, ответила: — Мне не нравится только твой запах, зайчик. И все. А еще ты притворяешься таким суровым и грозным. У тебя глаза душки. Добрые! Эмбри решил промолчать. В противном случае он совсем перестанет понимать, как ему на это отреагировать. Глаза добрые… Заговорила пиявка о доброте. Это как Гитлеру заговорить о благотворительных организациях. Ну, ну. Уж в племени Эмбри не ошибались, называя хладных демонов исключительными чудовищами. Старшие, ведь, о таком заявляли. Они были важными и бумажными, мудрыми и разумными. А Эмбри — еще слишком юным, чтобы во всем думать своей головой. Лучше взять кого-то за ручку и позволить себя отвести, куда нужно. Только когда дело не касается Вайлет. Удивительно. Эмбри в магазине уже не было, но девушка, заручившись поддержкой Беллы, заполняла полки палатками и продолжала чувствовать парня. Буквально чувствовать. Его жар, неуловимую дрожь, мелкие мурашки. «Тепло. Безопасно.» Его лицо застыло перед взглядом Вайлет, исчезая лишь тогда, когда зазвонил телефон. Когда она поговорила с папой, чье обследование в больнице затянулось, губы Беллы тронула улыбка. С уст слетел тихий вопрос: — Песня из «Спящей красавицы»? — Свон кивнула на жилетку Вайлет, где в карман она убрала телефон. — Рингтон. — Да, — Вайлет тоже улыбнулась. — «Однажды во сне». Очень люблю эту сказку. И принцессу. Мне ее имя дико нравится. — Аврора, — протянула Белла, словно пробуя на вкус это имя. — Красивое, согласна. «Аврора. Красивое.» Почему-то Вайлет одобрила согласие духа. Когда девушка тянулась к большой коробке за очередной палаткой, привычно чувствуя слабость, то добавила: — Я хочу так дочку назвать. — Прямо так? — кажется, Белла удивилась. И уместно. Это не стандартная «Джессика» или «Эмма». Вайлет на сказку замахнулась. — Аврора — шикарное имя! — неоспоримо заявила она. «Аврора. Аврора?» — Да не спорю, — Белла дернула уголками губ. — Но я так дочку не назову. — А я назову. «Аврора?» — Пошли за другими палатками, Шайло, — Белла двинулась к подсобке, но остановилась. Замерла. И Вайлет тоже — замерла. Свон охватилась тревогой. Ее подруга стала выглядеть странной. Дальше она вообще чуть не упала. Белла тут же подлетела, подхватывая ее за плечи. — Тебе плохо? — Белла, — Вайлет произнесла ее имя так, будто никогда его не слышала. И тут она дернулась, резко прикрыла руками уши и заскулила. Медленно опустившись на корточки, с помощью Беллы, Вайлет попросила: — Ты можешь после работы отвезти меня домой? Вообще, Эмбри пообещал, что пригонит ее байк. Строго к концу смены, тютилька в тютильку. Но теперь Беркли окончательно убедилась, что слетит с него и разобьется. И может лучше все-таки разбиться? — Конечно. Так тебе плохо? Нехорошо? — Я пойду… Немного посижу, и вернусь. Белла не возражала, но не отпустила Вайлет в добрый путь в одиночестве. Она лично ее проводила до мягкого стула и, оставив усталый вздох, вернулась к работе. Вид Вайлет удручал. Будто в ее голове не осталось мыслей. В глазах не было жизни. Только слезы. И она сидела, слушала и слушала духа. Мечтая теперь лишь об одном — выйти вон из своей жизни. Как из дома на улицу. Но самое страшное…. Что она получит помощь только у одного человека. Только у одного.

***

Многие подростки не знают, что по достижению шестнадцати требуется огорчить родителей. Но Эмбри открылось такое знание. Вернувшись с вечернего дежурства, он успешно выслушал скандал матери, после чего она ушла в гости к подруге. Оставшись в одиночестве, парень смог вздохнуть полной грудью. У него еще было много дел. С главным, конечно, Эмбри пока не справился. Таки и не достучался до Сэма — не смог того убедить, что Пола пора подготавливать к похоронам. Сам он пропал с радаров и, по словам Джареда, засел в большом Сиэтле. Эмбри не так часто скрипел зубами, гонимый мыслями об этом ублюдке, но только потому, что Сэм пообещал отдать тому буквальный приказ впредь обходить Вайлет десятой дорогой. И он не запретил Эмбри рыть под него подкопы. Это тоже отличная новость. Вовремя осознав, что воспоминания из истории Беллы, поведанной сегодня, уносят Эмбри к своей звериной сущности, он упорней начал пролистывать страницы на учебном портале. Твердо решил, что проект начнет делать сам и, если хватит времени и смекалки, сам и закончит. Так Вайлет порадует. А еще он написал ей второй стих. Только не придумал, как его отдать. И, если не придумает, то передаст работу волку. Он принесет бумажку в пасти, проехавшись по ушкам Вайлет уверенным заявлением, что просто ее украл. Также, Эмбри, прознав о любви Вайлет к косметике, первые деньги, полученные с подработки на рыбацких лодках, потратил на дорогие и брендовые тени. «Chanel» должны быть отличного качества. Они не посмеют оказаться не качественными, тем более, если Эмбри подарит их от чистого сердца. И, естественно, потом подумает, как это лучше сделать. Теперь он знал, что в любви есть баланс. Пока сердце наполняется радостью, кошелек пропорционально пустеет. Джаред сегодня его подбодрил, что первый совместный обед с Вайлет стремительно перерастет в громкую и пышную свадьбу. Всему свое время. Эмбри нравился оптимизм брата. Он бы с радостью отрастил себе такой же. Ненадолго отдыхая от учебы, Колл вальяжно разместился на компьютерном стуле, закинув руки за голову и прикрыв глаза. Джареда он вспоминал недолго. Тот получил смачный пинок от Вайлет и вылетел из его головы.

Вайлет, Вайлет, Вайлет.

Эмбри вновь увлекся девушкой. Отдал всего себя. И, когда почувствовал запах дождливой лаванды, которая приближалась к его дому, сначала подумал, что ему мерещится. Медленно привстав, Эмбри завис в воздухе, щурясь и сосредотачиваясь получше уже на слухе. Голоса Вайлет он не слышал. Он слышал… слезы. И тихий, тихий скулеж. Обогнав скорость света, Эмбри остановился в прихожей. Он распахнул дверь, и Вайлет, замершая на пороге, словно вообще этого не заметила. Коллу тоже хотелось заплакать, но лучше зарыдать — громкой белугой. Вайлет опять впала в глубокое расстройство. — Что случилось, Вэй? — Нам… — девушку затрясло, и Эмбри тут же ее подхватил, держа руки на талии. — Нам нужно поговорить, Эмбри. — Да, конечно… Конечно. «Мой любимый голос.» Вайлет отказывалась идти ровно. Да даже прямо, а не скрюченной и шатающейся от каждого шага. — Я упаду, — очевидно доложила она. — Отнеси меня куда-нибудь полежать. Эмбри ничего не спросил. Вайлет плачет, Вайлет не в порядке. Вайлет больно. Он вмиг задушил собственное довольство и, без лишних положительных эмоций, принес ее в свою комнату, укладывая на кровать. Вайлет пока молчала. Она осматривала спальню Эмбри. Хотя ей точно не были интересны множество плакатов с какими-то играми, раскиданными яркими пятнами на серых стенах. В спальне Вайлет тоже было не развернуться. Обе они вмещали в себя только необходимую мебель и хозяев, не знающих, как им жить дальше. «Голос?» Вайлет выла, жмурясь и сжимая зубы. Они хрустели, эмаль трескалась. Эмбри взял на себе ту же работу — хрустел продрогшими костями и, треснутый пополам, ласково оглаживал запястье Вайлет. — Рассказывай. «Мой голос.» — Эмбри, это катастрофа. Катастрофа. Вайлет не собиралась выдерживать определенный накал напряжения. Ей просто было сложно открывать рот. Если бы она ясно видела перед собой мир, то ощутила бы к Эмбри сожаление. У него такое отчаяние застыло в глазах — и словами не описать. Все свои продвижения парень откатил к нулю, ведь Вайлет стало еще хуже. Гораздо. «Голос?» — Эмбри, тут такое де… Хэмиш вмешался в разговор. Но Вайлет не спешила поднимать телефон. Она слушала рингтон из «Спящей красавицы». Эта принцесса возвращала ее в прошлое. Топила в нем, и там, на дне новой и самой страшной бездны, дух спрашивал: «Аврора?» — Эмбри, Аврора — очень красивое имя, — Вайлет заговорила в бреду. Эмбри решил не отставать, ответив: — Красивое. «Аврора. Красивое имя.» — Аврора… — Вэй, что случилось? «Аврора. Аврора.» — Я… — Беркли громко зарыдала, переворачиваясь лицом в подушку и сминая ткань наволочки в кулаках. — Я так дочку хотела назвать, Эмбри… «Аврора. Красивое имя.» — Это ты к чему? — Эмбри загулял ладонями по хрупкой спине, делясь теплом и защитой. Хотя бы таким образом. — Вэй, делись. «Мой голос.» — Все очень сложно, Эмбри. «Мой голос.» — Аврора… — кажется, Вайлет была близка к истерике. — Черт, Аврора… «Аврора.» — Вайлет!

«Я — Аврора.»

— Поделись, пожалуйста! «Мой голос.» — Рассказывай!

«Мой папа.»

— Я беременна, Эмбри. И, ты можешь мне не верить, но я слышу нашу дочку. Она еще дух, вне тела. И… и постоянно говорит, как мы ей нравимся.

«Мама. Мама.»

— Что… «Любимый папа. Мой папа — волк.» В комнате Эмбри прошла ни одна вечность. За все затишье Аврора не меньше миллиона раз просила кого-нибудь заговорить. «Голос?», «Голос?», «Голос?» Когда давление реальности оказалось совсем невыносимо, и все тело затекло, Вайлет чуть перевернулась, пустым взглядом взглянув на Эмбри. Он тоже пустой. Пахнет таким же тленом. Беркли это очень не понравилось. Она с ним не подписывала договор вместе кончать жизнь самоубийством. — Ты ее слышишь? — парень не смотрел на Вайлет, но точно ее чувствовал. Странный у Эмбри голос. Как-будто не его. — Да. «Беспокойно… Беспокойно…» — Она… Она ощущает мои эмоции, Эмбри. Чувствует состояние. Я всем с ней делюсь. Понимаешь? Эмбри понимал. Прекрасно понимал. То, что начиналось катастрофической ошибкой, закончилось катастрофическим последствием. И, может, было бы лучше… Если бы Вайлет не слышала дочку. Не знала, что она так ими прониклась. — Мы… Мы что-нибудь придумаем, — проглотив все сопли, Эмбри заговорил твердо. «Мой папа. Безопасно. Папа. Волк. Папа-волк.» — Она от тебя в восторге, Эмбри, — удрученно проговорила Вайлет. Зря, наверное. Он чуть не улетел в нокаут. Но держал лицо. Проявит слабость, откинет мужество и не придумает, как все решить — и тогда будет не только не нужен Вайлет, но и сам себе. «Голос?» — Что делать, Эмбри? — такой вопрос от Вайлет прозвучал во второй вечности. «Мой голос. Любимый. Мама. Мама.» — Рори, — нежное сокращение Беркли придумала быстро. — Рори, тише. «Рори. Я — Рори.» — Тише. «Тише…» — За… — голос Вайлет надломился. Слезы вновь душили. — Засы… Засыпай, Рори. «Спать. Тепло. Уютно.» Очень хорошо, обрадовалась Вайлет. Дочка утихнет и прекратит попытки окончательно ее довести. Сегодня Беркли достигла такого лимита боли, где уже не понимаешь, что болит в первую очередь. Она пришла к Эмбри с одним желанием. С одним искренним желанием. Он говорил о защите. Клялся на невидимой крови, падал в ноги. Пусть защищает. Пусть помогает решить проблему. — Вэй, поспи, — Вайлет на него не смотрела, но была уверена, что вид Эмбри был не очень. Тоже не его. — Я утром отнесу тебя домой. В школу зайду, скажу классному, что ты приболела. И вернусь. Я что-нибудь придумаю, Вэй, обещаю. Не переживай. Интересно, подумала Вайлет, что он придумает? Проявит чудеса сообразительности, обдурив всех старейшин, которые издали в старомодном строе жизни индейцев указ — не делать аборты? И… и аборты плода, который уже заимел душу. Их тоже, да… В какое-то время ночи Вайлет замерзла. Она проснулась и, не открывая глаза, попыталась нащупать одеяло. Но его не было. Догадавшись, что Эмбри грелся своим теплом и застилал кровать только простыней, девушка привстала, пытаясь уловить его взглядом. Так вот, почему было холодно. Можно было простить потерянность парня. Он открыл форточку и, не моргая мертвыми глазами, безостановочно дымил сигаретой в промозглую погоду. Вайлет опрокинулась назад на кровать. Холодно. Проворные пальцы ледяного ветра щупали, казалось, все ее тело. Свернувшись комом, Вайлет зажала ладони коленями и укрыла лицо в подушке. Но все еще холодно. И одиноко. Ей… нужно… Тепло. Аврора еще спала, раз не вставляла свое тихое слово. По спине Беркли табуном прошлись мурашки. Они отлично слились с холодом и чувством абсолютной беспомощности. Слабости. Ей… нужна… Защита. — Эмбри, — парень откликнулся только с третьей попытки Вайлет достучаться. — Согрей меня. Он кивнул, не споря. Не спрашивая и не дыша, действуя чисто на рефлексах. Эмбри прилег и одним движением притянул Вайлет к своему боку. В кольце горячих рук ей было тепло. — Я все решу, Вэй. После его слов ей стало спокойней. — Не волнуйся. Не переживай. Все будет хорошо. И когда розовые очки на них обоих стали слишком большими и неуместными — они лопнули. Сначала на Вайлет. Не выдержав пробуждения Авроры, попросившей порадовать ее чьим-то голосом, Беркли громко вскрикнула: — Замолчи! «Громко!» — За… замолчи… — Тшш, — Эмбри зашептал в затылок Вайлет устоявшуюся мантру о спокойствии и безопасности. Все будет так, как он сказал, а если не будет, то он уйдет из жизни, чтобы хотя бы этим порадовать девушку. В отличии от нее, Аврора в горячих объятьях чувствовала себя прекрасно. Она успокоилась, тихо шепнув: «Безопасно. Безопасно. Мой папа.» — Как же ты ей, черт возьми, нравишься, Эмбри… Эмбри ничего не ответил. И, если все-таки прорвутся слезы, то сорвется он.

«Голос?»

«Голос?»

«Голос?»